Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Предел Дракендорт, Пик Дракона,

где-то на пути к замку

Бешеная гонка по ледникам заставила вскипеть кровь, и я убрал согревающий контур, чтобы не тратить зря магию. Интуиция кричала: нужно торопиться! Мой Предел и его жители в большой опасности. Без дракона мне не остановить море, и все же! Я драклорд. Это – моя земля и моя ответственность. Вся надежда теперь была на ключ Предела. Рассекающий где-то в замке, он мне поможет.

«Редж, как ты там?» – громом с неба раздался голос дракона в моей голове.

От неожиданности я промахнулся мимо уступа и, чиркнув алмазными когтями по льду, полетел вниз. Судорожно засучив руками и ногами, кое-как смог затормозить падение. Закрепившись на отвесном склоне понадежнее, осторожно посмотрел в пропасть. Снизу разочарованно блеснули на ярком солнышке острые ледяные пики. Они напомнили мне голодных зверей, караулящих редкую добычу.

Медленно выдохнул и пополз по склону вверх, глубоко вбивая в лед свои когти. Втянул тело на уступ и сел, позволяя себе минуту отдыха.

«Реджинхард, ответь мне!»

«Бер, да не ори же так! Я прекрасно тебя слышу», – проворчал я мысленно, осматривая противоположный склон пропасти и планируя дальнейший спуск.

«Просто я за тебя волнуюсь», – обиженно пробурчал дракон.

«Я жив и пока еще здоров. Но слегка занят. Спускаюсь».

Оттолкнувшись как следует, я прыгнул через пропасть, стараясь попасть когтями в намеченное место. На этот раз обошлось без эксцессов, и я продолжил мысленный разговор со своим драконом:

«Больше не надо так кричать, Бер. Я едва не разбился от твоего ора».

«Прости! – снова громыхнул дракон, заставив меня съежиться и зажмуриться, болтаясь на леднике. – Ой! Я больше не буду! – добавил он шепотом. – Как у тебя дела?»

«Бер, не отвлекай пока. Я сам тебя позову, когда наступит подходящий момент для разговоров».

«Ладно-ладно! Только скажи, как у тебя с магией».

«Не так плохо, как думал. Но потребуется подпитка, когда вернусь в замок».

«Я понял. Будь осторожен, Редж. Не рискуй понапрасну».

«Да, мамочка!» – съязвил я, перескакивая на очередной выступ.

Простому человеку не под силу было бы преодолеть эти ледяные стены, ослепительно мерцающие на солнце. Но я успешно перескакивал через бездонные трещины и провалы и даже получал удовольствие: и от смертельно опасных прыжков, и от щиплющего обнаженную кожу мороза, и от ноющих от усталости мышц.

Скум меня побери, лучше разбиться вот так на свежем воздухе, чем протухнуть, годами сидя в пещере!

Разбиваться я, в общем-то, не планировал. Просто допускал такую возможность.

До того, как все началось, я успел преодолеть ледяную шапку Драконьего Пика и оказался у начала тропы, по которой могли спуститься лишь козы да харсы. Выбравшись на относительно пологий выступ, шириной не больше трех моих ладоней, сел и прижался спиной к каменной стене, болтая босыми ногами над пропастью.

Как бы я ни наслаждался собственной удалью, усталость давала о себе знать. Руки и ноги мелко подрагивали. Когти грозили исчезнуть в любой момент. Я развеял их и, пошевелив ноющими пальцами, отметил, что изранился в кровь.

Пока скакал через ледяные пропасти, не обращал внимания на ссадины и царапины, но сейчас все ушибы и повреждения напомнили о себе разом. Мой головокружительный бросок не прошел даром. Вот только без дракона тело не регенерировало само по себе. Пришлось лечиться магией.

Я как раз отдыхал, восстанавливая резерв, и едва собрался двигаться дальше, как горы тряхнуло. Мне не нужно было видеть, я и так знал – это море обрушилось на побережье. Похоже, я опоздал…

«Берлиан!» – Как никогда, мне сейчас требовалось единение с драконом.

Без него я почувствовал себя совсем беспомощным. Всего на миг. А потом заставил себя собраться. Драклорд здесь я. Я принимаю решения, и я отвечаю за Предел. С драконом или без.

«Редж, что это было?» – откликнулся Берлиан.

«Море», – коротко ответил я, представив, как дракон кружит по пещере, круша сталагмиты и выбивая хвостом из стен алмазную крошку.

«Началось?! Что с Тенью? Я волнуюсь!»

«Я и сам волнуюсь, если честно… Погоди!»

Я находился на западном склоне Драконьего Пика и не видел сейчас ни замка, ни моря. Но я чувствовал, что моя Тень в большой опасности! Магические цепи, сковавшие нас, натянулись. Одновременно я ощутил ее безысходность. Да такую, что выть захотелось.

Я встал на одно колено и, обдирая кожу, вонзил пальцы в каменистую почву, не зная, как еще могу помочь.

– Дракон Прародитель и его Тень, помогите, заклинаю!

Рыча, направил магию в землю, пытаясь разбудить сердце Предела. Точно оголодавший младенец, она высасывала мою силу, я не смог бы прекратить это, даже если бы захотел. Наконец ощутив, что цепи больше не источают отчаяние, испытал облегчение и благодарность.

Земля внезапно меня отпустила. Я ткнулся в нее носом, завалился на бок и потерял сознание. А очнулся от прикосновения холодного клинка к собственному горлу, и тут же узнал магию Хаоса…

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Выбивая зубами дробь, я доползла до своих покоев. Айсана чуть опередила меня, чтобы наполнить ванну горячей водой. Она появилась в спальне, когда я пыталась снять с себя промокшую одежду. Руки замерзли, и получалось не очень.

– Сейчас-сейчас! – Знахарка бросилась мне помогать.

– Ася, почему морская вода такая холодная? Лето ведь! – спросила я, едва ворочая языком.

– Море у нас и не бывает теплым. Разве что в заводях, где помельче. Говорят, в Солияре вода в море круглый год как парное молоко, а к нам северное течение даже летом несет лед от берегов Кирфаронга.

– Понятно…

Закончив меня раздевать, Ася заглянула в ванную и сообщила:

– Готово. Иди грейся.

Она помогла мне забраться в ванну. Со стоном блаженства я погрузилась в горячую воду с шапкой крепкой ароматной пены. Пахло резко – целебными травами, но приятно. Я прикрыла глаза от наслаждения и пробормотала:

– Даже не верится, что после всего смогла вернуться живой…

– Хвала Дракону Прародителю, Лина! Подожди! Я сейчас переоденусь и отвар тебе и остальным приготовлю против простуды.

Айсана убежала, притворив за собой двери ванной.

Вот же ирония! За стенами природный катаклизм, а у меня горячая вода в замковой башне, и ее никто не отключит. В замке пока безопасно. Да и не может этот мир разрушиться одним днем. Не сейчас.

Внутри меня зрела уверенность: я еще успею вернуться к своей дочери. У меня есть время…

Вернулась Айсана довольно быстро.

– Лина, это отвар с живцом и медом. Выпей, чтобы хворь не прилипла. – Знахарка протянула мне исходящую паром чашку, завернутую в чистую тряпицу, чтобы не обжечься.

– Спасибо, – поблагодарила я ее, едва ворочая языком.

Встретившись с участливым взглядом подруги, испытала болезненный укол совести. Я-то уйду, найду способ, а Ася останется…

Они все тут останутся и погибнут!

На душе стало мерзко.

– Ася, как там твой брат? Их бы тоже согреть…

Я запомнила, как Ася лишь коротко обняла Сила и сразу же занялась Пираном, а потом мной. У нее вообще было время позаботиться о брате?

– Их уже отвели в баню. Хорошо натопили заранее.

– Я не ослышалась, в замке есть баня?

Что-то я не припоминала ничего похожего. Но, возможно, не все строения еще обошла на территории.

– Мы ее в одном из сараев организовали. Надо же слугам где-то мыться? – улыбнулась она. – Но хорошо бы отдельную построить, по всем правилам.

– Обязательно! Я и сама люблю баню, если честно.

Я прикрыла рот, подавляя зевок. От горячей воды и отвара меня окончательно разморило. Заметив это, Айсана забрала из моих рук кружку и подложила под голову свернутое полотенце.

– Давай помогу вымыться и уложу в постель?

Возможно, у местной аристократии было так принято, но для меня мытье – процесс слишком интимный, чтобы приглашать в него посторонних участников.

– Спасибо, не нужно. Я привыкла мыться сама. А ты лучше сообрази мне что-нибудь бодрящее.

– Зачем бодрящее? – удивилась Ася.

– Спать ужасно хочется, но у меня еще дела.

Я снова зевнула, закрыв лицо ладонями.

– Да какие еще дела, Лина? Тебе нужно выспаться! – возмутилась подруга.

– Обязательно высплюсь, но потом. Если люди из деревни придут, нужно будет заняться их размещением. Кстати, они еще не здесь? – спохватилась я.

– Нанька туда бегал. Говорит, что староста всех увел в горы, как наводнение началось. Там на выпасах есть пастушьи и охотничьи хижины. Так что нет в деревне никого.

– Ясно. А как сама деревня? Вода до домов не добралась?

– Нет. Только долину у реки затопило и ближайшие поля, но в холмы вода не добралась.

Я откинулась на бортик ванны и прикрыла глаза.

– Этой ночью придет еще одна волна. Какая она будет? Если деревенские лишатся жилья, пусть приходят в замок. Как-нибудь да уживемся, – решила я.

– Хорошо, передам Рисанне. Лина, я тут одно снадобье принесла, если в воду добавить, никакая хворь тебя не возьмет и тело ломить не будет.

– О! Это было бы просто замечательно!

– Но оно немного щиплет, – предупредила Ася, держа в руках небольшой сверток.

– Сыпь, – моргнула я согласно. – Что угодно сыпь, лишь бы я не свалилась с простудой.

Мерцающий порошок и мелкие цветочки отправились в воду. Запахло лавандой, и меня вдвое сильнее потянуло в сон.

– Ася, неси травку для бодрости, пока я прямо здесь не уснула. И не спорь!

Мне нужно было найти силы, чтобы дойти до пещеры и проверить состояние меча. А еще я планировала заглянуть в покои драклорда, откладывать дальше я не желала.

– Хорошо, – с плохо скрытым недовольством ответила Айсана. – Но потом я помогу тебе вымыть голову и одеться, – настояла она.

– Так и быть. Да! Узнай еще, не вернулся ли Нож. Я переживаю за ребят.

Ася уже дошла до порога, но остановилась и поинтересовалась:

– Лина, ты ему веришь?

Я отрицательно мотнула головой:

– Нет, но какой у меня выбор?

Айсана ушла, а я, не в силах бороться с дремотой, прикрыла веки. Пробормотала:

– Я должна спасти Дракендорт, но как?

Мысли текли вяло, а организм требовал пощады и сна.

Верный ответ пришел внезапно и был проще пареной репы: Реджинхард Берлиан отвечает за защиту Предела. Значит, я должна его выручить.

Осталось дело за малым: как-то вытащить из пещеры здоровенного мужика, не обладая ни магией, ни навыками, ни снаряжением альпинистов. Действительно, какая ерунда!

А еще нужно как-то с ним договориться, и это не легче, чем проделать все вышеупомянутое.

Я попыталась представить мужчину, изображенного на портрете, но перед глазами возник облик обнаженного дикаря из пещеры. Бесспорно красивого, но пугающего…

«Смеешь мне приказывать, предательница?!» – Казалось, я даже оттенки его голоса, сочащегося укоризной и горечью, запомнила до мелочей.

– Предательница. Но почему?

Реджинхард Берлиан явно спутал меня с Линдарой – своей настоящей Тенью. Значит ли это, что по ее вине он очутился в заточении?

Умозаключение показалось мне логичным. Особенно после рассказа Айсаны о поцелуе Линдары с Тапределем. К сожалению, видела знахарка слишком мало, чтобы можно было судить о том, как все случилось на самом деле.

Помогала ли юная Тень возлюбленному по собственной воле или ее обманом заставили навредить драклорду? Может, если пойму, как все произошло, смогу это исправить?

Как принято выбирать Тень?

Судя по легенде, которую я прочла, выходило так: живет себе девушка поживает, никого не трогает. И вдруг какой-то мужик, пусть и правитель, решает сделать ее своей Тенью. Почет и уважение семьи и окружающих обеспечены. Ну, еще бы, такая должность при дворе! Хотя ведь Тень это не совсем должность, да? Но и вроде бы еще не невеста. Наложница?

Что будет, если девушка не захочет быть Тенью? Может ли отказаться?

Допустим, живет какая-нибудь условная Маша своей жизнью. Лелеет какие-то планы. Возможно, ей уже сделал предложение хороший парень, в которого она влюблена по уши. Может, они уже назначили дату свадьбы и придумали имена будущим деткам…

И вдруг все резко меняется!

Появляется драклорд весь такой из себя и назначает ее Тенью. Забирает из отчего дома в свой замок, и баста! Больше Маша не может принадлежать ни одному мужчине. А у этого половозрелого драклорда наверняка уже есть если не пассия, то толпа фавориток. Ну, пусть даже одна-единственная, и все равно вряд ли она обрадуется молоденькой конкурентке. Готова ли к подобной участи начинающая Тень?

Зависит от амбиций и характера девушки, конечно же.

А по легенде, и драклорд, и его Тень были счастливы. Вот только у меня напрашивался вывод: мнение Теней на этот счет никто и никогда не спрашивал.

И как тогда жить? Как смириться со своим положением?

Статус Тени Дракона давал множество привилегий и возможностей. Уверена, многих это устраивало. На Земле тоже хватает практичных дам, которые с удовольствием заняли бы подобное место рядом с кем-то влиятельным и обеспеченным, но не все же такие?

Что, если Линдара не желала становиться Тенью Реджинхарда Берлиана? Может, советник пообещал освободить ее от немилого?

Вспомнилось, как драклорд пожирал глазами мое обнаженное тело. Вот, наверное, как он относился к Линдаре! Что, если она его боялась?

Мне же страшно не было. Напротив, фантазия неожиданно разыгралась, откликнувшись тягучим возбуждением внизу живота. Вздохнув, я едва коснулась напряженной груди, как вдруг кто-то тронул мои волосы, распределяя травяной шампунь.

– Ася!

Я испуганно дернулась, и вода плеснула через край ванны на пол.

– Ш-ш-ш! – ответила подруга и принялась намыливать мне голову.

Я подумала, что после сегодняшнего проще отрезать отросшие до талии волосы, чем промыть и расчесать. Но Ася так приятно массировала, что я расслабилась и снова прикрыла глаза, доверившись ее умелым рукам.

И все же у меня мелькнула мысль, что на такой случай надо бы на дверь колокольчик повесить, чтобы не пугаться. Да и дверь в покои неплохо починить. Раньше мне было без разницы, но теперь, когда народу в замке прибыло, будет нелишним.

– Ася? – позвала сонно, наслаждаясь массирующими движениями. – Как считаешь, этот Нож умеет чинить двери? Пусть приносит пользу, верно?

– Этот Нож много чего умеет, – ответил мне сам разбойник.

От неожиданности я вскочила, но тут же снова погрузилась в воду едва ли не до самого носа, радуясь, что меня скрывает плотная пена. А потом замерла, боясь обернуться.

– Что тебе здесь нужно, Нож? Совсем… стыд потерял? И страх? И совесть!

– Не стоит так меня бояться, Лина. – Наглец усмехнулся. – Лучше сядь, как раньше, я еще не закончил с твоими волосами.

Только сейчас я осознала, что руки Аси изначально показались слишком большими и сильными. Собравшись с духом, я села ровнее, следя, чтобы пена прикрывала стратегически важные места. Глазами попыталась найти полотенце, но оно висело на крючке слишком далеко, а тем, что выполняло роль подушки, ничего не прикроешь.

Главное, не суетиться, сказала себе, а в душе зрел страх. Если честно, от Ножа я ждала лишь подвоха.

– Выйди! – постаралась, чтобы прозвучало безапелляционно.

– Я пришел поговорить и еще не сказал, что собирался. Немного отвлекся.

– Позже поговорим! Я занята.

– Нет, сейчас, – надавил мой пленник, с каждой минутой борзея все больше.

– Пожалуй, мне придется снова связать тебя и запереть.

– Интересное предложение. Готов рассмотреть твою спальню в качестве места моего заточения, – промурлыкал гаденыш.

От такого намека во мне все вскипело, одновременно я обрадовалась, что сижу к нему спиной и он не видит растерянности на моем лице.

Немного собравшись, поинтересовалась:

– А рожа не треснет?

– Лина, в замке ведь все равно нет никого, кто смог бы выполнить твой приказ, верно? – спокойно, будто для тупенькой, пояснил Нож.

И он был прав. Сейчас мы были, как никогда, уязвимы.

Едва не послав его в самое классическое место, вслух я сказала:

– Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы вести себя подобным образом? Ты и так получил то, чего не заслуживаешь, Нож. Комната, чистая одежда, еда. Не стоит наглеть.

– Я всегда стремился к большему, Лина. Природа у меня такая. – Откровенно веселясь, разбойник обошел ванную и встал так, чтобы мне его было видно.

Он надел чистую рубаху, гладко выбрился. Светлые волосы чуть ниже плеч были вымыты, аккуратно расчесаны и немного волнились. В общем-то, если отринуть всю предысторию наших взаимоотношений, мужчина выглядел внушительно и интересно. Возможно, при других обстоятельствах я бы дала ему шанс…

Разбойник едва заметно облизнул губы, скользнув взглядом ниже уровня воды. Его глаза как-то странно блеснули. А я засомневалась, что пена по-прежнему достаточно плотная. Одновременно по телу прошла горячая волна похоти, заставив меня вцепиться в края ванны.

– Я не стану твоей любовницей, Нож! Даже не мечтай, – прошипела сквозь зубы, не понимая, что со мной творится.

– Нож – это кличка для сох и подельников. Зови меня Эйрен, Лина. Это мое настоящее имя, данное при рождении.

– Да мне плевать! Не смей меня трогать.

– Мои ухаживания не оскорбят тебя, клянусь. Мы с тобой почти равны по положению.