Я все-таки зашла в свои покои вместе с Айсаной. Здесь и правда ничего больше не напоминало о случившемся. Девушки навели порядок, и вонь повыветрилась. На всякий случай я обошла все комнаты с кинжалом, а Ася следовала за мной и наблюдала.

– Добрая вещь, хоть и нирфы ее сделали, – неожиданно заметила она. – Я не чувствую в ней никакого зла.

Хорошо, что знахарка так считает. Хоть она еще и молода, но у нее уже имеется авторитет среди людей. Это значит, и ее мнение будут учитывать. Не всем по душе Арухины речи.

– Драклорд однажды тоже сказал, что зло несет не оружие, а рука, что им управляет.

– Наш драклорд мудр.

Не обнаружив ничего враждебного, я оставила подругу и отправилась в покои Реджа.

Драклорд не спал. Уже одетый, он сидел за столом у окна и ел мясное рагу. Набрав полную ложку, он так и не положил ее в рот, а поинтересовался строго и с некоторым подозрением:

– Где ты была, Лина?

– Не поверишь, делала обход! – плюхнувшись на стул напротив, сообщила я, гордая своими плодотворными похождениями.

– Обход?! – переспросил Драклорд.

– Ну да! – Я улыбнулась. – Проверила посты и обстановку за стеной. Осадные орудия с поля убрали, тела погибших нирфов сбросили в море – об этом мне караульные рассказали. Случайно узнала грязную тайну, а заодно поймала кое-кого, кто народ в замке баламутит, – отчиталась я.

Рука Реджа дрогнула, и содержимое ложки частично свалилось обратно в тарелку. Драклорд взглянул на меня с укоризной.

– Что? – не выдержала я этого взгляда.

Ну правда, мог бы и похвалить для разнообразия!

– Василина, ночной обход – не женское дело. Приличной ньере в такое время из покоев выходить не след!

Я поднялась со стула и заявила:

– Так, дорогой. Давай-ка на берегу определимся, что мне след, а что не след. Там, откуда я прибыла, равноправие. Я сама привыкла решать и не собираюсь менять свои привычки.

Несколько долгих мгновений мы буравили друг друга непреклонными взглядами. Вдруг губы драклорда растянулись в хищной улыбке.

– Ты назвала меня «дорогим», я не ослышался?

Отчего-то я смутилась и не стала отвечать. Только демонстративно закатила глаза.

– Мне нравится, – мурлыкнул Редж, смутив меня еще сильнее. – Ну и как там посты?

Такую смену его настроения я посчитала добрым знаком. Возможно, нам удастся найти общий язык, несмотря на разницу менталитета.

– Несколько караульных спали, за что получили взбучку. В остальном порядок.

– Угу. А о каких возмутителях спокойствия ты упомянула?

– Среди деревенских, нашедших приют в замке, есть прорицательница Аруха. Знаешь такую?

Драклорд кивнул:

– В детстве я ее даже побаивался. Я тогда часто играл с деревенскими мальчишками, и она нас своей клюкой колотила. Длинной такой.

Теперь сомнений не было, Реджинхард Берлиан точно был знаком с Арухой.

– Она внушает людям, что все происходящее в Пределе – моя вина. Якобы это из-за меня нирфеаты со своими монстрами осаждают Дорт-Холл.

– Не без этого, – перебил меня драклорд. – Но ты же не знала, как работает Рассекающий.

Я насупилась:

– И море тоже наступает из-за меня?

– Бред! Море наступает, потому что я не заменил вовремя кристалл.

Редж рывком поднялся и принялся мерить шагами комнату, и я тут же его простила. Он не хотел меня задеть, просто констатировал факт. Я и правда испортила защитный барьер Дракендорта, пытаясь вернуться на Землю. Поэтому и Нирфея со своей армией здесь.

– И… ты не можешь контролировать дракона тоже из-за меня, – озвучила я еще одно прегрешение, приписанное мне Арухой.

– Не могу контролировать дракона?! – возмутился драклорд. – Сегодня нам с Берлианом пришлось все силы напрячь, чтобы создать иллюзию, которую почти не отличить от реальности. Мы обратили в бегство целое войско! А она… – Редж прошагал к выходу и, распахнув двери, рявкнул в коридор: – Приведите Аруху! Немедленно!

Через несколько минут прорицательница предстала перед нами в кабинете Реджинхарда. Я, как и полагается Тени, находилась рядом. Стояла чуть позади слева от кресла, в котором величественно восседал драклорд.

Старушенция ехидно косилась на Пирана и Гана, которые ее сюда сопроводили, и мне почему-то это не понравилось. Но как только она увидела драклорда, сразу же изобразила кротость и смирение. И немощность!

Дыбая так, словно ей уже стукнуло сильно за сотню, Аруха приблизилась к столу и остановилась, едва не повиснув на своем посохе. Всем видом она демонстрировала, как ей сложно стоять на ногах. Даже у меня что-то внутри дрогнуло.

Ну да, ну да! А когда в толпе шныряла и за сарай шмыгнула, то и иной ассасин позавидовал бы ее проворству. С легким злорадством я отметила, что драклорд не спешит предлагать бабушке второе кресло.

– Аруха, у меня к тебе есть вопросы, – холодно произнес он.

– Я готова дать ответы, мой драклорд.

Аруха еще ниже склонила голову, подобострастно поглядывая на Реджа.

– Зачем разносишь лживые слухи по замку? Зачем очерняешь мою Тень?

– Так ведь ненастоящая она, мой драклорд. Явно ее нирфы подослали вам на погибель. – Аруха недобро так зыркнула на меня.

С торжеством зыркнула! Уверенная в том, что нанесла удар в самое сердце противника.

– У тебя было видение? – спокойно так, но с искусно замаскированной угрозой поинтересовался Реджинхард.

Когда так спрашивают, лучше не обманывать.

Почувствовала это и прорицательница. Замялась, но решила не нарываться лишний раз.

– Я видела, что Тень не та. Она не такая, как мы. Но откуда же ей тогда взяться в замке? Говорю вам, это нирфы…

– Дракон Прародитель прислала ее, чтобы восстановить справедливость! – перебив старуху, ответил Редж моими же словами.

Я удивленно на него посмотрела, ощутив прилив нежности. Интересно, он и правда так считает? Неужели недоверие, которое драклорд демонстрировал совсем недавно, исчезло?

– Но… Господин! Она не поможет вернуть вам дракона, я точно знаю! Я это отчетливо видела!

Карга резво метнулась к столу, будто позабыв, что нужно притворяться немощной.

– Чудовище в моей спальне твоих рук дело? – не выдержала и задала вопрос я.

Аруха надменно хмыкнула, смерив меня взглядом.

– Это так? – надавил драклорд.

– У Тени своей поинтересуйтесь, откуда в ее спальне чудовище взялось. Она лучше нашего с вами о том знает, – отважилась на дерзость карга.

Я нахмурилась, пытаясь справиться с изумлением, и спросила:

– На что ты намекаешь?

– Я не намекаю, а говорю прямо. Я тут ни при чем, но точно знаю, что нирфеатская тварь появилась в замке из-за тебя, – ехидничала Аруха, и не собираясь быть почтительной.

Но самое противное, не похоже было, что она врет! Вон как радуется, что на меня хоть брызги разлитых ею помоев, да долетели.

– Объяснись! – приказала я.

Но старуха только поджала губы, изображая оскорбленное достоинство.

– Ответь ньере Тени! – приказал драклорд.

– Сама ты его и притащила! Чего тут объяснять? – буркнула противная бабка.

– Повежливее. Ты говоришь с Тенью Дракона! – не выдержал Редж.

– Но ведь она…

– Ты говоришь с Тенью Дракона! – членораздельно повторил драклорд, и в его речи отчетливо послышалось драконье рычание.

– Простите старую. Забылась. Совсем из ума выжила! – лихо забила поклоны прорицательница.

Дай бог мне в ее возрасте такую спину!

– Не советую больше забываться. – Редж откинулся на спинку кресла и приказал: – Рассказывай, что тебе известно?

Аруха замялась.

– Мой драклорд, видения, что мне приходят, не слишком четкие. Иногда сложно различить детали. Да и приходят они не всегда по моему желанию. – Прорицательница нахмурилась, подтверждая то, что рассказала о ней Айсана.

– Рассказывай, что знаешь. И не советую выдумывать. Я и без дракона способен отличить правду от лжи.

Старуха окончательно сникла и показалась древней и усталой. Мне отчего-то стало неловко. Видимо, уважение к пожилому возрасту все-таки брало надо мной верх.

– Аруха, просто скажи все как есть, и я забуду об этом недоразумении. Взамен ты поговоришь с людьми и объяснишь, что ошибалась на мой счет.

– Если я откажусь от своих слов, мой авторитет среди людей подвергнется сомнению, – возразила прорицательница.

Похоже, она искренне верила в те слухи, что распространяла.

– Соврешь, что у тебя было новое видение, тебе не привыкать, – подсказала я с иронией.

– Идет! – нехотя согласилась старушенция. – Дайте мне руку, ньера Тень. Может, я и правда смогу увидеть больше, – попросила неожиданно она.

Я вопросительно посмотрела на драклорда, но тот не выказал беспокойства.

Никогда не доверяла гадалкам. Не ходила с подружками гадать на женихов за булку хлеба или другие продукты. Не останавливалась на призывы цыганок у привокзальной площади, но сейчас мне стало любопытно. В Пределах магия – обыденность. Я успела на нее насмотреться и даже сама использовала, пусть через меч или кинжал. Почему бы и не попробовать?

А если прорицательница вздумает запудрить мне мозги, как деревенским, и станет нести бред, драклорд ее мгновенно раскусит. Запугать нас у нее не получится.

Мальчишки в день нашей первой встречи сказали, якобы Аруха напророчила, что лишь синий дракон поможет попасть в запертый магией замок. Отчасти ее предсказание оказалось правдивым: Баламут – брат Соника, пусть и косвенно, но сработал пропуском в Дорт-Холл. Поэтому, вкладывая руку в сухую ладонь старой карги, я испытывала легкий трепет.

Когда ее узловатая клешня стиснула мои пальцы, волоски на теле зашевелились, словно от статического электричества.

– Ты подобрала что-то. У леса. Принесла в замок. В свою комнату. Оно и притянуло чудовище.

Якорь! Как и предполагал Нож!

– Что это было?

– Какая-то мелочь. Точнее не скажу, – слишком буднично ответила карга.

Так даже неинтересно! Хоть бы повыла для пущего эффекта.

А вот насчет мелочи Аруха не ошиблась!

Я вспомнила, как подобрала перчатку, перламутровую рыбью чешуйку и двузубую гнутую вилку на месте стоянки нирфеатов. Сама не понимаю, зачем все это мне понадобилось. Но тогда я посчитала, что вещи пригодятся, и напрочь забыла о них уже через минуту. Интересно, которая из них стала якорем для монстра? Или, может, сразу все?

Вдруг сухие пальцы стиснули мою ладонь крепче, почти до боли. Глаза Арухи залило белым светом:

– Ты ему не поможешь! Ты не та Тень! Не поможешь! Тебе не освободить дракона! – вещала бабка на этот раз уже со всеми спецэффектами.

Зрелище было то еще!

Я испуганно шарахнулась, вырвав у нее руку, а Аруха, пошатнувшись, повалилась навзничь. Если бы не резвый Ган, точно разбила бы себе голову о каменный пол.

– Хорошая реакция! – похвалила я парня.

– Дело-то привычное, – улыбнулся тот, придерживая конвульсивно вздрагивающую бабку. – С ней всегда так, когда она настоящие предсказания делает.

– Так вы все знаете, да? О том, что Аруха привирает.

Парни переглянулись, и Пиран ответил:

– Так-то все знают, но помалкивают. Все-таки она порой годно прорицает.

Мы все уставились на Аруху, которая перестала вздрагивать, но будто бы потеряла сознание.

– Отнесите ее в комнату, где она живет, и позовите Асю. Пусть посмотрит. Все же пожилой человек, мало ли… Вдруг с сердцем плохо.

Хоть я и грозила старухе всяческими карами за наветы, но смерти не желала.

– Ньера Лина, да не волнуйтесь вы так. С бабушкой Арухой все хорошо. Разве что проснется в скверном настроении и примется изводить всех втрое сильнее обычного. С ней каждый раз так.

– Ясно. Тогда поступайте, как знаете, – кивнула я, внимательно посмотрев на помощников. – И, парни, у меня к вам просьба…

– Ньера Лина, мы ничего никому не скажем о том, что тут услышали, – правильно поняли меня ребята.

Неожиданно посетила мысль, что с тех пор, как они пришли в замок, состарились на несколько лет. Так их придавило ответственностью.

Когда они вышли и унесли с собой прорицательницу, я посмотрела на драклорда. Тот задумчиво и пристально смотрел на меня. Под его взглядом я стушевалась:

– Прости. Наверное, мне не стоило так свободно распоряжаться, пока ты здесь…

– Василина, ты ведешь себя, будто хозяйка в Дорт-Холле, но… Почему-то мне это нравится.

Он улыбнулся и поднялся с кресла. Обошел стол, остановившись возле меня. Я подняла на него глаза и, облизнув пересохшие вдруг губы, озвучила свои опасения:

– Редж, что, если Аруха права? Что нам делать?

Драклорд пожал плечами:

– Проверим ее слова прямо сейчас. У нас впереди целая ночь, чтобы что-то придумать. В алмазной пещере довольно прохладно, тебе стоит что-нибудь накинуть, прежде чем туда идти.

При этих словах в его взгляде вспыхнул знакомый огонь, и мои щеки окрасило смущение от воспоминаний о нашей первой встрече. Ужасно захотелось, чтобы Редж снова меня поцеловал. Страстно. Прямо как тогда…

– Тогда мне нужно заглянуть к себе.

– Я провожу.

В сопровождении Реджа я добралась до своих покоев и осторожно вошла, чтобы не потревожить спящую в гостиной знахарку. Но Айсаны в ее кровати не оказалось. Наверное, Пир и Ган все-таки позвали ее, чтобы осмотреть Аруху.

В гостиной, в моей спальне и даже в ванной комнате горели свечи, затапливая пространство уютным желтым светом. Не было ни единого уголка, который бы тонул в кромешной темноте. Без опасений я пробралась в гардеробную и, чтобы не тратить время, схватила первую попавшуюся теплую вещь – длинный плащ, подбитый гладким серебристым мехом.

Накинув его на плечи, я выскочила наружу. Редж ждал меня у окна.

– Так годится? – Я продемонстрировала ему плащ.

– В самый раз! Я в любом случае не дам тебе замерзнуть. Идем?

Он протянул руку, и я без раздумий вложила в нее свою.

На этот раз мы не стали спускаться во двор ко входу с решеткой. Редж свернул на втором этаже в ту часть замка, где еще не навели порядок, и остановился у какой-то ниши. В ответ на мой вопросительный взгляд он повел рукой, и часть кладки бесшумно отъехала в сторону, открыв темный проход.

– Так будет намного быстрее, – заметил Редж, когда потайная дверь за нами закрылась и мы оказались в кромешной тьме.

– Не уверена… – Я крепче стиснула его руку и придвинулась ближе, чтобы ощущать его плечом.

– Не бойся, я все отлично вижу.

Редж двинулся вперед. Путешествие во мраке надолго не затянулось, и совсем скоро мы выбрались в коридор, у самого входа в пещеру, где «заряжался» Рассекающий.

– Отлично! – воскликнул драклорд, вынув меч из сталагмитового «куста».

Покрутил его в руках. Поднес к глазам, глядя вдоль лезвия, а затем одним отточенным движением убрал в ножны.

Чтобы использовать магию меча, ему не требовалось озвучивать свои пожелания. Он просто притянул меня к себе, и в следующий миг что-то изменилось. У меня знакомо закружилась голова, вынуждая зажмуриться и крепче вцепиться в него. А потом – раз! И мы очутились в той самой пещере, где и началось наше знакомство.

– Только не пугайся, – шепнул мне на ухо драклорд, и вовремя!

«Лина, как же я рад тебя видеть!» – раздалось прямо в моей голове!

От неожиданности я вздрогнула. А потом еще раз, когда увидела совсем близко два оранжевых блюдца. На расстоянии вытянутой руки от меня обнаружилась огромная драконья голова!

Я… В общем, хорошо, что Редж меня обнимал, не то я бы точно ломанулась прочь с визгами, разглядев очертания гигантского ящера. А так я только снова зажмурилась и прижалась к нему теснее в поисках защиты.

Вот ведь! А полагала, что готова увидеть живого дракона. Думала, что удивляться уже нечему.

Пережив первый шок, я взяла себя в руки и вежливо поздоровалась:

– Здравствуйте!

– Василина, знакомься. Это Берлиан – алмазный дракон, хранитель Предела Дракендорт и… часть меня.

«Лина, я очень рад с тобой снова встретиться!» – послышалось прямо в моей голове.

Сам дракон по-прежнему не шевелился, только узкие зрачки, пересекающие оранжевые блюдца, слегка расширились.

– И я тоже рада… – выдала я со смешанными чувствами.

Повисла неловкая тишина. Дракон разглядывал меня. Я делала то же самое.

Ящер лежал на полу, но его гигантское тело возвышалось над нами, точно гора, теряясь в темноте. Я видела только морду, размером с легковой автомобиль, и глаза-блюдца, навевающие мысли о Чеширском коте.

Убедившись, что я не испытываю страха, Редж зажег несколько магических огней, которые высветили древнего ящера целиком.

– Ты действительно алмазный! – восхитилась я, наблюдая красивую игру света на гранях чешуек огромного, как двухэтажное здание, дракона.

По иллюзии, которая вчера громила нирфов, я не смогла по достоинству оценить его габариты.

Оба – и человек, и дракон – расхохотались. Редж – вслух, а Берлиан – в моей голове. Странно это было слышать – натуральный мужской голос. Но совсем не такой, как у Реджа.

– Берлиан, ты, случайно, не болен? – спросила, отметив, что дракон не делает попыток подняться и даже не шевелится.

Редж хохотнул и сдал часть себя:

– Разве что на голову, если думает, что, прижавшись к полу всей тушей, выглядит меньше.

«Редж! Я просто не хочу снова напугать нашу Тень!» – воскликнул с укором дракон.

Я улыбнулась и задала вопрос, который мучил меня уже какое-то время:

– Берлиан, а я настоящая Тень Дракона?

Отчего-то вдруг стало важно услышать ответ от самого дракона. Видимо, засели где-то на подсознании слова Тапределя и Арухи.

«Ты – моя Тень, Лина. Самая что ни на есть!» – подтвердил Берлиан, и у меня словно груз упал с плеч.

– Раз так, давай-ка снимем с тебя гадость, которая не позволяет выйти из пещеры. И устроим нирфам ледовое побоище, если посмеют вернуться!

Окончательно перестав робеть, я коснулась драконьего носа и воскликнула от неожиданности:

– Ой! Ты теплый!

Почему-то я полагала, что алмазная броня ящера должна быть твердой и холодной.

«Василина, а я тебе хоть немножечко нравлюсь?» – с надеждой спросил Берлиан, приподнявшись на передние лапы.

Мне показалось, что сейчас он завиляет хвостом.

– Полегче, Бер! – ревниво рявкнул Редж, а я хихикнула, прикрыв рот рукой.

– Как ты можешь не нравиться? Ты же такой красавец! Можно я тебя еще поглажу?

«Можешь делать все, что заблагорассудится!» – с нескрываемым восторгом заявил дракон и снова лег, чтобы мне было удобнее его касаться.

Я снова погладила его неожиданно теплый нос.

– Обалдеть! Я трогаю руками дракона! Самого настоящего! С ума сойти! – не сдержала я бурлящие эмоции. – Как здорово!

Я прижалась и обняла застывшего Берлиана за морду.

– Знаешь, Бер, я тебе завидую. Меня она никогда не рвалась погладить. И красивым не называла ни разу, – ревниво прокомментировал Редж.

Я невольно покраснела. Ошибаешься, мой драклорд. Еще как рвалась!

Ящер блаженно закатывал глаза и издавал забавные тоненькие звуки, похожие на хрустальный перезвон, когда мои ладони скользили по его гладкой шкуре, неожиданно приятной на ощупь. Удивительно, но она была одновременно и твердой, и бархатной.

Но как такое возможно? Совершенно новый тактильный опыт для меня, если можно так выразиться.

– Ему же приятно, да? – обернулась я и поинтересовалась у Реджа. А потом, спохватившись, уточнила у самого Берлиана: – Так хорошо?

Я как раз активно чесала драконий подбородок, точно гигантскому котейке.

– Ему всяк хорошо! – раздраженно ответил за дракона Реджинхард.

«Ты просто завидуешь, Редж! – самодовольно отозвался Берлиан. – Ага, вот тут. А теперь чуть правее и ниже. О да… И чуть-чуть посильнее. О-о…»

Я гладила дракона, точно пса, испытывая детский восторг. А потом от избытка эмоций наклонилась и чмокнула в нос.

– Так. Ну хватит! – вмешался в это безобразие Редж. – Устроили тут разврат какой-то! Поднимись, Бер. Пусть она снимет с тебя яхнэ, и покончим с этим раз и навсегда.