В парке Фольксгартен
Полуденный час
Сумрачно
Анна и Ольга возвращаются домой с похорон отца; позади ковыляет профессор Роберт Шустер, их дядя, которого пока не видно; зато хорошо различимо здание Бургтеатра на заднем плане
Анна
(не доходя до скамьи, останавливается)
Самые короткие похороны
какие мне приходилось видеть в жизни
И самые жуткие
Ольга
(тоже останавливаясь)
Будет очень трудно
продать этот дом в Оксфорде
полгода искали
наконец в самый последний момент нашли
а теперь вот снова продавать
Анна
(оборачиваясь назад)
Отец ведь боялся возвращения в Оксфорд
все кого он там знал
поумирали
в Оксфорде у него бы никого не было
Вена была ему ненавистна
но и в Оксфорде он ничего бы уже не нашел
из того что было ему по душе
в Оксфорде тоже все по-другому стало
Ольга
Горечь ожесточила его
он просто не мог больше все это выносить
даже если бы он еще года два-три назад
в Оксфорд уехал
ему бы это не помогло
Анна
Он бы тогда и кафедру не получил
Это сейчас профессор Стротцка
все на него взвалить хотел
Ольга
Но идея-то была мамина
Анна
Мать ни за что не хотела в Оксфорд
но ей пришлось смириться
Мать хотела здесь в Вене на другую квартиру
переехать
а вовсе не в Оксфорд
впрочем это не имеет значения
отец никогда ее не слушал
ее мнения интересовали его все меньше
она никогда не умела настоять на своем
Оксфорд для меня кошмар
но каждый день в Вене
для меня еще больший кошмар
я просто не могу здесь больше жить
я просыпаюсь и чувствую страх
сегодня здесь и вправду ничуть не лучше
чем было в тридцать восьмом
сейчас в Вене нацистов больше
чем в тридцать восьмом
вот увидишь
все это очень плохо кончится
и не нужно даже особого ума
чтобы это понимать
они возвращаются
они уже повылезали из всех нор
которые сорок лет были заткнуты
пяти минут с человеком поговорить не успеешь
и тут же выясняется
что это нацист
куда бы ты ни пошел к булочнику
в химчистку или в аптеку
на рынок
а в Национальной библиотеке
мне кажется иногда
что вокруг меня сплошь одни нацисты
они только ждут сигнала
чтобы открыто против нас выступить
(Кричит)
Дядя Роберт ты не торопись
мы тебя подождем
(Ольге)
В Австрии надо быть либо католиком
либо национал-социалистом
ничего иного они просто не терпят
всякого инакого они просто уничтожают
и притом только стопроцентным католиком
и стопроцентным национал-социалистом
Ольга
Мама в Нойхаусе долго не выдержит
Анна
В субботу в Йозефштадте «Минна фон Барнхельм»
на это она точно пойдет
а в Нойхаусе она нашей фрау Циттель
будет помыкать
Ольга
А Герта
Герту она тоже с собой берет
Анна
Да кто Герту считает
пусть берет на здоровье
тяжелую работу Циттельша все равно
уже делать не может
эта Циттель считай что почти уже член семьи
и только во вторую очередь экономка
Отец в последние годы
гораздо больше с Циттельшей общался
чем с матерью
без Циттельши тут все давно бы развалилось
Ольга
А мать ее еще жива
Анна
Ей девяносто два
она в Критцендорфе в доме для престарелых
отец платил за нее
теперь платить некому
Ольга
Но у мамы ведь не только пенсия
Анна
Да нет за ней все еще
уксусная фабрика
и фабрика фесок
она хоть ими и не занимается
но зарабатывает на них кучу денег
даже отец не смог
эти фабрики доконать
(Кричит Профессору Роберту)
Мы ждем-ждем дядя Роберт
мы никуда не торопимся
Циттельша нас покормит
(Ольге)
В Оксфорде он книгу хотел закончить
на книге теперь придется наверно
поставить крест
И рояль малой скоростью уже отправили
вот кретинизм
но пока я продолжаю работать
в Национальной библиотеке
все еще ничего
хотя порой мне там просто невыносимо
ты даже представить себе не можешь
какие это тупицы
Директор совершенно невозможный тип
каждый день в столовой садится за мой столик
прямо напротив меня
он то ли из Зальцбурга то ли из Тироля
всякий раз при одном его появлении
у меня пропадает аппетит
господи ну что за люди
но у нас же все должности по партийным
спискам расписаны
и чем человек глупее
тем выше пост он занимает
вот и сидят повсюду эти идиоты
это то что отца всегда так бесило
в университете ведь тоже идиотов полно
он двадцать лет среди них мучился
болваны из Штирии идиоты из Зальцбурга
это все коллеги
вся умственная жизнь в этом городе
почти напрочь задавлена низостью и тупостью
комбинаторов-столоначальников
Девяносто процентов моих сотрудников
нацисты
вот что отец говорил
и являют собой воплощение либо католической
либо национал-социалистстской тупости
а подлость и низость свойственны что тем
что другим
город Вена это одна сплошная трясина
тупости и низости
Ему там даже поговорить было не с кем
напоследок у него один только дядя Роберт
и оставался
Ольга
Но тебя же никто не заставлял
идти работать в Национальную библиотеку
Анна
А что мне было делать
Без Национальной библиотеки
я бы всего этого просто не вынесла
я бы вообще не знала зачем живу
ты же не думаешь
что я способна просто так дома сидеть
никогда бы не смогла
Ждать как вот мама
когда от фабрик что-нибудь перепадет
меня от этого всегда жуть брала
Маме тоже надо было заняться
чем-нибудь умственным
она бы тогда не стала такой
Хождение в Йозефштадт в театр
это только блажь
запряталась в болезнь
Я сегодня на «Минну фон Барнхельм» иду
тоже мне умственная работа
театр нужен этим людям
только для исправной работы пищеварения
Ольга
Но без театра
у нее вообще ничего не останется
Анна
В том-то и беда
по сути отец маму уничтожил
Ольга
А она отца
Анна
Людям свойственно взаимоуничтожать друг друга
а уж в браке и подавно
вопрос только в том кто кого раньше
кто первым даст себя разрушить
и уничтожить
только на этом брак и держится
что бы они там ни пели
Ее приступы это ее орудие власти
с их помощью она двадцать лет держала отца
в руках
сперва вероятно это было даже
и не притворство
вероятно это даже и сейчас не притворство
но по сути-то притворство
все болезни такого рода
это настоящие болезни но и притворство
(Кричит Профессору Роберту)
Нам некуда торопиться дядя Роберт
(Ольге)
Это и для дяди Роберта конец
просто он не из тех кто кончает самоубийством
Такие люди как дядя Роберт
из окон не выбрасываются
их впрочем и нацисты не травят
они по большей части просто игнорируют
все что вокруг них происходит
опасно только с такими как отец
эти в любую секунду все видят и все слышат
потому-то им и страшно
Дяде Роберту не всегда страшно
дядя Роберт и сегодня жизнью наслаждается
а вот отец не наслаждался жизнью никогда
дядя Роберт прирожденный жизнелюб
дядя Роберт кстати и не верит что в Вене
по сути одни нацисты остались
когда ему говоришь он слушает но не верит
его это нисколько не трогает
поэтому он и в Нойхаусе живет спокойно
отец вот в Нойхаусе дня не мог выдержать
И на музыкальных вечерах ему нисколько
не мешает
что в зале сплошь одни нацисты сидят
дядя Роберт может слушать Бетховена
и даже не вспомнить о партийном съезде
в Нюрнберге
а отец вот не мог
Вообще-то мы больше любили
с дядей Робертом бывать
чем с отцом
еще детьми при первой возможности
к дяде Роберту бежали
а отца мы побаивались
Тех кто думает всегда побаиваются
безобидные те кто способен просто так
слушать Бетховена
людям куда милей
Благодаря дяде Роберту
у нас было счастливое детство
Ольга
Но папа ведь тоже регулярно
на музыкальные вечера ходил
Анна
Да но ему это всегда было отвратительно
из-за двойного напряжения
потому что прежде чем начать музыку слушать
он должен был отвлечься
от нацистских воззрений окружающей публики
ему приходилось сперва так сказать
закрывать глаза и затыкать уши
чтобы музыку слушать
Для обычной жизни отец был слишком
сложно устроен
Думал что в Оксфорде сможет
еще раз все начать сначала
это ошибка
не бывает так
чтобы двадцать лет в Вене продержаться
наперекор всем и вся
а потом просто так в Оксфорд вернуться
Ольга
(следя за дядей Робертом)
Дядя Роберт отца никогда не понимал
Анна
Они любили друг друга
любили больше всего на свете
но они друг друга никогда не понимали
Ольга
Я ему говорю дядя Роберт
не надо бы тебе в такую промозглую погоду
на похороны тащиться
Анна
Но это же невозможно
Чтобы брат на похороны брата не пошел
Ольга
Я правда не думала
что все так быстро кончится
Анна
Когда не произносят надгробных речей
и погода такая скверная
и людей так мало
почему это должно тянуться долго
А я на Деблингском кладбище
чувствую себя как дома
в самой Вене нет
а вот на Деблингском кладбище всегда
чувствую себя как дома
это потому что мы с родителями
так часто на Деблингское кладбище ходили
Ольга
(о дяде Роберте)
Дядя Роберт как постарел
то и дело останавливается
на грачей смотрит
Анна
От одышки все так
Люди думают это любовь к животным
а это просто одышка
Дядя Роберт всегда был
профессором философии
но настоящим-то философом был отец
Где-то когда-то ваш дядя Роберт поотстал
так отец говорил
сперва они вровень развивались
но потом дядя Роберт почему-то отстал
зато дядя Роберт всегда был добродушный
в отличие от отца
отец всегда был непредсказуем
По сути-то отец всегда был
на Циттельше женат
а мать ему только на нервы действовала
с матерью он совсем не знал как себя вести
тогда как Циттельша все больше и больше
становилась для него настоящей
спутницей жизни
а мать все больше становилась ненужной
и по сути только обузой
она почти ничего для него не значила
она и не старалась что-либо значить
у вашей матери пустая голова
отец из года в год это повторял
А Циттельша с ним под конец
исключительно по-английски изъяснялась
и о философии порассуждать
только с Циттельшей можно было
У матери в голове только ее
уксусная фабрика была
да ее фабрика фесок
Циттельша Декарта читала Спинозу
она была его созданием
а мать куда ей
она не могла да и не хотела
матери была подвластна только
сфера общественного
но отца никогда это не интересовало
и общество и все общественное отец
всегда ненавидел
он же сам называл себя
обществоненавистником
А вот дядя Роберт всегда любил бывать
в обществе
даже в самом противном
В то время как Анна смотрит в противоположную сторону, Ольга направляется навстречу дяде Роберту, который, на двух костылях, с ее помощью добирается до скамейки
Ольга
Циттельша сегодня еще готовит
Завтра она подает последний завтрак
в этой квартире
Ты же сегодня не поедешь в Нойхаус
Профессор Роберт
Нет-нет погоди грачи еще здесь
Ольга
В любом случае Циттельша поедет в Нойхаус
вместе с тобой
Профессор Роберт
(А н н е, которая наконец обернулась)
Так когда вы едете в Оксфорд
Анна
Послезавтра дядя Роберт как и намечалось
Профессор Роберт
Будет нелегко
продать этот дом
а ты с таким трудом его нашла
Анна
В Англии продать такой дом
ужасно трудно
сперва ты его ищешь и найти не можешь
а потом не можешь продать
Профессор Роберт
Я думаю такой дом
можно продать только себе в убыток
Анна
Возможно какое-то время нам с Лукасом
придется пожить в Оксфорде
дом ведь не оборудован
Профессор Роберт
За такие деньги в наших местах
целое поместье можно было купить
Анна
Но отец хотел в Оксфорд вернуться
а не в Нойхаус
Профессор Роберт
В том-то и просчет что он думал
будто в Оксфорд запросто вернуться может
а потом понял
что это совсем не так
Лично я привык к Нойхаусу
(Осматриваясь вокруг)
Вена меня слишком утомляет
в это время года
Вена в марте это не для меня
до начала лета мне в Вене делать нечего
Анна
В Нойхаусе у тебя все есть
и мама рада что в Нойхаусе ты всегда рядом
мама без тебя в Нойхаусе просто пропала бы
Профессор Роберт
В Нойхаусе одни старики остались
которым Вена не по зубам
Сплошь старики больные да калеки
но я Нойхаус с детства люблю
вот матери твоей тяжелее придется
она-то Нойхаус всегда ненавидела
она ненавидела Нойхаус больше всего на свете
ваш отец ее в Нойхаус попросту ссылал
правда теперь-то и она пообвыкла
Но она там целями днями
только в кресле сидит
либо на террасе либо в столовой
Будто проклятая
Будь она литературным персонажем
но она живой человек
вот в чем несчастье
я отцу вашему постоянно об этом твердил
Ольга
Может ты присядешь
Профессор Роберт
(с помощью племянниц усаживается на скамью)
В Вене еще в марте зима стоит
Хотя венцы уже с конца января всех уверяют
будто наступила весна
а у самих еще и в конце марта
зима беспросветная
Когда я еще в университете служил
я днем всегда в Фольксгартен выбирался
а отец ваш нет
он в ближайший переулок бежал в Херренгассе
не упомню чтобы он хоть раз
в Фольксгартен зашел днем
только завтракал там
в молочном кафе
Анна
В Нойхаусе новую дорогу будут прокладывать
прямо через наш сад
ты намерен что-нибудь предпринимать
Профессор Роберт
Это еще через сколько лет будет
мне и не прожить столько
раньше чем через пять-шесть лет
ее не построят
я не доживу
Анна
Но это же обесценивает наш участок
Профессор Роберт
Возможно
Анна
Мама письмо протеста
бургомистру написала
Профессор Роберт
Да знаю я
а я протестовать не буду
я из принципа не протестую
протесты на старости лет противопоказаны
Анна
Ты тоже должен написать бургомистру
письмо протеста
и в министерство
твое письмо будет иметь вес
только твое письмо и будет иметь вес
Профессор Роберт
Никакого письма протеста я писать не буду
мне совершенно все равно
проложат дорогу через сад или нет
Анна
Но это же просто глупо
хотя бы ради нас ты должен написать
это письмо протеста
Профессор Роберт
Я в своей жизни столько раз протестовал
и все совершенно без толку
Анна
От тебя требуется только подпись
мы составим черновик
ты его просмотришь
потом мы перепечатаем набело
а ты только подпишешь
Профессор Роберт
Мне совершенно все равно
будут строить эту дорогу или нет
для меня это уже не имеет значения
Анна
Отец обязательно бы что-нибудь предпринял
такой красивый яблоневый сад
Профессор Роберт
Даже ваш отец не заставил бы меня
писать какое-то письмо протеста
если бы они мой дом намеревались сносить
тогда да
а так нет
яблони уже старые
того и гляди раньше меня вымрут
Не нужны мне в Нойхаусе все эти склоки
Что там ваша мать затевает меня не касается
это ее дело
но ко мне со всей этой ерундой не приставайте
(Хватает Анну за руку)
Ты такая же как всегда
боевая мужественная и боевая
А я хочу в Нойхаусе жить спокойно
не могу я объявлять войну бургомистру
В конце концов это остаток моих дней
и он уже почти совсем иссяк
Анна
Тебе не холодно на скамейке
Профессор Роберт
Да не холодно мне
Ваш отец вечно все ставил на одну карту
для меня его самоубийство
не стало неожиданностью
Просто слишком долго все это длилось
ему еще полгода назад надо было
в Оксфорд уехать
а сейчас было бы уже поздно
он же сам говорил
из Вены надо либо сразу уезжать
либо кончать самоубийством
Если начистоту
я-то никогда о самоубийстве не помышлял
а ваш отец уже ребенком
с этой мыслью поигрывал
когда я еще и понятия не имел
что такое самоубийство
он уже об этом задумывался
Но бургомистр Вены лично предложил
ему вернуться
это решило дело
кафедрой его поманил
Однако одно то
что он прямо напротив Площади Героев
квартиру купить решил
уже было ошибкой
ведь ему и в Гринцинге и в Сиверинге
квартиру предлагали
Я ему сразу советовал только не центр
но он не послушал
а ваша мать стала первой жертвой
этого злополучного решения
Лучше всего мы понимали друг друга
когда ваш отец в Оксфорде был
а я в Кембридже
душа в душу жили можно сказать
И вот я оказался в силах
вернуться в Вену
а ваш отец нет
но у меня-то всегда мой любимый Нойхаус
в запасе был
а у вашего отца ничего
я-то в деревне всегда отлично себя чувствовал
а отец ваш деревню ненавидел
деревенскую жизнь он ненавидел
лютой ненавистью
Вашу мать которая деревенскую жизнь
ненавидела ничуть не меньше
он ссылал в Нойхаус
а сам гробил себя в Вене
каждый год в Вене был для него еще одним
большим шагом
навстречу этому плачевному концу
вот она правда
у вашего отца и ум был острей
и характер чувствительней
он то и дело восклицал Нойхаус
я способен выдержать тут лишь
несколько часов
для человека духа это же просто
смертный приговор
и он был прав
Ольга садится на скамью
Профессор Роберт
В известном смысле
он страдал от мании преследования
точно так же как ваша мать
Анна
(запальчиво)
Мания преследования
да как у тебя язык поворачивается
такое говорить
Ты же сам прекрасно знаешь
какая сейчас ситуация
ведь все куда хуже
чем в тридцать восьмом
а будет еще ужасней
они уже перестали скрывать враждебность
они перестали скрывать свое юдофобство
Ты говоришь ты
ничего не слышишь ничего не видишь
но только потому что ты не хочешь видеть
и слышать
потому что на старости лет тебя
стали подводить
зрение и слух
в том-то и разница
отца за сорок лет жизни в Вене
зрение и слух ни разу не подвели
и маму тоже
ты же и сам не веришь
что она будто бы симулировала свои припадки
было бы слишком подло такое о ней подумать
Ты уж прости меня дядя Роберт
но ты всегда был глух
ты всегда был слеп
а родители все видели и все слышали
Ты спрятался в свою старость сбежал в нее
и забываешь что отец на два года тебя старше
Если уж он готов был еще раз уехать
в Оксфорд
ты-то понимаешь что это значит
и он бы уехал в Оксфорд
потому что в этой венской атмосфере
он больше не мог жить
тогда как ты спрятался в свой Нойхаус
и в свою старость
Это ты в Нойхаусе ничего не видишь
и не слышишь
но в Вене-то ты слышишь и видишь все
и притом день ото дня все явственней
евреям в Вене страшно
им тут всегда было страшо
и всегда будет
этого страха у евреев уже не отнять
никто кстати и не отнимает
Это в Нойхаусе тебе бояться нечего
пока что нечего
они в деревне и слыхом не слыхали
о каких-то там евреях
Ольга
Может пойдем дальше
Анна
(Ольге)
Ты думаешь точно так же как дядя Роберт
ты думаешь все совсем не так уж плохо
хотя на самом деле хуже быть не может
ты тоже все время уговариваешь себя
мол раз этого не может быть
значит это неправда
ты все время замыкаешься в себе
от правды прячешься
как дядя Роберт прячется в своем Нойхаусе
вы оба ничего не видите
вы оба ничего не слышите
Профессор Роберт
Я понимаю понимаю тебя
но зачем же так горячиться из-за вещей
которых нам все равно не изменить
венцы всегда были юдофобами
и юдофобами останутся
на веки вечные
это и мне прекрасно известно
но надеюсь ты не думаешь
что я должен из-за этого
превращать свою жизнь в сплошной кошмар
ты не можешь от меня этого требовать
я живу в Нойхаусе и раз в неделю езжу в город
на музыкальные вечера
я хочу дожить свой век в покое
это молодежь морочит себе голову
вот пусть и морочит
Анна
Отец покончил с собой
а вас даже не волнует по какой причине
Профессор Роберт
(жестом приглашает ее тоже присесть на скамейку)
Все эти дебаты ни к чему не ведут
мы всю жизнь вели эти дебаты
и я не намерен вести их больше
Анна
(садится на скамейку)
В том-то и весь кошмар
в том-то и весь ужас
Профессор Роберт
Я прекрасно знаю что творится
но я в это больше не вникаю
я не хочу больше в это вникать
от меня нельзя этого требовать
я старый человек пусть это не извинение
но я вправе ожидать хотя бы уважения
к моему возрасту
Анна
От Нойхауса ничего не останется
если они проложат дорогу прямо через сад
Нойхаусу конец
Профессор Роберт
Этак денно и нощно пришлось бы протестовать
протестовать без конца
потому что уничтожают все везде и всюду
природу уничтожают повсюду
природу и архитектуру все
Скоро вообще все уничтожат
скоро весь мир будет не узнать
Анна
От тебя требуется всего-навсего поставить подпись
под письмом протеста
только твое имя
Профессор Роберт
Я уже столько лет ничего не подписываю
я уже давным-давно ни против чего
не протестую
Анна
В том-то и весь ужас
все только возмущаются без конца
возмущаются но не протестуют
все то и дело что все всем возмущаются
но никто ничего не предпринимает
Профессор Роберт
Абсолютно бессмысленная дорога
я знаю
Нойхаус она изуродует начисто
но никакого протеста я подписывать не буду
Вся наша жизнь один сплошной протест
а толку что
все только носятся со своими протестами
против чего нынче только не протестуют
а толку никакого
Анна
Когда у тебя такие связи
в министерствах
ты знаком с такими влиятельными людьми
с большинством тудаже в приятельских
отношениях
Профессор Роберт
Я ни во что больше не вмешиваюсь
жизнь моя более или менее завершена
и мне абсолютно безразлично
что будет с Нойхаусом
как безразлична мне и дальнейшая судьба
множества других мест на свете
пусть делают что хотят
я ни против чего больше протестовать
не намерен
что вовсе не значит будто я не против
я почти против всего
но протестовать как это понимаешь ты нет уж
Я своей подписью больше не разбрасываюсь
Хотя бы в Нойхаусе я хочу жить в мире и покое
Ольга
Они не только через наш сад эту дорогу
прокладывают
дорога и через лес пройдет
уже в мае они половину леса спилят
Профессор Роберт
Я знаю
для меня это не сюрприз
я знаю что все будет опустошено
и не надо говорить со мной так
будто мне ничего не известно
и что старую школу снесут мне тоже известно
но протестовать я не буду
это уж ваше дело
следующего поколения
мир и так уже в основном более
или менее разрушен
в общем и целом невыносимый уродливый мир
куда ни пойди
тебя окружает одно сплошное уродство
одно сплошное головотяпство
куда ни посмотри сплошной упадок вокруг
куда ни посмотри вокруг сплошное запустение
такой мир что утром хоть не просыпайся
за последние полвека правители
разрушили все
и это уже непоправимо
архитекторы все разрушили
своим головотяпством
интеллигенты все разрушили
своим головотяпством
народ все разрушил
своим головотяпством
партии и церковь все разрушили
своим головотяпством
их головотяпство всегда было самое гнусное
но нет ничего отвратительней
австрийского головотяпства
Индустрия и церковь
виноваты в австрийских бедах
индустрия и церковь всегда были
виноваты в австрийских бедах
все правительства всегда и всецело
зависят от индустрии и церкви
оно всегда так было
а в Австрии всегда было хуже всего
головотяпство тут всему и всегда было голова
а ум в грязь втаптывали
Индустрия и духовенство вот они кукловоды
австрийского злосчастья
В сущности я очень хорошо понимаю
вашего отца
я вообще удивляюсь
как это весь австрийский народ
давным-давно с собой не покончил
но в целом в общей массе австрийцы сегодня
народ жестокий и глупый
В этом городе по идее каждый зрячий
день-деньской с ума должен сходить
от увиденного
(Переводит взгляд в сторону Бургтеатра)
Последнее
что нашему бедному скудоумному народу
еще осталось
так это театр
Вся Австрия сцена
где сплошное разложение упадок и гниль
толпа самим себе ненавистных статистов
шесть с половиной миллионов покинутых
и одиноких
шесть с половиной миллионов дебилов
и бесноватых
которые беспрерывно и во все горло орут
требуя режиссера
А режиссер придет и спровадит их в пропасть
окончательно и бесповоротно
Шесть с половиной миллионов статистов
которыми помыкают несколько
солистов-преступников
что засели в Хофбурге и на Балльхаусплатц
помыкают изо дня в день
чтобы в итоге опять-таки спихнуть их
в пропасть
Австрийцы одержимы несчастьем
австриец несчастлив по самой природе своей
а посчастливится ему быть счастливым
так он стыдится счастья своего
и прячет его за личиной отчаяния
Анна
Отец он все видел правильно
отец всегда был последователен
Профессор Роберт
Выбрасываться из окна
это тоже не решение
даже если для вашего отца
это и было последовательным шагом
Ваш отец никогда не видел выхода
А я просто не появляюсь больше на людях
не появляюсь на людях и все
а значит и не слышу что они говорят
и рожи их не вижу
ваш отец без людей не мог
а у меня достало сил удалиться в Нойхаус
отец ваш был на это не способен
В Оксфорде вероятно он потерпел бы
полный крах
Оксфорд восемьдесят восьмого
и Оксфорд пятьдесят седьмого
это совсем не одно и то же
англичане
они тоже не без фашистской прокладки
просто люди об этом забывают
а у англичан тоже свой фашизм имеется
в Оксфорде тоже был и все еще имеется
свой антисемитизм
Да по всей Европе куда бы еврей ни подался
его повсюду ненавидят
Анна
Тебе нельзя так волноваться дядя Роберт
Профессор Роберт
Я и не волнуюсь
просто время от времени позволяю себе
разогнать желчь
чтобы вы не думали будто я уже умер
а я нисколько не умер напротив
тело отказывает
зато голова каждый день
как новая
вот что отвратительно
каждое утро я представить себе не могу
как я сегодня встану
но я не сдаюсь
не уступаю и не сдаюсь
разумеется в городе я бы жить не смог
кто бы мог подумать что когда-нибудь
мы снова
вернемся в Нойхаус
да еще будем счастливы
дача нашего детства
станет приютом нашей старости
Я часто думал может ваш отец сумасшедший
сумасшедший или безумец
но ему каждый раз удавались поразительно
точные лекции
ведь у вашего отца был математический ум
математический философский ум
сугубо австрийский духовный продукт
Соперничества между нами
никогда не было
как и взаимного восхищения
Мы всегда уважали друг друга вот и все
помимо всякой братской любви
Мы оба очень рано
избавились от родительской опеки
я избрал философию Йозеф математику
хотя философский ум скорее был
у вашего отца
профессором философии был я
а философом он
духовное наследие богатого бюргерства
вот что угнетало нас всю жизнь
воззрения наши всегда расходились
очень сильно
всегда полные противоположности
родились в Вене это всю жизнь придавало сил
И столько бестолковщины вокруг
что какая уж тут жизнь одни несчастья
так сказать гиблое существование
и ничего больше
Англия пошла нам на пользу
заграница человеку всегда на пользу
поехал человек за границу
и он уже в выигрыше
Но кто живет за границей столько
сколько мы да еще в Англии
тому назад уже дороги нет
а в Вену и подавно
в Вене его будут лупить по башке
до полного изничтожения
Я говорил ему не надо ехать в Оксфорд
но его было не остановить
ваша мать тоже была против
он ее не слушал
Впрочем всех нас ждет жалкий конец
(Хочет встать, но ему это не удается)
но ничего время еще есть
В опустошенной квартире
не слишком-то уютно
куда лучше было отобедать
в «Амбассадоре» или у «Захера»
Анна
Циттельша не преминула напоследок
приготовить жаркое из вырезки
хотя посуда уже запакована была
Профессор Роберт
На фрау Циттель по сути все держится
Анна
Лукас сперва эту Нидеррайтер домой завезет
ему и Хюттельдорф не крюк
Профессор Роберт
Это ведь актриса не так ли
Анна
Она давным-давно не играет
Профессор Роберт
И давно они знакомы
Анна
Два-три года
Профессор Роберт
Ну и как она
я имею в виду на сцене
Анна
Ни разу не видала
хотя утверждают что она играла в Бургтеатре
Профессор Роберт
Играла в Бургтеатре
в главной роли
Анна
Утверждают чтуда
Профессор Роберт
Тогда значит она не так уж плоха
Анна
Нынче и в Бургтеатре играют отвратительно
Профессор Роберт
Это весьма прискорбно
что даже в Бургтеатре театра не стало
я уже много лет в театр ни ногой
в концерты да
на музыкальные вечера да
на слух я еще не жалуюсь
Анна
Пьесы никакие
актеры тоже никакие
Профессор Роберт
А верно ли что эта Нидеррайтер
уже два раза была замужем
Анна
Да
Ольга
За турецким беем
и за фабрикантом минеральной воды
Профессор Роберт
И почему это Лукас вечно связывается
с подобными особами
Актрисы танцовщицы ну на что это похоже
Ваша мать впрочем тоже была актрисой
совсем забыл
и она конечно никогда в Бургтеатре не играла
только в Граце если память мне не изменяет
Анна
Ты хоть раз видел ее на сцене
Профессор Роберт
В очень маленькой роли
не помню уже что за пьеса
это так давно было
Детьми-то все мы играли в театр
в самый настоящий театр
либо на чердаке
либо в беседке в Нойхаусе
К концу августа
наконец-то выучивали роли
только одно представление сугубо
для узкого круга
для самой избранной публики
все-таки это ни в какие ворота
что он с похорон
сперва повез домой эту Нидеррайтер
да еще и мать усадил в ту же машину
Анна
Полное отсутствие вкуса и такта
но с этим у братца всегда было неважно
В день похорон отца запихнуть
эту Нидеррайтер
к маме в машину
такое только Лукасу могло в голову прийти
о том чтобы нас своих сестер домой отвезти
даже не подумал
да и тебя тоже мог бы прихватить
Профессор Роберт
Я всегда предпочитал такси
и никогда не подъезжал прямо к дому
просил высадить меня перед Бургтеатром
а потом шел пешком до Фольксгартена
этой привычке уже десятки лет
(Смотрит на здание Парламента)
Нынче все в полном упадке
не только в политике вообще все
люди культура все
лет через двадцать-тридцать
все будет профукано
так что потом столетиями не наверстать
если подумать чем когда-то Австрия была
и чем сейчас стала
то лучше вообще об этом не думать
не то и до самоубийства недалеко
Я никогда не был приверженцем монархии
это ясно
за монархию никто у нас не был
но то во что эти люди Австрию превратили
вообще неописуемо
клоака бездуховности и бескультурья
которая нестерпимо смердит на всю Европу
и не только Европу
этот маразматический республиканизм
этот маразматический социализм
который вот уже полстолетия страдает
манией величия
и ничего общего не имеет с социализмом
все что социалисты вытворяют здесь в Австрии
это сплошное злодеяние
да эти социалисты давно уже не социалисты
нынешние социалисты это не что иное
как католические национал-социалисты
австрийские социалисты
прикончили социализм
еще в начале пятидесятых
с тех пор никакого социализма в Австрии
не осталось
только этот тошнотворный псевдосоциализм
от которого любого из нас уже с утра
начинает мутить
эти так называемые социалисты
по сути сами вызвали к жизни
нынешний национал-социализм в Австрии
эти так называемые социалисты
только и сделали возожным новый
национал-социализм
они не только снова сделали его возможным
они его вызвали к жизни
эти так называемые социалисты
которые вот уже полвека никакие
не социалисты
они-то и есть истинные могильщики Австрии
вот в чем ужас
вот в чем повседневная мерзость
нынче социалисты эксплуататоры
судьба Австрии на их совести
они-то и есть могильщики этого государства
социалисты нынче это капиталисты
социалиты
которые давно уже никакие не социалисты
и есть истинные губители этого государства
супротив них вся эта католическая братия
сущая мелюзга
Если сегодня в Австрии почти сплошь
одни национал-социалисты остались
то виной тому только социалисты
Если Австрия сегодня столь неприглядная
и напрочь испорченная страна
столь опустившийся народец
то виноваты в этом только эти жирные
эти раскормленные псевдосоциалисты
псевдосоциалистическое мошенство
вот что называется у нас демократией
Само слово «социализм» давно уже звучит
для меня
как самое гнусное ругательство
и я боюсь его ничуть не меньше
чем слова «национал-социализм»
все эти партии
да по сути и все австрийцы скопом
стали нынче могильщиками своей страны
все здесь отдано на поругание низости
и каждодневно все пуще погрязает
в лицемерии и подлости
Но я стар и не имею ни малейшей охоты
во что-либо вмешиваться
да и какой прок
посреди этого смрадного разложения
посреди вопиющего распада
голос одиночки ничего не значит
и не то чтобы против этого непотребства
совсем никто не высказывался
устно и письменно
каждый день что-нибудь говорят
и что-нибудь пишут
только сказанного никто не слышит
а написанного никто не читает
австрийцы ничего больше не слышат
и ничего не читают
то есть вообще-то об этом катастрофическом
положении дел
они что-то слышат
но не предпринимают ничего
что-то об этом катастрофическом положении
дел они читают
но не предпринимают ничего
австрийцы стали народом
совершенно безразличным
к собственному катастрофическому
положению
вот в чем несчастье вот где катастрофа
(Хочет встать, но ему это не удается)
Ольга
Мы спокойно можем посидеть еще
нам ведь недалеко уже
Анна считает она могла бы на какое-то время
остаться в Оксфорде
в Национальной библиотеке она
возьмет отпуск
по-моему неплохая мысль
Профессор Роберт
Австрийцы давно уже приговорены к смерти
только не знают об этом
они еще не приняли к сведению
что приговор давно уже вынесен
и исполнение его только вопрос времени
причем на мой-то взгляд
время это вот-вот настанет
Анна
Мама уедет в Нойхаус сегодня же
Лукас ее отвезет
Циттельша приедет в субботу
Скажи фрау Кронбергер
тебе и рабочий кабинет тоже топить
Профессор Роберт
Разумеется
не будь у меня фрау Кронбергер
мне бы в Нойхаусе не прожить
А в Вене я тем более жить не могу
Дом без лифта
для меня это совершенно исключено
потому-то я и навещаю вас так редко
что у вас лифта нет
пешком на четвертый этаж
для меня это катастрофа
Взбираться по лестницам
врач мне категорически запретил
вообще всякую нагрузку
Анна
Надеюсь похороны
тебя не слишком переутомили
Профессор Роберт
Это было недолго
и я тепло одет
это ведь еще вашего деда шуба
он в этой шубе в Россию ездил
в двадцать втором году
подумать только
(Устремляет взгляд на Бургтеатр)
Всякая эпоха ужасна
говаривал бывало ваш дед
но понимаешь это только на старости лет
Как же мне все здесь отвратительно
я об этом не говорю
но все время только о том и думаю
как мне все здесь отвратительно
это государство гиблая смрадная клоака
церковь всемирная подлость
люди вокруг беспредельно безобразные
и тупые
президент хитрый и лживый невежда
к тому же и характер прескверный
канцлер продувная бестия
все государство промотать готов
папа в своих покоях раздает бездомным
так называемую горячую пищу
и еще позволяет раструбить об этом
на весь свет
циничный мир
не мир а сплошной цинизм
сумасбродные актеры
заполонили окраины Сахары
у директоров обществ милосердия
хватает наглости
первым классом лететь в Эритрею
дабы сфотографироваться там
для мировой прессы
на фоне голодающих
канцлер в шикарном с иголочки
полосатом костюме
с трибуны что-то лепечет о «товарищах»
профсоюзные боссы на своих виллах
в Зальцкаммергуте
ворочают миллионами и главную свою задачу
видят в бессовестных банковских сделках
Зажравшиеся писатели
отправляются в тюрьмы
и там под видом произведений искусства
читают заключенным свою лживую пачкотню
циничный мир
насквозь и глубже прогнивший мир
с которым я не желаю больше иметь
ничего общего
В конечном счете не я
а ваш отец оказался слабаком
это он не выдержал гнета
для него все это оказалось череcчур
и никакие философские уловки не помогли
когда тетива натянута слишком туго
иной раз недалеко и до беды
Ваш отец в Нойхаусе – немыслимо
в Нойхаусе он даже книгу свою не смог
бы дописать
тишина всегда его нервировала
шум никогда ему не мешал только тишина
а в Нойхаусе обычно тишина мертвая
но ваш отец кем угодно был
только не любителем тишины
который в тишине обожает работать
напротив чем больше вокруг него хаос
тем сильнее пылало в нем вдохновение
свойство роднящее его
со всеми этими русскими писателями
которых он столь неизменно почитал
всю жизнь
Толстой Достоевский Гоголь Тургенев
это был его мир
даже не философия
а именно русские писатели
не французские не английские
а именно русские
и еще музыка
но в последнее-то время
его ни русские писатели
ни великие композиторы уже не радовали
от всего этого толку чуть
сказал он мне однажды
а ведь совсем недавно было иначе
сказал он мне
но теперь меня не интересует ни литература
ни музыка
отныне все это для меня только одно большое
заявление о банкротстве
в итоге я просчитался
вероятно от собственной мании
величия просчитался
так он сказал
я разучился понимать знаки времени
знаки времени их никто не понимает
А Оксфорд стал бы
величайшим разочарованием
всей его жизни
хоть от этого он избавлен
такая смерть это ведь и большое успокоение
вы уж мне поверьте
в такой смерти нет ничего жуткого
напрочь нет
совсем напротив
я потерял брата
это означает только одно
я знаю что теперь он хорошо пристроен
больше не быть на свете вот она цель
это было бы ужасно
снова появиться на свет и все сначала
страшнее этой мысли ничего нет
прочь вот она цель
и единственная утешительная мысль
(Хочет встать, сперва ему это не удается, но затем, с помощью племянниц, все же встает)
Всю жизнь большим моим преимуществом
было то
что я не верил в Бога
и всегда знал
что главная цель
скорее прочь
можете не сомневаться
и отец ваш думал так же
Вся наша жизнь не что иное
как беспрерывное усугубление боли
вся наша жизнь одна сплошная боль
а мы всю жизнь тешим себя враньем
Вместо мозга у человеческого сообщества
церковь
она предоставляет каждому своего
единственного бога
так сказать сдает своего господа бога в аренду
и даже не на девяносто девять лет
а просто каждому на его век
и со всеми ручательствами
я имею в виду не только католическую церковь
все религии сдают любому из нас своего
господа бога
вера это не что иное как договор аренды
Миллиарды арендаторов ежегодно
и дорого платят
по этому договору каждый своей церкви
кровушкой своей платят
Анна
Отец не хотел
никаких траурных объявлений в газетах
Профессор Роберт
Меня больше всего поразило
что такой человек как ваш отец
вообще составил завещание
да еще с такими точными указаниями
меня это совершенно с толку сбивает
все в нем всегда говорило против этого
Чтобы мой брат и завещание
вот уж никогда бы не поверил
Анна
Дом в Шлаххаме
он завещал Циттельше
Профессор Роберт
Это я знал
знал что Шлаххем Циттель отойдет
да это и правильно
уж она-то заслужила
В конце концов именно она
была самым близким для него человеком
Моя золовка
ваша мать
в конечном счете заняла лишь
второстепенное место
но это ведь не секрет
ни у кого из Шустеров жены
никогда на первом месте не были
Анна
Вечером Циттельша пойдет к «Слуке»
Профессор Роберт
Надо надеяться она не забудет
мой любимый паштет из дичи
Анна
Ну конечно дядя Роберт
Ты ведь останешься на ночь
Профессор Роберт
Это наверняка прибавит вам хлопот
но сегодня в Нойхаус мне уже не добраться
это будет чересчур
Да мне ведь многого и не надо
лишь бы комната отдельая
Хоть какая-нибудь мебель в квартире осталась
Анна
Ну конечно дядя Роберт
Профессор Роберт (Ольге)
А ты с детства у нас молчуньей была
Молчанье не порок дитя мое
Вот уж никогда не думал
что Йозеф раньше меня уйдет никогда
Анна
Хоть бы тебя это все
не слишком переутомило дядя Роберт
Профессор Роберт
Тупоумие и подлость австрийцев
вот что вашего отца всегда бесило
Может ему сразу же еще в шестидесятые
надо было в Оксфорд возвращаться
Он-то все время думал
что я умру раньше него
это я всю жизнь был сердечником
а он всегда здоровяком был
Ольга (Анне)
Ты не одолжишь мне твой шарф
Анна
(снимая с себя шарф и отдавая его Ольге)
Моя бедная зябкая сестренка
Профессор Роберт
Вам надо изучать старость
в молодости это следует начинать
как можно раньше
я всегда говорил изучайте стариков
тех кто вымирает
Ольга
Ты думаешь отец в Оксфорде
был бы опять счастлив
Профессор Роберт
Я так не думаю
ваш отец уже десятки лет
был несчастлив
он бы и в Англии остался несчастлив
А в пятьдесят пятом его невозможно было
отговорить от идеи вернуться в Вену
он был прямо-таки одержим этой мыслью
Ольга
Но ведь мама была против
Профессор Роберт
Ваша мать всегда была против
она и в Англии Вену ненавидела
слова доброго о Вене и об Австрии
ни разу не сказала
Я и не подумаю в Вену возвращаться
это она то и дело повторяла
эти венцы так подло тебя вышвырнули
ты вспомни хотя бы своих коллег
по университету
одни антисемиты
Но он ее не слушал
даже в день их отъезда
она мне сказала
В Вене нас ждет только ужас
вот увидишь Роберт это будет конец
Ваша мать все предвидела
отец так и не смог в Вене снова обжиться
новые венские коллеги с самого начала
его возненавидели
встречали его в лучшем случае
с тупой неприязнью
Ольга
Я стольких вещей не понимаю
да и не хочу понимать
Профессор Роберт
К тому же Окфсорд был ему слишком мал слишком тесен
атмосферу в Оксфорде он сам называл
не иначе как
мещанской захолустной филистерской
человек его масштаба наверно и в Оксфорде
чувствовал себя как взаперти
я-то помню каково было в Кембридже
эти английские университетские городки
в сущности ужасны
как и все остальное в Англии
очень скоро начинает действовать на нервы
Я-то сразу понял
что он обратно в Вену собрался
но нетрудно было предвидеть
что тут он прогадает
С одной стороны Вена его поманила
а с другой тут же его и предала
Никто его тут не поддержал
разумеется
все сразу же ополчились против него
потому что он был на голову выше их всех
и они не могли стерпеть
что его более или менее над ними всеми
поставили
Мне бы в Лондоне жить
повторял он без конца
Оксфорд это не Лондон
Но на что я стану жить в Лондоне
не на уксусную же фабрику моей жены
Сказать по чести я в Вену
вернулся из-за музыки
да по-видимому только из-за музыки
но если начистоту
мне после возвращения ни один концерт
не понравился
Вальтер Клемперер Кляйбер Барбиролли
Бог ты мой
все уже на том свете
Я приходил домой разочарованный
но все равно буду ходить
на музыкальные вечера
пока еще ползаю
Помню как-то отец ваш сказал
Я иду на Мариахильферштрассе
и ищу там Мариахильферштрассе
стою на Мариахильферштрассе
а Мариахильферштрассе не нахожу
на вашем отце как ни на ком другом
можно было изучать
что такое несчастный человек
(Устремляет взгляд на здание Парламента)
И ничего неожиданного в этом несчастье нет
Он хотел вернуть музыку
детство вернуть
Но венцы были уже не те
что были в его воспоминаниях
и австрийцы не те
все было не то
Воспоминание всегда обманывает
воспоминание это всегда абсолютно
ложный образ
Плюнуть на кафедру в Вене
нет говорит не могу
а что австрийцы после войны
еще злее станут чем до войны
и евреев будут ненавидеть пуще прежнего
так этого он не мог предугадать
этого никто предугадать не мог
Вот он и угодил как он сам не раз говаривал
в венскую западню
Откуда ему было знать
что в Вене и вообще в Австрии
теперь хозяйничает лицемерие
Ольга
Дядя Роберт ты преувеличиваешь
Профессор Роберт
И это ты говоришь ты
которая каждый день вынуждена видеть
каковы венцы на самом деле
это говоришь ты
в кого две недели назад здесь плюнули
только потому что ты еврейка
Анна
Это наверняка было какое-то недоразумение
Профессор Роберт
Недоразумение недоразумение
вы уж мне поверьте
никакого недоразумения тут не было
Одно дело
если человек ничего такого не испытал
но если уж испытал
Ольга
Не то чтобы по-настоящему плюнули
Профессор Роберт
Да ты же сама мне рассказывала
что на Шоттенгассе в самом центре города
на тебя плюнули
а теперь говоришь недоразумение
что же это за недоразумение такое
может в человека плюют в знак приветствия
нет плюют только потому
что видят это еврей
Который час
Анна
Полвторого
Профессор Роберт
Эти венцы и эти австрийцы
они еще гораздо хуже
чем ваш отец мог себе вообразить
вы только послушайте что эти люди говорят
да вы только взгляните на них
они же смотрят на нас
только с ненавистью и презрением
на улице ли в кафе ли
не может же еврей целыми днями
сидеть в своих четырех стенах
еврею тоже иногда хочется да и нужно выйти
на улицу
но как только в нем на улице распознают еврея
его тут же карают ненавистью и презрением
быть евреем в Австрии это значит
быть приговоренным к смерти
что бы там люди ни говорили и ни писали
юдофобство есть первейшее
и самое неподдельное
свойство австрийской натуры
До тридцать восьмого венцы
еще имели привычку к евреям
но теперь после войны они к евреям
уже не привыкнут
они уже никогда к евреям не привыкнут
Я ведь и сам знал
что снова возвращаясь в Вену
я отправляюсь прямиком в ад
Будь я в силах
я написал бы книгу
о нынешних нравах этого города
но сил-то у меня уже и нет
Голова-то еще вполне может
а вот тело нет
тело меня подводит вы же видите
Анна
Циттельша наверняка
покормит нас горячим супом
Профессор Роберт
И все писания нынешних писателей
по сравнению с действительностью ничто
Да-да они конечно пишут что все ужасно
что все прогнило обречено
что все на краю гибели
что все абсолютно безысходно
но все что они пишут
ничто по сравнению с действительностью
действительность настолько омерзительна
что не поддается описанию
еще ни один писатель не описал
действительность так
чтобы это действительно
была действительность
вот в чем ужас
Анна, Ольга и Профессор Роберт проходят несколько шагов, потом снова останавливаются
Профессор Роберт
Если бы они не лукавили душой
то с наибольшим удовольствием
отправили бы нас в газовые камеры
в точности как пятьдесят лет назад
вот что эти люди в себе прячут
меня не обманешь
если бы они могли
они бы и сегодня нас
прикончили без всяких разговоров
Мой брат ведь тоже спасался
от этих головорезов
бежал в своего Гете Клейста Кафку
но нельзя всю жизнь просидеть
затаившись в поэзии литературе или музыке
до каких-то пор можно а потом нельзя
и тогда иной раз ничего
кроме самоубийства не остается
Вероятно все это только вопрос
подходящего мгновения
вопрос подходящего мгновенья вот оно что
(Непосредственно к Ольге)
Ты всегда была далека от музыки
вот что очень странно
Анна нет а туда
отец твой не мог этого понять
вероятно все дело в том
что ты в Швейцарии родилась
(Смотрит в сторону Бургтеатра)
Стоит человеку один раз побывать
на сцене Бургтеатра
он начинает воображать о себе
Бог весть что
Надеюсь эта Нидеррайтер
сейчас на обед не заявится
Актеры и актрисы за столом
это никогда не было в моем вкусе
Секретарша моя тоже ведь хотела
актрисой стать
но из этого ничего не вышло
хорошая канцелярская работница
это тоже талант
Пока что австрийцы все еще
музыкальный народ
но когда-нибудь
они и музыкальность тоже утратят
Все трое двигаются дальше