Неподвижно лежу на кровати и прислушиваюсь к звукам внизу. Пытаюсь уловить голосок Саймона. Кто о нем сейчас заботится? Отец разъярен, мать в отключке из-за наркотика, который я ей вколола… Я переживаю за Саймона. Почему он попал в эту семью? И кстати, к какой семье он принадлежит? К семье Джеймса или к семье Виржини? Как Виржини может жить без своего сына? Может, если тебя изнасиловали, все обстоит иначе и ты не так привязываешься к ребенку? Нет, я в это не верю. Она спрашивала меня о Саймоне, именно о нем, и просила прислать его фото. В ее словах чувствовались любовь, нежность, ощущалась очень тонкая связь, которую не может скрыть даже самая плотная почтовая бумага. Я заметила, но не придала этому значения, а просто отложила в уголок своей памяти. Однако теперь мне очевидно, что Виржини любит своего сына. Тогда почему она уехала? Чего боялась?

Я не слышу Саймона. Смотрю на будильник. 16:34 – в это время он должен быть дома. Так где же он? Кому его доверили?