Счастливая жена – счастливая семья.

Самые разные мужчины сидели в кресле у Гектора, и если попадались умные, то именно это высказывание чаще всего звучало из их уст насчет семейной жизни. Они встречались с Гектором взглядом в зеркале и делились этой мудростью, словно вручали ему ключи от царства. Гектор учился быстро и повторял эту фразу словно мантру. И жизнь его была хороша, поскольку жена была счастлива.

Бренда обожала свою новую работу в казино, так что Гектор, насвистывая, повесил в витрине парикмахерской табличку «Вернусь через 30 минут», осмотрел парковку и, убедившись, что все спокойно, запер за собой дверь. Он прошагал вдоль торгового центра до боулинга, где обменялся приветствиями с владельцем пекарни и купил шесть пончиков, четыре слоеных пирожка с курицей, брауни с соленой карамелью и диетическую колу. Пятна жира стали появляться на коричневом бумажном пакете, как только он поставил его на пассажирское сиденье своего грузовика, и аромат пряной курицы наполнил кабину. Очень скоро Гектор уже обменивался любезностями с крепким охранником казино, осторожно опустив пакет с едой рядом со списком посетителей, где поставил подпись, и наконец получил гостевой пропуск. Охранник проводил его до лифта. Гектор спустился в подвал и пошел по коридору, насвистывая и размахивая пакетом, а также отмечая, где были установлены камеры.

Он прошел мимо главного поста охраны и банка казино, завернул за угол, где его встретил молодой стажер и сопроводил до комнаты техперсонала. Открыл дверь своим ключом, и Гектор остался ждать со своей едой у порога. Стажер подошел к Бренде, которая сидела за компьютером наискосок от входа, и сообщил о том, что прибыл Гектор.

Злополучный игровой автомат, о котором ему рассказывала Бренда, стоял в центре комнаты, и на него никто не обращал внимания. В дальнем углу комнаты были окна, выходившие на столовую. У стены стояли автоматы с едой и напитками, а еще Гектор заметил крохотную кухню, оснащенную кофемашиной и микроволновкой. За длинным обеденным столом сидели шестеро сотрудников. Гектор предположил, что это Падма и те следователи из Индии. Особенно ему была интересна Падма. Он видел ее несколько раз в казино и подслушал, как о ней говорил Хэнк. Ничего особенного – лишь то, что она была амбициозной и целеустремленной.

Гектор уделял Падме особое внимание с тех пор, как она стала играть значительную роль в жизни его жены. Он смотрел, как она подошла и стала настраивать высоту сиденья так, чтобы то поднялось хотя бы на десять сантиметров. Гектор отметил, что она нахмурилась, и проследил за ее взглядом, которым Падма окинула стол перед собой. Пока он изучал пятерых мужчин, ему вспомнилась детская игра «Кто отличается от остальных». Как там зовут того забавного коротышку? Бренда же упоминала… Фарид, точно. Фарид по прозвищу Финансовый Сокол. Гектор был знаком с такими еще по Сальвадору – мужчины, которые берут себе клички хищников как символ чести и силы, а по сути – как щит, за которым можно укрыться.

Гектор заметил, как Фарид оторвался от своего смартфона и посмотрел на Падму. По рукам парикмахера пробежали мурашки, когда выражение ее лица в мгновение ока сменилось со зловещей усмешки на ослепительную солнечную улыбку. Так потрясающе быстро сменить поведение, словно она была мифическим оборотнем. Гектор сделал в памяти зарубку. Опасная женщина. Очень опасная.

Гектор перевел взгляд на дальний край стола, где сидели четверо мужчин. Этот тип мужчин он узнал легко – профессионалы. Через открытую дверь Гектор видел их едва заметные бугорки под пиджаками на уровне пояса. Этого хватило, чтобы он напрягся. Не таких коллег он желал для Бренды. Эти парни были здесь точно не для того, чтобы просматривать записи с камер наблюдения или изучать выписки со счетов.

– Спасибо, Гек-торо. Я могла бы заказать что-нибудь… Любая еда сойдет.

Он улыбнулся и вручил ей пакет с обедом.

– Но тогда у меня не было бы повода тебя повидать. Как думаешь, задержишься сегодня допоздна?

– Не знаю. Пока они здесь, – Бренда кивнула на столовую, – я должна быть на месте. На всякий случай.

Она проводила его до двери и тихо спросила:

– Ты ведь пришел, чтобы посмотреть на них?

– Ты меня знаешь, моя любопытная девочка, – подмигнул ей Гектор. – Мне и впрямь нравится узнавать поближе тех, о ком ты мне рассказываешь.

– Кто это тут у нас? – раздался голос.

Бренда с Гектором повернулись и увидели, что к ним подошел Фарид. Коротышка держался очень прямо и сиял своей кривозубой улыбкой, которую, как счел Гектор, некоторые люди находили обезоруживающей. Он заметил, что тот жует жвачку. Бренда представила мужа, и Фарид протянул ему руку. Рука его была влажная и вялая. Гектор ненавидел такие рукопожатия. Он посмотрел Фариду прямо в глаза, и у него мгновенно скрутило кишки. Он уже видел такие глаза, и они ему никогда не нравились. Этот парень точно не был обычным бухгалтером.

– Вы здесь работаете, Гектор?

– О нет, я всего лишь парикмахер. – Гектор постарался сохранить спокойную и приветливую улыбку.

– Он просто занес мне обед, – вмешалась Бренда и подняла пакет с жирными пятнами как доказательство.

Фарид проигнорировал ее замечание.

– Парикмахер… Мне, возможно, потребуется подровнять волосы, если я задержусь тут надолго. Вы на дому не обслуживаете?

– Обычно нет. Но могу сделать исключение.

– Нравятся мне люди, которые во всем видят возможность, – усмехнулся Фарид. – Приятно было познакомиться, Гектор. Извините, нужно позвонить.

Он вышел в коридор и закрыл за собой дверь.

– Вот о нем я тебе и рассказывала.

– Я так и подумал. – Гектор поцеловал ее в щеку и прошептал: – Будь осторожна с ними. Напиши мне, если что.

– Я могу за себя постоять, Гек-торо.

– Нисколько в этом не сомневаюсь. Это я за них волнуюсь.

Он подмигнул, окинул еще раз взглядом людей в столовой и, насвистывая, пошел по коридору. Но вместо лифта повернул в сторону лестницы на первый этаж и вышел через черный ход, проверяя по привычке замки по дороге. Затем снова приехал в салон и стал ждать.

Он включил свет, снял табличку с двери и стал точить свою опасную бритву, не спуская глаз с парковки. Полчаса спустя заметил минивэн Пэм, паркующийся в дальнем углу. Гектор убрал все инструменты и выскользнул через черный ход. Ему стало любопытно, что за разговор его ждет. Эти женщины были должны ему сто штук, и либо у них не было ни гроша, либо этот Фарид прав и они действовали заодно со своими мужьями, и тогда их визит означал, что деньги при них. Был только один способ это узнать.

Гектор постучал по крылу минивэна и улыбнулся, услышав возгласы удивления, перешедшие в хихиканье. Открыв дверь, он запрыгнул внутрь и бесшумно прикрыл дверь за собой.

– Я принес вам пончики, – он протянул пакет.

Пэм промокала рубашку – она пролила воду прямо на грудь, – а вот Нэнси улыбнулась и выбрала пончик в сахарной пудре. Шализа развернулась на переднем сиденье и цапнула из коробки пончик в шоколадной глазури. Пэм тоже повернулась лицом ко всем собравшимся и остановила свой выбор на сливочной помадке.

Гектор обшарил взглядом салон грузовичка и не увидел ничего, хотя бы отдаленно напоминающего пакет с наличностью. Что ж, тем будет интереснее…

Он откинулся на спинку сиденья. Пэм и Шализа воззрились на Нэнси – очевидно, говорить должна была она.

Нэнси вытерла рот и сглотнула.

– Эм-м, Гектор… Мы ценим, что вы взялись за наш скромный заказ, но, кажется, произошла некая… заминка.

Гектор, вздохнув, поставил коробку с пончиками на пол, стер улыбку с лица, скрестил руки и уставился на Нэнси. Она снова сглотнула.

Гектор не сводил с нее взгляда. Он был очень терпелив. И даже стал реже моргать, чтобы она ощутила ход времени.

Нэнси вытерла руки о джинсы.

– Гектор, мы заплатили вам за работу…

– Вы частично заплатили за мою работу.

– Эм-м… да. Мы частично заплатили вам за работу… которую вы частично выполнили.

Гектор поднял брови, но хранил молчание и не двигался. Нэнси потерла шов на обивке сиденья.

– Вообще-то, пока что все, что вы сделали, – это взяли у нас деньги. Хм-м… да, как же лучше выразиться? Мы имеем все основания полагать…

– Да ради всего святого, Нэнси, – прервала ее Пэм. – Гектор, вы помогли нашим тупоголовым мужьям инсценировать смерть и взяли у нас за это деньги. Они отнюдь не мертвы, а вы сорвали двойной куш.

Из всего того, что Гектор ожидал от них услышать, это было наименее вероятное. Он осторожно кивнул, стараясь не подтверждать их обвинение.

– Двойной куш?

Он готов был поспорить, что это Ларри где-то облажался. Все время, что Гектор гостил у матери, тот сидел за ноутбуком. Хэнк же его просил, но тот всегда отвечал, что знает, что делает. Гектор тогда посмотрел на парня, которого нанял сидеть у входной двери, и тот лишь приподнял бровь в ответ.

Но Пэм была права. Может, он и правда пожадничал… С этической точки зрения, было неправильно брать деньги за невыполненную работу. Но, как он часто говорил Бренде, иногда в этом бизнесе, где плохие люди поступают плохо с другими плохими людьми, ты просто пытаешься быть тем последним плохим человеком, который делает последний ход.

– Да уж, двойной куш, – поддакнула Шализа. – Мы заплатили вам, чтобы вы их убили, а потом поймали Ларри на том, что он проверяет свою электронную почту.

Так он и знал!

– Так что мы не только НЕ должны вам сто тысяч долларов, но и хотим обратно наш задаток в пятьдесят тысяч, – сказала Нэнси.

– Извините, леди, – усмехнулся Гектор, – но предоплату я не возвращаю. Вы хотели, чтобы они исчезли, и они исчезли. А я этому посодействовал. Так что гонорар остается в силе.

– Вы не можете выставить нам счет за то, чего не делали, – возмутилась Нэнси.

– Я не собираюсь тут спорить о семантике. Вы сами хотели избавиться от своих мужей. Что ж, их больше нет в ваших жизнях. Где мои деньги?

– У нас нет денег, – ответила Пэм. – Должны мы вам или нет – и это очень спорный вопрос, что должны, – но денег нет. Ваши придурки-клиенты отменили свои страховки и послали нас на хрен, образно говоря. Оставили с этим самым хреном без масла. Иными словами, без гроша в кармане.

Итак, они знают о страховке. А ведь в самом деле, как могли эти мужики так подставить своих жен? Что же это за мужья такие… Гектор почувствовал, как к горлу подступает желчь. Но все же он отбросил эту мысль. Ведь в конце концов жены сами наняли его, чтобы их убить.

– И это ваша вина, – добавила Пэм.

– Моя вина?! – изумился Гектор. – С чего вдруг это моя вина?

– А с того, что они отменили страховки, потому что не хотели, чтобы их смерти расследовали. Ведь они же не умерли! А не умерли они, потому что вы помогли им инсценировать смерть. И, как следствие, это ваша вина, что у нас нет денег.

Гектор ни разу еще не слышал, как употребляют выражение «как следствие» в реальном разговоре.

– Вы знаете, почему они сбежали? – спросила Пэм.

– Нет, – коротко ответил он. Не следует давать понять им, что он знает, а что нет.

– А вы не спрашивали? – спросила Нэнси.

– Нет.

Пэм подалась поближе.

– Гектор, мы тут в затруднительном положении. Ребята из казино считают, что Хэнк с дружками украли кучу денег, и они хотят их вернуть. Начальница Хэнка думает, что мы знаем, где деньги. И она привела с собой этого жуткого типа из Мумбаи. У них есть связи с организованной преступностью. Так что мы не ждем, что они будут действовать по закону, как вы и сами понимаете. Этот тип угрожает убить нас, если мы не вернем деньги.

Пэм посмотрела на Нэнси и Шализу – те поддержали ее кивком.

В который раз Бренда все предугадала. Она сказала Гектору, что визит Фарида напугал Пэм. Бренда знала, что тот блефовал, потому что у него не было никаких доказательств, что Хэнк и Дэйв вообще что-то украли, не говоря уже о миллионах долларов. А доказательств у него не было потому, что, как отметила Бренда, он со своей командой их и не искал. Они ни разу не включили компьютер и не открыли ни одну папку. Все, что делал этот Финансовый Сокол, – угрожал Пэм.

Но ни у нее, ни у двух других денег не было. Если б были, Гектор давно держал бы в руках конверт с наличкой и давно сидел бы с ним дома. Но это уже была не его проблема.

– Ситуация и вправду сложная, Пэм. Но вам лучше начать волноваться из-за меня. Я хочу свои сто тысяч. Найдите их. Спасибо за приятную беседу, дамы. До скорой встречи.

Он пригнулся и потянулся к ручке двери. И тут Пэм снова заговорила, повысив голос:

– Вы скажете нашим мужьям вернуть деньги казино.

Гектор застыл, как застыла и его рука на двери. Он не мог поверить своим ушам.

– Извините, не могли бы вы это повторить?

– Нам нужно, чтобы вы сказали нашим мужьям вернуть деньги казино, чтобы нас спасти.

Гектор вернулся на место, потер подбородок и взял пончик. Необходимо было все обдумать. Он выбрал пончик без обсыпки или глазури – от него меньше грязи. Откусил, прожевал, откусил еще. Наконец произнес:

– Вы понимаете, что они знают, что вы наняли меня убить их?

– Что?!

Все трое выпрямились и застыли от ужаса.

– Зачем? Зачем вы им рассказали? – закричала Пэм.

– Тогда это казалось хорошей идеей, – хладнокровно ответил Гектор, расправляясь с пончиком.

– А разве это не нарушение принципа конфиденциальности? – строго спросила Нэнси.

– У киллера с клиентом подобного принципа точно нет, – скривился Гектор.

– Да как вы вообще могли такое сказать? – злобно продолжала говорить Нэнси. Она высунулась в окно, осмотрелась и спросила затем уже более спокойным тоном: – И как они восприняли это известие?

– На удивление спокойно, если честно, – пожал плечами Гектор, избегая смотреть Нэнси в глаза. – Я бы сказал… Вероятно, их даже впечатлила ваша… изобретательность.

Нэнси выпрямила спину и вздернула подбородок.

– Если б они с самого начала были с нами честнее, нас тоже, возможно, впечатлила бы их изобретательность. Если б мы, конечно, вообще знали, что она у них есть, – сказала Шализа.

Взмахом руки Пэм остановила этот поток слов.

– Ничего из этого не имеет значения, – заявила она. – Главное сейчас – вернуть деньги казино, или этот бандит нас прикончит. Вы должны поговорить с нашими мужьями и вернуть деньги.

Гектор вытер пальцы о джинсы.

– Так, давайте начистоту. Вы знаете, что они знают, что вы хотели их смерти. И теперь хотите, чтобы я попросил их об услуге?

– Ну да, – пожала плечами Пэм.

– Вы хотите, чтобы я попросил их вернуть все деньги? – попытался перефразировать Гектор.

– Не просто попросил, – ответила Пэм. – Мы хотим, чтобы вы сами их вернули.

– И с какой это стати я должен делать это?

Подруги обменялись взглядами, и заговорила Пэм:

– Если не сделаете этого, мы скажем тому жуткому типу из Мумбаи, что наши мужья не только живы, но и то, что именно вы знаете, где они находятся.

Гектор мог бы все отрицать. Но одно дело – сказать, что он не знает, где друзья сейчас, и совсем другое – не получить за это по голове. Гектор сделал вид, что это не произвело на него никакого впечатления, но Пэм удалось разыграть сильную карту.

Гектор мысленно разложил на столе собственные карты. Он уже знал от Бренды, что у Падмы и Фарида не было доказательств, что именно Хэнк с друзьями украл деньги. Только подозрения. Но если Пэм расскажет Фариду, что мужья инсценировали свои смерти… этого будет достаточно, чтобы поверить в то, что миллионы долларов, принадлежащих казино, действительно у них.

Этот напыщенный Фарид ни за что не поверит, что жены не знают ни о деньгах, ни о том, где находятся их мужья, и удвоит усилия, чтобы заставить их говорить. Ему хватит и полминуты, чтобы женушки заговорили, и тогда парни Фарида придут по его душу, сомнений нет.

Вот если только он сам не избавится от трех подружек… Это могло бы решить проблему. Гектор посмотрел на Пэм, Нэнси и Шализу. Из этого кошмара был только один выход. В противном случае, если женушки все расскажут Фариду и за ним придут те парни в костюмах, ему придется ох как нелегко, хоть он и умел за себя постоять. Но действительно ли он хотел ввязываться в подобное? Еще и Бренда может попасть под раздачу… А вот если он убьет жен, ему не придется волноваться, что они что-то расскажут Фариду.

Так что над следующим шагом Гектор долго не раздумывал.

* * *

Гектор складывал белье, когда услышал, как Бренда ключом открывает дверь в их квартиру. Он встал в дверном проеме, выравнивая швы на рукаве любимой фланелевой пижамы своей жены. Пижама была нежного сливочного оттенка, с узором из крошечных собачек.

Бренда закрыла за собой дверь, скинула туфли и обвила руками его шею. Он поцеловал ее и почувствовал, как их тела стали словно единым целым.

– И как прошел рабочий день у моей жены с нормальной легальной работой?

– Боже, Гек-торо!

Она расстегнула брюки, стащила их с себя и схватила пижамные штаны с его руки, тут же их натягивая на себя. Потом сбросила рубашку и лифчик и быстро натянула футболку, все еще теплую после сушилки. Взяла мужа за руку и потянула его к дивану. Гектор сел с краю, а она растянулась и положила ему на колени ноги – они, конечно, немного пахли, но не слишком сильно.

– Гек-торо, – Бренда потянулась, – нет слов, чтоб описать, как же это прекрасно наконец жить нормальной жизнью.

Гектор принялся растирать ей пальцы ног. Руки можно помыть и позже. Он любил ее, но, черт возьми, ей нужны были носки поплотнее, чтобы поглощали этот запах.

– Не скучаешь по работе частного детектива?

– Нисколечки. Я даже не представляла, насколько приятно работать в нормальном месте. Не сидеть в машине и не выслеживать этих похотливых мужей, которые таскаются по сомнительным мотелям. Как же здорово иметь рабочий стол и туалет в шаговой доступности, а не справлять нужду на вонючих заправках! Жизнь стала намного проще. Кстати, что-нибудь слышно от женушек?

Гектор пересказал Бренде детали разговора в минивэне. И ждал реакции.

Бренда села.

– Это и мне сыграет на руку. Если казино вернет деньги, то о наших карьерах можно будет не беспокоиться, как сказала Падма.

Гектор наклонился и заправил прядь волос ей за ухо.

– Я бы не стал верить всему, что говорит Падма.

Он вспомнил, как легко и быстро ее лицо сменило тьму на свет, когда он наблюдал за начальницей Бренды в столовой.

Тьма и свет… Гектор посмотрел на жену. Он знал, что его жизнь темна, а его любовь живет на стороне света. Ее свет наполнял и его жизнь, и он нуждался в этом. Бывало, Бренда заигрывала с его тьмой, совсем немного, но Гектор ни за что не хотел подпускать ее поближе. Никогда. Он был крайне осторожен на этот счет, и наблюдение за Падмой дало ему осознание того, что Бренда была очень близка к тому, чтобы пересечь эту границу. Падма, казалось, уже балансировала на этом краю. Гектор надеялся, что она сделает другой выбор. Но не она, а Бренда была объектом его заботы. И особенно сейчас он должен уделять ей больше времени.

– Может, нам стоит бросить все это и уехать, – сказал Гектор. – Не знаю, смогу ли я заставить мужей вернуть деньги.

– Ты всегда говоришь, что можешь заставить кого угодно сделать что угодно, если приставишь пистолет к его голове.

На этих словах Бренда потянулась к нему для поцелуя. Он поцеловал ее в ответ, и Бренда положила ему голову на плечо. Гектор вздохнул. С другой стороны, он мог бы закончить это дело и тогда уже уйти на покой…

Гектор вытащил телефон и открыл приложение авиалиний.

– Вообще-то, – сказал он, – можно добиться лучшего результата, если приставить пистолет к голове друга.