– Ну вот, готово, – сказала Эйс и щелкнула Битси по макушке, чтобы та снова уснула. – Должно сработать. Ее жесткий диск сгорел во время взрыва, но такие дроиды обычно делают периодическую копию системы. Вроде я нашла правильную версию.

Аня сидела перед ней, наклонившись вперед и опершись подбородком на руки. Прямо как член чьей-то семьи в зале ожидания перед операционной. Это было мило. Мало кто так относился к дроидам. Да, Битси выполняла в Аниной жизни важную функцию, но она была еще и другом. Эйс знала, что это такое, когда тебе нужен друг.

Тэра сделала круг по столу перед ними, очень собой довольная. Дроид самой Эйс сыграл ключевую роль в правильной починке Битси. Они с ней видели много сломанных дроидов.

И вместе были неудержимы.

Эйс постучала пальцем по одному из шариков Тэры:

– Отличная работа. Кажется, мы закончили.

Наконец, Аня пошевелилась:

– Думаешь, она будет в порядке?

– Ага, будет. Ее личность должна скоро вернуться. Надо только дождаться, пока она заново ее скачает. Это занимает какое-то время.

Аня подняла голову, глядя на Эйс потерянными, испуганными глазами:

– А что ты с ней только что сделала?

– Перевела в спящий режим. Она… по сути, будет спать, пока не восстановит все утерянное. Так легче для ее процессора, и Битси будет куда проще проснуться самой, чем пытаться осознать скачанное. Им бывает сложно на ходу подстроиться под все изменения и новый код.

Не очень хотелось признавать, что на это еще и было неприятно смотреть. Эйс лишь однажды видела дроида, получившего новую личность в бодрствующем режиме, и тот носился по всей комнате, пытаясь понять, что ему делать.

Тогда ее учитель сказал, что некоторые сравнивают этот процесс с судорогами. Эйс так и не смогла забыть беднягу. Было очень похоже на настоящую агонию.

Мира постучала в дверь и зашла в комнату.

– К тебе там ундина приплыл, – с улыбкой сказала она. – Желтый такой.

– Макетес уже вернулся? – Эйс встала, нахмурившись. – Я думала, он поплыл рассказывать все братьям.

– На это много времени не надо. Я так поняла: ты мне что-то должна передать?

Черт. Он уже сказал им, что она вот так просто отдаст ключ? Эйс почувствовала, как нехорошо заворочалась в животе и подступила к горлу тошнота. Разум снова кричал, что это неправильное решение.

А вот душа утверждала, что еще какое правильное. Она знала, что случится с ними со всеми, если поступит иначе. Знала, что в неправильных руках этот ключ учинит такой хаос, какого мир еще не видел.

Джейкоб не заслуживал приказов от высших чинов, но в то же время Эйс подозревала, что в Тау как раз полюбят им командовать. Он был умен, хитер и жесток, но они бы придумали, как взять его под контроль и как пообещать все то, что ему было решительно не положено.

Так что она вытянула из-под воротника ключ. Тот болтался в руке на всеобщее обозрение.

Наконец Эйс пробормотала:

– Наверное, он вот об этом.

Глаза Миры вспыхнули любопытством.

– А что это такое?

– Ключ к Тау, – ответила Эйс. – Оказывается, существует еще один город. И там всё решают за остальных. Но есть одно но – он может выдать наше местоположение. На нем есть маячок.

Мира выхватила ключ из ее руки и нахмурилась, смотря на пластинку.

– Значит, здесь мы его взламывать не будем. Какие бы сокровища на нем ни скрывались, я отказываюсь рисковать этим домом. Аня?

– Скажу Дайосу собираться.

Блондинка вскочила на ноги, и Эйс стало стыдно, что она стояла к ней спиной. Аня не слышала половины сказанного.

И все равно была готова действовать. Обе эти женщины были так уверены в себе и еще увереннее в своих партнерах. Странное чувство.

Видимо, эти мысли отразились у Эйс на лице, потому что Мира посмотрела на нее и убрала ключ в карман.

– Это что за выражение?

– Какое выражение?

– На лице у тебя. – Мира ткнула пальцем в ее направлении и помахала рукой вверх-вниз. – Что-то не так.

– Да все так.

– Ты так не выглядела, даже когда отдала мне карточку уничтожения мира. Но как только Аня упомянула Дайоса, у тебя стал такой вид, будто уже конец света. Этот гад тебе что-то сказал?

Аня шлепнула Миру по руке:

– Да отстань ты от него!

– Он меня чуть не убил! Несколько раз!

– Забудь уже.

Эйс подняла руку, чтобы они замолчали, пытаясь переварить их слова.

– Дайос тебя чуть не убил?

– Давно уже, но да, было дело. Этот красный не любит людей. – Мира нахмурилась. – Если тебя это удивляет, значит, ты его еще не встречала.

– Да я вообще никого еще не встречала. Макетес меня сразу сюда принес.

Обе женщины перед ней переглянулись, явно обмениваясь какой-то мыслью. А потом максимально сосредоточились на Эйс, которой этого совсем не хотелось.

И взгляды ей их не нравились. И то, как они на нее наступали. Обе девушки подхватили ее за руки и вытащили из мастерской.

– И куда мы идем? – спросила Эйс, чувствуя себя крайне неуютно.

– Сначала выясним, что у тебя за вид такой, а потом будем представлять остальным. Потому что тебя стоило им представить, еще когда ты только приплыла сюда. – Мира потянула ее сильнее, и все трое вышли в гостиную с бесчисленным количеством подушек.

Мира толкнула Эйс на самую большую из них, и они с Аней уселись ровно напротив.

– Выкладывай, – сказала она.

– Мы хотим помочь, по возможности, – добавила Аня, смягчая тон Миры, который даже не слышала.

– Если ты не злишься на Дайоса, то тогда в чем проблема, что Аня его упомянула? – Мира надавила чуть сильнее, и Эйс почувствовала, как что-то внутри нее надломилось.

Она была среди друзей. Они не собирались смеяться. Если кто и мог понять ее проблему, то это женщины перед ней.

– Я просто не знаю, кто мы с Макетесом друг другу, – начала Эйс, и тут слова вдруг хлынули водопадом, который ей было не сдержать. Только что она прятала свои чувства, но теперь просто жизненно необходимо извергнуть их все до остатка, сейчас же. – Я знаю, он меня хочет. Я его тоже хочу. Между нами есть эта странная связь, которую я не могу отрицать, хотя это вроде как-то неправильно, что она вообще есть. Он… ну, он, а я человек. Я даже не могу обещать ему, что мы надолго останемся вместе, потому что мы из разных миров. Да и откуда мне знать, хочет ли он вообще, чтобы я оставалась. У меня есть ключ, у меня есть нужная информация, но это еще ничего не значит.

Мира несколько раз моргнула, потом пробормотала:

– Блин, Макетес, я думала, уж тебе-то с этим будет проще.

– В смысле?

Аня покосилась на Миру и твердо сказала:

– Повтори.

Мира повторила, Аня посмотрела обратно на Эйс и кивнула:

– Да, я тоже думала, что он с этим справится лучше. Из всех местных самцов он вроде как самый приземленный. Добрый, никогда не смотрел на наш вид свысока. Его различия между нами больше интригуют, чем просто цепляют взгляд.

Мира фыркнула:

– Или пугают. Удивишься, сколько ундин не хотят приближаться к людям просто из-за того, что мы для них символизируем.

– Я встретила одного фиолетового, которому вроде как не нравлюсь, – пробормотала Эйс.

Мира кивнула:

– Фортис. Он частенько заплывает, но… Да. Не очень приятный тип.

– Я бы сказала, совсем неприятный. Он жуткий. – Эйс потрясла головой, а потом вздрогнула. – Я вот только не знаю, что сам Макетес чувствует.

Она знала, что слова – это сложно и что никто из женщин перед ней не может говорить за него, но все равно надеялась, что они хотя бы прояснят ситуацию. Может, ей вообще мешали только ее собственные комплексы. Последняя ниточка, не дающая с головой упасть в…

Любовь, поняла Эйс. Кажется, она любила Макетеса.

Мира наклонилась вперед, опираясь локтями о колени, и сцепила пальцы.

– Макетес всегда казался самым уравновешенным. Он все прячет за юмором, и это весело, но я вижу, что это на самом деле щит. Он что-то скрывает. В последнее время ему стало хуже. Больше розыгрышей, проказ, шуток. С ним стало почти невозможно разговаривать. Никто не может нормально с ним общаться, потому что он ничего не воспринимает всерьез.

Это как раз не удивляло.

– Мне кажется, ему было грустно, – ответила Эйс. – На его глазах все, кого он любил, начали находить себе пары, а он остался один и боится, что все те недостатки, что видит сам в себе, делают его хуже. Ему было грустно, и он замкнулся, видя, как все находят любовь своей жизни, и думая, что с ним такого не будет никогда.

Мира откинулась на спинку кресла и переглянулась с Аней. Потом покачала головой, поджав губы:

– Вот же придурок. Даже не видит, насколько хорош. Вот я смотрю на него и вижу самого замечательного ундину на свете. И все мы хотим ему только счастья.

Эйс вздохнула:

– Он отчасти знает это. Но в то же время знает, что некоторые части него обычно не принимают. – Она посмотрела на свои руки, сложенные на бедрах. Больших и для многих непривлекательных. – Я-то уж это хорошо понимаю.

Повисла небольшая пауза, а потом Мира накрыла ее ладонь своей:

– Просто скажи ему. Ундины крайне глупы, когда дело касается отношений, потому что у них это все происходит не так. А, и дай ему тебе что-нибудь подарить. Даже скажи ему это сделать, если так проще. Подарки – это большая часть процесса. Если он, конечно, еще не начал таскать тебе штуки.

Эйс покачала головой:

– Не-а.

– Ну, значит, он все делает наперекосяк, поэтому и ведет себя непонятно. У ундин есть очень конкретный порядок ухаживаний. Они охотятся на избранницу, кормят ее, потом приносят сокровища из океана. – Мира села прямее и хлопнула себя по коленям. – Вот что тебе надо сделать. Добейся, чтобы он подарил тебе подарок. Он же наверняка охотился для тебя, так?

– Да, но я не очень люблю рыбу.

– О да, от этого он тоже, наверное, сбит с толку. Для них кормить избранницу – это целое событие.

Очевидно, Эйс все делала не так. Вздохнув, она ущипнула себя за переносицу и попыталась сдержаться и не думать обо всех последствиях разом.

– Итак, мы два идиота, которые даже не поняли, что второй пытается… короче, да.

– Надо говорить слова вслух, чтобы они стали реальностью, – тихо ответила Аня.

Она и сказала. Произнесла эти слова.

– Кажется, я его люблю.

У обеих вырвался такой пронзительный визг, что Эйс пришлось зажать уши руками. Прищурившись, она уставилась на женщин перед собой, которые с восторженным верещанием вцепились друг в друга. Но что-то в этом было приятное.

Потому что это было здорово. От всех этих эмоций она чувствовала себя… особенной.

Она любила Макетеса. Она, и никто другой. Может, пора было ему об этом сказать.

Мира встала, похлопала себя по карману, явно проверяя, что ключ все еще там, а потом жестом сказала Эйс подниматься.

– Пошли. Ты скажи ему об этом, а я пока выясню с Арджесом и Дайосом, куда мы вставим этот ключ. Должна же где-нибудь быть какая-нибудь заброшенная исследовательская станция, где еще хватает рабочей техники. И где можно будет работать, не рискуя, что на нас нападут.

– Ну, – добавила Аня, тоже вставая. – Не нападут, пока ты не взломаешь ключ.

– Типа того. – Мира улыбалась. – Ничего такого, с чем мы раньше не сталкивались. А ты иди лови своего мужика.

Да. Эйс пошла. Пошла говорить ему все то, что не давало ей покоя. А он будет сидеть там и слушать. Потому что кому-то из них надо было сделать этот шаг. Решиться.

И если этим кем-то будет она, то и пускай. А если их чувства невзаимны, хотя Эйс надеялась на обратное, она просто останется здесь с остальными женщинами. Не то чтобы ей было куда еще идти. Может, ее сестра к ним даже присоединится.

Может быть. Если Лаура захочет.

Расправив плечи и стиснув зубы, Эйс кивнула:

– Ага. Если он там ждет, то у меня есть план.

– Что за план?

– Все ему рассказать.

Такой себе план, скорее, одно действие, которое надо было сделать. Но пока они шли по коридорам в главный зал, сердце Эйс начало грохотать сильнее, а по коже побежал пот. А она точно сможет?

Адреналин бежал по венам, дыхание хрипло свистело в легких. Но тут она увидела его.

Макетес висел, опершись на край бассейна. Стоило ему ее увидеть, как все огни на его теле вспыхнули обжигающе ярко. Если бы захотела, Эйс могла бы сосчитать каждую сияющую звездочку на его теле. Но она смотрела только на счастливое выражение его лица и облегчение в его глазах.

– Вот ты где, – выдохнул Макетес. – Когда услышал визг, уж подумал, что что-то случилось.

Да ничего не случилось. Просто момент между ними, девочками. Эйс покачала головой, решив не говорить этого вслух, и заправила волосы за ухо.

– Можем поговорить? Где-нибудь наедине?

Звучало не очень. Если бы Макетес ей так сказал, она была бы в ужасе.

Но он просто легко улыбнулся:

– Я о том же хотел спросить. Сплаваем на еще одно приключение, кефи, прежде чем разрушить мир?

Ничего другого Эйс не надо было. Так что она протянула руку и спрыгнула в воду. Без сомнений. Без тревоги. Без страха.

Как Макетес ее научил.