Макетесу не нравилось оставлять Эйс там, но в то же время он знал, что это необходимо. Те две женщины были вовсе не такими страшными, какими он их представил. Он даже не знал толком, зачем это сделал. Макетес обожал и Миру, и Аню, потому что они были сильными женщинами с золотыми сердцами, на все готовые ради своих партнеров.

Оставалось только молиться, что та, которую выбрал он, способна на то же самое. Но у Макетеса был долг перед своим народом, и с этой мыслью сложно было свыкнуться. Его людям надо было, чтобы он передал им информацию, а ему… ему была нужна Эйс. Вся и целиком.

Ундина до сих пор пылал от того, как легко она поцеловала его у всех на виду. Просто взяла его лицо в ладони и поцеловала так, словно они видятся в последний раз. Надо было рассмеяться, сказать ей не волноваться, что все выйдет наилучшим образом.

Вместо этого Макетес мог думать только о том, что она его целует. И о том, где еще он хочет ее поцелуй. Он вообще хотел Эйс везде. На нем. Вокруг него. С ним внутри нее. От одного только поцелуя ему стало так сложно думать о чем угодно, кроме ее вкуса, ее прикосновений, всей той красоты, из которой она состояла.

Он был готов сорваться. И он это знал. Его злило даже то, что приходилось искать братьев. Хотелось развернуться обратно и немедленно вернуться к Эйс. А что, если ей там плохо? Что, если те две женщины там плохо ее встретили?

От одной только мысли все огни на теле Макетеса вспыхнули. Шипы на спине стали подниматься. Он был готов снова драться ради Эйс. Даже со своими, если придется.

– Макетес!

Это Арджес – голос его синего брата было сложно не узнать. Он всегда был добрее прочих.

Но Макетес все равно растопырил все плавники и развернулся на звук так, словно его только что атаковали. Арджес замер на месте и нахмурился, рассматривая ярость в его взгляде.

Потом на его лице расплылась улыбка, словно ундина только что обнаружил нечто потрясающее.

– Братец, – сказал Арджес. – Я, конечно, слышал, что ты вернулся с ахромо, но и не думал, что все настолько плохо.

– Настолько плохо?

Арджес помахал рукой, показывая на Макетеса целиком.

– Ты посмотри на себя. Весь светишься в прямом смысле слова. До сих пор не закончил ухаживать, я так понимаю?

За спиной Макетеса раздался голос поглубже, и его шлепнули по спине хвостовым плавником.

– Малек наконец-то нашел себе пару? Это ту, которую он с собой притащил? Пахла она симпатично.

Ну все!

Дернув бедренным плавником, Макетес развернулся и набросился на Дайоса. Врезался ему прямо в грудь, отправляя их обоих кубарем кувыркаться сквозь воду, пока Дайос не ударился спиной о песок. Но как бы Макетес ни пытался ударить этого огромного красного дьявола когтями, Дайос отбивал каждый удар. Да еще и посмеивался при этом.

– Ты посмотри на него! Весь пылает влюбленной яростью, очевидно же. Пропал он, Арджес.

– Да не дразни ты его так сильно. Ты, когда Аню впервые нашел, был не лучше, – ответил Арджес. Но в его голосе тоже был смех, и Макетес был готов взорваться.

Оскалившись, он развернулся к Арджесу:

– Только зря время на вас трачу.

– Ну зачем-то же ты с нами дерешься. – Он раскинул руки. – Давай, братишка. Тебе надо избавиться от этой энергии.

В этом они были правы. Надо было. И лучшего способа, чем выдрать из них обоих по куску, для этого не было. Обнажив зубы, Макетес кинулся на синего брата, но красный поймал его за хвост. Они сцепились, сверкая зубами и когтями в облаке песка, пока в воде не расплылась черная кровь. Этого ему было достаточно. Неважно чья, главное, что кровь.

Все это бесило его куда сильнее, чем братья догадывались. Эти двое своих женщин добились так просто по сравнению с ним. Им не нужно было волноваться о потенциально разрушенной дружбе, потому что они и не дружили со своими, прежде чем пасть жертвой бушующих в нем сейчас чувств.

Как же это раздражало. Эйс постоянно отказывалась от его подношений. Он ее не воровал и не уносил от остальных – та пещера, по сути, была частью задания. А еще подарки. Он давно уже должен был что-то ей подарить, но у него не было на это времени. Потому что они постоянно куда-то плавали и он пытался быть правильным самцом, который защищает свой народ.

Рыкнув, Макетес поплыл наверх, к солнцу, где собирался раскрутиться и со всей скорости впечатать братьев в песок. И побить их одного за другим.

Но тут его за горло поймала темно-фиолетовая перепончатая рука, и он повис в хватке глубинника, словно малек. Макетес извивался в его пальцах, размахивая хвостом и обвиваясь вокруг толстой руки, волокущей его обратно ко дну. Никто и ничто не могло сопротивляться кому-то столь огромному.

Держа его в руке, Фортис вернул ундину к братьям. Те тяжело дышали, и у каждого на груди виднелся след от когтей, но Макетес выглядел не лучше.

В груди горело возмущение. Он хотел, чтобы им было больно. Чтобы у них остались шрамы.

Но тут Фортис грубо его встряхнул:

– Приди в себя. Понимаю, брачная потребность нахлынула на твой разум, но это не делает тебя безмозглым животным.

Слова прорвались сквозь бушующую в нем злость, и Макетес отпустил ее. Фортис ведь даже не сделал ему больно. Большой самец просто держал его на месте. Макетес сложил жабры, убрал шипы, и его хвост спокойно обмяк в воде.

Он был готов поклясться, что океан играл с плавником его хвоста, шепча, что нужно расслабиться или он никак не сможет защитить Эйс. Если Макетес не думал головой, значит, пора было себя заставить.

Глубоко и размеренно подышав пару минут, он кивнул:

– Мне лучше.

– Хорошо. – Фортис отпустил его и потряс рукой, словно смахивая запах с пальцев. – Отвратительно. Никогда не пойму, как можно испытывать такую жажду и ярость из-за ахромо.

Дайос фыркнул:

– Надеюсь, тебе за это достанется самая трудная из всех нас.

Фортис смерил его таким взглядом, что удивительно, как Дайоса не убило на месте. Впрочем, этот же взгляд достался каждому из них, и Макетес отплыл ниже, к братьям. В этих глазах было столько разочарования. Но в то же время это были глаза самца, которому было известно слишком многое.

– Вы трое – это только начало, – сказал Фортис тихо, глубоко. Таким тоном он обычно предсказывал будущее, и Макетес ненавидел его. – Если мы продолжим драться, будущее станет мутным, полным страха и крови. Нужно сосредоточиться на даре, который мы получили. Который принес нам Макетес. Он куда ценнее любого оружия.

– Даре?

Фортис тяжело вздохнул и посмотрел на лучи солнца над их головами.

– Дайте мне сил, – пробормотал он, явно обращаясь к богам.

А, да. Теперь, когда у Макетеса в голове прояснилось, он понял, о чем говорил огромный самец.

– Точно, ключ. Он у Эйс.

– Ключ? – спросил Арджес, явно ничего не понимая.

– Ее послали добыть ключ из Гаммы. Они собирались обменять его нам на какие-то мелкие орудия. Я думал, вам это уже рассказали?

Арджес все еще выглядел потерянным, но Дайос кивнул:

– Рассказали. Он просто был занят с Мирой в тот момент, если не ошибаюсь. Меня вот настораживает то, что́ может открывать этот ключ.

– Судя по всему, это ключ не к хранилищу, как думали в Гамме. Это ключ к знаниям. В частности, о городе под названием Тау.

Дайос выглядел озадаченным, а вот Фортис с Арджесом напряглись. Макетес никогда раньше не видел, чтобы глубинники становились такого цвета. Темная волна прокатилась от хвоста до груди, делая его странного оттенка фиолетового, сливающегося с фоном океана. Словно пытался стать невидимым.

Арджес издал протяжное тихое шипение:

– Я уже слышал это название. От солдата, которого разорвал на части.

– Ты сказал… Тау? – переспросил Фортис так низко, что почти прорычал.

– Сказал. – Макетес наклонил голову, смущенный такой реакцией. – Я даже не знал, что такой есть, как и та ахромо, которую я принес. Откуда ты знаешь это название?

И вот они трое смотрели на огромного ундину перед ними, но Фортис не смотрел на них в ответ. Его глаза обратились куда-то за их спины, в океан, в глубину, в бездну, которую не мог пронзить свет. Макетес туда никогда не совался, но вот Фортис там жил.

– Это название редко произносят среди глубинников. Шепот, эхо места, которое когда-то существовало. Мало кто из нас его находил, а те, кто нашел, остались лишь в наших воспоминаниях и среди душ, что навещают нас. – В его глазах заклубились краски, словно Фортис говорил с мертвецами прямо сейчас. – Те, кто остался в океане, между жизнью и смертью. Только они видели этот город.

Чешуя на хвосте Макетеса приподнялась. Страх пронзил все его тело.

– Эйс сказала, что в ключе содержится знание о городе. Может, даже прямая связь с теми, кто им управляет. Оказывается, в каждом городе есть немало людей, остающихся с ними на связи. Человек, отдавший нам ключ, считал, что кто-то в Тау контролирует каждого ахромо в океане.

– Не может такого быть, – прорычал Фортис.

Остальные два брата тоже повернулись к нему, нахмурившись.

Первым напряженную тишину разорвал Арджес:

– Макетес, ты ей веришь?

– Мне и не нужно ей верить. – Он ударил себя кулаком по груди. – Я знаю, что это правда. Тот мужчина не врал. Я был там, когда он говорил, и пробрался в Гамму лично, чтобы ее забрать. Люди в той башне были неправильными. Оскверненными. Они ели друг друга и любого, кто им угрожал. Но тот мужчина говорил правду, и в его голосе звенела честь.

– Значит, это правда и Тау существует. – Арджес покачал головой. – Не должно такого места существовать в океане.

– Я считаю, ключом надо воспользоваться. – Макетесу нужно было, чтобы они его услышали, потому что он знал, что должен донести это до них. – Используем ключ. Найдем город, который всем заправляет. Если узнаем, где он, сможем его уничтожить. Со всей той информацией мы сможем заставить остальные города существовать самостоятельно. Может, если в Бете перестанут получать приказы от тех, кто сильнее, они станут сотрудничать с нами.

Дайос покачал головой:

– Мы по той же причине уничтожили Альфу, и это только сделало наши отношения с ахромо хуже. Это провальная миссия, брат.

– Может быть. Но если Тау действительно имеет столько власти, как они говорят… – Он не знал, как донести до братьев, что это важно.

Вода взметнулась вокруг Макетеса, поднимая так много песка, что тот повис облаком вокруг его тела. Океан подталкивал его, говорил продолжать спорить. Его задачей было убедить их, что это было верное течение.

Но он не знал слов. Не мог подобрать их. Потому что все еще не знал сам, сработает ли ключ и что именно им откроет.

Так что вместо этого Макетес прижал кулак к груди поверх сердец:

– Я знаю, что этот путь верный. Знаю, что это для нас единственный правильный выбор.

Все трое смотрели на него, и он чувствовал, что течения изменяются в его сторону. Еще мгновение назад ундины казались озадаченными, но вот понимание пришло на их лица, словно их накрыло волной.

– Так будет правильно, – повторил Макетес.

Фортис кивнул:

– Держите меня в курсе. Я слышал, ты еще и сестру своей ахромо ищешь. Мне помочь?

Макетес удивленно растопырил плавники:

– Ты в курсе?

– Я знаю все, что происходит с моим народом. Особенно когда желтый паразит просит одного из моих охотников найти ахромо и не убивать ее. – Стиснув зубы, Фортис продолжил: – Если хочешь, я помогу ему найти ее. Пока что я не слышал никаких новостей.

– Буду у тебя в долгу.

Фортис удивленно приподнял брови, потом кивнул:

– Считай, уже сделано.

И фиолетовое чудище уплыло. Взмахнул хвостом и исчез, словно разговор закончился, потому что он так решил.

Дайос нахмурился и недобро оскалился:

– Не нравится он мне.

Арджес фыркнул:

– Он никому не нравится. В этом же все его обаяние, нет? Сочувствую я той ахромо, что сломает его.

Все трое расхохотались. Может, самым смешным здесь была мысль, что Фортис вообще кого-то привлечет.

– Фортис и ахромо, – выдавил Макетес сквозь смех. – Представляете себе вообще? Да он ее во сне сожрет, прежде чем признает, что хочет ее оставить.

– Сожрет, чтобы не соглашаться, что ахромо могут быть красивее, чем он думает. – Дайос покачал головой. – Макетес, а как твоя выглядит?

Жажда немедленно вернулась к нему. Вонзилась в него, словно нож, и ундина застонал, просто думая об Эйс:

– Она мягкая. Она вся такая мягкая.

– Они вообще жутко мягкие, – ответил Арджес. – Так легко поранить.

– Нет-нет. – Макетес поднял руки перед собой, словно представляя себе, как держит в них ягодицы Эйс. – В ней столько всего, за что можно ухватиться. Словно целый пир, и все только для меня.

Дайос скривился от отвращения и ударил Макетеса по рукам:

– Прекрати.

– Что? В ней стольким можно насладиться.

– Просто… вот это перестань. – Дайос опять хлопнул его по рукам. – Давай уже вернемся к ней, пока ты не вывалил нам слишком много деталей.