Валялся и

рассказывал ей о пьяных своих

похождениях, а она

слушала,

округлив от ужаса глаза. Тогда

я был еще

относительно

здоров, Серега жив, а ребенок

ростом с меня.

Все изменилось –

ей ничего не расскажешь, я болен,

Серега мертв, а

ребенок

выше меня на голову и у него

сорок седьмой

размер

ноги. Все изменилось, хотя не так уж

много времени прошло.

Но что говорить –

приятно валяться было,

болтая о своих пьяных похождениях.