– Алекс?

– Вижу, – прокричал он. – Что будем делать?

У нее голова шла кругом, будто она снова поплыла, не успев остановиться с первого раза. Корабль вокруг нее прыгал и вздрагивал, а она выводила и перепроверяла записи о задании Амоса. Все сходилось. Если и подделка, то убедительная.

Они рассчитывали ударить по платформам и на полной скорости гнать прочь, не дав вернуться силам врага. Для этого она оставила достаточно времени. А если добавить посадку и снятие…

Но если не добавлять, Амос будет там ждать… Или Джим.

– Наоми? – повторил Алекс. – Что будем делать?

– Платформы, – решила она. – Первым делом. Сначала платформы.

– Если будем садиться, надо тормозить, – предупредил Алекс.

Ей нужно было время. Времени не оставалось. «Роси» навалился и отскочил, бросив ее на сбрую выстрелом рельсовой.

– Дай варианты, – велела она.

– Даю, – сказал Алекс.

Включилось предупреждение о перегрузке. Они летели навстречу залпам врага, а она собралась тормозить.

– Ян! Передай всем, чтобы повторяли мой курс. Тормозим!

Включившийся двигатель втиснул ее в амортизатор, в прохладу геля. Наоми не знала, тошнит ее от маневров уклонения, от сменяющегося ускорения или от ощущения обреченности, но это ничего не меняло. Она вывела тактическую схему и прогнала ее через систему «Роси», молясь неизвестно кому, чтобы решение существовало.

Информацию о структуре обороны по кусочкам собирали заходившие в систему корабли Союза перевозчиков. Пять орудийных платформ, абсолютно черных, невидимых для радара. Они располагались на более высоких орбитах, чем строительные платформы чужаков, и создавали над планетой сеть, позволявшую видеть любой приближающийся корабль минимум с двух, а чаще с трех точек. Орудия уже вели огонь по крошечной армии Наоми, причем неизвестно, какой техникой они пользовались для компенсации, только она не давала ни тепловых, ни световых выбросов, которые позволили бы в них целиться.

Строительные платформы висели ближе к планете: длинные и отчетливо видимые, они выпускали из себя тонкие волокна и напоминали вид загрязненной воды под микроскопом. И они мерцали. Их тоже было пять штук, все на орбите, близкой к экватору.

Подходить планировали тесной группой, чтобы прикрываться общими усилиями и пропускать между собой вражеские снаряды. А потом, совсем близко, «Кассий» и «Принц ликов» должны были отколоться, уйти за планету по ее вращению, предоставив «Роси» и «Королеве» убираться в другую сторону. После чего всем предстояло рвануть к вратам, чтобы спрятаться среди сотен систем за ними.

Так было рассчитано. Теперь нужно делать то же самое, только медленней. Больше времени в перекрестье вражеского прицела. Меньше шансов уйти невредимыми.

Ян, перекрывая грохот ОТО, резонанс двигателя и гул маневровых, прокричал:

– «Кассий» запрашивает разрешения оторваться. Они готовы к рывку.

– Разрешаю, – крикнула Наоми. – Давайте!

– Без них на нашу долю достанется больше пушек, – предупредил Алекс. – Придется поскакать.

– А до сих пор что это было? – осведомился Ян.

– Легкая прогулка, детка, – ответил Алекс.

«Кассий» на тактической схеме отвернул, его дюзовый выброс направился к трем оставшимся, а корабль скользнул за набегающую навстречу планету. Через несколько секунд его маневр повторил «Принц». И тут же от лаконской обороны протянулись новые траектории быстродвижущихся объектов.

– Сколько сумеем снять? – крикнула Наоми, и голос, которого она не узнала, проорал в ответ: «ОТО, шестьдесят процентов», – словно ответил на вопрос.

– Через восемьдесят секунд мы тоже начнем причинять ущерб, – сказал Алекс. – Семьдесят девять…

– Держись строительных платформ, – приказала Наоми. Она чувствовала, что ноги вот-вот сведет судорога. Ее монитор уже выбросил три медицинские тревоги низкого уровня. Наоми оставила их без внимания. Корабль резко вильнул вправо, уходя из-под дуги снарядов рельсовой. Они были уже так близко, что уклоняться от нее становилось по-настоящему сложно.

– Разреши ударить по орудийным, капитан?

– Нет, – сказала Наоми. – Сначала строительные.

Она могла погибнуть. Все могли погибнуть. Но даже тогда не обязательно проигрывать.

Она боролась с искушением перехватить управление огнем. От страха и напряжения дрожали все мышцы, а маневры уклонения становились быстрее и резче. Ей хотелось хоть что-то контролировать. Подчинить ближайшие минуты своей воле. Доверившись почти незнакомой команде, Наоми чувствовала себя слепой.

– «Принц» докладывает, что «Кассий» подбит рельсовой, – крикнул Ян.

– Ущерб? – спросила Наоми, уже выводя показания датчиков, чтобы посмотреть самой. К тому времени, как Ян отозвался, она знала ответ.

– «Кассию» конец.

У нее в мозгу снова сдвинулся счетчик шансов. Если они потеряют и «Принца», то, чтобы снять уцелевшие платформы, придется огибать планету. Она пошла на риск замедлить движение – и тут же за это поплатилась.

Взяв управление связью, она вызвала «Принца». И, как только контакт установился, заговорила:

– Это Наоми Нагата с «Росинанта». Прекратить торможение. Возвращайтесь к прежней стратегии. Быстро убейте строительные платформы и гоните к вратам. Больше скорость не сбрасывать. Нас не ждите.

– Реконегат, «Росинант», – отозвался голос с чистейшим церерским выговором. – Гее кан Алла, са-са.

Дюзы «Принца ликов» на ее схеме погасли, и корабль рванулся вперед, спеша к цели уже без торможения.

– Мы почти на дистанции, – сказал Алекс.

– Пляши как хочешь, – велела Наоми, – только доставь нас на место.

– Еще десять быстродвижущихся от обороны, – предупредил Ян. – ОТО на пятьдесят.

– Алекс?

– Стараюсь как могу, – отозвался тот. – Дай еще тридцать секунд.

Наоми вызвала «Королеву»:

– Доложитесь.

– Мы получили пять снарядов в машинную палубу и мастерские, – ответил ей молодой голос. – Пока держимся.

– «Росинант» выходит на цель. Прикройте нас.

– Принято, – ответила «Королева».

«Роси» дернулся вправо, потом еще раз. Амортизатор под Наоми завертелся, подставляя под удары, с какого бы направления они ни шли, ее спину.

– Право… лучше бы… поменьше рельсовых, – сквозь зубы процедил Алекс.

– Уклоняемся же, – утешила Наоми.

– Пока да, – ответил Алекс, и корабль задрожал от выстрела своей рельсовой.

Наоми вывела картинку чужой платформы, все еще слишком далекой для невооруженного глаза. Система «Роси» стабилизировала изображение, но даже так оно дергалось и дрожало. Наоми потянулась к экрану, усилием воли помогая снаряду. На такой дистанции преждевременный выстрел мог уйти мимо от легчайшей непредвиденной вибрации.

На секунду экран побелел: близкий разрыв вражеского снаряда сбил настройки датчиков. Когда изображение вернулось, она увидела, что платформа дрожит и смещается. Сложная конструкция как будто стягивалась в себя, сворачивалась вокруг раны. Дернулась вся целиком. Мерцание света прошло по ней от хребта к конечностям, а потом платформа начала разматываться. Как брошенный в воду туго свернутый клубок, она распускалась, расходилась. Резкие очертания смягчались и проваливались вовнутрь, распадаясь в пустоте над огромным лаконским океаном. Сверкнули, словно предсмертным нервным импульсом, яркие линии молний, а потом все погасло и развалилось. «Роси» трясся и дергался, а чужая конструкция умирала с тихим изяществом.

Во вздохе Алекса смешалось облегчение и благоговейный трепет. Наоми его понимала. Она пыталась установить связь с «Принцем», сообщить о попадании и узнать, как дела, но масса планеты блокировала луч, а подходящих трансляторов здесь не было. Дальше ей оставалось только верить.

Алекс отключил тягу. Они затормозились. Если ничего не менять, «Роси» начнет удаляться от планеты. Сейчас они находились на орбите. Невесомость вместо облегчения принесла с собой чувство опасности.

– Где следующая? – спросила Наоми.

– На подходе, – сказал Алекс. – Еще за линией горизонта. Увидим через восемь с половиной минут.

– Начнем-ка пока сшибать орудийные. Обеспечим себе маленькую передышку.

«Роси» опять взбрыкнул, и скороговорка ОТО слилась с низким, глубоким гулом стартующих торпед. Наоми заметила, что улыбается сквозь боль.

– Что это? – спросила она.

На поверхности планеты, почти в центре одного из ее материков, сквозь густую облачность что-то просвечивало. Городские огни. Столица. Лакония. А ровно на север от нее ярко вспыхивал поднимающийся сквозь атмосферу по идеальной прямой столб огня и дыма.

– Ха, – выдохнул Алекс. – Рельсовые на грунте.

– Мы этого ожидали?

– Никогда о них не слышал.

– Сильно затруднят посадку.

– Это да, – согласился Алекс и вытащил «Роси» с траектории огня. – Тут пожалеешь, что не назначили встречу подальше от самой охраняемой части планеты.

– Встречу назначали давно, – заметила Наоми. – С тех пор они, похоже, не сидели сложа руки.

Она сверилась с картой. Город сейчас находился почти под ними. Ближе к Джиму она не бывала много лет. Если «Принц» успел поразить цель, осталась всего одна. У Наоми на мониторе взорвалась одна из лаконских орудийных платформ – ее прикончили огонь рельсовой с «Королевы» и две уцелевшие торпеды с «Роси».

И так просто было бы приказать: «Падаем!» Провалиться в шершавый воздух Лаконии, подхватить своих и прикончить оставшуюся платформу на обратном пути.

Если бы она была уверена, что получится. Будь она убеждена, что выживет, рискнула бы всем, что уже достигнуто. Но об уверенности речи не шло.

– Держи как идем, Алекс, – сказала Наоми.

Внезапный звон удара встряхнул корабль и оглушил ее. Наоми ждала шипения уходящего воздуха, тишины вакуума – но не дождалась.

– Что это было? – крикнула она.

– Обломком попало, – объяснил Ян. – Имеем дыру в наружной обшивке.

– Следи за давлением. Если начнем протекать, скажи мне.

– Слушаюсь.

– Пускаю последнюю, – сказал Алекс.

– Быстродвижущиеся сзади. ОТО тридцать процентов.

Наоми вывела визуальное наблюдение. Они подошли уже так близко, что она видела через оптику изгиб Лаконии, молочную белизну верхних слоев атмосферы.

Поступил запрос на связь. «Принц ликов» появился из-за планеты и на прямой видимости протянул направленный луч. Наоми приняла.

– Порадуйте новостями, – попросила она.

– Клар и муэрте, – доложил «Принц». – Теперь ваша очередь, босс.

– Спасибо вам, – сказала Наоми. – Опять рельсовая с планеты.

– Что опять? – спросили с «Принца».

– С поверхности по нам стреляют, – объяснила Наоми. – Это ничего. Выполняйте план полета. Уходите отсюда. Сейчас же.

– Может, этвас можем сделать? – спросили с «Принца», но ответить она не успела, потому что Алекс сказал:

– Держу цель.

– Давай, – сказала Наоми.

«Росинант» снова дернулся. Снаряд рельсовой, проходя через очень разреженный воздух, все равно оставил слабо светящийся след. Наоми затаила дыхание. Едва снаряд коснулся далекой платформы, датчики сдохли. Она проверила статус корабля. Все датчики перешли на режим сохранения. Перегрузка.

– Что за… – начала она, когда корабль завопил. Наоми ухватилась за края бешено закрутившегося амортизатора. Они кувыркались. Ударная волна в почти отсутствующем газе турбопаузы оказалась достаточно мощной, чтобы отшвырнуть их, как подбитую ногой детскую игрушку. Свет мигнул, погас и включился снова. У корабля скрипели кости, рев маневровых заполнил уши – Алекс сражался за устойчивость. Датчики еще не перезагрузились, так что удар рельсовой с поверхности Наоми почуяла, а не увидела. Она ждала, что они проломят ей корабль. Продырявят реактор. Прикончат.

Когда к датчикам вернулось зрение, строительной платформы не было. На ее месте плясали протуберанцы перегретого воздуха – зеленые, золотые, красные.

– Полагаю, они в самом деле производили новую антиматерию, – сухо отметил Алекс. – По-моему, не лучшая мысль.

Наоми не ответила. На планете что-то происходило. Наземная оборона в том месте, откуда били рельсовые, раскалилась докрасна. И стрельба прекратилась. Наоми попыталась связать это с гибелью платформы, но кусочки не складывались. Случилось что-то другое.

Пришел запрос на связь. Опять «Принц ликов». Наоми приняла.

– Вы что-то сделали? Что вы сделали? – спросила она.

– Было еще полтрюма плазменных торпед, – ответили ей. – Куда их? Скинули на вашу базу рельсовых, кве? Расчистили вам дорогу. Вопрос, что сделали вы? Ядерным?

– Нет, мы так не мелочимся, – сказала Наоми. – Спасибо, «Принц». Мы в порядке. Теперь уходите.

– Уже ушли, – ответил корабль, и связь прервалась.

Наоми послала запрос на «Королеву». Та ответила без заминки.

– Все вражеские орудийные платформы в этом полушарии деактивированы, – доложил молодой человек. – Окно в полчаса, пока что-нибудь выплывет на эту сторону планеты.

– Уходите, – приказала Наоми. – У нас рандеву на поверхности.

В ответ молчали так долго, что Наоми решила, будто пропала связь.

– Мы – ваше сопровождение, «Росинант». Делайте, что надо, мы будем здесь. Не годны для атмо, а то бы пошли с вами.

– Запрещаю, «Королева», – сказала Наоми. – Разгоняйтесь к вратам. Это приказ.

Через секунду расцвел большой и яркий дюзовый выхлоп «Королевы», и в просторном небе над Лаконией остался только «Росинант». Наоми огляделась. В воздухе висел дым, но никакая тревога не сработала. Ее амортизатор вернул одно медицинское предупреждение к норме, зато два других показывали повышение кортизола и давления. Никто в нее не стрелял, странное дело.

– Алекс? – позвала она. – Мы готовы к спуску?

– Проверяю, – ответил он. – Тот обломок подкосил нам аэродинамику, но… я справлюсь. Трясти будет адски.

– Меня не запугаешь, – сказала Наоми. – Спускай. Постарайся скорей.

На Лаконии под ними царила ночь. Было красиво. Кроме слабой биолюминесценции там, где далекое море встречалось с берегом, все тонуло в темноте. Единственный свет задернуло облачностью. Примерно так должна была выглядеть Земля до изобретения электричества. До первых спутников, до первых орбитальных челноков. До Марса. До Цереры. До Пояса. Сердце галактической империи смотрелось глухой пустыней. На Обероне и Бара Гаоне городов было больше. Земля хранила больше истории. И в каждом мире жила мечта о том, чем он мог бы стать.

Мечты – хрупкие строения. Титан и керамика держатся дольше.

– Капитан?

Она оглянулась на Яна. Мальчик. Он, пожалуй, был старше, чем она ко времени гибели «Кентербери» и первой встречи с «Росинантом», и все-таки он еще мальчик.

– Келфи, – ответила она.

– Я хотел спросить, нельзя ли вернуть мне контроль над связью, – сказал он. – Я… это ведь моя обязанность. Если вам…

– Извини. – Наоми сдала ему управление. – Старая привычка. Это было невежливо.

– Просто хочу быть полезным, – осторожно улыбнулся он.

– Ну вот, – перебил их Алекс. – Ближе нам не подобраться. И дальше тянуть бесполезно.

– Спускайся, – сказала Наоми.

Маневровые, включившись, затормозили корабль, позволив ему падать. Алекс развернул их обратно к укрытому облаками городу, который вращение планеты уже унесло на сотни километров, опустил нос книзу и взялся за управление. Маневровые снова взревели.

Меньше чем через минуту «Росинант» вошел в атмосферу.