Как ни странно, живой навигатор в виде пространственника с открытой в приложении картой, привёл их не к гостинице, а в жилой район неподалеку от больницы. Куда более приличный, чем тот, где купила квартиру Мари. Судя по собственной охраняемой парковке, консьержу на первом этаже и общей чистоте, намного более приличный.

Подозрения, что это не съемное жильё, у Розмари закрались ещё на парковке. Когда же на двери не оказалось ящичка с ключами и кодом, а Леонард вместо того, чтобы позвонить арендодателю на телефон или банально в дверь, приложил к замку ладонь, как делали, когда в дверях установлен охранный артефакт, эти подозрения переросли в уверенность.

— Располагайтесь. Ремонт ещё не закончили, потому тут слегка бардак, — наследник клана скинул обувь и направился куда-то вглубь квартиры. Достаточно большой, надо сказать, квартиры. Кажется, тут было как минимум три комнаты и большая кухня. Мебели почти не было, но ванная и часть кухни уже были доделаны. Да и в остальных помещениях ремонт был скорее в стадии завершения, чем в процессе.

— Лео, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Мари нашла его в дальней комнате, где отделка была завершена. Правда, из мебели пока имелась только широкая кровать.

— Не хочу, но видимо придётся, — вздохнул наследник и сел на кое-как наброшенный на неё плед и похлопал рядом с собой. Когда же Розмари опустилась рядом, напомнил: — Я же говорил тебе ещё тогда, что подготовлю всё к покупке ещё одной квартиры. Побольше и ближе к твоей работе.

Это она помнила. Как и то, что обещала ему посмотреть варианты, вот только потом стало как-то не до этого. Но это было в той, прошлой жизни, до того, как она покинула клан, так что Мари и подумать не могла, что обещание оставалось в силе. И уж точно не ожидала, что «поближе к работе» окажется в этом городе, хотя да, до больницы тут было недалеко.

— Довольно иронично было трактовать «поближе к работе» вот так, — она обвела рукой помещение.

— Я знал, что ты оценишь, — усмехнулся кузен. И уже серьёзнее продолжил: — Киристе сказал, что ты купила квартиру. Но я же знаю, сколько денег у тебя было, местные цены тоже выяснить несложно. Да и в целом недвижимость по стране не дешевеет.

— И ты купил эту квартиру?

— А лучше было позволить тебе и дальше жить в криминальном районе? — вопросом на вопрос отозвался наследник клана. Во взгляде было искреннее беспокойство. Не осуждение, а именно беспокойство. И от этого на душе становилось теплее. — У клана есть свободные деньги, у меня тоже. Так что не вижу проблемы.

— Но я ведь теперь даже не член клана! — просто так оставить это она все же не могла.

— Что не делает тебя чужой мне, — возразил на это Леонард. Встретился с ней взглядом и вздохнул: — Если тебя что-то смущает, рассматривай это как долгосрочное вложение денег. Недвижимость всегда в цене, а вот деньги обесцениваются.

— Это не повод…

— Она уже оформлена на твоё новое имя. Захочешь — продашь и вернёшь. Только дождись, когда ремонт доделают и мебель привезут. Там уже всё оплачено, — тоном, который следовало трактовать скорее как «не нравится, куплю тебе что-нибудь другое», чем как согласие с таким вариантом, предложил родственник.

— Роман из-за этого был в Игнатьевске? — сообразила она.

— Не только, но в том числе, — не стал отрицать наследник клана. — Сама ты ремонтом точно бы не занялась, да и из мебели купила бы какой-нибудь диван и на том остановилась.

— Киристе проболтался? — насупилась девушка.

Но Леонард это предположение опроверг:

— Сам догадался. Что я не знаю тебя, что ли?

Очевидно, знал. И, пожалуй, куда лучше, чем она считала. Впрочем, наверное, в этом не было ничего такого уж удивительного.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Мари, глядя на него снизу вверх. Всё-таки брат был её ощутимо выше. Покупка квартиры означала в том числе и то, что настаивать на её возвращении в поместье он не собирается, предоставив решать ей. И вот это было, пожалуй, для неё едва ли не более ценно, чем сам факт покупки.

— Другое дело, — он довольно улыбнулся. Ну что, идём осматриваться или вечером? А сейчас спать?

— Вечером, — откинулась на спину выгоревшая магиня. Поболтала ногами в разных носках. — А знаешь, удобно.

Рядом так же откинулся на спину Леонард:

— И правда.

Несколько минут они просто лежали рядом. Потом мужчина нашёл её ладонь, переплёл пальцы и признался:

— Я думал, что тебя потерял. Сначала, когда ты перенесла Милу, а сама не перенеслась, потом на той поляне недалеко от резиденции Герт, потом в твоей залитой кровью квартире, когда Киристе сказал, что кровь твоя. И когда он позвонил и сказал, что ты сбежала чтобы воспользоваться Правом. И вчера… — Он вздохнул и чуть сжал её ладонь: — Не делай так больше.

— Я постараюсь, — обещать она не стала. Слишком хорошо уже знала, как непредсказуема жизнь. Да и предупреждение целителя помнила.

Такой ответ заставил Леонарда снова приподняться и заглянуть ей в глаза:

— Ты ведь знаешь, что ты и отец — самые близкие мне люди? И мне плевать, что по родословной ты моя сколько-то там юродная племянница, для меня ты всегда будешь младшей сестрёнкой.

Девушка крепче сжала его ладонь, а потом, плюнув на всё, перекатилась так, чтобы положить голову ему на плечо. Леонард обнял. А через некоторое время подтянул плед так, чтобы накрыть задремавшую Мари. Заглянувший проверить её Даниэль только головой покачал и принёс из другой комнаты второй плед.

— Спасибо, — одними губами поблагодарил наследник.

— Выше сдвиньтесь, иначе проснётесь с больными коленями, — шепотом посоветовал пожилой маг. В ответ Лео скосил взгляд на устроившую голову на его плече родственницу. Поняв его затруднения, целитель возразил: — Едва ли вы сейчас её разбудите. Девочка вымоталась и проспит часов шесть, а то и больше.

Вняв его совету, Леонард кое-как вместе с пледом, на котором они лежали, сдвинулся выше, ближе к подушкам и, накрывшись вторым пледом, закрыл глаза, чтобы тут же провалиться в сон.

И, разумеется, уже не слышал разговор старших магов на кухне. Тем более что те поставили заклятье против шума, да и квартира действительно была немаленькой.

— Уснули?

— Уснули. Как дети, — подтвердил целитель. — Даром, что обоим уже под тридцать.

— Ты ведь соврал Леонарду с Киристе насчёт её перспектив? — голос Максимилиана дрогнул.

— А что я им должен был сказать? — с рвущей душу горечью поинтересовался Даниэль. — Что не первый, так десятый, а не десятый, так двадцатый выплеск её убьёт, как не оттягивай силу и как не береги малышку?

— Это хотя бы было бы правдой.

— Достаточно того, что правду знает сама Мари, — отрезал целитель. — Хотя её бы я, если бы мог, тоже постарался от этой самой правды уберечь. Но она для этого слишком много знает.

— Значит, шансов нет? — наставник девушки сжал чашку, не обращая внимания на её температуру.

Даниэль ответил не сразу. Словно взвешивал, как много он может сказать. Потом всё же решился: в конце концов, с кем ещё как не с Максимилианом, действительно привязанным к ученице и знающим всю или почти всю ситуацию, обсуждать такое?

— Не знаю. Может и есть, но сложно сказать, насколько они реальны, — это было столь же расплывчато, сколь и честно. Пояснил: — Её отец — сильный маг и опытный целитель. Если он примет её в клан, в ходе ритуала он бы мог попытаться пробить ей каналы родовой силой. Сродство с ней у Мари большое, может и получится.

— Но в этом случае их родовое проклятие проснётся? — Причины, по которым ученица осталась бастардом, пространственник, разумеется, знал.

— Именно.

Под действием чар следователей тайной канцелярии, к применению сотрудниками департамента запрещенных, похитители рассказали всё, что знали. И про то, что артефакт нанявший их клан намеревался перенастроить и использовать для себя, по крайней мере, так они утверждали, и про то, как его удалось выкрасть и не попасть под подозрение. Тут Герберт с Мари оказались правы: пространственник нанимателя перенёс подельника Бенджамина — Хавьера — с артефактом по амулету, а потом вернул исполнителя обратно, немного сместив координаты. А самого Бенджамина, в тот день по заданию главы клана занимавшегося делами Сортэне в соседнем городе и потому изначально, до визита на Пересечение, под подозрение и не попавшего, отправил на Пересечение, чтобы он мог вернуться к делам. Его роль вообще была исключительно посреднической между собственно исполнителем, принадлежащим к Сортэне по рождению и потому способным войти в защищенную от посторонних комнату, и заказчиком. Попасться именно из-за этого посредничества было донельзя глупо, но на то, что следователь сможет снять и отследить пространственные следы никто не рассчитывал. Артефакт же сначала унесли по линии до трассы, а потом увезли на машине. Куда ни Бенджамин, ни тем более Хавьер не знали. Но разбираться в этом предстояло тайной канцелярии.

С кланом Герберт тоже оказался прав. Прозвучавшая фамилия, Кунс, была одним из его вариантов. Для Хедвика это новостью не стало, похоже, ночью он уже успел с ворами побеседовать и отдать нужные приказы коллегам. По крайней мере сейчас никаких уже не отдавал, а только выразительно посматривал в особенно важных моментах на подчинённых, по очереди строчивших на ноутбуках стенограмму.

На закономерный вопрос Грегора Сортэне старший следователь только отмахнулся:

— Они все давно уже общаются с нашими коллегами в столице. Как и прочие причастные к этому делу. Тем более замешанных из разных кланов и разного положения в нём хватает. Ваших сородичей мы тоже заберём, пока идёт дознание. Дело громкое, заседания наверняка сделают показательными. С взрывом у Ренис и каскадом они подняли такой шум, что теперь общественность не успокоится, пока виновные не будут наказаны. А если ещё и их причастность к другому делу вскроется, то и вовсе.

— Вы думаете, это одни и те же? — Герберт сразу понял, о каком деле речь.

— Почерк похож и совпадений хватает, — кивнул тайник. — Может не все, но кто-то из тех тут явно отметился. Кто и как, вот это уже интереснее. Но мы обязательно разберёмся.

Это объясняло присутствие расследующих дело о ДТП Герт следователей: именно с Эриком и Михаэлем Канер Герберт общался не так давно с подачи Дельфины.

После ещё нескольких больше уточняющих детали вопросов, в том числе о пожаре, про который похитители не могли сказать ничего конкретного, то ли вопросы к задержанному, то ли терпение слушать его мямленье у Хедвика закончились, тайник махнул рукой подчинённым и те набросили на Бенджамина поводок. Допрашивали обоих мужчин, но Хавьер ничего толком не знал, ему просто нужны были деньги, чтобы покрыть игровые долги, потому его временно вернули в подвал.

— Подгоните нашу машину, будьте так любезны, — попросил-потребовал лорд Миреис. Присутствовавший при этом слуга, получив кивок главы клана, тут же кинулся исполнять. — Эрик, Михаэль, сходите за вторым. — И, когда подчиненные ушли, посмотрел на Грегора Сортэне: — Мы постараемся как можно скорее вернуть ваш артефакт, но сами понимаете, это может занять время.

— Разумеется, — глава клана помрачнел. И было отчего. Как подозревал Герберт, время возвращение пропажи владельцам могло занять ещё и потому, что после его обнаружения артефакторы тайной канцелярии в редкость вцепятся и отдадут не сразу. С полного одобрения начальства. Но спорить с тайной канцелярией было себе дороже, так что Грегор Сортэне этого делать и не стал. Наверняка рассчитывал на то, что если тайники слишком уж затянут с возвращением реликвии, на них получится надавить через Совет или пригрозив поднять вопрос в Совете. Шанс у такого подхода был, все же тайная канцелярия раздражала многих, да и родовые артефакты порой пропадали не у одних Сортэне, так что поддержку они найдут наверняка. В любом решать такие вопросы с исполнителями, да ещё пока артефакт не найден, смысла не было.

Уже на крыльце старший следователь развернулся:

— Дельфина, надеюсь, до скорого. Я сообщу, если окажется, что твоё дело — тоже ветка этого, но пока не расслабляйся. Томас, проконтролируйте.

— Хорошо, — кивнули оба представителя клана Вестриай. Дельфина явно злилась, но возражать старшему коллеге не решалась.

Когда машина тайной канцелярии с обоими арестованными скрылась за воротами поместья, Герберт повернулся к главе клана:

— Кажется, моя работа здесь тоже завершена. Я подготовлю документы и, если моё начальство их одобрит, завтра перед возвращением в столицу завезу.

Грегор кивнул, а вот тайницу такой вариант явно не слишком устроил, но она промолчала. Впрочем, у неё были способы воздействия и без озвучивания возражений при главе клана. Департамент плотно сотрудничал с тайной канцелярией, так что его следовательнице достаточно подать заявку на временный перевод коллеги под её начало. Другой вопрос, что начальство это не слишком любило. Хотя Дельфине к его недовольству было явно не привыкать.

— Мне бы пригодилась ваша помощь с делом о пожаре, — с порога сообщила леди Вестриай, едва вернувшись в гостиницу.

— И вам добрый день, — огневик пригладил наверняка взъерошенные спросонок волосы.

Документы документами, а после почти бессонной ночи внимание было ни к черту, так что, начерно закончив отчет, мужчина прилег отдохнуть. И надо же было именно этот момент выбрать коллеге из тайной канцелярии, чтобы предложить сотрудничество. Нет, то, что она пришла обсудить это с ним, а не просто подала заявку и поставила его перед фактом, уже было неплохо, обычно от её коллег такого ожидать не приходилось, но можно же было сделать это в другое время⁈

— Я вас разбудила? — спохватилась неурочная гостья.

— Незадолго до будильника, так что ничего страшного, — чуть слукавил следователь.

Тайницу эта маленькая ложь явно не обманула, но останавливаться на ней она не стала, перешла к делу:

— Дело большое, сложное и громкое, а зацепок наоборот мало, так что добывать информацию нужно в опросах, а это сами понимаете…

Он понимал и, его бы воля, в это как раз по причине множества опросов не полез, но были нюансы, которые просто отказать ему не позволяли. Та же профессиональная солидарность. И то, что благодаря догадке Дельфины — что бы там не говорил Леонард и не чувствовал на этот счет сам Герберт, отрицать, что догадка себя оправдала, было глупо — дело о пропаже артефакта не завершилось уничтожением Сортэне. Да и у похитителя признание, как ни крути, получила именно она. Что, впрочем, не означало, что он возьмется за её расследование с такой уж радостью и сразу как предложат.

— Пожар, скорее всего, дело рук все тех же, — осторожно заметил Герберт. Возможно, стоило просто немного подождать, чтобы дознаватели и считыватели тайной канцелярии вытрясли из задержанных подробности.

— Да, и поэтому кто-то сделал все, чтобы все указывало на Катэри!

— Может и поэтому. В любом случае, вы серьёзно так хотите, чтобы я помогал вам с этим делом? Может, лучше привлечёте кого-то из коллег?

— Вы в нём уже разбираетесь, а их ещё вводить в курс дела. Да и пока ещё они прибудут. — Или просто отношения с коллегами у кого-то оставляют желать лучшего. Достаточно серьёзно желать лучшего, чтобы она смирилась даже с устроенной ей Гербертом подставой с появлением представителей клана Кримос и явно грозящими ей за нарушения выговорами. Возможно, и сама понимала, что сваляла дурака оставив Розмари без требовавшейся той помощи. С другой стороны, а что она могла сделать? — Неужели вам самому неинтересно выяснить, кто устроил поджог и устроил ли? Или вы торопитесь в столицу?

Последний вопрос был, что называется, не в бровь, а в глаз. В столицу он не торопился, там его поджидала матушка, бал невест и наверняка какие-нибудь ещё приемы и вечера, на которые озаботившаяся его семейной жизнью родительница всеми правдами и неправдами будет убеждать его сходить. А выяснить действительно было интересно. Да и с Мари увидеться хотелось. Если, конечно, та останется в городе, а не вернётся в клан вместе с родными. Но как Тиберий отнесётся к его заимствованию тайной канцелярией, было более чем предсказуемо. С другой стороны, зато успеет остыть до его возвращения…

— Ладно, подавайте запрос. Я отправлю документы по делу о похищении артефакта с утра. — Заодно как раз успеет просмотреть их на свежую голову. — Раньше обеда начальник их не посмотрит, а там и ваш запрос дойдёт. Только распишите причины повесомее. Что-нибудь про необходимость знаний обученного огневика и нецелесообразность привлечения стороннего консультанта или что-то в этом духе.

— Само собой.

Когда Артур с утра не смог дозвониться Мари, он не особо удивился: девушка вполне могла поставить телефон на беззвучный режим и отсыпаться. Благо сегодня у неё была ночная. Но, когда она не ответила днём, уже начал волноваться. Когда же выгоревшая магиня не вышла на связь и ближе к вечеру, отправился к ней. Свет в окне не горел. На звонки в дверь никто не отвечал. Но вызывать полицию явно было глупо. Не тот район. Можно было попробовать выбить дверь, но если он не прав, Мари ему подобного самоуправства не простит. Принять решение врач не успел: на лестничной площадке появился знакомый следователь.

— Вы? — удивился он.

— Я, — за неимением другого ответа согласился Артур. И взял быка за рога: — Мари весь день не отвечает на мои звонки.

Мигом посерьёзневший маг подошёл к двери, провёл рукой вдоль косяка и сообщил:

— А здесь она и не появлялась. Впрочем, это как раз неудивительно. Лео едва ли согласился бы даже просто заехать в этот район, — махнул рукой. — Идёмте. Сомневаюсь, что она здесь появится в ближайшее время.

— Но…

— Если я хоть чуть-чуть знаю Леонарда, а я, поверьте, знаю и не чуть-чуть, за Мари переживать не стоит. Он за ней или сам присмотрит, или оставит кого-то из родных, — прежде чем направиться вниз по лестнице изволил пояснить маг.

— Тогда зачем вы приехали сюда? — догнав его уже на улице, поинтересовался врач.

— Сам не знаю.

Он и правда не знал. И не только зачем он приехал, но и на что вообще рассчитывал. Ночью Розмари высказалась на его счёт вполне определённо. И это едва ли было спонтанное решение: в такие минуты не бросаются случайными фразами. Да и помолвочное кольцо Леонарда двоякого толкования не предполагало. Сколь бы фиктивной не была помолвка, ни Леонард, ни Мари наставлять друг другу рога не будут. И потому что слишком хорошо для этого воспитаны, и потому что это может повредить клану. Зная их, Герберт с уверенностью мог сказать, что, если это понадобится, они даже заключат брак. Да, оба будут несчастны в нём, но супружеский долг и долг перед кланом выполнят. Как выполнил бы и он сам, если бы отец или глава клана потребовали от него жениться на выбранной ими девушке и этого требовали обстоятельства.

— Но вы можете позвонить и узнать, точно ли она в порядке? — вклинился в его мысли голос человека.

— Могу, конечно, — отчасти даже радуясь его настойчивости, кивнул Герберт. Номер наследника клана Кримос не пришлось долго искать, после него следователь никому ещё не звонил. — Кримос, тут интересуются в порядке ли Мари, и собирается ли она выйти на смену. У неё вроде…

— Ночная, — подсказал Артур.

— Говорят, ночная.

Леонард что-то сказал в сторону, так что в микрофон донеслось разве что шебуршание — мобильные магов, если их настроить на это, подобные звуки не передавали — а потом снова взял телефон как следует:

— Она передает, что собирается, — судя по всему, наследник был не слишком-то доволен таким решением. Но, как обычно, позволял родственнице решать самой. Для Герберта такая свобода была довольно странной, пожалуй, даже излишней, но лезть в чужой клан со своими правилами он не собирался.

— Куда мне за ней заехать?

— Я сам её отвезу, а ты можешь подождать меня в кафе рядом с представительством Совета. Есть разговор.

— Договорились. Буду там через полчаса.

— Постараюсь не сильно тебя задерживать.

Сбросив вызов, следователь сообщил врачу необходимую тому часть информации и направился к машине. До представительства Совета ещё требовалось добраться.

Про смену Мари совершенно забыла, так что звонок Киристе застал её врасплох. Одежды с собой у неё, разумеется, не было, а мужчины подготовить запасной, хотя бы из той, что оставалась у неё на той квартире или в резиденции, естественно не догадались, да и не до того им было. Оставалось уповать на то, что в больнице всё равно переодеваться в форму, а под курткой будет не заметно, насколько затаскан свитер.

— Волосы, — напомнил вдруг, как ни странно, наставник. — Или так и оставишь?

Чертыхнувшись, девушка метнулась к зеркалу. Тёмной краски на волосах отразившейся блондинки не осталось ни грамма: в результате использования чужой силы она снова вернулась к натуральному цвету. Сейчас в принципе проще было оставить так, чем спешно краситься. Конечно, можно было и попросить кого-то из родных наложить иллюзию, вот только в качестве её исполнения что целителем, что пространственником она сомневалась, а Леонард едва ли останется в городе ещё на день. То, что он сказал Сортэне, не было преувеличением, надолго покидать клан наследник действительно не мог, слишком многое было на нём завязано.

Определиться помог взгляд на часы: до начала смены оставалось полчаса.

— Оставлю так. Меньше мороки.

— Тогда идём. Подвезу тебя и поеду на Пересечение, — кузен первым вышел из квартиры. Старшие маги за ним не последовали и вообще выглядели так, словно никуда не собираются.

— Они остаются со мной? — мрачно поинтересовалась девушка, пока ждали лифт.

— Так будет безопаснее и спокойнее для всех, — подтвердил Леонард. Уже на стоянке продолжил: — Киристе, меня, думаю, до Пересечения подбросит, ему наверняка и самому туда же, так что машину я вам оставлю. У Максимилиана есть вторые ключи. Водит он, конечно, не очень, но, если не торопить его, то вполне сносно. — Мари как раз представляла, как выглядит это «вполне сносно» в исполнении наставника, потому промолчала. — Если что до Пересечения довезёт, а там уже порталами уйдёте. А вообще я думал прислать Романа. Всё равно нужно разбираться и с ремонтом, и с мебелью.

Мари не сдержала облегченного вздоха. Роман в качестве водителя устраивал её куда больше.

— Всё так плохо? — скосил взгляд кузен.

— Ты даже не представляешь, — с чувством выдохнула изрядно в своё время покатавшаяся по окрестностям резиденции с Максимилианом за рулём младшая пространственница.

— Значит, точно пришлю Романа, — Леонард выехал на улицу. — Куда?

Много времени, чтобы сориентироваться, девушке не потребовалось.

— Я буду нужна тебе на каких-то официальных мероприятиях в ближайшее время? — уже когда он остановился недалеко от крыльца больницы, спросила она.

— А ты готова к выходу в свет? — вопросом на вопрос ответил наследник клана. Формальных мероприятий в его жизни хватало, другой вопрос, что далеко не везде требовалось быть именно с парой. Его пускай фиктивная, но всё же невеста покачала головой. — Вот пока и не заморачивайся. Если понадобишься, я сообщу. Просто пока ничего не планируй на Солнцеворот и день Зимнего бала, с ними выкрутиться тяжелее всего.

— Хорошо, — Розмари отстегнула ремень безопасности.

— И, Мари, — окликнул её брат, когда она уже взялась за дверцу, — пожалуйста, будь осторожна. И слушайся Даниэля. Каким сварливым ворчуном он бы не был…

— Целитель он отличный, — закончила за него девушка. Заверила: — Я знаю, Лео. — И, легонько коснувшись его щеки губами, пообещала: — И буду так осторожна, как только могу. Напиши, когда доберёшься до дома.

— Ещё бы я знал твой новый номер, — проворчал наследник клана, когда дверь уже почти закрылась.

Но, видимо, кузина услышала, потому что, уже когда она взбежала по ступенькам, телефон коротко провибрировал и на экране высветилось: «Теперь знаешь».

Леонард Кримос покачал головой и снова завёл автомобиль. Его ждали Киристе, давно напрашивающийся на заслуженную головомойку, десяток портальных переходов до поместья и дела клана сразу по прибытию.

Артур перехватил её по пути из раздевалки в приёмное.

— Вы в порядке? — в голосе и взгляде мужчины было искреннее беспокойство.

Просто сбежать от разговора по отношению к нему было бы нечестно, потому Мари остановилась:

— Да. Я видела, вы звонили, но перезвонить не успела. Я… — мимо быстро прошёл один из коллег, своей спешкой заставив её мельком глянуть на часы. Но время ещё было. — Ко мне родственники приехали.

— Родственники? — весьма удивился такому ответу собеседник. Да, следователь упоминал Леонарда, который способен якобы о Мари позаботиться, но тогда мужчина так и не понял, кто имеется в виду. Сейчас же появилась возможность это выяснить.

Махнул Артуру знакомый из другого отделения.

— Кузен и, скажем так, дяди, — натянуто улыбнулась девушка.

Остановился уточнить у мужчины какие-то детали зав. кардиологией. Розмари снова посмотрела на часы.

— Я заеду за вами утром, — поняв, что нормально они сейчас, перед началом её и не только её смены, поговорить не смогут, решил Артур.

— Не надо, — покачала головой Мари. Оглянулась на в очередной раз открывшуюся дверь, кивнула хирургу и уже когда они снова ненадолго остались одни, пояснила: — Думаю, это будет не слишком уместно.

Тут их снова прервали.

— Тогда поговорим завтра? — предложил врач, когда Роберт с вопросами о вчерашних пациентах скрылся за поворотом в направлении приёмного.

Девушка облегченно кивнула и попросила:

— Давайте встретимся вечером? Или лучше даже послезавтра? Утром я, боюсь, буду несколько не в форме для серьёзных разговоров. Да и вам, если не ошибаюсь, снова на смену?

— Не ошибаетесь, — помрачнел Артур. — Кстати, анализы пришли?

— Да. Волноваться не о чем. — Пока Даниэль рядом с ней, а она себя контролирует, уж точно.

— Уверены?

Она кивнула и снова посмотрела на часы. Не похоже, что он ей поверил, но ей действительно было уже пора, так что задерживать дальше не стал.

В кафе задерживаться маги не стали, хотя от ужина не отказались бы оба, но беседовать о делах в полном людей месте хорошей затеей не выглядело, а наследник клана Кримос уже действительно торопился, так что ограничились перекусом и кофе, а все разговоры отложили на дорогу до Пересечения. Точнее, так думал Герберт. Леонард же начинать разбор полётов не спешил.

— Хватит уже молчать так многозначительно! — наконец не выдержал огневик.

— Предпочитаешь выслушать моё мнение о своих действиях? — поинтересовался Лео.

— Предпочитаю! — почти прорычал следователь.

— Я не возьмусь судить всё, но по отношению к Мари правильным из них было только позвонить мне, когда ты понял, что ей угрожает опасность. Остальное сам не хуже меня должен понимать. Ты рисковал её жизнью. Да, по незнанию, но в таких вещах стоило бы разбираться.

— Исправлюсь.

— Будь любезен. Кроме того, подставил ты её знатно. Сортэне ведь теперь не отстанут, у них у самих инициация на главенство в перспективе ближайших лет десяти. А может и раньше, если Грегор после этой истории решит передать дела пораньше. И если бы только Сортэне! А она не сможет отказать. Помолвка защитит от тайной канцелярии и тех, кому не срочно, но тем, кто уже на грани, плевать на чужие жизни, им бы свой клан спасти.

— Можно забрать её в клан. Ваша резиденция хорошо защищена.

— Думаешь, она этого хочет? — задал довольно странный с точки зрения следователя вопрос.

— Хочет или нет, это вопрос безопасности.

Леонард вздохнул, а потом сказал совсем не то, чего ждал Герберт:

— Вот поэтому, Берт, она тебе и отказала.

— В смысле? — от удивления огневик даже не сообразил, что про отказ Кримосу не говорил, а сама Розмари едва ли стала бы таким делиться.

— Мари терпеть не может, когда её ограничивают и когда решают за неё. А ты сейчас делаешь именно это. И у Сортэне тоже сделал именно это. И когда втянул её в авантюру с инициацией Ренис, и когда позвонил мне, не спросив её мнения. Да, со звонком мне это было правильное решение, учитывая ситуацию, но ты правда думаешь, что она тебе такое простит? Чувства чувствами, но ограничивать себя Мари не позволит никому.

В этом Леонард был, пожалуй, прав. Розмари не была похожа на обычных клановых магинь. Отчасти, наверное, потому что росла рядом с наследником клана, которому позволено было куда больше, чем обычным детям в кланах. Отчасти просто в силу характера. Отчасти благодаря опыту самостоятельной жизни. Да, она сейчас готова принять помощь кузена и клана, но только потому, что это помощь кузена, а к нему она искренне привязана.

— Я обещал больше без спроса не вмешиваться в её жизнь. Это было одно из её условий, выдвинутых перед тем как вмешаться в инициацию. Наравне с невмешательством Сортэне и Ренис. Звучало не совсем так, но смысл такой. Грегору я это передал. Уже после, правда, но передал.

— Разумный выбор. С её стороны.

Слова Леонарда не выходили у Герберта из головы весь остаток вечера, не спасала даже работа. Потому с утра, сразу как отправил Тиберию документы по своему расследованию, он сдался и поехал к Мари на работу, пообещав тайнице заодно забрать в больнице потребовавшиеся ей копии врачебных выписок по Виолетте Сименти. Похоже, совсем уж бросать эту ниточку леди Вестриай не собиралась. А что занималась в основном бесконечными опросами работников завода, так это для поиска дополнительных доказательств или и вовсе отвода глаз. Времени ещё раз, уже предметно, обсудить с ней дело о пожаре, огневик пока не нашёл. Да и не стоило это делать, пока неизвестно, подпишет ли Тиберий разрешение на совместную работу. Допуск-допуском, но в случае с делами тайной канцелярии, лишние знания — это действительно лишние проблемы. От очередных бумаг о неразглашении до всевозможных ограничений.

После недавних приключений смена далась Розмари непросто. И не потому что было много пациентов, а скорее потому что, как и предупреждал Даниэль, начали давать о себе знать отсроченные эффекты вмешательства в чужую инициацию. Потому последние часы Мари работала, считая оставшееся до окончания смены время: в квартире, купленной Лео, ждал целитель, который наверняка что-нибудь придумает, чтобы не приходилось натягивать под халат всю имеющуюся в шкафчике одежду.

Но, когда наконец пришли меняющие их с однокурсником Том с Дином, просто уйти домой ей не дали: в холле обнаружился Киристе. Не поленился же встать в такую рань! Правда, общался он с Робертом, так что имелся призрачный шанс на то, что прибыл он по каким-то своим делам.

— Роза! — уже когда она почти проскользнула мимо, окликнул следователь. Пришлось остановиться. — Не убегайте. Нам нужно поговорить. Роберт, благодарю за помощь.

Кивнув, куратор практики, у которого сегодня была дневная, попрощался и поспешил в сторону раздевалки. Желание следователя пообщаться с одной из постдипломниц его, похоже, ничуть не удивило. Похоже, в то, что познакомились они недавно, он уже не верил. Впрочем, сама виновата. Это было бы опасно, не выдай она себя Сортэне: с тех сталось бы навести справки. Ну а, как говорится, снявши голову, по волосам не плачут.

А вот других любопытных в холле хватало. Некоторые даже как-то подозрительно поправляли перед зеркалом шапочки-шарфики или ещё что-нибудь. Кажется, этот её разговор снова грозил стать поводом для сплетен. Вот мало ей их было на прошлом месте практики!

— Давайте не здесь, — попросила Мари, прежде чем Герберт успел что-то сказать. Да, её уход вместе с ним тоже породит сплетни, но так хоть не подслушают. Что бы не хотел обсудить Киристе, едва ли это предназначалось для чужих ушей. — Не хочу развлекать коллег.

— Конечно.

На улице ещё разгоняли темноту фонари — дни сейчас были совсем короткими. Шёл снег. От выгоревшей магини не укрылся характерный жест активации заклятья против подслушивания. Похоже, Герберт и сам подумал о том, что лишние уши им ни к чему, а совместный завтрак будет неуместен. Учится на ошибках, уже неплохо.

— Я хотел попросить прощения за то, что подверг вас риску. Мои пробелы в знаниях едва не стоили вам жизни.

— Я осознавала, на что соглашаюсь, — возразила постдипломница, — гораздо лучше вас. И, если это всё, о чём вы хотели поговорить, то я, если не возражаете, пойду.

— Боитесь, что сейчас, после помолвки, моё присутствие, скомпрометирует вас?

— Вы правы, боюсь, — кивнула выгоревшая магиня. — Я не собираюсь подставлять Лео. Как не собираюсь и отказываться от своих слов. Ваши вмешательства в мою жизнь только и делают, что порождают хаос и проблемы, — она била по больному, зная, что он винит себя в её выгорании, но иного пути оттолкнуть от себя следователя не видела. К тому же за без спросу надетый артефакт она на него всё ещё злилась. Не столько даже из-за артефакта, сколько из-за того, что мужчина принял решение за неё. Как, кстати, и в ситуации со звонком Леонарду. Но, если за последний она злиться не могла, то за артефакт злилась. — Поэтому наши пути должны разойтись и как можно скорее.

— Вы правда этого хотите? — Киристе выглядел несчастным.

— Правда, — не дала себе слабины Мари.

— Хорошо. Но сперва я выполню свои обязательства. Вы же помните нашу договоренность перед поездкой на Сорок шестое Пересечение? — Кажется, он готов был цепляться за соломинку. Девушка почувствовала себя черствой и неблагодарной, но эти ощущения пока отодвинула. — Вы хотели кого-то найти, и я обещал вам свою помощь.

Об этом она уже успела забыть. Впрочем, возможно, в её ситуации это было тем выходом, который остаётся единственным путём из полного опасностей лабиринта.

Потому она медленно кивнула:

— Да. Я действительно хочу кое-кого найти. Помогите мне выяснить, где он может быть.