Со столичными делами клана, встречами, заседаниями Совета и прочим в следующий раз увидеться с юной главой клана Герт и сообщить ей о том, что «дядя Герберт» нашёл Розмари, Леонард смог только почти две недели спустя после встречи собственно с Гербертом. Нет, в поместье он бывал, но девочка к тому времени уже обычно спала.

Милу новость обрадовала: за Мари она явно искренне переживала.

— И мы можем с ней увидеться?

— Пока, к сожалению, нет. Это было бы нарушением Права. Дядя Герберт вообще не должен был говорить мне, что её встретил. Если мы к ней отправимся, это может подвергнуть Мари опасности.

— Из-за тех, кто пытался нас с ней похитить?

— Именно. Поэтому в идеале стоит подождать, пока тайная канцелярия найдёт всех, кто за этим стоял, или как минимум большую часть: защитить себя сейчас Мари не способна, так что, если они узнают, где она, она вполне может пострадать.

— А мы не можем её забрать? Ну, чтобы она была в безопасности? Тут ведь её бы никто не достал.

— Боюсь, что нет.

— Ты же сам говорил, что здесь безопасно!

— Здесь безопасно, — отступать от своих слов Леонард не собирался, к тому же действительно считал поместье достаточно безопасным местом. Вот только, если бы Мари хотела этой безопасности, она бы позвонила ему, едва очнувшись после выгорания, а не сорвалась в неизвестность. Но как объяснить это девочке? — Просто… Мари теперь не маг, ей будет здесь сложно.

— Почему? — Мила проблемы пока не понимала.

— Потому что у неё нет магии, а у нас есть, — постарался объяснить Леонард. Глава клана Герт смотрела всё так же непонимающе. Пришлось указать ей на скамейку и объяснить прописные истины: — Когда у нас что-то есть, мы это не ценим, но потом, когда теряем, напоминание об этой потере весьма… болезненно.

— Кажется, я поняла, — посерьёзнела девочка. И вздохнула: — Пока с мамой и папой было всё хорошо, я часто на них злилась. Из-за того, что они что-то не разрешали, или наоборот говорили что-то делать. А теперь… — Она горько вздохнула.

— Твой папа обязательно очнётся, — сжал её ладошку Леонард. Целители держали его в курсе, и по их словам Винсент Герт шёл на поправку.

— Но не мама, — подняла на него серьёзный, взрослый взгляд Мила.

Что на это ответить, наследник клана Кримос придумать не смог. Просто обнял малышку.

Звонок Мари застал следователя во время разговора с одним из подозреваемых, так что Герберт сбросил его и продолжил задавать тщательно выверенные вопросы. Перезвонил только через час, когда освободился.

— Вы нужны мне в больнице, — не здороваясь, сообщила девушка. — Это очень важно и очень срочно. Пожалуйста, Герберт!

И такая мольба была в её голосе, что он не стал выяснять подробности.

— Скоро буду.

Путь до города занял полчаса: как не спешил следователь, быстрее было не добраться: слишком далеко от линии, чтобы открывать порталы.

— Я подъезжаю, — сообщил он, уже заворачивая к больнице. — Где мне вас искать?

— Я вас встречу, — коротко бросила выгоревшая магиня и тут же отключилась.

Когда он вышел из машины, дрожащая от холода девушка уже ждала на крыльце. Остановившись, маг сотворил и набросил на неё тепловой полог, а потом уже взбежал по ступеням.

— Идёмте скорее, — прежде чем он успел что-то сказать, его схватили за руку и потащили внутрь.

— Что случилось?

— Пациентка. Беременная. По-моему, магиня. Под иллюзией или блокиратором.

— И я нужен вам, чтобы в этом убедиться? Тогда что за срочность?

— Мне нужна сила. И она, и ребенок умрут, если ничего не сделать.

Это заставило его собраться:

— А целитель?

— Не может прибыть по состоянию здоровья, — зло процитировала Мари. — Похоже, в отключке.

— А вы уверены, что сможете помочь?

— Да. По всем признакам, проблема в том, что малышу не хватает силы. Так бывает, когда родители из разных кланов и совместимость недостаточная, или когда один из родителей человек. — О подобном Герберту приходилось слышать. Собственно это было одной из причин, почему магическая совместимость была так важна и почему супругу обычно принимали в клан. — К счастью, случай не слишком запущенный, срок небольшой, и помочь ей можно, для этого есть пара заклятий. И меня наш целитель им учил, у нас им в принципе всех магинь учат: никогда не знаешь, кому из клана подобный навык пригодится… Нам сюда, — она толкнула дверь одной из палат.

— Наконец-то! — выдохнул Роберт. Посторонился так, чтобы маги могли подойти к кушетке.

— Иллюзия, — сразу опознал Герберт. Провёл ладонью, словно сдергивая покров, и на миг из-под иллюзии проступили волосы с текучими белесыми прядями, однако потом та тут же вернулась обратно. — И достаточно хорошая. Могу попробовать снять, но…

— Потом. Главное, что мы не ошиблись, и она и в самом деле магиня. А сейчас дайте мне энергию.

— Мари…

— Ребенок тянет из неё жизненные силы вместо магии, потому что к магии доступа получить не может, и тянет жадно. В такой ситуации времени ждать, когда целитель проспится, нет, а вы сами с этими заклятьями быстро не разберетесь, — сухо констатировала Розмари. — Поэтому, пожалуйста, не спорьте, а направьте на меня поток.

Вздохнув, Герберт подошёл к ней, встал за спиной и призвал силу. Алых прядей в чёрных волосах стало больше. Роберт, отошедший к дверям и замерший так, чтобы никто не сумел её открыть и тем самым помешать магам, заметил разгорающиеся в радужке девушки фиолетовые искры. Потом в коричневых волосах появились первые голубые пряди. Когда их стало больше, постдипломница вскинула руки над пациенткой и зашептала заклинание.

Доступ к силе бодрил словно две чашки кофе разом, но Мари не позволила себе поддаться ложному ощущению всемогущества. Проблему требовалось решить, пока пациентка не потеряла ребенка или, хуже того, не умерла сама. А такое было вполне возможно. Беременность у магинь, особенно если с магической совместимостью были проблемы, часто протекала сложно, потому обычно они и не покидали клановых резиденций, где за ними постоянно присматривали целители. Эта покинула. То ли ещё не знала, что ждет малыша, то ли не подумала, что могут возникнуть проблемы. Первым делом, чтобы убедиться, что поток достаточно стабилен, а сама она не ошиблась, девушка использовала диагностические чары. Те подтвердили диагноз, так что Розмари встряхнула кисти, сложила пальцы в сложный жест активации и зашептала первое из необходимых заклятий, призванное помочь малышу найти материнский резерв. Конечно, обычно это делал целитель клана, или как минимум магини этого же клана, но она надеялась, что справится с чужими каналами. Принцип в конце концов один.

Поток Герберт держал хорошо и ровно, его сила легко откликалась, так что несмотря на всю сложность и деликатность необходимых манипуляций, Мари справилась. Теперь требовалось стабилизировать получившуюся систему так, чтобы ребенок получал ровно столько силы, сколько ему надо, не меньше и не больше. Розмари начала второе заклинание. Это было короче, пускай и не намного проще, так что справилась с ним она быстро.

Снова использовала диагностические чары, убеждаясь, что все сделала как надо и чуть повернулась к огневику:

— Достаточно.

Поток стал слабеть, но сила ещё оставалась, так что Мари провела ладонью над бесчувственной пациенткой, словно снимая паутину, шепнула антизакрепитель, разрушая стабильность иллюзии. И не сразу, но облик магини на кушетке начал меняться.

— Кажется, я знаю, из какого она клана, — пробормотал следователь. Буквально на днях он видел такие же белесые пряди. Если ещё и искры синие, то это наверняка Сименти. Вот только что девчонка из одного из кланов магофармы забыла в этом городе? Да ещё именно сейчас?

Всерьёз задуматься об этом или озвучить свои догадки Мари он не успел: пришлось подвинуться, пропуская Роберта к пациентке.

Розмари устало вздохнула и даже не стала сопротивляться, когда Герберт усадил её на первый попавшийся табурет.

— Вы в порядке? — он опустился перед ней на колени. Искры в глазах исчезали. Магические пряди, снова спалившие краску, тоже.

— Не знаю, — она обхватила себя за плечи. — Без силы так… холодно.

Он сжал её ладони, усилием воли поднял тепловой щит, а потом встал, притянул к себе, обнял за плечи и провёл по волосам. Сначала напрягшаяся девушка расслабилась, прижалась к нему и обняла в ответ.

— Показатели улучшаются. Судя по всему, состояние стабилизировалось. Вы молодец, Роза, — дав им немного времени побыть вдвоём, сообщил Роберт. В том, что эти двое знакомы гораздо дольше, чем говорят, он уже не сомневался. Как не сомневался и в том, что их чувства друг к другу не исчерпываются симпатией. Артура в этой ситуации было жаль, но, справедливости ради, у него с магиней, даже выгоревшей, в любом случае не было шансов. Слишком разное воспитание и мировозрение. Смешанные семьи вообще были редки и не только из-за того, что кланы не любили подобные мезальянсы.

Маги поспешно отстранились друг от друга. Почти как застигнутые целующимися школьники, хотя и не позволяли себе ничего кроме целомудренных объятий.

Роберт сосредоточился на деле:

— Вы что-то говорили про то, что знаете, из какого она клана?

— Да, — следователь был благодарен ему за повод сменить тему: — Думаю, это Сименти.

— Похожа, — согласилась, обернувшись, Розмари. И озвучила мысли мага: — Правда, не очень понятно, что она тут делает.

— Завод принадлежит именно им. Сомневаюсь, что это просто совпадение, — Герберт вытащил из кармана мобильный. — Но разбираться с этим не нам. Прошу прощения.

Дверь за мужчиной закрылась, и из девушки словно вытащили стержень.

— Роза? Вы в порядке? — голос Роберта доносился словно через одеяло. Она не ответила, опустилась на стул, положила пальцы на запястье и повернула на нём же часы циферблатом к себе. Но, кажется, сбилась со счета. — Давайте лучше я. — врач придвинул второй стул. Сердце билось так, словно девушка только что пробежала стометровку. Самочувствие подчинённой тоже явно оставляло желать лучшего. — Вы уверены, что вам вообще безопасно колдовать?

— Нет. Ни в статьях, ни в монографиях нет ничего о том, что это вообще возможно. Но в прошлый раз всё было нормально.

— Прошлый?

— Вы же не думали, что я стала бы рисковать пациенткой, не зная, смогу ли вообще использовать магию?

Ответить он не успел. Скрипнула дверь: вернулся Герберт. Розмари тут же нацепила маску спокойствия.

— Я позвонил кое-кому, они скоро подъедут. Если будут спрашивать насчёт случившегося, то заклятья применил я, — предостерёг следователь, плотно закрыв дверь. — Тем более что технически это была моя сила.

Роберт кивнул. Причины этого решения он понимал. Если о случаях использования магии выгоревшими действительно нет никакой информации в специализированной литературе, выносить это за пределы узкого круга, не разобравшись, точно не стоит.

— Я сейчас напишу вам заклятья и их характеристики, — поднялась Мари. Бумага и ручка нашлись на столе.

— Буду весьма признателен. И, Роза, вам лучше будет куда-нибудь уйти. Интерес к вам со стороны магов, тем более тайной канцелярии…

— Я понимаю, — она даже не вздрогнула. Просто продолжила быстро писать.

— Причём тут тайная канцелярия? — удивился врач.

— Дело о пожаре на заводе передано им, — пояснил Герберт. — А поскольку тот принадлежал как раз Сименти, я вызвал занимающуюся этим делом следовательницу. Кстати, думаю, у неё будут вопросы и к вам. По крайней мере у меня бы были: всегда есть шанс, что кто-то из поступивших к вам работников завода упомянул что-то важное в разговоре.

Никак комментировать это врач не стал.

До звонка его телефона — тайнице требовались дополнительные инструкции, куда идти — Мари хватило времени для того, чтобы всё подробно объяснить и даже поставить руки огневика так, как это требовалось. Иллюзий она не питала и Герберту не советовала: с первого, второго или даже десятого раза у него эти заклинания бы не вышли, слишком специфичных знаний требовали. Но подстраховаться было нужно, так что Киристе несколько раз прочёл заклятья, повторил их на память, без силы и, когда выгоревшая магиня подтвердила, что всё правильно, спрятал листок в карман.

Безопаснее было бы спалить улику прямо здесь, но это вполне могло вызвать срабатывание пожарной сигнализации, да и следы применения огненной магии могли остаться он не хотел. Как и вообще рисковать Розмари. Поэтому, скрепя сердце, пришлось признать и то, что он надел на неё артефакт: в том, что Дельфина его засечёт, сомнений не было и быть не могло. Это артефактная начинка в мобильных почти не отслеживалась заклятьями поиска, а защитные артефакты всегда фонили достаточно сильно. Услышав об артефакте, девушка опасно прищурилась и тут же потребовала снять его с себя. Что собственно Герберту сейчас и требовалось. Вот только это означало оставить её без защиты. Снова.

— Вечером мы обязательно об этом поговорим, — пообещал следователь, чувствуя, как уходит время.

— Посмотрим. Вечером, — девушка явно была зла на него за самоуправство. И он прекрасно её понимал, сам бы на её месте злился. Но защита того стоила. — А теперь, если не возражаете, я вас покину. Моё дежурство давно закончилось, и я бы хотела отдохнуть.

— Конечно, — он наклонился, чтобы поцеловать ей ладонь.

Мари жест поняла правильно, но завершить не позволила, предпочла сбежать. Чтобы уже в пустой в этот час раздевалке привалиться к стене и сползти на пол. Там её и нашёл Артур, заглянувший за забытым телефоном.

Тайница не заставила себя долго ждать. Явилась вместе с представителем Сименти.

— Дельфина Вестриай, следователь тайной канцелярии, Зигмунд Сименти, — представил их Герберт. — Роберт Грей, ээээ…

— Старший врач приёмного отделения, — закончил за следователя медик. — Прошу за мной.

Интуиция и знание характерных внешних признаков принадлежности к кланам Герберта не подвели. Девушка, к слову, как раз уже очнувшаяся, пусть и ещё слабая из-за потери сил, действительно принадлежала к Сименти. Так что шансов отпереться от родства она старшему родичу не оставила:

— Дядя?

— Виолетта? Что ты тут делаешь⁈

— Мне вот это тоже очень интересно, — Дельфина кивнула Герберту и угнездилась на стул, который совсем недавно покинула Мари.

Следователь предпочёл улизнуть. Да, тайница ещё задаст ему свои вопросы, а Зигмунд Сименти возможно объявит родовую благодарность, но сейчас у него были и другие дела. Нужно было найти Мари. Что-то не понравилось ему в том, как она выглядела, когда прощалась. Да и объясниться насчет артефакта бы не помешало. И это, не говоря уже о том, что в резиденции Сортэне ждали арестованные службой безопасности клана посетители сорок шестого Пересечения: пространственник департамента наконец подтвердил расчёты Мари насчёт портала. Всех порталов. Точнее независимо указал всё на то же Пересечение и, когда получил картину пространственных следов уже из его окрестностей, повторил выводы выгоревшей магини. Так что Герберт смог уже вполне обосновано послать администратору Пересечения заявку на список посетителей и их артефактов, а также задержать для допроса отметившихся на месте членов клана. Стараясь не думать, но, нет-нет да возвращаясь к мыслям о том, что Мари была действительно квалифицированным специалистом, потеря которого была весьма существенна для клана Кримос, а возможно и для департамента (со временем они с Тиберием, возможно, сумели бы убедить Леонарда в том, что это замечательная возможность для клана и Мари). А ведь это из-за его ошибки она осталась без магии…

В себя Розмари пришла на диване в одном из служебных помещений. Рядом, держа в руках распечатку анализатора, сидел Артур. На столике лежал и сам анализатор. А заодно сканер, тонометр и пустая ампула блокиратора. Выпускали его в разной форме, как и антидот к нему.

— Очнулась? — заметил её пробуждение старший коллега. — Тогда рассказывай, что ты с собой сделала.

— Сколько я… — она попыталась сесть, но он не позволил.

— Не знаю. Нашёл я тебя в половине девятого. Сейчас без четверти десять. Как долго ты валялась в раздевалке без чувств, сказать сложно, но едва ли дольше получаса, иначе бы нашёл кто-то другой. Но, сколько бы не валялась, не мне тебе объяснять, насколько это опасно и насколько в принципе потеря сознания тревожный признак. — Скрипнула дверь. Не оборачиваясь, Артур продолжил в том же тоне. — Хотя в вашем случае, я полагаю, имел место голодный обморок. Так что пейте, — ей к губам поднесли кружку с тёплым чаем. Уже наполовину пустую. — Глюкоза низкая. Вы вообще ели сегодня?

— Утром. Кажется, — промямлила девушка, с опаской глядя на старших.

— То есть толком не позавтракали, потом не пообедали и не поужинали, — сразу сообразил Артур.

— И после этого ещё и, достоверно не зная, как это на вас может сказаться, потребовали у следователя направить на вас силу и магичили, — заключил Роберт и забрал у коллеги распечатку.

— Мари, — в голосе получившего наконец объяснения мужчины послышались знакомые по практике интонации. Магиня вжалась в диван и вцепилась в кружку.

— Ты её пугаешь, — заметил куратор её текущей практики. С результатов анализов он перешёл к записям сканера. Последние исследования в памяти артефакта фиксировались, так что проблемы тут не было.

Артур посмотрел на девушку, убедился в его словах, и как-то сразу потерял весь запал:

— Мари?

Постдипломница махом допила чай и демонстративно взяла со стола карамельку. Чем тут же привлекла внимание начальства к вскрытой и пустой ампуле.

— А блокиратор зачем?

— В статьях вычитали, что при выгорании помогает справиться с последствиями, — устало и как-то обреченно глядя на неё, ответил Артур. — Пробовали уже после того случая с переливанием, действительно помогает. Правда, ненадолго, как выяснилось.

— Интересно почему, — изучив все показания, Роберт присел в кресло. — Роза?

— Концентрация для меня была слишком маленькая, — нехотя призналась девушка. — Сейчас вроде бы выше.

— Почти максимальная, — сверившись с этикеткой, сообщил врач.

— Меньше в приёмном попросту не было, а как его правильно разводить я не помню. Да и с твоим стажем на блокираторе… — пояснил Артур. И уже Роберту: — Она даже колдовать под ним умудрялась, представляешь?

— В последние дни действия и уже после того, как незадолго до этого пользовалась силой, — сочла необходимым заметить Мари. — Хватанула побочек, но концентрация из-за этого должна была сильно упасть и, видимо, упала.

— Последствий не будет? — сделал вывод из этого признания Роберт.

— Не должно. Я и максимальную однократную несколько раз принимала, всё было нормально. Если не колдовать, — успокоила его выгоревшая магиня. — Но я и не могу.

— Сегодняшний опыт показал иное.

— То есть колдовать вы всё же можете?

— На чужой силе, не видя, что творю, и не имея возможности накапливать магию, — уточнила девушка. — Хотя это и довольно странно. И я не нашла никаких упоминаний других таких случаев. Киристе предполагает, что возможно это что-то из родовых особенностей, но я пока не нашла подтверждений: про род отца я знаю крайне мало. — И для Роберта пояснила: — Он меня не признал. Так что я знаю, кто он, но отношения к его роду и клану ни формально, ни магически не имею. Мы даже ни разу не виделись.

— Тогда почему думаете на родовые особенности?

— Генетически наследуемые особенности признания не требует, — пожала плечами постдипломница. — Цвет магических прядей и искр я же унаследовала: у мамы были синие, как и большинства наших соклановцев, а у меня голубые с фиолетовыми.

Розмари, похоже, уже ушла, по крайней мере в приёмном её не было. На его звонки она не отвечала, похоже, всерьёз обиделась. Стоило, наверное, как-то мягче сообщить ей про артефакт, а не второпях, или изначально не самовольничать, а нормально предложить ей его. Дома девушки, вопреки словам, что её смена закончилась и она хочет отдохнуть, тоже не оказалось, о чём свидетельствовала не нарушавшийся с утра контур защитных чар. Кляня себя за поспешность и неосмотрительность, Герберт вернулся обратно в больницу. Но воспользоваться служебным удостоверением для того, чтобы выяснить, ушла ли постдипломница с работы и если да, то когда, не успел, попался Дельфине.

— Хорошо, что вы ещё тут, — как образом его отыскала тайница, он представлял смутно. Впрочем, у тайной канцелярии было много возможностей, о которых департамент мог только мечтать. Да и по следу его артефактов следовательница вполне могла пройти. — Идёмте. — Уже когда они отошли от поста охраны, пояснила: — Мне нужно поговорить с девушкой наедине. Сможете отвлечь Зигмунда?

— Разве что ненадолго, — проглотив замечание, что в этом случае ей попросту не следовало брать Сименти с собой, честно ответил следователь. — У меня есть к нему вопросы, но к моему делу относятся всего несколько.

— Мне хватит и пяти минут, — заверила женщина. И, не давая ему времени передумать, едва они вошли в палату, сообщила: — Лорд Сименти, у лорда Киристе есть к вам пара вопросов по его делу.

— Это так срочно? — кажется, лорд был занят тем, что распекал родственницу. Выглядела та довольно подавленной, так что, возможно, Дельфина была права в желании поговорить с ней тет-а-тет.

— А вы предпочтёте пообщаться с моим начальством непосредственно в департаменте, когда вернётесь в столицу? — взял разговор в свои руки огневик. — Нет, вы, конечно, можете, лорд Истре только рад будет, но…

С Тиберием представители кланов, особенно их верхушки, в большинстве своём общаться не любили. Даже непосредственно в департаменте: слишком сложно потом отмыться от слухов о причинах общения. А слухи, разумеется, не без помощи политических противников, сразу начинали приписывать подозрения в самых грязных преступлениях, связанных с магией. Да и сам Тиберий многих нервировал и своей должностью, и сам по себе: Истре входили в Десятку и с этим приходилось считаться.

Так что, как и предполагал Герберт, это предложение заставило Сименти сменить тон:

— Хорошо. Спрашивайте.

— Я бы предпочёл поговорить наедине. Некоторые вопросы могут быть несколько… слишком для вашей племянницы.

Не говоря ни слова, мужчина поднялся и направился к двери. Прежде чем выйти, одарил Дельфину предупреждающим взглядом, хотя едва ли он на неё подействовал. Герберт вышел следом.

— О чём вы хотели узнать? — привалившись в коридоре к ближайшей стене, поинтересовался лорд Сименти.

Вопросы у Герберта действительно были, так что тянуть он не стал:

— Как часто вы бываете в этом городе? Что вас лично и ваш клан связывает с Сортэне?

— Чисто деловые отношения, — спокойно отозвался Зигмунд. — А бывать… иногда приходится. Производство нужно контролировать. Сортэне, при всём моём уважении к Грегору, мало понимают в нашем деле и могут проконтролировать только то, что напрямую не связано с производственным циклом.

Ответ был исчерпывающим, так что следователь перешёл к следующему вопросу:

— Где вы были пятнадцатого ноября?

— Не помню. Это важно?

— Да.

— Тогда погодите секунду, — маг вытащил из кармана мобильный. — В резиденции клана. У одного из моих соклановцев за пару дней до того был юбилей и пятнадцатого назначили приём. Так было удобнее всем.

— И вы были там весь день?

— Большую часть. До этого решал вопросы в столице. Это всё?

— Ещё нет. Где именно в столице? Кто может это подтвердить? — Вопросы были вполне стандартными.

Ответы, впрочем, тоже: сверяясь с мобильным, Сименти перечислил стоявшие в этот день встречи и задачи. Следователь старательно зафиксировал их себе в блокноте. Едва ли Сименти имели отношение к похищению артефакта, но пренебрегать такой возможностью тоже не стоило. Если у двух кланов есть совместное имущество, всегда найдутся спорные вопросы. Уточнив кое-какие детали, Герберт поинтересовался: — К слову, почему завод был построен именно здесь? Это же неудобно.

— Он был перепрофилирован, а не построен, — поправили его. — Местное фарм. производство разорилось, Сортэне его купили. Попытались сами возобновить работу, но что-то не срослось, так что выставили на продажу. Ну а наши экономисты случайно наткнулись на объявление. Учитывая, что от месторождения тут рукой подать, и мы всё равно везли мирзийский кварц по сути мимо, было принято решение попробовать объединить усилия с Сортэне и перенести сюда производство блокиратора. Не сказал бы, что мы так уж много на этом выгадали, но определенные затраты сократили, так что решение окупилось. Со временем, разумеется.

— Погодите. «Перенести»? Хотите сказать, что сейчас он больше нигде не производится? Как минимум вашим кланом?

— Нет. А зачем? Спрос на него не так уж велик, местный завод полностью закрывал потребность, — проблемы в этом представитель Сименти явно не видел.

— И что будет сейчас?

— На складах есть запасы, у Катэри один или два цеха тоже производят блокиратор. Думаю, потребность в нём это на время, необходимое для переоборудования наших цехов, закроет.

— А ремонт на местном заводе?

Этот вопрос заставил мага поморщиться:

— Вы видели, во что он превратился. Нужно почти всё сносить и строить заново. Тем более что там было применено множество заклятий, а значит изменен фон, что при производстве блокиратора противопоказано. К тому же, неизвестно ещё, сколько времени займёт расследование. Проще и безопаснее переоборудовать, а то и построить с нуля что-то поближе к клановой резиденции. Или хотя бы с лучшей портальной доступностью. Можно и в этих краях, но ближе к Пересечению. Там и логистика кварца удобнее. Но это решать не мне. Так что, если позволите совет… — Герберт кивнул, — если кому-то из вашего клана нужен блокиратор на постоянной основе, я бы советовал сделать запас хотя бы на пару месяцев.

— Я сообщу нашему целителю.

— Только, если не возражаете, без указания на то, кто вам этот совет дал. И с просьбой не распространятся. Мне ни к чему проблемы. Большинство магов, как выяснилось, не в курсе, что крупное производство блокиратора только одно. Пусть так и остаётся.

Следователь кивнул. Вывод о том, кому это могло быть выгодно, напрашивался сам собой. Впрочем, Дельфина наверняка проработает эту версию.

— У вас всё?

— Пожалуй. Если появятся новые вопросы, я вас найду.

— Тогда до свидания, — Зигмунд Сименти поспешил обратно в палату.

Герберт туда не пошёл, предпочтя подождать тайницу в коридоре. Следовало бы вообще-то вернуться к работе, но, учитывая время, ехать к Сортэне было уже неприлично, а Дельфина могла, если не прояснить кое-что для его дела, то, возможно, хотя бы помочь советом. Конечно, хотелось поскорее выяснить, куда пропала Мари, поговорить с ней, извиниться, но это ждало, да и магиня так хотя бы успеет остыть…

Интуиция не подвела: задерживаться леди Вестриай не стала.

— Вы в гостиницу? Подвести вас? — чтобы как-то начать разговор, предложил огневик. Хотя ему это сейчас как раз было несколько некстати, искать Мари на работе сейчас едва ли стоило, не настолько же она трудоголик, чтобы здесь ночевать? Вполне могло статься, что они с ней попросту разминулись: девушка-то ездила на общественном транспорте, да и в магазин могла зайти.

— Не откажусь.

Уже на крыльце они наткнулись на Роберта, но спрашивать его о Мари при тайнице Герберт не стал. Хотел просто попрощаться и пройти мимо, но Дельфина притормозила. Её интересовали детали: каким образом поступила в больницу девушка, следовательница уже успела выяснить, а вот откуда и когда нет.

— Днём ближе к четырём. А вот откуда нужно смотреть. Если подождёте, я могу найти вам эту информацию.

— Если вас не затруднит, я была бы признательна.

— Не затруднит. Завтра, буду на работе, вышлю вам на имейл.

— Благодарю, — улыбнулась тайница. И продолжила путь. Герберту ничего не оставалось кроме как последовать за ней.

Артур не успокоился, пока она плотно не поела, и снова не легла спать. При этом домой её он не отпустил, мотивируя это тем, что оставаться одной ей сейчас опасно, а у него ночная. Впрочем, сил идти на остановку, трястись двадцать минут в автобусе и потом ещё ползти до дома, она в себе и не чувствовала, так что, возможно, решение остаться в больнице было не так уж плохо.

Как только выдалась свободная минутка, мужчина отписался Жозефине Ричардс. Без конкретики, но и сообщенного ей хватило, чтобы тут же перезвонить. Благо ночь выдалась довольно спокойной, и он мог ответить. Пересказ событий сегодняшнего вечера не занял много времени.

— Вы серьёзно насчет голодного обморока?

— Это наиболее логичное объяснение, тем более что позавтракать и пообедать она действительно забыла.

— Вы сами-то в это верите? — голос преподавательницы был полон скептицизма.

— Я уже не знаю, во что верить, — вздохнул Артур. — Её состояние меня пугает: если верить всем тем статьям и монографиям, что я читал, перестройка должна была уже завершиться. Возможно, дело в применении чужой силы. Но это вообще хрупкий лед, здесь нам сравнивать не с чем: если уж она ничего на эту тему не нашла, то мы и подавно не найдём. Однако, по словам Мари, в прошлый раз с этим всё было нормально, значит, вероятнее всего, дело в чем-то другом.

— Далеко не факт. Не мне вам объяснять, что у некоторых факторов бывает накопительный эффект. А это магия, в ней факторов много, — напомнила ему то, что он и сам знал, профессор. — И что хуже, многие мы с вами не понимаем, а то и не знаем… По уму, сейчас ей нужна консультация целителя, а не наши попытки разобраться в том, с чем человеческие врачи в принципе не работают.

— Я это все отлично понимаю, но вы думаете, она согласиться пойти к целителю? Тем более местный тот ещё кадр.

— А нашей целительнице Мари говорить о ней запретила. Соответственно, мы в тупике, — вздохнула Жозефина. Помолчав, постановила: — Ладно, я попробую поискать информацию на эту тему, хотя не уверена, что что-то найду, если уж она сама не нашла. А вы поговорили бы с тем следователем, он в отличие от нас с вами хотя бы маг. Мари, насколько я её знаю, едва ли сама скажет ему о проблемах.

— Я попробую, — не стал ничего обещать Артур. По его мнению, именно от Герберта Киристе и были все беды Мари.

Завершив разговор, он заглянул к девушке, убедился, что она спит, и только тогда вернулся к работе.

В машине, пока он выезжал со стоянки, Дельфина активировала чары против подслушивания. Причём какие-то специфические, явно служебные. Похоже, клановой службе безопасности Сортэне она не доверяла.

— Здесь нет следилок или камер, я проверял.

— Всегда есть риск, что какие-нибудь вы пропустили, или их повесили после вашей проверки, — возразила тайница. Спорить с этим Герберт не стал, риск действительно был, пусть обычно такими вещами кланы при столкновении с департаментом и не занимались. — Кстати, спасибо за помощь.

— Не за что. Я тоже выяснил кое-что для себя полезное, — он притормозил перед светофором. — Вы не думали, что пожар подстроил кто-то из конкурентов Сименти?

— Думала, конечно. Учитывая, что Сименти практически монополизировали производство блокиратора, это логичный вывод. Вот только и Катэри, и Майно не могли не понимать, что подозрение сразу падёт на них.

— Это означает только то, что, если это они, то следы они должны были заметать старательно.

— И куш достаточно велик. Больше просто выгоды от расширения собственного производства блокиратора и его вывода на рынок.

— На что вы намекаете?

— На то, что наши дела возможно связаны. Поэтому я подала запрос на ознакомительный доступ к вашему расследованию. Его одобрили, — ему продемонстрировали скан с печатью. — Физическая копия придёт завтра, но, думаю, вам она не слишком принципиальна?

— Не принципиальна, — согласился Герберт сквозь зубы.

— В качестве ответной любезности я сделала для вас частичный доступ к своему. Правда, с полнотой его на моё усмотрение, — ему продемонстрировали второй скан.

— Неожиданно. — Подобное практиковали редко, так что тут он не соврал. Доступ к чужому делу для тайников был обычной практикой, а вот чтобы наоборот…

— Логично. Слишком много пересечений вырисовывается. Поэтому рассказывайте.

Пришлось действительно рассказывать. И, когда он уже припарковался на стоянке около гостиницы и они поднялись в номер, и показывать, потому что следовательница захотела взглянуть на снятые им с места происшествия данные, а потом и выводы пространственника, и протоколы допросов. Времени все это заняло столько, что, когда они закончили, единственное на что хватило сил Герберта — это добраться до кровати. Но несколько рабочих версий по обоим делам они сформировали. И это уже было неплохо.

Утром обнаружилось, что Мари так ему не только не перезвонила, но даже ничего не написала. И более того, что на звонки она до сих пор не отвечает. Дома её — он заехал перед тем как ехать к Сортэне — опять же не было, а защитная сеть утверждала, что хозяйка там и не появлялась. Впрочем, паниковать пока что он не стал. Нашёл номер Артура и набрал уже его:

— Мари в порядке? Она не отвечает на мои звонки.

— И вам доброе утро, господин следователь, — узнал его врач. — Не буду спрашивать, где вы взяли этот номер.

— Вы не ответили на вопрос.

— Насколько я могу судить, в порядке, — судя по отдалившемуся ненадолго голосу, собеседник что-то проверял. — Ей что-то передать?

— Не нужно. Я сам потом ей позвоню.

— Как хотите, — соперник, судя по тому, что Мари сейчас была рядом с ним, а не дома, куда более опасный, чем следователь считал прежде, первым положил трубку. Похоже, из-за без спросу надетого артефакта выгоревшая магиня обиделась всерьёз и прощать подобного самоуправства была не намерена. Иначе объяснить то, почему она не только не отвечала на его звонки, но и оказалась сейчас рядом с человеком, а не дома, маг не мог.

Артур завершил разговор и, несмотря на вялые попытки заверить, что всё там нормально, забрал у Мари распечатку анализатора.

— Я бы не назвал это нормально.

— Он просто сбоит. Я же колдовала, — напомнила девушка.

— Накапливать-то магию ты не способна. Сама сказала, — резонно, как ему казалось, напомнил Артур.

Выгоревшая магиня поправила:

— Не совсем так. Каналы не функциональны и резерв не наполняется, да. Но какая-то сила в крови остаётся до сих пор, потому ещё тогда, после того как я перелила кровь Герберту, мне и было так плохо. — Это он знал и так, просто не связал одно с другим. — Поэтому артефакты сбоят и будут сбоить. Если так волнуетесь, я знаю один частный мед. центр неподалеку, где можно заказать анализ без использования артефактов.

— Также как и в больнице.

— Предпочту не смешивать работу и заботу о своём здоровье. Вы так и не сказали, кто вам звонил? Роберт?

— Если бы. Следователь твой. До тебя дозвониться не смог. Интересовался, всё ли с тобой в порядке. И где только номер взял?

Мари отвернулась к окну, в котором отражался собеседник, и призналась:

— Я не хочу с ним разговаривать.

— Поссорились?

— Что-то вроде того. — Вдаваться в подробности она не собиралась.

Да, Герберт явился, когда она попросила, да, помог с силой, да, прикрыл от тайной канцелярии, но… цеплять на неё артефакт, да ещё без передачи, какую бы защиту тот не давал, он не имел никакого права. И сам прекрасно это знал. Но всё равно воспользовался тем, что она спит, и нацепил. А ей даже ничего не сказал, пока артефакт не стал угрозой разоблачения следовательницей из тайной канцелярии. Весьма симпатичной, надо признать. И покинувшей больницу вместе с Гербертом и уехавшей тоже вместе с ним. Мари, как раз поднявшаяся, чтобы попить — в побочных эффектах этой формы блокиратора была жажда — сама их видела из окна. А следовательницу до того ещё и в коридоре мельком. Та была магиней, хотя из какого именно клана Розмари сказать затруднялась. Какого-то небольшого, в противном случае такое сочетание розовых прядей, белых искр и в целом южного облика она бы запомнила.

— Ладно, пойдёмте, подвезу вас, — Артур, кажется, что-то понял. Но спрашивать больше ни о чём не стал и то хорошо.

По дороге домой они заехали в мед. центр, где делали анализы без артефактов, и в кафе. Не слушая её возражений, и там, и там расплатился мужчина сам. Впрочем, в мед. центре, когда он заказал кучу дополнительных анализов, она и не слишком возражала. Было неудобно, но на карточке сейчас было почти пусто — всё-таки не привыкла она экономить вот так и жить на зарплату. Какие-то деньги ещё были, но до зарплаты оставалась неделя, а коммуналка ещё не оплачена. Потом вернет.

— Оставьте. Это была моя инициатива, — напомнил Артур, пока ждали у процедурного.

— Но моё здоровье, — возразила Розмари. — А разница в зарплате у нас с вами не такая уж большая. Тем более учитывая северные у меня.

— Вот только она есть и, когда она каждый месяц, поверьте, это весьма существенно. Кроме того, первое время у вас северных почти нет, да и районный коэффициент растёт до обычного для севера постепенно.

Ответить она не успела: подошла её очередь. Ну а потом было уже как-то странно. Пообещав себе вернуться к этому разговору, когда придёт аванс, девушка благодарно улыбнулась уже державшему её куртку спутнику и сунула руки в рукава, поспешно снова сгибая ту, из которой брали кровь.

— Нормально себя чувствуете? — поинтересовался мужчина, внимательно глядя на неё.

— Вроде. В обморок падать не собираюсь, если вы об этом.

— Тогда пойдёмте.

На улице снова пошёл снег.

— Из-за этой вашей паранойи из меня выцедили пять пробирок! — пожаловалась девушка.

— Поэтому моя святая обязанность сейчас вас покормить, — улыбнулся Артур, помогая ей устроиться в машине. И уже, когда она пристегнулась, продолжил: — А если серьёзно, я просто не понимаю, что с вами происходит. И это меня беспокоит.

— Вообще-то я и сама в состоянии проследить за своим здоровьем, — проворчала Розмари, но скорее просто для проформы. Забота была приятна.

— Что-то я в этом не уверен. Опыт подсказывает, что вы скорее в состоянии им пренебречь, даже если понимаете, что этого делать не стоит.

В этом он был прав, однако, соглашаться с ним Мари не спешила. Согласие в таком вопросе явно породит ещё большее вмешательство мужчины в её жизнь, а она… Она к этому была не готова. Вообще не готова к серьёзным отношениям. Ей бы сейчас со своей жизнью-то разобраться, от зарплаты до зарплаты научиться жить как минимум. Да и отношения на расстоянии обречены, а он же уедет и уже довольно скоро. Вот выйдет из отпуска Ингвар, и Артур уедет восвояси. А она останется, просто не сможет вернуться туда, где была та, прошлая жизнь. Нет, к серьёзным отношениям она точно не готова.

Хотя, судя по тому, как решительно мужчина, проводив её до самой квартиры, заявил, что сегодня останется у неё, готовность Розмари для него уже особой роли не играла.

— После вчерашнего обморока я вас без присмотра не оставлю, — отрезал он. — До того как увижу результаты анализов как минимум.

— Вы видели распечатку анализатора.

— Вот именно, — настроен он, кажется, был решительно. И признался: — Вы вчера меня напугали.

— Сама не ожидала. Я так-то обычно в обмороки не падаю. Когда выгорела, было, конечно, но там это нормально. А от голода чтобы отключиться…

— Вы не от голода отключились, — покачал он головой. — Глюкоза была низкой, да, но в себя вы пришли не после того, как я вас напоил чаем, а после того как вколол блокиратор. Это меня и беспокоит.

— Я понятия не имею, в чем дело, — заверила она его. — Да, я применяла магию на силе Киристе, но это был не первый раз, а в прошлый всё было нормально.

— Вот поэтому я и настоял на таком наборе анализов. Зачем вам вообще потребовалось колдовать? Почему просто не объяснить, что нужно делать этому вашему следователю?

Вопрос был логичен, собственно, она ожидала, что он спросит это ещё ночью, но тогда Артур просто отправил постдипломницу отдыхать. Хотя он наверняка расспросил обо всем Роберта, начать она решила с начала:

— У нас была беременная магиня. Ну, я по совокупности симптомов и сбоям что анализатора, что сканера решила, что магиня. Не ошиблась, к слову. Беременность у магинь несёт свои риски. Собственно поэтому они как правило всю её проводят под присмотром целителей. Но особенно опасно, когда магическая совместимость магини и её партнера низкая, тем более если она не принята в его клан. И возникает риск ситуации, с которой мы и столкнулись: сила матери ребенком не воспринимается, а отцовской в её организме нет. Как результат плод начинает тянуть вместо магии то, до чего дотягивается — в крайнем варианте, который мы и наблюдали, жизненную силу. В этом случае время очень и очень дорого. Поэтому мне и пришлось вызвать Киристе. Вот только для использования этих заклятий нужно очень хорошо представлять анатомию и то, что вообще происходит, иначе малыша магиня может и потерять.

— Поэтому сам он не мог их использовать?

— Да. А меня им учили, магинь им у нас в клане всех учат. Ну а то, что я могу на силе Герберта колдовать, мы с ним уже выяснили не так давно. Вот я и решила, что справлюсь. И справилась же.

— Это я в курсе. Только почему-то, «справившись», вы вскоре упали в обморок. И не приходили в сознание достаточно долго. Есть идеи о причинах этого?

Кажется, он подозревал, что она что-то не договаривает, но скрывать в этом случае выгоревшей магине было нечего: она действительно и сама не понимала, что вчера произошло.

Потому и пожала плечами:

— Ни малейших, но не думаю, что анализы что-то покажут.

— Посмотрим. Но я в любом случае предпочту сегодня остаться с вами.

— Вы же со смены, вам бы поспать спокойно, — попробовала зайти с другой стороны постдипломница.

— Справлюсь. В конце концов у меня завтра выходной.

— Артур… — начала было девушка.

— Мари? — когда он осторожно обхватил её за талию, она поняла, как опасно близко подошла.

— Вы… Ты…

— Иди сюда, — он притянул её к себе и обнял. И, уже гладя её по волосам, пообещал: — Всё будет хорошо.

Розмари хотела отстраниться, но это осторожное объятие было до странного приятно, так что желание разрывать его куда-то пропало. Может быть, дело было в тактильном голоде или необходимости простого человеческого тепла, но его руки на талии были до странного приятны. Ну в конце концов, никому же не будет хуже, если она немного так постоит, правда?

— Я испугался, — признался он спустя некоторое время. — Очень сильно испугался.

— Чего? — она попыталась высвободиться, но Артур не отпустил. Не так, чтобы проявив упорство, она бы не смогла отстраниться, а мягко, скорее прося ещё немного постоять так.

— Просто испугался за вас, — его сердце билось совсем рядом и было в этом что-то успокаивающее. И она позволила себе положить голову мужчине на плечо. — В том числе и потому что не знаю, окажись там не я, а кто-нибудь ещё, смогли бы вам помочь? Догадался бы кто-нибудь использовать блокиратор?

— Я бы очнулась и без него.

— Вы этого не знаете.

— Знаю, — всё же отстранилась девушка. — Не бывает такого, чтобы блокиратор требовался прямо обязательно. Он разрабатывался скорее чтобы целителям было проще изолировать мага от силы, когда та становится неподконтрольна. Все остальные случаи применения — для того, чтобы хирурги могли оперировать магов, а тем более для того, чтобы маскироваться под человека, уже побочные. Блокиратор ни от чего не лечит, он просто запирает силу, снижает взаимодействие с ней организма, да несколько замедляет наполнение резерва. При этом полностью наполняться тот под действием блокиратора не перестает. Это… как наложить жгут, пожалуй. Сердце-то от того, что ты его наложишь, не перестает качать кровь.

— А в случае с выгоревшим магом?

— У выгоревших каналы, причем все каналы, выжжены, так что магию проводить не способны. Организм, реагируя на это, перестраивается, и резерв больше не наполняется. Обычно не наполняется.

— В каком смысле? Есть примеры иного?

— Есть, — вопрос Мари изучила, — Резерв иногда может наполняться и при выжженных каналах. Если перестройка прошла не так, как должна бы.

— У таких магов больше шансов на восстановление?

— Скорее у них больше шансов быстро и мучительно умереть, — поправила его выгоревшая магиня. — Но это, к счастью, не мой случай. Мой перестроился как нужно.

— Уже хорошо.