Я стою перед зеркалом в новом чёрном платье с открытой спиной – опять его выбор. Ткань холодит кожу, но я уже привыкла к этому ощущению: каждый раз, когда он выбирает для меня одежду, мне кажется, что он не просто подбирает наряд, а помечает территорию. Сегодня на приёме в «Амальфи» будет вся верхушка – инвесторы, партнёры, журналисты из деловых изданий. Мы должны выглядеть идеально. Счастливая пара. Единая команда.

Я поправляю серьги, делаю глубокий вдох. Логан входит в спальню без стука – уже в смокинге, безупречный, как всегда. Он останавливается за моей спиной, смотрит в отражение. Несколько секунд молчит. Потом кладёт ладони мне на плечи – тепло его рук проходит сквозь тонкую ткань, и я невольно напрягаюсь.

– Ты очень красива, – говорит тихо. Голос низкий, почти интимный.

Я встречаю его взгляд в зеркале.

– Для камер?

– Нет, – отвечает он, и в его глазах мелькает что-то, от чего у меня замирает дыхание. – Для меня.

Он наклоняется и целует меня в висок – коротко, но так нежно, что я на секунду забываю, как дышать. Потом отстраняется, берёт меня под руку и ведёт к лифту.

Весь вечер мы играем роль безупречно. Улыбаемся, пожимаем руки, произносим правильные фразы. Его ладонь лежит у меня на пояснице – твёрдая, уверенная, собственническая. Я держусь за его локоть, смеюсь над шутками инвесторов, киваю в нужных местах. Всё выглядит естественно. Почти.

А потом я вижу её.

Софи.

Она появляется в дверях зала как вспышка – длинное золотое платье, идеальная укладка, ослепительная улыбка. Все взгляды поворачиваются к ней, включая мой. Она идёт прямо к нам. Я чувствую, как рука Логана на моей талии слегка напрягается.

– Логан, дорогой, – её голос сладкий, как мёд, но с острым послевкусием. – Какая неожиданная встреча.

Она тянется и целует его в щёку – чуть дольше, чем положено по этикету. Он не отстраняется сразу. Только кивает – коротко, вежливо.

– Софи. Рад видеть.

Она переводит взгляд на меня. Улыбка становится ещё шире, но глаза остаются холодными.

– Кассандра, верно? Невеста года. Поздравляю. Выглядишь… свежо.

Я улыбаюсь в ответ – той самой улыбкой, которой научилась за последние месяцы.

– Спасибо. Ты тоже.

Она смеётся – звонко, театрально – и кладёт руку Логану на предплечье.

– Можно тебя на минутку? Есть один старый вопрос по той сделке в Милане…

Он смотрит на меня. В его взгляде – вопрос. Я киваю – коротко, резко. Что я могу сказать? «Нет»? Это выглядело бы глупо. Ревниво. А я не ревную. Конечно, нет.

Он уходит с ней в сторону бара. Я остаюсь одна среди гула голосов и вспышек камер. Улыбаюсь. Киваю. Отвечаю на вопросы. Но внутри всё сжимается.

Проходит десять минут. Потом пятнадцать.

Я оглядываюсь. Их нет ни у бара, ни в толпе. Сердце начинает стучать быстрее.

Я ставлю бокал на ближайший столик и иду по коридору – туда, где, как мне кажется, они могли уйти. Голоса приглушённые, смех, звон бокалов. Я сворачиваю за угол и вижу приоткрытую дверь в один из малых залов для переговоров.

Я толкаю её.

И замираю.

Софи висит на его шее. Буквально. Руки обвиты вокруг его затылка, тело прижато к нему, губы почти касаются его губ. Он стоит неподвижно – руки опущены, но не отталкивает. Просто стоит. Смотрит на неё сверху вниз.

Я издаю какой-то звук – короткий, сдавленный. Они оба поворачиваются.

Софи улыбается – победно, нагло.

Логан бледнеет.

– Кассандра…

Я разворачиваюсь и бегу. Не иду. Бегу. Каблуки стучат по мрамору, платье путается в ногах. Люди расступаются, кто-то что-то кричит мне вслед – я не слышу. Вылетаю на улицу, ловлю такси, называю адрес пентхауса. Слёзы жгут глаза, но я не позволяю им упасть. Не здесь. Не при всех.