Бумаги на столе сливаются в одно серо-белое пятно. Цифры пляшут перед глазами, но смысл не задерживается в голове. Все мысли крутятся вокруг одного – вокруг той главы контракта, что мы обсуждали вчера в пентхаусе Логана. Маркус ворчал, предупреждал, но даже он признал – юридически все безупречно, и альтернативы нет. Просто не существует.

Меня выводит из оцепенения осторожный стук в дверь. Элис, моя секретарша, заглядывает с таким выражением лица, будто сообщает о нашествии инопланетян.

– Кассандра, к вам… посетитель. Вектор. Логан.

Воздух вырывается из легких разом. Сердце делает один тяжелый, глухой удар.

Что ему нужно? Мы же все обсудили вчера.

– Впусти его, – слышу я свой собственный, удивительно спокойный голос.

Через минуту он входит. Кабинет, который всегда казался мне большим и солидным, вдруг съеживается, становится тесным, старомодным. Логан несет с собой ауру другого мира – стерильного, современного, безупречного. Он одет в идеальный темно-серый костюм, без пальто, будто просто перешел улицу.

– Кассандра, – кивает он, и его взгляд небрежно скользит по комнате – по переполненным книжным полкам, по портрету отца, по хаосу бумаг на моем дубовом столе. В этом взгляде нет осуждения, только холодная оценка, и от этого становится еще неуютнее.

– Неожиданный визит, – говорю я, вставая. Руки слегка дрожат, я прячу их за спиной. – Уже передумал? – В голосе прорывается надежда, которую тут же в себе подавляю.

– Напротив, – он кладет тонкую кожаную папку на край стола, поверх какой-то сметы. – Принес заверенную копию контракта. Ты можешь еще раз перечитать. Освежить память.

Меня его равнодушие не обманет. Он мог бы прислать контакт через адвоката, но явился сам. Тут что-то другое.

– Кофе? – срывается у меня просто чтобы что-то сказать, чтобы заполнить эту гнетущую паузу.

– Спасибо, – он соглашается, но, когда я киваю на кресло для посетителей, отказывается сесть. Я жму кнопку на селекторе. Через минуту в дверях появляется любопытная секретарша. Логан смотрит на меня, а я под его прожигающим взглядом обращаюсь к Элис.

– Принеси нам пожалуйста кофе.

– Конечно, – та кивает и бросает беглый заинтересованный взгляд на моего гостя, а потом уходит. Интересно, он заметил? Полагает, что потом будут сплетни? Значит, хочет их запустить. Это уже часть спектакля.

Логан изучает кабинет, я пытаюсь прочесть его мысли и понять, что же он задумал.

– Я примерно так себе его и представлял. Старые деньги. Благородное дерево и куча книг, которые никто никогда не читал. Предсказуемо, – отзывается без издевки, скорее бесстрастно и равнодушно.

– Зачем ты здесь? – я смотрю на него волком.

– За этим. – он достает из внутреннего кармана пиджака маленькую коробочку из темно-синего бархата. Кладет ее с глухим стуком прямо на дубовую поверхность, между нами. Звук кажется оглушительно громким.

Мое дыхание перехватывает. Я смотрю на эту коробочку как на бомбу замедленного действия.

– Это что? – выдавливаю я.

– Очевидно не бомба, которую ты видимо от меня ожидаешь. – отвечает он просто. – Открой.

Пальцы холодные и непослушные, когда я беру коробку. Открываю ее.

Внутри, на черном бархате, лежит кольцо. Не огромный, кричащий бриллиант, который я ожидала от него. А элегантное, почти строгое кольцо с овальным камнем цвета чистейшей слезы, обрамленное ободком из белого золота. Оно красиво. Опасно красиво. И оно выглядит… как будто создано для меня.

На краткий миг я погружаюсь в мысли. Это уже не просто бумага. Это вещь. Вещь, которую придется носить. Которая будет давить на палец, напоминая каждый день об этой сделке.

– Наденешь сама? – переспрашивает меня, и я не смотрю на Логана. Просто вынимаю кольцо из коробки. Оно прохладное и тяжелое.

Я надеваю его на безымянный палец левой руки. Оно садится идеально, как влитое. Ни миллиметра свободного пространства. Как он узнал размер?

– Полагаю формальности учтены. Осталась последняя. – констатирует он, и в его голосе я слышу удовлетворение, лишенное эмоций.

– Последняя? – Я поднимаю на него глаза, не понимая.

– Самая важная… – говорит он, как о следующем пункте повестки дня. И, не спросив разрешения, не дав мне времени отреагировать, обходит стол, тянет меня к себе, наклоняется и касается моих губ своими.

Это не поцелуй из фильма. Он не нежен. Он тверд, требователен, властен. В этом поцелуе нет страсти, но есть демонстративная собственность. Логан касается моих губ сначала просто и даже сухо. Мой испуг играет ему на руку, я сбита с толку, я смущена, и он пользуется этим, углубив ласку, делая ее более порочной и кричащей. Его язык, как и его наглый хозяин вторгается в мое личное пространство и провоцирует ответить так же дерзко. Нагло. В его манере. Я чувствую его вкус. Кофе, мята и бескомпромиссность – все это обрушивается на меня шквалом ощущений. Я замираю, парализованная шоком, вспышкой чистого, животного осознания. И потребностью ответить ему. Мужчине. Моего врагу.

И в этот самый момент дверь распахивается. Элис заходит с подносом, на котором дымятся две чашки кофе. И застывает на пороге, глаза округляются до размера блюдец.

Логан медленно, нарочито медленно отрывается от меня, еще на долю секунды удерживая мой потемневший взгляд своим интимным. Я отшатываюсь назад, как от огня, чувствуя, как по щекам разливается унизительный, пылающий румянец. Сердце колотится где-то в горле.

– Я… извините… – лепечет Элис, ставит поднос на ближайший столик и почти выбегает, захлопывая дверь.

Тишина, которая воцаряется после этого, звенит.

Я испепеляю Логана взглядом, дрожа от ярости и смущения.

– Ты… ты гнусный, – шиплю, едва находя слова. – Как ты посмел?

Он поправляет манжету, абсолютно спокоен.

– Это тоже часть плана, Кассандра. Твоя секретарша сейчас побежит рассказывать всему офису. К вечеру слухи доберутся до всех нужных ушей. Все должны быть уверены, что между нами что-то есть. По-настоящему. А что может быть искреннее внезапного поцелуя в кабинете среди рабочих будней?

– Ты бесчувственное чудовище, – говорю я, и голос мой дрожит уже не от смущения, а от бессильной ярости. – Для тебя все – спектакль. Все – ход.

Он смотрит на меня, и в его глазах наконец-то появляется что-то, кроме расчета. Что-то вроде… усталой правды.

– Ты давно должна была это понять.

Он бросает взгляд на поднос с кофе, а потом возвращает его ко мне.

– На кофе не останусь. Дела. – Он шагает к выходу, но на пороге оборачивается.

– Не снимай кольцо. С этого момента ты моя невеста.

И выходит, оставив меня одну. Мои щеки пылают. На пальце его метка – кристальный как слеза бриллиант. А на губах все еще горит его поцелуй. И я провожу по губам тыльной стороной ладони в попытке стереть эти ощущения, но не выходит. Они уже проникли под кожу и загорелись там тягучим пламенем.

Этот гад пришел не только чтобы принести контракт и отдать кольцо. Он пришел, чтобы устроить эту сцену. Чтобы вывести меня из равновесия. Чтобы заставить меня чувствовать – эту ярость, это унижение, это странное, непрошеное возбуждение. Чтобы я думала о нем. Весь оставшийся день. И, возможно, всю ночь.

И черт его побери, у него это получилось.