– Откуда ты так много знаешь о драконах? – спросил Микото.

Тимур перебирал содержимое ящика – мешочки, пакетики с этикетками, стеклянные флаконы и глиняные горшочки.

– Я работал с ними и жил среди них, когда был подростком. Можно сказать, что драконы – моя специальность.

– Я никогда не слышал о бойцах, которые сотрудничают с драконами.

– Ты и не мог слышать. – Тимур покосился на него. – Мы довольно скрытны. Даже мои братья и сестры не знают, где я был и что там делал.

Значит, специалист.

– Нам повезло, что ты оказался здесь.

– Не совсем. – На этот раз Тимур посмотрел на него весело. – Меня привела сюда судьба. Или чей-то замысел. Куда ни гляну, то и дело натыкаюсь на какой-нибудь скрытый мотив.

Микото взял пучок бахромчатки:

– Стоит ли мне беспокоиться? В качестве старосты, я имею в виду?

Тимур взглянул на Фенда, который скривил губы:

– Не в качестве старосты. Но ты заключил собственную сделку с Сайндером, верно?

– Да. Ты слышал?

– Слышал, но без подробностей. Однако обещание дракона звучит по-особому. Трудно его не заметить.

Микото вздохнул:

– Ты доверился мне. Я бы с радостью ответил доверием на доверие, но мой секрет – скорее тайна. По правде говоря, я уже доверился твоей сестре.

– Лиле?

Пришлось опять рассказать, с чего все началось.

– При первой встрече Тэмма почему-то принял меня за амаранта, а Зиса стал намекать, что в этом замешаны Впечатления. Тогда Тэмма позвонил твоей сестре Айле. Она очень много знает.

– Воистину. И она решила твою проблему?

Микото посмотрел на свои руки, затем на Сайндера:

– Она сказала, что мне нужен дракон.

– И Сайндер разобрался с твоей проблемой?

– Пока нет. – Микото со вздохом признался: – Никто не говорил этого прямо, но мне начинает казаться, что я влюблен не в ту девушку.

Тимур застыл на месте с тоской во взгляде:

– Нашел кому рассказывать.

– Могу я помочь с этим? – Микото указал на горшочки для подогрева и измельченные травы. – Нужно ли скорректировать стандартные пропорции для драконов?

Тимур удивленно ответил:

– Для драконов я кладу вдвое больше мальвы, а для Сайндера добавил немного лимонной травы, поскольку он предпочитает яркие ароматы. Ты владеешь искусством врачевания?

Микото решил, что теперь его очередь:

– Я помогал целителю с тех пор, как стал достаточно взрослым, чтобы убежать из дома. Мерл Альпенглоу – мой лучший друг, мой брат.

– Прозорливость Фандриэля, ты – желанный сюрприз. – Тимур стал совать Микото разные приспособления. – Приготовь четыре полных меры. Дай ему поваляться в озере и клади мазь толстым слоем, пока горячая.

– Четыре меры, – подтвердил Микото, спокойно раскладывая ингредиенты в том порядке, в котором они ему понадобятся.

– Твердая рука и добрая душа. Похоже, это мне повезло, что ты здесь. – Тимур почесал щетину на подбородке. – Если ты будешь еще и заботиться о Сайндере, я смогу сосредоточиться на закрывании мелких ран с помощью символов. Так делают драконы.

Микото очень хотелось увидеть такое лечение, но он лишь спросил:

– Существует ли идеальная температура?

Тимур немедленно назвал приемлемый диапазон и порылся в мешочке, который висел на шнурке у него на шее.

Вытащив бледно-зеленый кусочек мрамора – несомненно, останец, – он обратился к Сайндеру:

– Тебе когда-нибудь зачаровывали рану? Медицинские барьеры? Обезболивание с помощью символов?

Когти Сайндера сложились в изящный знак «нет». Микото даже не приходило в голову, что можно общаться жестами. Он почувствовал себя глупо.

– Сложные символы, наложенные на тело. – Тимур взял зеленый мрамор. – Он послужит якорем для моих символов. Можешь держать его под языком или проглотить. В любом случае нужно будет вернуть его мне. Можно не сразу, – уточнил он, поддразнивая дракона взглядом.

Сайндер протянул когтистую лапу, взял кристалл, поднял его так, чтобы он пропускал свет, стал разглядывать несколько долгих мгновений, а затем положил в рот.

– Ты его проглотил? – спросил Кирие и, прошлепав по воде, с любопытством заглянул Сайндеру в лицо.

Надбровные дуги дракона изогнулись, но он воздержался от ответа.

Кирие мелодично хихикнул:

– О!

– Он что-то сказал? – спросил Микото, который жил среди амарантов достаточно долго, чтобы знать, что общение не всегда требует слов.

– Нет, – улыбнулся мальчик, обнажив клыки. – Но камень сказал.

– Драконы обладают особым сродством к ветру и камню, с которых начинаются любые чары. – Тимур снял ботинки и сел на берег озера, чтобы закатать штаны. Обнаружив, что они уже промокли, он стянул их и бросил на ближайший куст. – Ученые амарантов считают, что искусство рисовать символы возникло в кланах драконов, но некоторые предания говорят, что они научились у звезд.

Кирие сказал:

– Мама считает, что иногда, когда в сказках говорится о звезде, имеется в виду ангел.

– Кто может знать наверняка? Звезды числятся среди потерянных кланов неба, так что они могли быть Впечатлениями. Но, похоже, никто не знает точно.

– Хисока-сенсей может знать, – сказал Кирие.

– Кошки любят свои секреты, – усмехнулся Тимур. – Мало ли что он знает. Ведь амаранты, особенно достопочтенный пресс-секретарь, редко говорят все, что могли бы.

Микото не знал, как расценить этот легкомысленный тон. Должно быть, на его лице отразилось сомнение, потому что Тимур ткнул в него пальцем:

– Хисока Твайншафт – старый друг нашей семьи. Мое уважение к нему уступает только моей любви. – Повернувшись к Сайндеру, он замахал рукой, отгоняя того от берега. – Ступай в воду. Тебе нужно хорошенько отмокнуть, прежде чем я начну творить свою магию.

Сайндер медленно перенес вес тела на задние лапы. Очевидно, ему все еще было больно. Микото поискал – и нашел – обезболивающее, чтобы добавить в мазь.

– Скажи, если маленькие рыбки начнут кусаться, – проворчал Тимур. – Кирие может их отогнать.

В ответ дракон подхватил Тимура и зашвырнул его в центр озера, а затем плавно скользнул за ним, неся на себе вцепившегося в его гриву Кирие.

Раздались возгласы и плеск, а Микото сосредоточился на высоте огня и вязкости разогревающейся мази. Знакомые задачи. Успокаивающие движения.

Его мысли вернулись к Совету амарантов.

Некоторые из членов Совета, скорее всего, посетят анклав Гардов в должное время – вероятно, ради церемонии его вступления в должность. Наверняка у Юлина уже есть расписание и список гостей.

Совет разросся уже до пятнадцати членов, поскольку весной этого года, когда праздновалась годовщина Открытия, к нему присоединился Крайл Басквенд. Крайл говорил от имени тех, кого человечество называло нагами, будучи первым представителем одного из так называемых сказочных кланов. Наги были малочисленны и жили уединенно, но их представитель заседал в Совете на равных с остальными.

Появится ли когда-нибудь пресс-секретарь от деревьев? Или от какого-нибудь еще потерянного клана?

Может быть, если Хисока Твайншафт действительно почтит анклав своим визитом, Микото сможет задать вопрос. Если кто-то и знает ответ, то, конечно, он.

Микото разглядывал светящиеся линии на чешуе Сайндера. Они были необходимы, но Микото подозревал, что Тимур постарался сделать их красивыми. Даже Кирие внес свою лепту, нарисовав несколько символов. Они были маленькими и несложными, но горели еще ярче, чем символы Тимура. Возможно, потому, что он был наполовину драконом? Может быть, его душа и душа Сайндера лучше слышали друг друга, что делало их связь крепче.

Родство.

– Сохранятся ли символы, когда он примет говорящую форму? – спросил Микото.

– Должны сохраниться. – Тимур отошел назад, любуясь своей работой. – Сайндер, ты достаточно проснулся, чтобы попробовать?

Дракон приподнял одно веко.

Микото осмотрел зрачок и пробормотал:

– Может, я приготовил слишком сильное снадобье?

– Ничего подобного. – Тимур встал рядом с Микото. – Он доволен.

Они уняли боль, перевязали раны и умастили дракона ароматными маслами, которые втирали в чешую до тех пор, пока сами не пропахли спикенардом. Все это время Микото поддерживал связь, которая позволяла Сайндеру черпать его силу.

Он также остро ощущал присутствие Кирие – тот усердно сдерживался и был тщательно зачарован – и удовольствие Гинкго. Криво улыбаясь, полулис растянулся на траве у воды, закинув руки за голову и скрестив лодыжки.

– Я бы тоже не сдвинулся с места, если бы не вся рыба, которую мы наловили. – Гинкго сел и взъерошил свои растрепанные волосы, затем пошлепал себя по щекам. – У тебя легко брать, Микото. Спасибо, что дал подзарядиться.

– Всегда пожалуйста.

Гинкго двинулся к куче собранного им хвороста в неглубокой ямке у берега:

– Пора начинать. Давай трансформируйся, Дева. Мы точно не станем тебя кормить, пока ты в истинной форме.

Мгновение спустя Сайндер стоял на коленях под защитой объятий Тимура.

– Не упади, – сказал Тимур.

– Я чувствую себя гораздо лучше, спасибо. Перестань суетиться. Это оскорбительно.

Но боец не выпустил его, пока не осмотрел все символы, тускло поблескивавшие на бледной коже.

Удовлетворенный, он бесцеремонно накинул на дракона безразмерное худи и отправился помогать Гинкго:

– Еда пойдет тебе на пользу. Ты ведь голоден?

Сайндер с трудом вытащил из-под худи свои длинные волосы, подошел к костру и присел рядом с Микото. Подбежал Кирие и тихонько принялся заплетать ему косу. Сайндер не возражал и сидел неподвижно, склонив голову.

Появился Нобл, с любопытством принюхиваясь к жарящейся рыбе, и Микото взял щенка на руки.

Снова подошел Тимур, на этот раз с большим термосом:

– Выпей. Это восстанавливающее средство. От него в голове прояснится.

Сайндер даже не пошевелился, чтобы взять термос.

Поэтому Тимур сам открутил крышку, выпустив струйку ароматного пара, который пах цитрусовыми и пряностями. Затем Микото уловил другой, более насыщенный аромат и понял, что Тимур добавил щедрую порцию крепкого алкоголя. Судя по всему, достаточно яиц, чтобы получившаяся жидкость напоминала заварной крем.

– У нас есть ложка? – спросил Микото.

– Я могу его покормить, – тут же вызвался Кирие.

– Дай парню шанс, – проворчал Сайндер. – Он меня опылил, знаешь ли.

– От этого в голове прояснится, – терпеливо повторил Тимур. И велел Микото: – Проследи, чтобы он выпил все до последней капли.

Страдальчески вздохнув, Сайндер взял термос и сделал долгий глоток. Потом еще один.

– Чтоб мне провалиться, Тимур. У тебя получается лучше, чем у моей матери.

Тимур молча оттянул веки Сайндера, проверяя зрачки, и приказал:

– Пей до дна.

– Я с первого раза услышал.

Но Сайндер уже улыбался. Видимо, средство было очень сильным. Микото не мог не подумать, что Мерл, наверно, захочет получить рецепт.

Выпив больше половины термоса, Сайндер снова заговорил, на этот раз с Кирие:

– Припас для меня какие-нибудь вопросы?

– Да. – Мальчик сел перед Сайндером и Микото, так что образовался треугольник, из которого, впрочем, никто не был исключен. – Будет ли у меня хвост, когда я стану старше?

Сайндер сделал еще один глоток, обдумывая ответ:

– Рога и панты, всевозможные шипы и гребни могут появиться по мере взросления. Но с хвостами не так. Если бы у тебя должен был быть хвост, думаю, ты бы с ним родился.

Кирие сразу же перешел к следующему вопросу. Точнее, замечанию:

– У Лаписа есть крылья.

– И?

– А у тебя нет.

– Пока нет. – Сайндер не сводил взгляда с пара, поднимавшегося от питья. – Я надеюсь их обрести.

– Сколько лет тебе должно для этого исполниться?

– Если рога и прочее приходят с возрастом, то крылья – знак силы. Учитывая твою внешность, я думаю, что ты можешь осторожно на них надеяться. Тем более что ты живешь в непосредственной близости от стольких сильных душ. Разве тебя никогда не оценивали?

– В этом нет необходимости. Я здоров. – Кирие покосился на Гинкго и добавил: – Папа не одобряет тесты, которые предлагают люди. Наблюдатели очень интересуются метисами, но не по правильным причинам.

Сайндер насмешливо свистнул:

– Есть большая разница между тем, чтобы узнать больше о своем наследии, и тем, чтобы превратиться в подопытного.

– Да. Именно так. – Кирие объяснил: – В Особняке нашли приют многие метисы.

– Я знаю. Бывал там, – улыбнулся Сайндер и медленно сделал еще глоток.

– Да ладно! – Мальчик ухватил его за рукав. – Когда?

– Ты был еще мал. Мне всего раз довелось тебя подержать. – Пожав плечами, Сайндер признался: – Было неловко, а твой отец был таким грозным. Мой напарник тебе понравился больше.

Кирие повернулся и спросил Гинкго:

– Ты знал Сайндера?

– Не то чтобы. Мы не разговаривали. У папы много секретов. Обычно он кого-то защищает, поэтому я стараюсь не мешать. Сильно.

Микото тоже хотел задать несколько вопросов, но сейчас было время Кирие. Поэтому он молчал и гладил своего щенка. Нобл был рад, что хозяин уделяет ему столько внимания.

– Мы родственники? – спросил Кирие. – Хотя бы дальние?

– Нет, но это не имеет значения. Согласно обычаю наших кланов, мы – драконы высоты, а значит, братья.

– У Лаписа есть дом на горе. – Кирие тихонько добавил: – Я думал, это потому, что ему нравятся звезды.

Брови Сайндера изогнулись дугой.

– Возможно, так и есть.

– Я… не думаю, что причина в этом.

– Таким самцам, как мы с Лаписом, не положены самки. Точнее, нам не позволено привлекать дракониц, поскольку предыдущие поколения собрали себе гаремы. – Сайндер выпил большой глоток лекарства и вздохнул. – Лишь каждый пятый становится отцом. Но это сильнейшие и лучшие из нас, поэтому их сыновья и дочери также сильны.

– Ты не можешь иметь семью?

Сайндер покачал головой:

– Моя семья – небольшое братство холостых драконов. – Его голос зазвучал напевно. – Отцы сильны, но и братья не слабы. Мы – ученики, целители, ремесленники и исследователи. Мы храним истории всех наших кланов и поем их песни.

– Лапис называет себя ученым.

– Так и есть.

– А ты кто? – спросил Кирие.

– Ну, я уже не совсем дракон высоты. Я жил там, но у меня есть дела. – Сайндер легонько постукивал когтями по стенке термоса. – Этим летом я играю в опасные игры с бойцами.

– Играл. Для тебя игры закончились.

Тимур отобрал пустой термос и сунул Сайндеру взамен порцию рыбы.

– Нет. У меня есть работа, и я ее выполню.

В голосе Тимура зазвучала угроза:

– Я не позволю им превратить тебя в подопытного.

– Ты не сможешь меня остановить. Не стоит и пытаться. Это выше твоих сил. – Взгляд Сайндера был непреклонен. – Если хочешь помочь, делай так, чтобы я продолжал держаться на ногах. Я не хочу замедлять подготовку батальона.

Микото охватило любопытство:

– Вы обучаете бойцов?

Гинкго фыркнул:

– Тимур, сжалься над мальчиком и возьми его с собой. Он не любит оставаться в стороне.

Ярость Тимура исчезла.

– Не мне решать. Я вообще ничего не решаю, да?

– Да. – Сайндер решительно перевел разговор в другое русло. – Кирие, у тебя есть ко мне еще какой-то вопрос? Я вижу его в твоих глазах. Но это последний. На сегодня. Потому что тебе я обещал дать ответы, а Микото – рассказать историю. На такие вещи нужно время.

– Это история о драконах? – спросил Кирие.

– Прямо с высоты.

– У меня есть вопрос, – признался мальчик.

Сайндер сделал приглашающий жест рукой.

– У нас есть Собратья?

– Ты спрашивал у Лаписа? – По лицу Сайндера ничего нельзя было понять.

– Да.

– Что он сказал?

– Что это большой секрет, – пробормотал Кирие.

– Могу с уверенностью сказать, что он преуменьшил. – Наклонившись к метису, Сайндер серьезно произнес: – Это очень большой секрет.