Уснуть Паркеру так и не удалось. Энергия бурлила и доставала на поверхности новые вопросы. А что там за горизонтом? Какие твари ещё ходят по этому миру? Есть ли ещё поселения людей – и если да, кто они? Как там Свонг?

Страж вновь запрыгнул на ветку. Та нервно скрипнула, но выдержала вес. Пошли подтягивания. Пот, как поршнем, выгонял действие чудо-порошочка. Подтягивания, отжимания, приседания… круговерть физухи делала его живым. Или ему казалось, что делала… не важно. В любом случае он не мог просто остановиться. Вот и изводил себя упражнениями, пока остальные спали.

Костёр, разведённый Кики, догорал, а затем ветерок подхватывал тлеющие угольки и вдыхал в них новую жизнь.

Светало. Небо из тёмного пятна заливалось лиловыми красками. Паркеру казалось удивительно долгим, как солнечный диск взбирается на тусклый горизонт. А уж когда его румяный бок показался и впрыснул бледно-жёлтых красок, стало так хорошо… Даже подтягиваться было легче.

Тянув себя всем телом, он услышал, как ветка недовольно затрещала и с хрустом переломилась.

Санни разлепил один глаз… зевнул… и, положив ногу на ногу, отвернулся.

От нечего делать Паркер подошёл к пакету, где под связанным тугим узлом покоился жир цодра. Перехватив петельку, стражу пришлось напрячь всё терпение и концентрацию, чтобы побороть вредный узел. Сунув руки в пакет, Паркер увяз пальцами в жире. Холодном жире. Взял мякоть… потянул на себя и, вытащив из пакета, поднёс к носу. Пахла эта консистенция отвратно. Будто мелкие животные ходили в отхожую яму по нужде около месяца… а потом в эту ямку присыпали какой-то пахучей терпкой травы.

Смешали – и на тебе.

Паркер метнул жир на место, а когда вернул кривой узел, обернулся и увидел сложившего на груди руки Кики.

– Балуешься?

Паркер выдавил ухмылку. Пальцы всё ещё блестели от жира и попахивали.

– Что будет дальше? Я имею в виду… – Паркер ещё раз понюхал палец, не понимая, на что рассчитывает. – Что потом? Ты проведёшь нас в Оазис и?..

Страж обнаружил, что уже может более-менее трезво мыслить.

– До этого дожить надо, – крот пожал плечами. – Это будет нелегко. Не люблю загадывать.

– И всё же?

– Переберусь на другой берег, – хмыкнул. – Тут меня ничего не держит.

У Паркера что-то зашевелилось между лопатками.

– А есть другой берег?

– Конечно. И не один. Да и этот остров огромен. Ты ведь его почти не видел.

Страж опустил глаза. Клетка. И он в этой клетке жил… только вместо металлических прутьев были глухие стены бункера. Значит, целый мир… может, целых три берега или даже четыре? А что, если там… всё иначе? Всё так красиво, как в капсулах дополненной реальности? Нет… он мотнул головой. Была же война. Он помнил, что вдалбливали в его голову попечители. Безопасных мест не осталось. Мир в огне… и ему повезло, что он ещё жив. Ведь так?..

Заворочалась Миса… по-кошачьи потянулась, присев, стала облизывать ладони и протирать глаза. Паркер подумал, что не расспрашивал её об этом мире… Наверняка у Мисы есть своя версия. Он открыл было рот, чтобы уточнить, как ей жилось, как Кики стал расталкивать Санни.

– Пришло время спускаться. – крот взял пакет, перерезал латами верхушку и сказал: – Я покажу, как нужно наносить жир. Повторяйте за мной.

Пальцы стража всё ещё мерзко пахли, и когда он своими глазами увидел, как Кики наносит жир слой за слоем на макушку, шею и грудь… его затошнило. Сдержав позыв, он, морщась, запустил руку в пакет, пальцами задел руку Мисы… и стыдливо отвёл глаза.

Если это единственный выход, чтобы выжить в подземелье… что ж, с вонью можно примириться.

Жир цодра налипал на кожу и одежду путников, а всё, что не налипало, падало на землю вонючими комками.

Кики бы, возможно, заметил, что по земле прошла вибрация… но, занятый нанесением на спину Санни жира, знак пропустил. И очень зря…