Сон оказался рваным, как и простыня, которую любезно предложил двухголовый. Та самая рваная простыня мялась и выбивалась из матраса.

Паркер ёрзал, оставляя влажный, потный след. Вентилятор, подвешенный к потолку, лениво, со скрипом гонял тёплый воздух.

Нужно поспать, восстановить силы… но стоило ему провалиться в сон, как что-то вырывало его из дремоты. То ветки деревьев забьются об оконную раму. То неожиданные вскрики Санни. То чья-то ругань из-за стены. Так и поспал, проснувшись с опухшей головой и беспорядочными мыслями…

Пошатываясь, встал. Рассвет неторопливо придал серой комнате румяные оттенки.

Пить…

Паркер потянулся к кувшину на тумбочке. Приподнял его и жадными глотками, проливая на грудь, избавился от жажды. Вытирая губы, он посмотрел на лежащего в позе эмбриона Санни. Ох, пришлось же ему насмотреться в эти дни… так и детства можно лишиться.

Подойдя к окну, Паркер приложился разгорячённым лбом к стеклу. Дыхание паром заштриховало кусок стекла.

Деревня просыпалась. По дорогам брели жители. Вот горбун волочит по полу мешок, а вон, приставляя лестницу к стене, взбирался карлик. Ещё один мужичок – худой и длинный, как ствол дерева, – делал разминку, размахивая костлявыми ручонками.

Что за народ… Они казались чудаковатыми, но, опять же, как правильно заметил бородатый, это он выглядел ненормальным, а не они. Ведь они с Санни были в меньшинстве, а значит, смещали понятие нормальности в другую крайность.

Паркер вспомнил вчерашний разговор… им всё-таки предоставят крота. Ему не терпелось понять, кто же они такие – эти кроты…

Убрав лоб от стекла, он оставил жирный след.

Санни зашевелился, потянулся, присел, протёр глаза и сказал:

– Хочу есть.

Паркер улыбнулся. Аппетит – это хорошо. Сам он не очень хотел прикасаться к еде после вчерашнего. Все эти раскуроченные могилы, остатки истёртых костей, твари, пожирающие сгнившую плоть… Стража передёрнуло. Пусть вчерашнее забудется, как страшный сон.

В комнату постучали.

– Входите.

Дверь скрипнула. Подвинув обувь стража, в комнату вошёл бородатый.

– Правитель ждёт тебя в столовой. Сейчас.

Окинув брезгливым взглядом Паркера, он пожевал губы и, кинув на пол выстиранную одежду, захлопнул дверь.

Паркер наклонился… изодранных штанов больше не было – вместо них он получил новый комплект. Второй комплект передал Санни. Тёмные штаны и кофта были слегка великоваты… но, может, это дело привычки? Паркер привык к своей униформе и никогда не носил ничего другого. Ткань щекотала кожу, и, чтобы стало привычнее, страж закатал рукава. Обернулся посмотреть на Санни. Тот выглядел как его копия. Уменьшенная, но копия. Они переглянулись, но воздержались от комментариев.

За дверью раздался звон, созывающий всю деревню.

Паркер и Санни вышли на крыльцо. На улице стоял прохладный воздух – самое то после душной комнаты.

Страж, скрипя половицами, подошёл к краю крыльца, заглянул за край здания и увидел, как люди стягиваются в одно место. Вот, значит, где столовая… Ну что ж, пора встретиться с двухголовым и получить «нестабильного» крота.