Кричать не было сил – ужас сковал крик в глотке. Приподняв ногу над водой, страж в оцепенении наблюдал, как тонкохвостые извивающиеся твари, облепив колено, набухали на глазах Паркера. Санни пытался их сбить, тянул за хвосты, хлопал ладошкой… но это не помогало.

Незаметно для себя страж почувствовал, как вместо того, чтобы ослабнуть, он набирается сил. Откуда-то появилась энергия и ясность ума.

– Подожди… – сказал Паркер, но ливень заглушил его.

Тогда он поднял руку и остановил Санни. Откатился назад, прижавшись затылком к землистому краю. Он не обращал внимания на плавающие рядом с ним кости… или наполняющуюся водой могилу, нет… Всё, что он замечал, – это как тонкохвостые, не больше длины указательного пальца черви на его глазах надувались и отваливались сами. Один за другим… Кровь больше не шла, хоть вода и размывала рану. Что это?

Паркер провёл ладонью по коже и почувствовал крохотные бугорки после укусов.

Вода всё прибывала, и нужно было искать новое укрытие, но где? Видимость никакая… От дождя и земли поднимался пар. Кончики пальцев вытянутой руки становились мутными, проваливаясь в туман.

Оттолкнув от себя кости, Паркер повис на плите. Силы вернулись. Подтянулся, заглянул на поверхность. Потоки воды несли шелуху и искусственные лепестки, прогоняя их в сторону воронок.

Санни попросил помочь. Он еле доставал ногами до края земли и, вытянув шею, хватал воздух. Нужно было выбираться… куда – разберёмся. Подплыв к нему, Паркер прокричал ему в ухо, чтобы он встал ногой на его сложенные в замок руки. С третьего раза страж помог ему выкарабкаться, получая шмотками грязи в лицо.

Теперь его очередь. Страж подплыл к краю, схватился – и руки тут же соскользнули. Нет, не так… Он вернулся к надгробной плите, отодвинув локтем расколотый череп. Повис на плите, подтянулся, перебросил колено… напряг мышцы и вылез.

Ливень продолжал долбить каплями, заглушая любые звуки.

Санни подошёл ближе, его руку оттягивало наполненное до краёв водой ведро. Чёрт возьми, что с ним делать-то. Ладно…

Страж перехватил ведро, и они осторожно пошли в сторону от могилы, скользя и ловя баланс. Земля местами становилась похожей на клей, и в один из шагов ступня Паркера вылезла из ботинка. Выругавшись, он нагнулся, выдернул ботинок и снова запихал ступню, испачкавшись в грязи. Шнурки всё не хотели завязываться. Плюнув, он обвязал их вокруг щиколотки и, вытянув вперёд руку, пошёл дальше.

Санни не отставал, так же держась за ведро…

«Только бы не упасть в воронку…» – повторял про себя страж. Это была единственная просьба, и волнение о ней занимало всё его сознание. Ему было плевать, что он скажет двухголовому. Сейчас одна цель – выбраться из этого проклятого кладбища.

Перешагивая через оградки, ступая по увитым плющом плитам, Паркер тянул ведро. Что там осталось на дне? Вода наверняка всё размыла. Его на миг охватила злость… но, потеряв баланс, он заставил себя выкинуть это из головы.

Серость, а вместе с ней и шипение, поубавились, будто кто-то понизил уровень громкости. Комки пара порезали выглядывающие солнечные лучи. Ливень одряхлел. Продолжил капать, но уже как-то скромно. Видимость потихоньку возвращалась. Одежда мокрыми тряпками свисала на теле, как на сушилке.

Дрожа от холода, Паркер подбадривал себя тем, что они выжили, а с трутнями он договорится… Договорится же?

Только вот он не знал, что двухголовый предводитель считался самым хитрым и коварным уродцем во всей ближайшей округе.