Кладбище, а точнее то, что от него осталось, простиралось до линии горизонта. Не охватить глазами… Казалось, тут нет конца, и это пугало. По-настоящему пугало.

Паркер заставил себя сделать шаг. Солнце ещё светило в небе, а значит – не надо бояться. Да, этот пейзаж навсегда сохранится в его памяти… но один шаг… шажочек…

Истерзанная земля в кратерах от бомб, над которыми парили чёрные птицы.

В горле пересохло… только шаг… С силой пододвинув тело, страж заставил себя приблизиться к огромной братской могиле.

Груда обломков оград торчала острыми арматурными краями, изъеденными ржавчиной. Могильные плиты с надломленными краями и ползущими по центру трещинами обросли плющом. Зелёные ростки проклёвывались вокруг выцветших овалов фотографий умерших людей.

Паркер остановился… его мутило.

Надписи на могильных камнях кружились… наполовину сколотые, наполовину стёртые. На них были написаны имена и даты… Что это за цифры такие? Прошлая эпоха давалась ему с трудом и казалась запредельно далёкой.

Одна из птиц приземлилась на скошенную набок гранитную плиту и, выгнув шею, гаркнула. Паркер отшатнулся… упал на задницу. Два ведра выпали и покатились в воронку кратера. Птица два раза клюнула плиту, гаркнула и взлетела, оставив после себя несколько перьев.

Санни стошнило. Паркер обернулся на звук и увидел кусок кости руки, покрытый оборванной тканью.

Держись… держись… это просто кости… просто кости…

Встав, страж подошёл к тому месту, где начинался кратер. В самом низу, утопая в рыхлой земле, лежали два ведра. Пахло здесь особенно мерзко, свербило в носу, постоянно хотелось чихнуть.

Паркер обвёл взглядом место, прижав нос к воротнику рубашки… где бы спуститься… Но, конечно, никакого спуска и уж тем более лесенок не было. Достаточно крутой склон, из которого будет не так легко выбраться.

Сбоку что-то зарычало. Резко развернувшись, Паркер увидел ощетинившееся животное, выпятившее вперёд челюсть. С пожелтевших клыков стекала слюна. Существо было грязным и четырёхлапым. Шерсть почти вся слезла, оставив участки с проплешинами. Страж поднял перед собой руки, раскрыв ладони, но животное лишь гавкнуло, прижав порванные уши к макушке. Обрубок его хвоста беспомощно болтался между ног.

Паркер быстро осмотрелся… за что взяться? Арматура, казалось, навечно зацементировалась в земле… Разве что этот сколоченный ящик из дерева. Если сделать два прыжка… и потянуться за деревяшку, где был надлом… Тогда, возможно, получится отпугнуть животное. На счёт три…

Паркер стал считать, а тем временем животное всё приближалось… Прыгнув, он схватился за деревяшку. Та рассыпалась в его руках, превратившись в труху… Животное уже наскочило на него и сбило с ног. Выставив вперёд руку и удерживая зверя на весу, Паркер не давал вцепиться ему в горло. От пасти несло зловонным гниением, и челюсти то и дело делали «клац-клац»… всё ближе…

Нашарив свободной ладонью что-то продолговатое, Паркер рванул на себя и со всей силы ударил в бок. Животное заскулило и побежало прочь, прижав обрубок к туловищу.

Посмотрев, что он держал в руках, Паркеру тоже чуть не вырвало, да было нечем – он держал кусок кости трупа. Ориентировочно – ноги. Отбросив её, он стал звать мальчика:

– Санни!

Тот не откликался.

Паркер побежал туда, где видел его в последний раз.

Сидя на коленях у крест-накрест сколоченных деревяшек, Санни плакал, тяжело дрожа всем телом. Подойдя сбоку, Паркер помог ему встать… Но Санни всё никак не мог почувствовать опору под ногами – колени подгибались. Паркер оглянулся в ту сторону, куда убежало животное.

– У нас мало времени. Нужна твоя помощь.

Глаза мальчика остекленели. Он переступил через остатки скелета и, пошатываясь, пошёл за Паркером. Подошёл к кратеру… его всё ещё покачивало. Нужно было решать, кто полезет. И в тот момент, пока Паркер об этом думал, вдалеке он услышал лай. Но уже не одного животного…