Стендапер поднял руку с наполовину пустым стаканом виски. Эти прожекторы действовали ему на нервы. Слепили… и неплохо так нагревались, от чего ему то и дело приходилось вытирать испарину со лба.

– Так вот, кладбище…

Зал загудел… они слышали про кладбища разные вещи. В основном то, что это странный миф, окутанный тайной. Однако ходили слухи, что есть кладбища размером с целый город!

– У меня вопрос, – поднялась жирная, как окорок, рука. – Не по теме немного, но… почему ваш рассказ иногда, ну… плавает? Вы начинаете изъясняться как-то не так. Меняете слова местами.

Кто-то из зала поддакнул.

Стендапер поболтал стакан – почти растворившиеся кубики льда слабо позвякивали.

– Ну, понимаете ли… алкоголь даёт в голову. Вот я и говорю чуточку нескладно, но это же не меняет сути, ведь так?.. – стендапер закашлялся. Часть содержимого стакана пролилась на пол. – Вы же улавливаете суть? Следите за рассказом.

Ему пришлось приложить ладонь козырьком, чтобы разглядеть лица в зале.

– Ну и отлично. Итак, кладбище…

– А может, вам перестать бухать?!

– Так, – стендапер сделал два шага по сцене. – Кто это сказал?! Эй… думаешь, так легко вот так, без подготовки, стоять и трепать языком?!

Он огляделся и, поймав глазами бармена, сделал знак плеснуть ещё.

– В этом заведении только одно зелье позволяет не трезветь через тридцать минут. Так что… терпите, господа: когда я выпью, моя речь становится более бархатистой. – Стендапер сделал жест, будто чокается со зрителями, облизнул губы, дёрнул плечами и, словно оправдываясь, добавил: – Мне нужна подпитка, когда я вспоминаю ту историю.

Пока он делал глоток, в зале наступила тишина.

– Я думал, это просто история.

Аххх… выдохнув, стендапер маслянистым голосом ответил:

– Не бывает «простых историй»… ЭЙ, БАРМЕН?! Я УЖЕ ПЕРЕСОХ ВЕСЬ!

Лысоватый мужчина быстро вбежал на сцену, вжимая голову в плечи, и передал полный стакан.

– Другое дело, – причмокнул он, отпил и сел на стул. – Итак… на чём это я? А, кладбище…

– Но зачем Паркер ввязался в это дело, если так боялся костей? – на этот раз вопрос прозвучал от визгливой женщины.

Стендапер пожал плечами и, распутывая ногу от провода, ответил:

– Возможно, захотелось приключений. Вам вот, господа, никогда не хотелось чего-то этакого?

Ответа не последовало.

– Ну, знаете… поменять что-то? Развернуть жизнь на триста шестьдесят градусов или на сто восемьдесят… я путаю, как правильно.

Тишина. Пришлось ополовинить виски.

– Вот именно поэтому вы и сидите здесь, раскрыв рты, – он громко хлопнул стаканом о стул. – А теперь всем ЦЫЦ! Кто перебивать начнёт – выйдет на сцену и сам будет болтать! Итак… кладбище…