Существо голову набекрень сдвинуло, мигнуло песочного цвета глазами на тарелкообразной форме. Зашипело… завибрировало. Готовится напасть? Сгрызть Паркера и Санни, страхом парализованных?

Ноги… чёртовы ноги приросли от страха, что не сдвинуться. Где у чудища глотка? Где пасть, которой он проглотит…

Паркер, не отрываясь, смотрел на два глаза, которые то расширялись, то сужались… Существо задвигало мехом и потянуло лапки-прутики к Паркеру… Ворсистые палочки с двух сторон двинулись… коснутся сейчас и насадят живую плоть. Острые, игольчатые на концах… такие тонкие, что войдут – и не заметишь…

Бежать? Куда и как? Ноги не слушаются… сердце только вот во всю прыть несётся, как в последний раз, перекачивая кровь по телу.

Застрекотало чудовище, брызнуло чем-то и серебристыми нитками оклеило пояс Паркеру. Моргнул. Надо руке сигнал дать сдёрнуть нитки… слишком резко… Тварь отшатнулась. На дыбы стала, башкой задёргала… в тени скрылась.

Нитки липкие, тягучие… Так просто не оторвать – к ладоням клеятся.

Санни закричал… руками замахал, сбивая ползающих по спине мелких ссетников. Стражу это силы придало, благословило на действия. Рванул нитки с себя – те со скрипом поддались и упали на пол. Подскочил к Санни и сбил ссетника, что на шею взбирался! Лёгкие такие… как падали – приземлялись лапками вверх, стрекотали противно. Куда же главный делся?

Схватил за руку, рванул на себя. Побежали, забыв о всяких осторожностях. Перед собой палку-фонарь держал. Груди уже больно стало от колотунов сердца. В истерике билось, рёбра распирало.

Ущелье вбок повело – как свернули, в глазах защипало от яркой вспышки. Здесь все стены, пол, потолок были вымазаны этими серебристыми нитями. И сзади напирала лавина мелких ссетников … друг на друга залезали, будто волной снесут.

Значит, вперёд.

Коснулся поверхности. Волна замерла. Застыла… разбежалась… Испугались чего? Ладно, дальше идут. Противно так – пол извивается серебряными нитями… Идти, потом думать будут. Один путь – и он вперёд… и всё же где та тварь главная? Почему тоже испугалась, не оголила клыки или зубчатые лопасти?

Санни отстал, пришлось дёргать его за руку.

Шли молча, голос и мысли парализовало. Одна идея набатами била – пройти последний рубеж. Дальше, как выберутся, там люди! Там помощь! Там подскажут, как вернуться в бункер, забыть всё как страшный сон. Покаяться, в колени к мэру упасть, взять вину – не важно какую, лишь бы простил, принял обратно.

Свонг снова своим чудо-чаем поделится… и всё будет хорошо. Только выйти.

Загривком что-то почувствовал, интуиция затревожила… Голову поднял, а там, на высоте метров десять, может больше, парит на невидимых нитях то чудище. И медленно так опускается на них… а его хавальник оказался под брюхом, и сейчас он раскрылся, слизью брызгая… и надвигался точно на Паркера.