Всё как-то на задний план ушло. И ты как личность, и мотивация твоя не особо убедительная по истерзанной радиацией земле шаркать. Остались только глаза, в душу смотрящие с подёргивающихся крыльев.

Всё остальное – фон… стёрлось… скукожилось.

Легко так стало. Ни страха, ни смятения. Иди, просто иди и потрогай глаз. Он дорогу укажет, дотронься… прикоснись пальчиком. Проведи по пёрышку…

Но сколько бы ни пытался Паркер притянуть глаз – он отлетал и всё дальше своеобразный туннель строил. Тянет за собой и Санни ведёт к птичьему оку. Оно подскажет. Оно наверняка знает, где просвет в этом тёмном мире существует.

Задышалось тяжело. Лёгкие хрипотцой обросли… спина ссутулилась.

Птицы замелькали усиленно, от чего много-много глаз слились в один большой со зрачком тёмным и радужкой песочной. Глаз смотрит… веками хлопает. Сказать что-то хочет?

Паркер вытянул руку, схватил пригоршню воздуха… не достал. Глаз моргнул… казалось – смеётся. Вот, – подумал про себя Паркер, – что значит смеяться глазами. Сглотнул горлом пересохшим. Потерял равновесие… на одно колено упал.

Санни не отпускает, держит… тот совсем себя потерял. Что-то лопочет сам себе… головой вертит.

Свободной рукой земли дотронулся, постарался на ней сфокусироваться, забыть про птиц.

В ладони земля рассыпалась. Пальцами поскрёб. Полегчало… плюнул в ладонь зачем-то… растёр в кашицу и пальцем вокруг своих глаз нарисовал овалы. Грязно так, небрежно… вывел, как получилось.

Птицы заволновались, единый облик потеряли… крыльями задёргали, раскидывая перья.

Страж головой тряхнул, и слева стая птиц, словно цепь, разорвалась и прочь полетела.

Направо махнул, зубы оскалил, как зверь. С ними, с пернатыми, только так – звериный лик натянуть и оскал показать. Стали по одной другие птицы взлетать, гавкая… теряясь в синем небе.

Помутнение рассеялось… нехотя, осторожно сползло в почву и исчезло, будто никогда и не было его.

Санни что-то бухтел, губа его нижняя дёргалась, веки трепетали, будто видит своё внутреннее кино.

– Эй…

Тряхнул не сильно за плечи… худой такой… кости забренчали… Марево слетело… отморгался Санни, губу облизнул и спрашивает:

– Когда птицы будут? Ой, а что у тебя с глазами?

Паркер ладонью провёл… только смазал рисунок, от чего на индейца стал походить.

– Нарисовал, чтобы не заметили.

Санни головой многозначительно покивал.

– Пошли тогда. Если птицы будут – ты их за перья щипани.

– Щипану…

Страж поднял карту. Впереди ущелье какое-то должно быть, со ссетниками…

Тогда Митрич не стал забегать далеко в пояснениях. Зачем лишний раз пугать?.. Сам встретишь и поймёшь. Чем ещё удивить может этот мир?

Паркер пошёл догонять Санни и решил окрас не стирать… удачу он ему принёс, как-никак.

Итак… ссетники.