МНОГО ДАЛЬШЕ НА ЮГ ЗАРЯ КРОВОТОЧИЛА АЛЫМ ВДОЛЬ восточного горизонта, этот цвет предзнаменовал кровь, которая прольётся в этот день. На носу тяжёлого транспортника «Аргон», замерев у борта воздушного корабля и глядя на пересечённую местность в сотнях метров внизу, Даллен Юзуриент, Коммандер Федерации Красной Резни, всё подмечал. Будучи тридцать лет на службе армии, офицер низкого звена поднялся до высшего командования за рекордное время, он верил в удачу и предвидение, только когда это было удобно для его замыслов. Так было в этот день, и намёк на улыбку пересёк обветренное лицо.

Мы закончим это здесь, думал он. Останется лишь выжженная земля и никого живого, кто мог бы поведать эту историю.

Его команда окружала его, разместившись на палубе транспортника от левого до правого борта и от носа до кормы, пять сотен сильных, воинственных и вооружённых людей все до одного, которые не знали другого пути. Он отобрал большую часть из них, выбрав их из рядов других подразделений, из которых они только рады были перевестись, если это означало примкнуть к Резне. Он знал большинство по имени; зачастую он знал по имени их жён, мужей и детей. Он знал их истории, их привычки, их сильные и слабые стороны. Тем не менее лучше всего он знал и предавал наибольшее значение особенностям их боевых умений. Он собирал их вместе годами, тщательно выбирая из тысяч, выстраивая команду шаг за шагом, пока у него не собралось пять нужных ему сотен.

Время от времени некоторые находили свою смерть или покидали службу, потому что больше не могли соответствовать его строгим стандартам. Но всегда были те, кто с готовностью занимал их место, их имена находились в списке, приколотом на доске объявлений у бараков, где все могли их видеть, изучать и высказывать своё мнение. Лишь немногие когда-либо высказывались, и тогда непременно с немалой долей осторожности. Они почитали Юзуриента, эти солдаты, но также и боялись его. Развязные языки и легкомысленные мнения не сильно приветствовались. Точные факты и твёрдые аргументы располагали его к себе, и все хотели пользоваться его доверием.

Он основал Красную Резню десять лет назад, когда возвысился до должности в армии, позволяющей это сделать, и он основывал её ради конкретной цели. Подобно Быстрому Реагированию – подразделениям, обеспечивающим первоначальную оборону против любой угрозы городам Федерации – Юзуриент задумывал команду, которая будет действовать против угроз для общей безопасности и незыблемости Империи Федерации. Не защитное подразделение, а ударная группировка, предотвращающая нужду в какой-либо обороне. И не ограничивающаяся угрозами стенам городов Федерации, а против всего и всех, представляющего угрозу Южной Земле в целом. Это должно было стать подразделением, предотвращающим непозволительные нападения или вторжения из какого-либо источника, неважно насколько расплывчатые или удалённые.

Это наделило его значительной властью как члена армии Федерации. Но он смело и успешно распоряжался ею, и недовольных было немного, и на них в основном не обращали внимания.

Так будет здесь и сегодня с прибрежной крепостью Арброкс, гнездом гадюк, терзавших Федерацию слишком долго. Ему были отданы приказы, и они были достаточно обширными, чтобы соответствовать его цели. Выжженая земля и кости были методами Резни. Недовольства были для слабаков и тех, кто прятался в стенах своих домов.

- Прямо вон там, - шепнул ему на ухо Дессет, наклонившись ближе и указывая вперёд на гряду тумана, по направлению к которому они летели.

Арброкс. Первые признаки его стен и строений как раз возникали в поле зрения, пока рассвет высвечивал морской пейзаж и обнажал части и обрывки древней крепости. Тонкие столбы дыма поднимались от дымоходов и сигнальных костров, а тени покрывали огромные каменные блоки тёмными пятнами, там где бастион уютно устроился среди прибрежных скал. Не было признаков жизни, никаких следов активности внутри тех строений и стен, но Юзуриента это не обманывало. Он поднял свою руку в ранее установленном сигнале, и огромный транспортник отступил обратно туда, где их не было видно. Он не будет рисковать обнаружением, прежде чем будет готов.

- Да, коммандер, - говорил ему Дессет по крайней мере с десяток раз, прежде чем они отправились на задание. – Это разбойники, подобно крысам в своих норах – молодые и старые, паразиты, требующие истребления.

Пираты.

- А колдун?

- Он тоже – хотя указаний на это не то чтобы много. Но это его прибежище, определённо. Посреди скал, глубоко в земле. – О, он там, всё сходится. Пятно на лике земли, зараза, которую нужно выжечь!

Он проигнорировал громогласные слова своего шпиона, его характеристику подозреваемых и явные предрассудки. Его заботила лишь достоверность настойчивости Дессета, что он знает пиратское гнездо, и что тот в этом был непоколебим. Пираты были там. И колдун тоже, ненавистный Арканнен. После всех лет попыток выследить и тех, и его с помощью молвы и слухов, посредством ложных зацепок и тупиков, он наконец настиг их.

Рейды пиратов на суда Федерации продолжались месяцами, но более дерзкие нападения на транспортники с диапсоновыми кристаллами стали последней каплей. Коалиционный Совет пришёл в возмущение, Премьер Министр обратился к Министру Обороны, а последний призвал его лично разобраться с этой проблемой.

- Я хочу уладить это, Юзуриент, - объявил тот спустя две минуты после прибытия. – Я хочу, чтобы этих налётчиков нашли и истребили. Всех до последнего. Без исключений. Резня справляется с такого типа работой достаточно хорошо; убедись, что они помнят, как делать это. И если слухи об Арканнене правдивы, тогда покончи с ним также. Премьер Министр и Коалиционный Совет пришли к согласию. В пекло всех их; пощадить только женщин и детей, больных и старых, но не остальных.

Так он оказался здесь, в нескольких милях к западу от Арброкса, со своей командой наготове, с чёткими приказами. Найти и уничтожить. Это было предприятием, которое закончится полной бойней для тех, кого он найдёт – хотя не такое поручение Министр Обороны давал ему, и не такое, какое бы одобрил Премьер Министр. Даллен Юзуриент был жёстким человеком, и прожил тяжёлую жизнь. Не для него были радости городской жизни и комфорт своей кровати и семьи. Его семьёй были отряд, а возлюбленной его долг. Всю отраду он находил в знании, что он никогда не подводил никого из них, и никогда не подведёт. Всё удовольствие, испытываемое им, приходило из его жизни солдата, из необузданного вкуса битвы и сладкого запаха крови его врагов. Сражения придавали его жизни цель и порядок; сражения являлись объединением опыта, навыков и инстинктов, формирующими сердце и душу солдата, и по его мнению не было ничего лучше или более важного во всём мире.

Транспортник замедлялся, и теперь боевые суда шли наравне с ним. Они будут ожидать, пока солдаты Резни не высадятся поблизости от стен крепости, потом воспользуются своими большим пушками, чтобы расчистить путь до спящих внутри. Не многие бодрствуют даже сейчас; некоторые будут нести дозор на стенах. Но никто не будет ожидать нападения, и никто не сможет выстоять против этого.

Юзуриент сделал глубокий, успокаивающий вдох и медленно выдохнул. Он первым ринется внутрь. Как и всегда. Ты ведёшь своим примером, какой бы ни был у тебя ранг, насколько ни было бы это опасно. Его люди черпали смелость у него. Они находили в нём силу.

Он развернулся лицом к своим людям. Он был высоким, сильным мужчиной, практически двух метров, с копной чёрных волос и шрамами, пересекающимися слева направо над переносицей. Он предстал перед ними внушительной фигурой, подняв правую руку с сжатым кулаком. Пять сотен рук взметнулись в ответ, подражая его жесту. Единство было всем в войсках. Он взглянул на Дессета, который всё ещё смотрел вперёд, его беспокойство было очевидно. Он не был частью войск; он никогда не смог бы стать частью них. Он был шпионом, и его полезность иссякнет после сегодняшнего дня. Его худой облик, весь из костей и углов, и его необычные глаза с кошачьим разрезом и узким подбородком никак не украшали его. Он был необходимым злом, и он ни по чему из этого не будет скучать.

- Сохраняй спокойствие, - прошептал ему Юзуриент.

- Не ты тот, кого будут разыскивать выжившие, когда это закончится, - прошипел другой.

Юзуриент пожал плечами. – Выживших не будет.

- Тогда убедись в этом.

- Оставайся на борту, вне видимости. Жди нас здесь.

Кошачьи глаза прыгнули в его направлении. – Не особо больше я могу сделать, разве нет?

Транспортник начал спускаться на прогалину, появившуюся между множеством оврагов и хребтов, выходящих на горы впереди. Когда они оказались достаточно близко, чтобы закрепить швартовые, Юзуриент приказал сбросить подъёмники и вся команда начала слезать. Их продвижение было быстрым и эффективным. Ушло менее десяти минут, чтобы все пять сотен выгрузились и построились внизу, разбившись на отряды – разведчики с фронта, тяжёлое вооружение в тылу. Отряды состояли из стрелков, мечников, копейщиков, каждый с определённой задачей, но все с единым приказом – овладеть крепостью и прикончить всех внутри.

Юзуриент ранее думал внести поправки в этот приказ ради возможности собрать полезную информацию из оставшихся в живых. Но в конце концов проще было просто перебить их всех. Имеющаяся у них информация скорее бы всего имела мало пользы, и для его людей будет меньше риска с приказом на убийство, чем с захватом и задержанием.

Он осмотрелся вокруг, стоя сейчас на переднем плане своих войск. Впереди ландшафт представлял собой бесплодный массив камней и расщелин. Ни растений, ни признаков жизни. Даже без птиц, взлетевших бы от их прибытия. Какой убогий, бесполезный кусок земли, подумал он. Как здесь вообще может быть что-то, что стоит сохранить?

Его лидеры отрядов столпились поблизости, пока он повторял в самый последний раз инструктаж, который уже дважды проводил им. Дождаться атаки боевыми кораблями. Когда она сойдёт на нет, выдвинуться вперёд через бреши в стенах – мечники во главе, следом копейщики, стрелки в резерве, а отряды тяжёлого вооружения в качестве поддержки. Обнаружить всё ещё живых и устранить. Всех. Выкурить их, если они попрячутся. Никого не пропускать.

Затем он выдвинул их вперёд, занимая позицию прямо позади разведчиков, возглавляя поход на вершины и к крепости под их тенью, всё подразделение растянулось подобно огромному бесшумному пятну на местности. Они разошлись веером в двух направлениях, образовав тиски, чтобы заключить и сдержать тех, кто находился в стенах впереди, их ряды выстроились шахматным порядком, чтобы предотвратить всякий побег. Рёв океана, бьющего о скалы, и постоянное завывание океанского ветра скрывали их приближение, приглушая лязг и бряцанье металла и скрип сапог.

Когда они заняли позицию, Юзуриент отправил вверх согласованный факел, и боевые корабли двинулись вперёд начать штурм. Повернувшись бортами, большие разрыватели плоти, установленные на палубах, высвободили мощь, питаемую диапсоновыми кристаллами, и волны взрывного огня обрушились на сейчас полностью видимую крепость. Целые участки стен распались за минуты, а главные ворота обрушились щепками дерева и железа. Крики тревоги поднялись изнутри, и люди повалили на то, что осталось от стен, чтобы дать отпор. У них не было ни единого шанса. Военные корабли били беспрестанно, сметая людей, выводя из строя их второсортное оружие, разрушая крепостные валы и башни, на которых оно располагалось.

Когда воздушные корабли замолкли, Юзуриент взревел своим пяти сотням, и вся его команда хлынула к стенам, проникла через неровные бреши в камне и помчалась внутрь.

Случившееся дальше было предсказуемо чудовищно. Убийство было повальным и непрерывным, пока мечники и копейщики расправлялись с немногими оставшимися из защитников, а затем отправились за всеми остальными. Мужчины, женщины и дети, старые и молодые, здоровые и ущербные были порезаны на куски. Они умирали, крича и в мольбах. Они умирали, сражаясь и убегая. Они умирали там, где скрывались, или пока искали выход. Но они все умирали одинаково. Никого не пощадили и никто не сбежал. Кровь и плоть были повсюду, безжизненная субстанция того, что когда-то являлось человеческим поселением, истреблённое менее чем за час. Весь штурм был исполнен безупречно. Совсем небольшая часть солдат Красной Резни были убиты в процессе, и ещё меньше было ранено даже самым незначительным образом.

Тем не менее были те, кто в последствии ошеломлённо рассматривал дело своих рук, поражаясь тем, насколько это ужасно. Реакция была определённо неоднозначной. Были пролиты слёзы. Кто-то бормотал проклятия или тихие мольбы с просьбой о прощении. Были бурные оправдания и заверения в необходимости всего этого. Было хвастовство и насмешки. Разнообразный набор, но всё равно одинаковый.

Юзуриент бессловно шёл через побоище, его жёсткое лицо ничего не выражало, он всё вбирал в себя. Его радовало то, как хорошо всё прошло, но раздражало, что его войска, судя по всему, не обнаружили колдуна. Дессет выглядел таким уверенным, что он здесь, всё же того не было ни следа. Отчёт его лидеров отрядов не раскрыл судьбу Арканнена, а это значило, что вероятней всего, колдун умудрился сбежать.

- Выводите людей, - приказал он. – Мы здесь закончили. Славная работа от каждого из вас. Сегодня люди получат дополнительную порцию какой угодно выпивки или что-либо ещё, потребного им. Дайте им знать.

Он стоял снаружи стен, пока его люди выходили, подмечая смешанные выражения на их лицах, подмечая тех, кто не глядел на него, и тех кто глядел в открытую; подмечая, как они вели себя после битвы и свершённых убийств. Все виды реакций, и всё же каждый солдат исполнил свой долг, и было важно только это. Ужас мгновения померкнет; воспоминания об умерших сгладятся. В не таком отдалённом будущем никто даже не будет думать об этом.

Когда появились отряды тяжёлого вооружения, он послал их обратно с портативными разрывателями, чтобы сжечь всё оставшееся, включая тела. – Уничтожьте все следы этого, - приказал он.

Он ожидал, пока не увидел взметнувшееся пламя и не учуял вонь сгорающей плоти, пронизывающие морской воздух, прежде чем развернуться и пойти назад с остальными. Остатки сегодняшней работы исчезнут с первым сильным штормом Быстрины Прилива. После этого только почерневшие камни и разбитые стены будут отмечать то, что когда-то было Арброксом.

Солнце вставало из-за Быстрины Прилива в серой и серебристой дымке, разгоняя морской смог и освещая почерневшие руины Арброкса. Завитки дыма поднимались от этих руин тонкими нитями, которые быстро подхватывались и развеивались морскими ветрами. Чайки и бакланы с другими морскими птицами начали прилетать из отдалённых гнёзд, устремляясь попировать на останках мёртвых, безразличные к понесённым потерям, привлеченные возможностью лёгкой пищи и никем не прерываемой еды.

Западнее военные корабли Федерации и транспортник как раз исчезали в том, что оставалось от убывающей ночи, держа путь к городу Стёрн.

Человек в чёрных одеяниях стоял снаружи того, что осталось от Арброкса и его мертвецов, наблюдая. Его взгляд сместился с крепости на военные корабли, с живых на мёртвых, думая такие тёмные мысли, что можно было практически дотронуться до них, как и до остатков пепелища.

Единственный вопрос господствовал в его мыслях.

Как они могли сделать это?

Да, Арброкс был пиратской крепостью, и его население было пиратами и семьями пиратов. Да, они нападали на корабли Федерации с целью выживания, даже зная, что за это наверняка последует возмездие, и что это подвергает их жизни опасности каждый раз, когда они отправляются на охоту. Да, они жили на грани меча и острия копья.

Но перебить всех до последнего мужчин, женщин и детей? Вырезать всё население и сравнять поселение обратно с землёй, как будто оно никогда не существовало? Его гнев был всепоглощающим. Это являлось актом такого великого зла, что оно должно быть отомщено. Хотя охота шла не на него – или не исключительно на него – это ощущалось в высшей степени личным. Люди Арброкса приняли его, когда все в остальных Четырёх Землях хотели выловить его. Эти люди кормили и заботились о нём, они относились к нему как к одному из своих. Они вернули его снова к жизни и ничего не просили взамен.

Они не заслужили умереть, как умерли. Они не заслужили быть вырезанными как скот.

Он бы погиб вместе с ними, если бы не решил этой ночью поспать отдельно в прибрежной башне, которую он предпочитал, когда его тьма сильней всего поглощала его. Он не увидел бы этот рассвет, если бы не знал, когда настаёт время уйти и оставаться в стороне, пока мрак не пройдёт и его хорошее настроение не вернётся.

По чистой случайности он всё ещё жив. И из-за судьбы, возможно?

Он натянул на плечи свой плащ потуже и в последний раз взглянул на Арброкс и его друзей. Кто-то предал их. Кто-то знал о их убежище и выдал их Федерации. Резня иначе не смогла бы их найти.

Времени достаточно, чтобы рассчитаться по счетам – рассчитаться и с предателем, и с убийцами. Но необходимо найти способ собрать их всех вместе и скормить их такому аттракциону ужасов, который не будет уступать тем, что поглотили людей Арброкса.

А кто лучше него сможет найти такой способ?

Кто лучше, чем Арканнен Рай?