Брат Диас на ободранных руках и коленях выполз из жестокой Адриатики, как святой Бруно, извергнутый акулой, смиренный и раскаявшийся.

Он с трудом, словно на гору, взбирался по пологому берегу. Его жалили брызги и толкали буруны, а соль безжалостно избороздила все проходы в горле. Содрогаясь, он поднялся на четвереньки и уставился на неровную полоску водорослей у кромки прибоя, рыгая и сплёвывая на волны, жадно катавшие гальку. Потом брат Диас осел на колени, обнажённый, если не считать флакона святой Беатрисы и всё ещё немного запачканного чернилами подрясника, шерсть которого от воды так растянулась, что он чувствовал себя младенцем в одежде взрослого. Измождённый, измученный, не верящий в происходящее, он поводил свинцовой головой на обмякшей шее, безмолвно осматривая окрестности.

Ничего многообещающего.

По обе стороны — лишь тянущиеся в туманную неизвестность серые просторы берега, который грызло серое море. Тут и там виднелись участки серого камня и полоски покрытых рябью луж, а в них тревожно отражались серые небеса. Впереди гальку сменяли дюны, поросшие чахлой травой и редкими корявыми деревцами, склонившимися в одну сторону, словно процессия престарелых монахов перед кардиналом.

Брат Диас почувствовал холодное покалывание на плечах. Начался дождь.

— Серьёзно? — вскричал он на небеса.

В ответ лишь сильный ветер донёс беспечные крики чаек.

Он несколько раз тяжело вздохнул. Всхлипнул, если уж в кои-то веки быть честным. Потом со стоном поднялся, сначала на одну ногу, а потом и на другую. Пошатываясь, обхватил себя руками и нетвёрдо развернулся к морю.

Господи, сколько же он проплыл?

На горизонте всё ещё догорала галера. Столп дыма поднимался в белое небо и акварельным пятном уплывал прочь. Брат Диас снова развернулся к берегу и нахмурился. Среди камней мелькнуло что-то бледное? Он заковылял вперёд, морщась от острых камешков, впивавшихся в подошвы, а потом прищурился от ветра…

Это была нога. Босая нога, татуированная полоской рун.

— Вигга! — и он нетвёрдо побежал. Недавний опыт должен был научить его, что от оборотней нужно бежать только прочь, но он, сам того не желая, бежал к ней, с каждым шагом разбрасывая гальку. Возможно, в тот миг всё что угодно казалось лучше, чем остаться одному на этом проклятом берегу.

Она лежала ничком в луже, одной ногой на покрытом ракушками камне. На лодыжке висел обрывок ткани, волосы раскинулись чёрным облаком.

— Вигга! — он плюхнулся в лужу рядом с ней и схватил за татуированное плечо, собираясь перевернуть её.

— Господи! — ну и тяжесть. И как она вообще плавала? Поначалу даже её лицо из воды не получалось вытащить. Пришлось упереться ногами, подхватить её под руку и за шею, и прижаться грудью к её спине. Липкая кожа шлёпнула, как поросята в луже, и это было похоже не столько на спасение, сколько на борьбу в грязи без победителя.

— Пре… — прохрипел он, напрягаясь изо всех сил, — святая… — простонал он, поднимая, — Беатриса… ох! — наконец Виггу удалось перекатить, и брат Диас шлёпнулся спиной на камни, задыхаясь от её веса и набившихся в рот мокрых, солёных волос.

— Вигга! — он, извиваясь, наполовину выбрался из-под неё, чувствуя, как ракушки царапают голую спину. — Просыпайся! — он извернулся, чтобы соскрести волосы с её лица. Её голова была закинута назад, а рот широко раскрыт. — Вигга! — он хлопал её по татуированной щеке, а его голос звучал всё выше и выше. — Не умирай!

— Хм. — Брата Диаса потрясла волна облегчения, когда она дёрнулась, хмыкнула и подняла исцарапанную руку, отмахиваясь от него. — Хм. — Её лицо скривилось, и она задрожала. — Хм! — и Вигга зарыдала, тяжёлые плечи сотрясались, крупные слёзы оставляли борозды на песке, прилипшем к её лицу.

Страх, стыд и отвращение, несомненно, присутствовали в сплаве эмоций, которые испытал в тот миг брат Диас. Ложью было бы сказать, что ему отчаянно не хотелось вырваться. Но, в конечном счёте, он остался на месте, неловко похлопывая Виггу по плечу. Всего лишь час назад он выкручивал из этого самого места стрелу, но каким-то образом единственным следом от неё остался лишь маленький звездообразный струп. Брат Диас совершенно неубедительно поагукал, как человек, никогда не бравший на руки младенца, которому дали его подержать.

Разве не первейший долг священника помогать страждущим? Разве не были милосердие и всепрощение Спасительницы безмерны, и разве не должны её последователи подражать ей? Разве проклятые и отверженные не нуждаются в сострадании? Поистине, нуждаются, и более прочих. Каким-то образом в тумане своего разочарования и тщеславия он упустил это из вида. Словно какой-то древний обитатель монастыря, для которого всё размыто, помимо страницы, которую он раскрашивает. И сейчас, в эту отчаянную минуту, он понял, что принося утешение, находишь утешение и сам.

А ещё, что она — единственный источник тепла на десять миль вокруг.

— Я пить хочу, — хныкнула Вигга, а потом надула пузырь из соплей.

— Ну, сама же знаешь, как бывает, — сказал брат Диас, лёжа на камне под усиливающимся дождём в промокшем насквозь подряснике с голым, плачущим оборотнем на руках. — Господь любит нас испытывать.

* * *

— Надо идти вдоль берега, — уговаривал он, щурясь на небо. Свет определённо мерк. — Остальных наверняка разбросало по этим пляжам. — Он заставил себя не добавлять: «По крайней мере, тех, кто выжил», а потом: «Если хоть кто-то выжил».

— Ты иди, — пробубнила Вигга, возясь с пуговицами на мокрой рубашке. — Оставь меня. — Каждая пуговица давалась ей всё сложнее. — Тебе будет лучше… без меня. — И она сдалась, беспомощно уронив руки, её губа задрожала, и она снова заплакала. — Я так хочу пить!

Брат Диас вздохнул от боли и, чтобы потереть виски, отпустил штаны, но они от этого сползли до задницы, и пришлось их снова подтягивать.

Они раздели выброшенные на берег трупы двоих утопших гребцов, и брат Диас при этом старался не смотреть на их лица. Пытался не думать, ждут ли их дома семьи. Новообретённое сострадание к союзникам уже принесло ему немало бед, а сострадание к врагам было для него непозволительной роскошью. Штаны гребца поменьше были ему слишком велики, мокрая ткань болталась, но всё равно умудрялась натирать. В то же время рубаха гребца покрупнее едва сходилась на груди Вигги, дешёвая ткань трещала по швам.

— Боже Всемогущий, — буркнул он, — ну и парочка.

Она взглянула на него.

— Людей! — поспешно сказал он. — Ты и я. — Изо всех сил стараясь глядеть на дюны, а не на её перегруженную рубаху. — Вот о чём я думал. Нам правда нужно идти вдоль берега…

— Ты иди. Пока я и тебя не убила. — Вигга скорбно погрузила пальцы в лужу на камне. — Я опасна. — Страдальчески поднесла их ко рту и жалобно облизнула. — Я не чиста. — Закинула голову назад, закрыла глаза, и со слезами на щеках завыла в плюющиеся небеса: — Она вся солёная!

— Да, — выдавил брат Диас через стиснутые зубы, — это же море. Почему мне приходится объяснять викингу, как устроен берег? Ведь Скандинавия — сплошное побережье!

Он сдавил переносицу. Если выходить из себя, лучше не станет. Так он мог добиться только одного: Вигга тоже выйдет из себя, а уж от этого точно лучше не станет. Кому-то надо быть спокойным, сильным и уверенным. Кому-то надо по-настоящему руководить. И неудивительно, что их миссия до сих пор терпела столь прискорбные поражения, раз лучше всех снаряжён для такой задачи оказался… он.

— Послушай. — Он сел на корточки возле Вигги, протянул руку, помедлил, и, наконец, неловко похлопал её по руке. Господи, какая же крепкая, всё равно, что хлопать тёплое дерево. — Я не смог бы тебя оставить, даже если бы хотел. Её Святейшество отдала тебя под мою ответственность, и… я тебе обязан, и… правда в том, что я совершенно растерян, и… эти штаны совсем не подходят, и… без тебя меня, скорее всего, убьют через десять шагов по песку. — Вигга громко шмыгнула носом и посмотрела на него мокрыми глазами. — Признаюсь, на званом обеде за тебя было бы стыдно, в паломничестве от тебя никакого толку, но впереди нас наверняка ждут сражения. А никто не поспорит… что в сражениях… — он надул щёки. — Ты великолепна.

Вигга в последний раз задумчиво шмыгнула носом. Когда она вытерла лицо, то выглядела немного самодовольно.

— «Великолепна» — хорошее слово.

— Действительно, хорошее. — Брат Диас тоже слегка улыбнулся. У него появилось ощущение, которое он лишь смутно помнил, с того времени, когда ещё не принял свои обеты. Неужели он… гордился собой? Он чуть сильнее сжал плечо Вигги. — Ну вот. Ты видела, как кто-нибудь из наших покидал корабли?

Она поморщилась, словно вспоминать для неё было мучительно.

— Помню кровь… Помню, как бежали гребцы… ещё кровь…

— Это совпадает, — брат Диас облизал губы, — с моими воспоминаниями…

— Постой. — Вигга хмуро посмотрела на него. — Ты выступил против волчицы?

— Ну… когда Якоб так сделал, в гостинице…

— Якоб не может умереть. А ты можешь.

— Я… — брат Диас медленно убрал руку от её плеча. — Остро это понимаю.

Вигга, прищурившись, посмотрела на него.

— А ты намного храбрее, чем я думала.

Настала его очередь самодовольно ухмыльнуться:

— Ох. Ну…

— И намного глупее.

— Ох. Ну…

— Не искушай волчицу, брат Диас. Никогда. Нельзя ей доверять. Нельзя с ней торговаться. — Вигга так сильно хлопнула рукой ему по плечу, что чуть не свалила на спину. — С этих пор буду держать эту сволочь в наморднике. Но прекращай уже ныть! — она так резко поднялась, что он едва не упал ничком. — Надо идти вдоль побережья. Остальных… — она поставила босую ногу на камень и сердито уставилась на юг, выпятив подбородок. — Скорее всего, разбросало по этим берегам.

— Слава Богу, что хоть ты здесь, — пробормотал брат Диас, лишь чуть-чуть ворчливо. — Думаешь, они ещё живы?

— По крайней мере, Алекс точно. — Вигга подняла запястье, на котором среди разных шрамов и татуировок едва заметно виднелась бурая полоска. — Связывание Папы Бенедикты. По-прежнему меня тянет.

— Отличные новости! — подпрыгнул брат Диас.

— Я знаю! Слава Богу, я здесь! То есть… может, она при смерти.

Брат Диас почувствовал то тошнотворное ощущение, которое немедленно приходит следом за любым облегчением.

— Точно.

— Она может истекать кровью от сотни ран, или ужасно обожжена, или в лапах… не знаю… гоблинов?

— Гоблинов? — встревожился брат Диас.

— Как скажешь. Но она жива! — и Вигга решительно зашагала к дюнам. — Пока что.