В эпилоге я хочу выразить свои личные мысли о семье Менендес и уголовном деле. Десятки, если не сотни, родственников, друзей, учителей, тренеров и других людей стали очевидцами физического, вербального и эмоционального насилия со стороны Хосе и Китти Менендес по отношению к их сыновьям. Общественность и СМИ зациклились на одном вопросе: подвергались ли братья сексуальному насилию? Ответ на этот вопрос никогда не был единственным критерием для оценки уголовного дела. Я считаю, что физическое, вербальное и эмоциональное насилие может быть столь же разрушительным для маленького ребенка, как и сексуальное.

Прокуроры, адвокаты и СМИ превратили громкие уголовные дела в спортивные события, где действующие лица оказались сведены к черным и белым шляпам. Реальность такова, что жизнь серая. Эрик и Лайл Менендес не были ни полностью плохими, ни полностью хорошими. Они выросли в среде избалованных богатых детей в Принстоне и Беверли-Хиллз. Фасад их семьи был идеален, но за ним находилась крайне дисфункциональная пара родителей, воспитывающая двух проблемных детей. Истинная история братьев Менендес никогда не сводилась к тому, что два жадных богатых ребенка торопливо убили любящих родителей, чтобы унаследовать их деньги.

Ядро защиты в первом процессе – свидетельства семьи, друзей и других людей, хорошо знавших Менендесов, – не допустили во второй процесс (или сильно ограничили) и представили только на этапе назначения наказания. Несколько присяжных позже сказали мне, что они не проголосовали бы за предумышленное убийство, если бы услышали подробную семейную историю на этапе установления виновности.

На апелляции братьев перед Девятым окружным апелляционным судом в 2005 году судья Алекс Козински предположил существование «сговора между офисом прокурора округа Лос-Анджелес и судьей Стэнли Вайсбергом» с целью осудить братьев во втором процессе. Офис окружного прокурора отчаянно нуждался в подобном приговоре после унизительных поражений в делах Родни Кинга и О. Джея Симпсона. Несмотря на это, судья Козински отклонил апелляцию Менендесов.

Ни один из присяжных, проголосовавших за непредумышленное убийство, не пытался освободить братьев на первом процессе. Все согласились с тем, что преступление было совершено; вопрос, по которому присяжные не могли прийти к единому мнению, касался степени виновности. Если бы Эрик и Лайл были осуждены за непредумышленное убийство на первом процессе, они могли бы получить срок в 22 года – по 11 лет за каждое обвинение.

С приближением 30-й годовщины убийств Хосе и Китти Менендес пришло время пересмотреть будущее братьев. Улицы Калифорнии не стали безопаснее только потому, что Эрик и Лайл отбывают пожизненное заключение без права на условно-досрочное освобождение.

В апреле 2018 года братья Менендес наконец-то воссоединились в одной тюрьме в Калифорнии. Если бы суд над Менендесами проходил в сегодняшнем мире социальных сетей, вероятно, у него был бы совершенно другой исход. Мы живем в современную эпоху, где понимание жестокости и семейного насилия значительно улучшилось по сравнению с 1993 годом. Ничто никогда не должно давать вам право убивать своих родителей. Но если есть смягчающие обстоятельства – а они явно имели место в этом случае, – вердикт должен быть «непредумышленное убийство», а не «убийство первой степени». Поскольку мы живем в более просвещенном и сострадательном обществе, пришло время серьезно рассмотреть возможность освобождения Эрика и Лайла Менендес из тюрьмы.