– Так, кто какой хочет? – спросил Метёлкин и подтолкнул Ткачёва: мол, обещал, что в «Крендель с корицей» пойдём? Мы и пошли!

– Малиновый, – попросила Яна и мысленно пересчитала свои сбережения. – И молочный коктейль.

– Мне тоже, – пискнула Агния.

– А мне шоколадный и чай. – Катя почему-то обращалась именно к Тимофею, будто Метёлкину не доверяла. А может, и правильно делала!

Мальчишки ушли делать заказ, а Агния и Яна сразу положили деньги на стол. Увидев это, Катя поморщилась, но тоже достала кошелёк.

– Ничего вы, девочки, в романтике не смыслите, – всё-таки не удержалась она.

– Романтика будет, если Метёлкин или Ткачёв тебя в кино пригласят или рюкзак не до «Кренделя с корицей», а до дома понесут, – не согласилась Яна. – А вообще мы тут не для романтики. У нас, между прочим, ограбление музея!

С этим Катя спорить не решилась.

Минут через пять вернулись мальчишки с заказом, и девочки получили свой эклер и коктейль или чай. Да-да! В кафе под названием «Крендель с корицей» крендели были совершенно ужасные – огромные и сухие. А вот эклеры были чудесные.

– Итак, что мы узнали из нашего похода в музей? – начала Яна и сразу же ответила на свой вопрос. – Да толком ничего. Камер там нет, сигнализация включается на ночь, но есть те, кто умеет её выключать.

– И те, кто её включил потом, – добавила Катя, которой определённо больше нравилась идея с заговором директора музея.

– В общем, непонятно, с чего начинать и с какой стороны браться, – вздохнула Яна. – Даже с будкой и то понятнее – там мы хотя бы злоумышленников видели ночью.

– Какая будка? – удивился Ткачёв.

– Злоумышленников? – пискнула Агния и, смутившись, уткнулась в свой коктейль.

– Мы? – приподняла бровь Катя. – С Метёлкиным, что ли? Ну вы даёте!

Пришлось всё рассказать. Метёлкин, разумеется, не мог удержаться, чтобы её не поправлять, ну а Яна была просто вынуждена исправлять то, что он преувеличивал.

– И вообще, если уж начистоту, в музее всё прошло просто великолепно! – неожиданно закончил рассказ про непонятные тени Никита. – Я нашёл способ поймать этих бандитов! Но вам я не скажу – вы все под подозрением!

– Это ещё почему?! – возмутилась Яна, даже есть перестала.

– Пока мы не найдём настоящих подозреваемых, под подозрением будут все! – Никита поднял палец вверх. – Читай больше детективов!

Так и не рассказал, что он придумал. Вредный Метёлкин!

А потом и вовсе заявил:

– В общем, музейное ограбление, считай, у нас в руках. Давайте вернёмся к нашей будке.

– Это ваша с Яной будка, – сказала Катя таким сладким голосом, что её страшно захотелось стукнуть. Но Яна сдержалась. – Мы эту будку не видели, и нет никаких причин считать, что она была. А если даже была – то что тут таинственного? Была – и пропала.

– Не скажи, – неожиданно возразил Ткачёв. При этом он страшно покраснел, как будто повесил над головой плакат «Мне так нравится Катя, что я смущаюсь и не могу спорить с нею!».

Яна отвернулась. Вечно все влюблялись в Катю – а другим, между прочим, обидно!

– А вдруг это только с виду была трансформаторная будка, а внутри… внутри… внутри стояли краденые автомобили и ждали своей очереди на перекраску и замену номера!

Катя даже рот открыла от удивления. В её красивых синих глазах мелькнуло что-то непонятное. Словно она вдруг зауважала здоровяка Ткачёва. Ненадолго, конечно, но зауважала!

Всё испортил Метёлкин.

– Отличная идея! – заявил он. – Что скажете, девчонки? Такую будку вы бы стали искать?

– Вообще-то проще было поставить тогда будку с другой стороны гаражей. – Яна не могла промолчать. – А с этой она была видна из окон. И любой мог заметить, как пригоняют краденые машины.

Но Никиту никакой логикой было не смутить! Если не считать его знаний про детективы, можно было подумать, что он вообще не имеет понятия о существовании логики! Потому что он снова просиял и заявил:

– Всё ещё проще! Краденые автомобили доставляют в соседний с будкой гараж, а уже оттуда тайком через фальшивую стену переправляют в будку. А? Каково?! Кажется, мы нашли первого подозреваемого!

– Не-а… – Яне было даже немножко жаль разочаровывать Метёлкина. – Я уже узнала, кому принадлежит этот гараж. Шишелу-мышелу!

Да, сначала Яна думала, что это гараж внука Мариванны Большой, но потом поняла, что перепутала его со следующим. Ну и, конечно, Метёлкин сразу расстроился. А все остальные потребовали объяснений. Уфф! Яна одним глотком допила коктейль. Ей даже в школе не приходилось столько разговаривать.

Шишел-мышел был самый крутецкий дед во всём дворе. А может, и не только. Даже Яна считала, что он классный, а ведь у неё и свой дед ничего! Звали его так потому, что он по любому поводу повторял «шишел-мышел». Он принёс из приюта крошечную собачку и гулял с ней вечерами, тяжело переваливаясь из-за большого веса. Детям он мастерил луки и кукол из мочалки. И никогда не задумывался, кому что подарить. Так, у Яны в третьем классе был настоящий черёмуховый лук, а Ромка из второго подъезда до сих пор держал на окне коллекцию мочальных куколок, хотя был уже в восьмом классе! Кажется, он пытался использовать их как кукол вуду – или просто врал про это.

– Как собачка или мочалочные куклы могут быть алиби? – удивилась Катя. Она ничего не понимала!

– Это точно не он, – не объясняя, ответил Никита. – Ладно. Но идея с краденым мне нравится! Там можно было хранить что угодно краденое! Деньги!

– Компьютеры! – подхватила Яна.

– Машины… стиральные, например. – Ткачёв смутился так сильно, что на его красное лицо было больно смотреть.

– Вещи из квартир. – Катя пожала плечами. – У вас никто не жаловался, что его обокрали? Нет? Значит, решили скрыть!

Они переглянулись. Все идеи были классными.

– Может, украденные из музея экспонаты? – тихо предположила Агния, про которую снова все успели забыть – уж больно она тихая!

– Ого! – только и воскликнул Ткачёв, а Метёлкин замотал головой.

– И ты, Брут! – почему-то возмутился он. – Ты забыла, что так не бывает? Обычно разные дела – это разные дела. Котлеты отдельно – мухи отдельно, и точка! Очень удобно всё связать в одно, но две тайны лучше!

– Но Агния права. – Яна видела, что одноклассница снова поспешила уткнуться в свой уже пустой стакан. – Из музея в наш двор пройти проще всего. И хранить скульптуры и друзу хрусталя где-то надо!

– Но тогда почему будку убрали именно сейчас? – не сдавался Метёлкин. Он повысил голос, и на них в кафе начали оборачиваться посетители. – Или ты хочешь сказать, что мы опоздали и все эти экспонаты уже тю-тю?

Нет, Яна не могла поступить так жестоко – и она пожала плечами. Следствие снова зашло в тупик!

Они вышли из кафе и стали решать, куда им идти.

– Я домой, мне доклад по истории надо написать, – еле слышно прошептала Агния.

– А где ты живёшь? – спросил Никита, и Яна нахмурилась. Провожать пойдёт? А как же ещё раз обследовать место, где стояла трансформаторная будка? Разве можно такое пропустить?!

– У реки, в частном секторе, на Подберёзовой, – ответила Агния и тоже посмотрела на Метёлкина с подозрением. Неужели боялась, что провожать пойдёт?

– Тогда точно тебе пора, до реки долго тащиться, – равнодушно ответил Метёлкин, и Яна выдохнула:

– Пока!

– Мы тоже пойдём, – заявил вдруг Ткачёв, когда Агния ушла.

– «Мы»? – хором повторили Метёлкин и Яна. Яна при этом посмотрела на Катю. Она что-то пропустила?

– Сегодня в кино последний день идёт новый эпизод «Звёздных войн». – Краснеть Ткачёву дальше было некуда, он выглядел почти нормально. – А Фишкина ещё не видела, представляете?

– Представляем, – за обоих ответил Метёлкин, а Яна с трудом сдержала смех. О, она бы многое могла рассказать! Про то, как тяжело придётся Кате, которая не видела не только нового, но вообще ни одного эпизода «Звёздных войн». Про то, что Катя никогда даже и не смотрела на Тимофея как на мальчика, с которым можно ходить в кино. В общем, много чего могла сказать Яна. Но не сказала. Они же подруги, правда? К тому же удивительно, как ей удалось так быстро договориться с Ткачёвым! Может, это какое-то особое искусство, которым владеют только очень красивые девочки? А просто красивые не владеют?

– Вот и отлично, Фишкина нейтрализована и перестанет хихикать как дурочка по любому поводу, – хладнокровно произнёс Метёлкин, едва парочка скрылась за поворотом.

– Чего? – не поняла Яна.

– Егорова, не тупи, – терпеливо начал пояснять Метёлкин. – Ткачёв бы в жизни к этой фифе сам не подошёл, он и без этого как помидор, когда с ней разговаривает. Я сказал ему купить билеты в кино, а ей – что у Ткачёва есть билеты в кино, и только от неё зависит, у кого появится первый в нашем шестом «Б» парень: у неё или у Кузнецовой.

– А Ткачёву кто больше нравится, Катя или Агния? – совсем запуталась Яна.

– Ткачёв до сегодняшнего дня и не подозревал о Кузнецовой, – снисходительно объяснил Метёлкин. – Егорова, а ты точно отличница? Потому что в реальной жизни ты тормозишь как двоечница!

Яна очень хотела ответить что-то, но поникла. Метёлкин прав. Она понятия не имела о куче вещей, которые в школе не проходили!

– Ну, только не реви, – испуганно попросил Никита. – Дело не в тебе, это просто я очень умный.

Вот теперь Яна и впрямь чуть не разревелась! Хорошо, что они уже дошли до двора. В своём дворе реветь было не очень. Обязательно набегут с вопросами. Вот и Мариванна Большая бросилась им наперерез, её очередная шляпка подрагивала как алый парус над огромной баржей. Мариванна словно уже почувствовала Янкины приближающиеся слёзы и торопилась успеть первой.

– Добрый день, ребятки, – расплылась в улыбке Мариванна. – Какие молодцы, вместе из школы идёте, такие дружные!

Яна насупилась. Ей не нравилось, что кто-то считал её дружной с Метёлкиным.

– А я хотела спросить: как у вас идёт расследование? – громко прошептала она. – И это… аккуратнее с Комаровой. У неё кто-то последние астры вытоптал. Не дай бог, на вас подумает!

– У нас алиби! – возмутился Метёлкин, а Мариванна всплеснула руками:

– Ну настоящий детектив! Я таких в кино видела! Очень люблю про… про детективов, вот!

Метёлкин даже покраснел от удовольствия, но не как смущённый Ткачёв – всей головой и шеей, – нет, только ушами.

– Вообще-то вы можете помочь расследованию, – важно заявил он.

– Да я с удовольствием! – обрадовалась Мариванна. – Но как? Не помню я никакой будки. Может, гараж там стоял незарегистрированный? Такое бывает.

– Бывает, – легко согласился Никита. С Яной или с Ольгой Валерьевной он бы так быстро не согласился, а тут поглядите на него! – Но вы нам можете помочь в другом расследовании – в краже из музея!

Мариванна закашлялась, но потом Яна поняла, что она уже смеётся.

– Да вы настоящее детективное агентство! – просипела она сквозь смех. – Может, возьмётесь ещё расследовать, кто клумбы топчет?

– Может, и возьмёмся, – снова согласился Метёлкин. – Но позже. Тем не менее, если вы правда хотите помочь, то с этим делом вы справитесь. Вы же работаете в музее.

– Работаю. – Мариванна перестала смеяться. – То есть вы это серьёзно?

– Куда серьёзнее! – Метёлкин развёл руками. – Там друзу хрусталя заменили солевой подделкой!

– А ещё… – Яна собиралась рассказать о скульптурах, но Метёлкин сделал такие страшные глаза, что она осеклась.

– Что «ещё», деточка? – подбадривающе улыбнулась ей соседка.

– Ещё… мы это узнали, когда лизнули хрусталь, – упавшим голосом произнесла Яна, а Метёлкин украдкой показал ей большой палец.

Теперь Мариванна засмеялась ещё сильнее. А Яна заметила, что к ним, яростно стуча своей клюкой, как могла быстро приближалась Мариванна Маленькая. Наверняка решила, что они смеются над её горем с цветами.

– Беги! – шепнула она Никите. Тот обернулся.

– С вами мы должны подробно обсудить музей, – быстро произнёс он. – Расскажете мне про всё подозрительное?

– Обязательно! – пообещала Мариванна, приложив руки к груди. – Надо же: я – помощник детективов! Как в сериалах!

Яна же выхватила у Метёлкина свою сумку и проследила взглядом за его бегством.

– Метёлкин! Ну точно, это Метёлкин! – задыхаясь от быстрого ковыляния, пробормотала Мариванна Маленькая. – Это он снова цветы поломал.

– Он не мог. Мы только из музея, Мария Ивановна, – решила заступиться за одноклассника Яна. – Он всё время на глазах у нас был.

– Это же Метёлкин, тьфу! – Мариванна не поверила ни одному её слову. – Да тут глазом моргнуть не успеешь – он ещё что-то выдумает! Может, скажешь, что гнёзда для котиков не его идея? Котик так страдал, так страдал!

Яна поморщилась. Историю с гнёздами она помнила. Строго говоря, даже не слишком хорошо относясь к Метёлкину, ну… то есть раньше она ведь так к нему относилась, верно? Так вот, даже плохо относясь к Метёлкину, Яна не могла не признать, что ничего дурного он не хотел. Просто решил построить дома для дворовых котов в виде скворечников. Потому что коты умеют лазить по деревьям, а собаки – нет. И так котики окажутся не совсем бездомными, да ещё и защищёнными.

Всё это Яна знала почти что лично от Никиты. То есть он так громко орал свою версию на весь двор, пока бабка Мариванна пыталась догнать его, чтобы «отвинтить уши», что слышно было и в её квартире тоже.

Чего он не предвидел, так это того, что любимый кот Мариванны заберётся в самый верхний домик-гнездо и застрянет. Ну не гнездовой он кот, что поделать!