А ночью снова выпал снег. Засыпал следы, засыпал весь двор. Яна вышла утром на кухню и даже зажмурилась – так ярко было за окном.

Она открыла форточку, чтобы свежий морозный воздух помог проснуться, и вместе с воздухом и парой снежинок ворвался громкий голос Мариванны Маленькой:

– Кыс-кыс! Ми-и-итрич! Кыс-кыс!

– Доброе утро, милая. – Папа вошёл на кухню и закрыл форточку. – Нам снова ждать твоего друга с грязным котом?

– Он не друг, а одноклассник. – Яна почувствовала, что у неё вспыхнули щёки. Может, температура? Она болеет и не пойдёт в школу.

– Если пацан снова притащит изгвазданное животное, мыть его я не буду! – крикнул из своей комнаты дедушка Василий. Когда не надо, слух его немыслимым образом обострялся!

Яна и сама опасалась, что в очередном исчезновении Митрича виноват именно Метёлкин, поэтому поела рекордно быстро и выскочила на улицу. Тут её и настиг звонок от Никиты.

– Меня подожди, я уже сапоги надеваю! – прокричал он, словно она могла не услышать. – Вместе до школы пойдём!

– Это что же, получается, не ты… – Яна огляделась, памятуя о слухе Мариванны, но бабка уковыляла искать за гаражами и услышать не должна была. – Не ты Митрича снова спрятал?

– Да зачем мне это? – искренне удивился Никита. – В тот раз причина была серьёзная, но вообще прятать кошаков никогда не было моим хобби!

В трубке что-то лязгнуло, протопало и снова лязгнуло. Яна перевела взгляд на Никитин подъезд и увидела, как он выбегает и машет ей рукой.

Подойдя вплотную, Никита уже привычно забрал Янину сумку и закинул на плечо. А Яна посмотрела на окно своей кухни – не подглядывает ли мама? Обсуждать с ней странные привычки Метёлкина не было никакого желания.

– Что вчера у Большой делали, она вас не заболтала? – тут же кстати вспомнила Яна.

Метёлкин пожал плечами.

– Она странная какая-то, – пожаловался он. – Позвала на пирожки, никто её не просил, ты же сама там была! Потом в подъезде начала вздыхать, какие дети нынче прожорливые, едят и едят, в квартиру не пустила, вынесла нам по маленькому остывшему пирожку, забрала сумки и дверь захлопнула. Мы хотели к вам вернуться, но вы уже ушли.

– Могли в чате спросить, куда мы пошли. – Яна не торопясь двинулась вперёд, Никита поплёлся рядом.

– Могли, – легко согласился он. – Но стыдно. Мы вас бросили, позарившись на дурацкие пирожки! Мужчины так не поступают!

Яна хотела что-то ответить, но в это время к ним подошла Мариванна Маленькая. Вроде бы она ходила с палочкой, и оттого медленно, но вынырнула из-за гаражей как-то очень внезапно.

– Котика не видели? – спросила она таким тоном, словно подозревала, будто ей сейчас соврут, а на самом деле котик в сумке Яны.

– Мариванна, мы только на улицу вышли, в школу идём, – попыталась воззвать к логике Яна. – Может, Митрич спит ещё где-то!

– Откуда ты знаешь, что я Митрича ищу? – прищурилась Мариванна, но желание пожаловаться пересилило. – Да он в семь утра каждый день к миске прибегал, а сегодня – нет. А главное – я его мяуканье слышу, слабое-слабое! Может, кто-то запер в гараже?

– Может. – Метёлкин двинулся вперёд. – Простите, Мариванна, мы в школу опаздываем, найдётся Митрич! Да идём, не стой! – И он схватил задумавшуюся о запертом коте Яну за руку и потащил вперёд. Яна так удивилась, что догадалась вырвать руку только шагов через пятнадцать.

– Ты что творишь?! – прошипела она.

– Это ты что творишь! – шипеть Метёлкин умел не хуже. – Она сейчас заставит нас у каждого гаража прислушиваться, нет ли там кота! А если он и впрямь в гараже? Нам идти за хозяином, уговаривать… Ты теперь школу решила прогуливать?

– Ну не настолько уж она чокнутая, – неуверенно понадеялась Яна. Она обернулась и увидела, что Мариванна, согнувшись в три погибели, приникла ухом к гаражу. – Ладно, пошли быстрее!

Вообще Яна и правда считала, что Митрич просто где-то гуляет. Но Метёлкин был совсем в этом не уверен.

– Прикиньте, у нас во дворе главный кот пропал, – заявил он в школе, садясь на парту Кати и Тима. Как и кто из этих двоих сумел договориться, чтобы их посадили вместе, Яна не знала. Оба они при этом делали вид, будто страшно расстроились.

– Удивительно, что у вас во дворе ещё и главный кот был, – тут же ответила Катя. – Метёлкин, слезь с парты, у меня тут учебник лежать будет!

– Мне не нравится, что у них всё во дворе пропадает, – по-прежнему тихо, но уже твёрдо сказала Агния. – Экспонаты из музея, трансформаторная будка, даже следы! А теперь – живое существо, пусть и кот. Вдруг теперь люди пропадать начнут?

– Не-не, никаких сверхъестественных историй, – забеспокоился Метёлкин и сполз с парты. – Мы вообще-то детективы, а не какие-то там охотники за привидениями! И вообще: мы вернёмся из школы, а кот уже найдётся, зуб даю!

– Надо после уроков вместе снова к вам сходить, – предложил Ткачёв. – Хочу посмотреть, как Кит зуб отдавать будет!

– Ты так говоришь, будто сам стащил кота! – возмутился Никита, но спорить не стал.

После уроков они той же дружной компанией пошли на Лесную. И Ткачёв оказался прав – Мариванна всё ещё искала Митрича!

– Кыс-кыс! – услышали они ещё у гаражей.

– Перебежками придётся, – пробормотал Метёлкин. – А то она нас заметит!

– И что будет? – Катя перебежками не хотела. У неё были новые, очень красивые и очень скользкие сапожки.

– Кыс-кыс! – раздалось уже ближе. – Валерия Николаевна, помогите котика поискать. Боюсь, живодёры могли утащить. Может, в полицию позвонить?

– Мариванна, я ужасно тороплюсь, – нервно ответил женский голос.

– Конечно, на животных ей наплевать, сама небось живодёрка! – разозлилась Мариванна. – Стыдно должно быть, стыдно!

– Поняла? – шепнул Кате Никита и осторожно выглянул из-за угла гаража. – Эх, к Яне не добежим, придётся ко мне. Как скомандую – быстро несёмся к подъезду! Ткачёв, на тебе Фишкина с её коньками.

– Это не коньки, а сапоги! – возмутилась Катя, но тут Метёлкин скомандовал «Бежим!» – и они побежали.

Тимофей очень серьёзно отнёсся к заданию и крепко держал Катю за руку, хотя Катя и не думала вырываться. Через несколько секунд, как показалось Яне, все были у подъезда. Видел бы их физрук, всем бы поставил пятёрки за спринт! А Метёлкин приложил к домофону магнитный ключ, и они ввалились в подъезд.

– Фу-ух! – шумно выдохнул Ткачёв, когда дверь захлопнулась. – Ну что, Кит, как насчёт зуба?

– Тебе лишь бы глупости всякие болтать, – буркнул Никита в ответ, снимая куртку и вешая на место. – Пойдёмте хоть чаю попьём.

Яна никогда раньше не была дома у Метёлкина, и ей было страшно любопытно, как он живёт. Она представляла себе ужасный бардак: ведь у них мама почти всегда в командировках! Когда Янина мама куда-то уезжала, тарелки сами собой скапливались на всех поверхностях – мой их или не мой!

Но всё оказалось не так. Очень аккуратная и чистая прихожая. Может, конечно, бардак был на кухне, но туда Никита их не пустил, а сразу провёл в свою комнату. Тут Яна совсем смутилась. В её комнате всё время что-то где-то валялось, как она ни старалась поддерживать порядок. А ведь она отличница!

А у Метёлкина было очень аккуратно. Все вещи лежали на своих местах, и даже коллекция машинок стояла ровно, было видно, что с них сметали пыль. Яна подошла к книжным полкам. Конечно, много детективов – Яна и не сомневалась. Но ещё были книги про космос, какие-то технические журналы… У Никиты оказалось столько интересов! И почему он валяет дурака в школе? Вот это тайна так тайна – не то что какая-то пропавшая трансформаторная будка!

Тем временем с кухни вернулся Метёлкин. Он трижды сбегал на кухню и принёс всем кружки и тарелку с бутербродами.

– Чтобы не оголодали, пока тут прячемся, – буркнул он, отчаянно стесняясь.

– Метёлкин, как ты умудряешься быть таким разным дома и в школе?! – воскликнула Катя, и Яна вздохнула. Точно. Можно ведь просто спросить!

– Я не разный – я многогранный, – задрал нос Никита. Но красные уши выдавали его смущение. – На самом деле маме ведь совсем некогда, она очень устаёт. А папа один не справляется, дед ведь уже старенький. Вот я им и помогаю. Всё просто.

– Всё просто, – пробурчала Яна. – Ничего себе «просто».

Но её никто не услышал. Все разобрали разномастные кружки, бутерброды с колбасой и сыром и сгрудились у окна. Жил Метёлкин на первом этаже, и из его окна был неплохо виден весь двор. И Мариванна, которая всё ещё рыскала по двору, выискивая добровольцев на поиски Митрича.

– А если правда какие-то живодёры его забрали? – грустно спросила Агния. – И бабушка осталась без любимого котика?

– Или тофо хуфе, – с набитым ртом подхватил Метёлкин, потом прожевал и пояснил: – Какие-нибудь зооволонтёры!

– Чем это хуже живодёров? – удивилась Агния.

– Живодёры нынче редкость, по крайней мере в нашем районе, – пожал плечами Метёлкин. – А волонтёры заберут котика и не спросят, хочет он этого или нет. Наделают прививок – а ведь ему и Мариванна все их делает! И будут потом искать ему семью и держать в маленькой клетке в приюте – и это свободолюбивого Митрича!

Пришлось всем согласиться, что спасители Митричу совершенно не нужны.

Мариванна тем временем остановилась на месте, где была трансформаторная будка, и замерла. То ли прислушивалась, то ли просто устала.

– Смотрите, смотрите! – зашептал Тимофей. – Это то самое место! Сейчас сверху появится луч – и её унесут инопланетяне!

Все перестали есть и уставились в окно. А Мариванна постояла, потом постучала своей палочкой, посмотрела наверх, вниз, по сторонам и медленно пошла к дому.

– А мне её жалко, – неожиданно даже для себя сказала Яна. – Она так любит этого кота. Дочка уже взрослая, о ней не позаботишься. А о котиках – можно.

– И что ты предлагаешь, самим поискать Митрича? – Метёлкин вздохнул. – Мне её тоже жалко. Она и так вредная, а без кота ещё вреднее станет!

– Только давайте не сегодня. – Катя посмотрела на часы. – Очень много уроков, а я математику совсем не понимаю!

– Ой! – вспомнила Яна. – А мне надо в художку!

– А я просто пойду, – сказал Тим.

Агния вышла вместе с ними. Яна быстро пошла к своему подъезду, но, обернувшись, увидела, что Катя и Ткачёв идут вместе, а Агния уже обогнала их и бежит к библиотеке.

«Математику она не понимает, хитрюга, – пробормотала Яна. – Опять в кино пошли!»

Ей было немного завидно.

Хорошо, что занятие в художественной школе отвлекло от всех мыслей. Она рисовала натюрморт и совсем забыла и о кино, и о Митриче.

Но и вечером, когда она возвращалась с занятий, Мариванна снова ходила по двору и негромко звала: «Кыс-кыс! Кыс-кыс, Митрич!»

Кот так и не вернулся.