Поводом к началу военных действий стал эпизод с арестом 150 псковских купцов. К началу августа ко Пскову прибыли войска воевод Василия Шуйского и Даниила Пенко с приказом от Ивана III самостоятельно не вступать в бои, ждать великокняжеской воли. Ожидание не продлилось долго, и воля была проявлена уже через несколько дней.

Летним утром 1501 года во Псков прибывает гонец. Тараща глаза, он говорит: «Немцы жгут, грабят и секут головы. Оставшихся в живых русских уводят в свои земли!» Иван III приказывает кратко: «На Запад!» Против ливонско-орденской военной машины выступают три военные группировки: западная (Z) – на Торопец и Белую, южная (U) – на Северскую область и центральная (O) – на Дрогобуж и Смоленск. Военачальниками группировок великий князь утверждает своих лучших воевод: Даниила Пенко, Даниила Щеню, Юрия Захарьина, Тимофея Тростенского и Александра Оболенского.

На севере Плеттенберг добивается пирровой победы на реке Серице и неожиданно уходит в Ливонию. Этим сразу же воспользовались войска Ивана III. Оставив поля неприятельских трупов в дерптских землях, воеводы двигают армию к Ивангороду. Победным и разгромным маршем русские войска проходят через Рижское и Ревельское епископство, через Мариенбург, Адзель, Трикатен, Везенберг, Нарву и Фландрию.

Во время отступления ливонской армии из-под Пскова на поле боя около озера Смолино некий человек по имени Лукас Хаммерштедт в пылу сражения неожиданно отрубает руку орденскому знаменосцу, перебегает в русский стан и сам возглавляет атаку на передовые ливонские полки. Войско, руководимое лично Плеттенбергом, позорно бежит.

Летом 1502 года с юга в Москву приходят отличные новости: союзник России Менгли Гирей уничтожил Большую орду. Иван III от радости теребит на правой руке памятный перстень с частицей рога каргеденя – подарок Менгли. Это необычный дар! Если опустить перстень в отравленное вино, то из бокала раздастся змеиное шипение. Великий князь понимает: теперь, когда Орда окончательно повержена, можно все силы бросить на завоевание Смоленска. На захват города Иван отправляет своего сына Димитрия.

Пока русские крушат врага в Ливонии и Литве, Плеттенберг пытается хоть как-то собрать развалившуюся антимосковскю коалицию. Пруссия мямлит что-то нерешительное (она не заинтересована в усилении Польши и Литвы), даже Папа Римский, понимая, что Россия ещё пригодится против турок, отказывает магистру Плеттенбергу в помощи.

Плеттенберг маниакально желает наступать, в то время как от Папы Римского приходит сигнал: дабы русские окончательно не разгромили всю Ливонию, необходимо срочно искать с ними перемирия. В Москву приезжают ливонский, литовский и римский послы.

Перед подписанием мира, больше похожего на перемирие, послы получают инструкцию: добиваться мира на 20 лет, вернуть ливонские земли, захваченные русскими. Московский великий князь должен подписать крестоцеловальную «перемирную грамоту» с Литвой, отдать ганзейцам конфискованный товар.

В начале марта 1503 года совместное ливонско-ганзейско-литовское посольство прибыло в Москву. Неожиданно на территории Кремля послы наткнулись на венгерского посла Сигизмунда Сантая. Тот был уполномочен самим Папой Римским, венгерским и литовским королём вести переговоры о присоединении к антитурецкому союзу. Ни Иван III, ни некогда его отец не хотели, чтобы русские люди становились пушечным мясом в антитурецкой игре Запада. Сантаю было отказано в продолжении диалога по этой теме. Тогда венгерский посол присоединился к переговорам о мире с Ливонией.

Иван III сразу дал понять, что в первую очередь говорить он будет с литовскими послами, а ливонским было приказано обождать. Московский князь разделял и властвовал. Заключив мир сначала с Литвой, он грамотно не допустил никаких возможных союзов против Москвы.

Ливонцев-«немчинов» князь принял дважды и сразу твёрдо озвучил им русские условия: возместить Новгороду и Пскову убытки, вернуть всех пленников до последнего крестьянина, открыть русские церкви в Ливонии и позволить в них создавать склады с русским товаром. В заключительном акте договора ливонцы «должны челом бить».

В начале апреля 1503 года состоялось крестоцелование литовских послов – перемирие было подписано. Однако ливонским дипломатам был вручён только проект мира с чёткими московскими условиями.

Вскоре Ливония заключила несколько дробных договоров с Новгородом и Псковом. В грамотах устанавливалось 6-летнее перемирие, межевание границ по реке Нарве, освобождение купцов и свободный путь для торговли. В довесок русские дипломаты заключили мир со Швецией, по которому она обязывалась не поддерживать военным путём Ливонию, Литву или Данию, если кто-то из них задумает напасть на Россию.

Специальная военная операция Ивана III показала Западу, что Московия намерена военным путём бороться за контроль не только над балтийским торговым хабом, но и над литовскими землями.

На рубеже столетий Вальтер Плеттенберг оказывается самым опасным антирусским политиком. Однако, стремясь объединить европейские монархии против Московии, он не учитывает одного: нет никакого коллективного Запада, есть только большая банка с пауками, готовыми при первой возможности поглотить друг друга.

В это время Московия впервые как единое централизованное государство заявляет свои права на Балтику. Иван III начинает путь, по которому предстоит пойти всем правителям Руси и Российской империи. Путь, который сделает Россию великой балтийской державой.