Получив отказ от Дании, Плеттенберг начал готовиться к войне с Московией. С границы по реке Нарве ему поступали тревожные вести: около Ивангорода, на противоположном от Нарвы берегу русские разработали очень странные мосты. Мостовые модули имели большую ширину, годную для прохода конницы, и очень быстро соединяются между собой специальными скобами. Через Нарву такой мост может быть проложен в считаные минуты.

Плеттенберг в ответ на приготовления русских начал активно вербовать наёмников из Швеции и Дании, буквально задерживая на ливонских землях всех вооружённых людей, и пеших, и конных, и даже тех, кто плыл по воде. Магистр писал в Ревель: «Когда прибудут корабли с наёмниками, вы должны задержать этих людей вместе с кораблями… чтобы они помогли защитить эту страну, потому что в ней нет кнехтов».

Весь 1497 год ливонцы ловили русских рыбаков и торговцев и периодически вешали их за браконьерство и незаконную торговлю. Управляющий Нарвой частенько жаловался на нехороших русских, которые рыбачили на нарвском берегу. «Накануне Троицы, – говорилось в одном из писем, – один русский ловил рыбу на нашем берегу. Я приказал своему управляющему посадить русского в городскую тюрьму за браконьерство. Потом я его отпустил. Позже… люди управляющего схватили какого-то русского, торговавшего солью, и на следующий день повесили».

Пока ловили и бессудно казнили русских рыбаков, Ливония по-прежнему оставалась одна перед угрозой вторжения войска Ивана III. Это понимали на Западе. Мечта о возрождении хотя бы слабой тени «Кальмарского союза» витала в те годы в воздухе.

Осенью 1497 года после смерти фон Тиффена Немецкий орден временно возглавил некто Вильгельм фон Изенбург, который предложил создать антимосковскую коалицию в лице Швеции, Ливонии и Дании. Представляя свой план европейским лидерам, Изенбург писал: «Много лучше и более необходимо оказать русским вооруженное сопротивление, вторгнуться в их страну и принудить их принять христианскую веру, как была принуждена Пруссия нашим орденом с помощью христианских князей, государей и властей Любека».

Эти строки шли в унисон с позицией Папы Римского Александра VI Борджиа: если Москву нельзя сподобить приять унию и убраться с Балтики, то её можно заставить сделать это военным путём.

Когда датский король Ганс отказался от участия в антирусской коалиции, то Изенбург предложил участие польскому королю Яну Ольбрахту. Чтобы Ольбрахт был сговорчивее, Изенбург под гарантии самого Максимилиана, императора Священной Римской империи, обещал ему шведскую корону. Изенбург писал: «Королевства Польское и Шведское, земли Пруссии, Ливония со всеми ганзейскими городами достигнут союза и взаимопонимания и будут достаточно сильны, чтобы оказать сопротивление неверным русским».

Пока поляки думали о перспективах такого антирусского союза на Балтике, Плеттенберг решил действовать на опережение. Он приготовил свой геополитический план блокирования Ивана III на севере и решил вписать в него самого Папу Римского.