Договор Москвы и Копенгагена, разрушив «Кальмарскую унию», сдвинул на Балтике, казалось, неподвижные тектонические плиты. Теперь впервые в истории Россия входила в военный союз с Данией, а Швеция могла заключить в объятия Ливонский орден – извечного врага северных русских княжеств. Такое положение все больше напоминало шахматную партию, которую явно начал разыгрывать московский князь.

Пока Иван III продумывал дальнейшие ходы, на другой стороне геополитической балтийской доски вели переговоры два интересных человека: глава Тевтонского ордена в Ревеле Иоганн фон дер Рекке и комендант Выборга Кнут Поссе. Рекке предложил заслать на границу Ливонии и Московии как можно больше агентов, чтобы они тотчас докладывали о всех движениях русских: купцов, горожан, крестьян и особенно вооруженных групп. Поссе был более интересной фигурой, чем карьерист Рекке. Комендант Выборга по происхождению был датским шведом – идеальный манкурт. Но это ещё не всё. Однажды он отвёл Рекке в выборгское подземелье, в котором он проводил алхимические опыты, варил зелье и резал лягушек и змей, пытаясь получить яды.

Пока Поссе варил свои яды, к августу 1494 года на русской стороне ливонской и шведской границы воеводы Ивана III готовили войска. В Москве посчитали поводом для беспокойства дерзкие вылазки шведских солдат на земли новгородских карел. Дальше – больше: в новгородских февральских сугробах в 1495 году были найдены два трупа. Крестьяне из ближайшей деревни их опознали. Это были некто Мартын да Иван. А убили их какие-то иностранные люди в больших санях. Оказалось, что, узнав о стягивании русских войск к границе, шведы послали своё посольство в Новгород, а по пути отправили на тот свет этих двух бедолаг. Поняв, что из окрестных изб за ними наблюдают сотни глаз, решили от греха подальше повернуть назад. Война была неизбежна!