Главным богатством шляхты всегда была земля. Главной угрозой земельным владениям были турки. Шляхтичам нужен был кандидат, который защитил бы их от турок, своими силами изгнав «проклятых басурман» за Дунай.

Конечно, Иван IV, как его отец и дед, не стремился «заключаться» против турок. Антитурецкий проект, в который уже сто лет подряд пытались затащить Московию, так и остался без самой Московии. Шляхта это понимала, и поэтому часть её представителей смотрела в сторону другого кандидата – эрцгерцога Эрнеста Австрийского, сына покойного Максимилиана II.

Немногочисленные промосковские шляхтичи в ответ на предложение кандидатуры Эрнеста возражали: Габсбурги как представители Запада сразу же превратят всю Речь Посполитую в свою колонию, заберут земли и отправят «воевать с турком» поляков и литовцев как пушечное мясо.

В самый разгар дискуссий в сеймах и сеймиках среди шляхтичей появляются листки с памфлетами, восхваляющими еще одного кандидата – шведского короля Юхана III. «С соединением Швеции и Речи Посполитой королевство Швеция, как великая башня, будет всегда нам полезна против Московии. Если где-нибудь начнётся война, то татары готовы воевать за деньги, а с другой стороны готовы шведы. С Божией помощью мы бы тогда смогли у этого неприятеля (Московии. – Прим. авт.) не только своё назад отобрать, но и его собственное себе присвоить!»

Весной 1573 года в Вильно прибывают шведские послы лично пропагандировать за Юхана III. Конечно же, они хотят «дружить против русских». Хитрые шведы предлагают совместно изгнать московского царя из Ливонии, вернуть земли, отнятые им «коварно» у Великого княжества Литовского. Больше всех за шведов выступал краковский воевода, лидер польских кальвинистов протестант Ян Фирлей. Через несколько месяцев он попробует организовать вооруженный мятеж, когда ворвётся с двумя сотнями солдат на выборы короля, но из этой затеи у него ничего не получится. Ну а окончательная вера в спасительных шведов растает к зиме, когда русские войска возьмут штурмом Пайде, шведский укрепрайон в Эстонии.

Таким образом, абсолютно все кандидаты на польско-литовское правление, кроме Ивана IV, воспринимались в Речи Посполитой как главные враги России, источник военных союзов или гарантии войны с Москвой.

И всё же на ярмарке кандидатов оставался последний, самый невзрачный, но интересный кандидат, который, впрочем, тоже был антирусским…