Помимо личных донесений о возможных богатствах Сибири особую ценность приобретают самодельные географические карты, на которых Сибирь похожа на волшебную страну на иллюстрациях сказочного романа.
В 1459 году венецианский монах-католик и картограф Фра Мавро (Fra Mauro) создает свою карту мира. Именно она на долгие десятилетия станет основой для творчества западных картографов и будет источником всех заблуждений, искажений и диспропорций, связанных с Московией. Карта Восточной Европы – разноразмерная мозаика, лоскутное одеяло. Вверху Мавро помещает текст: «Эта огромная область, называемая Россией или Сарматией, простирается на Востоке от Белого моря, на Западе – до Немецкого моря, на юге – до Сарая и Кумании, а на севере… до грандиозного моря». На севере крайней точкой была отмечена Пермь. Пять раз повторяется на карте название «Россия»: первая Россия – Новгород и Псков, вторая – верховья Дона и Оки, а дальше ещё три России – Белая, Красная и Чёрная. Ещё на карте было целых три Перми и одна Рязань, которая соседствовала с Киевом.
Создание первых печатных карт, на которых схематично изображена Русь, привели к активизации западной разведки. Догадки Габсбургов и Папы Римского о потенциальных прибылях от использования природных ископаемых и транзитных русских путей на Восток вынуждали Запад действовать.
Начиная с 1507 года на Западе пытаются составить актуальные карты Восточной Европы. Монах, астроном и географ Марк Беневентан, взяв за основу астрономические изыскания Коперника, рисует свою карту. Маленькая Восточная Европа, зажатая между Чёрным и Балтийским морем, с вытянутыми крупными реками, берущими начало в неких Рифейских горах. Эти горы придумали ещё древние греки, которые поместили в них жилище бога северного ветра Борея. К востоку от Днепра на карте Беневентана находится «Белая Русь» – герцогство Московия.
Одновременно выходит ещё одна карта, автором которой был Мартин Вальдзеемюллер. На ней к западу от Рифейских гор нанесена Европейская Сарматия (Sarmatia europea), к востоку – Азиатская Сарматия (Sarmatia asiatica). Представление о Руси как о «Двух Сарматиях» было очень распространено на Западе. На основе этой карты Матвей Меховский составит свой знаменитый «Трактат о двух Сарматиях», который он покажет лично императору Максимилиану. В «Сарматиях» Меховский использует знания, полученные от русских пленных: о кореле, югре, перми, которые покорил московский князь. Пленные рассказывают Меховскому о походе на реку Обь. Максимилиан заинтересовывается «Обью, Пермью и Сибирью» и поручает своему послу Франческо де Колло отправиться в Московию и разузнать подробнее о Севере Московии. Вместе с русским послом Григорием Истомой они отправляются в Москву.
Истома в беседе с де Колло по незнанию сказал, что через Ледовитое море можно дойти даже до Индии к «островам пряностей». В Москве Василий III разрешает де Колло встретиться с человеком по имени Угрим Баграков, который недавно исследовал Югорские земли. Рассказы Багракова и Григория Истомы были переданы на Запад. По всему выходило, что через Московию можно было попасть не только в Индию, но и в Китай. Пока де Колло внимательно записывал новые сведения, сулившие несметные богатства империи, в Москву прибывает генуэзец Паоло Чентурионе. Он настаивал, что в Индию можно попасть вообще через Поволжье, Каспий и Среднюю Азию.
Свои отчёты о двух визитах в Москву он подал и Папе Римскому. Святой престол очень интересовал не только торговый, но и «религиозный трафик» на Восток. Папский легат Антонио Поссевино напишет: «Как бы то ни было, ясно, что через Московию открывается путь в Азию с гораздо меньшими расходами и опасностями, чем через любую другую страну мира. Я имею в виду путь распространения христианской веры…».
Интерес Габсбургов к Сибири проявляется и в книге агента императора Максимилиана барона Сигизмунда Герберштейна. Побывав в Московии дважды, он издал свои знаменитые «Записки о московских делах». Книга вышла в 1549 году. На Западе повествование о Сибири укрепило желание папского престола и Габсбургов приступить к освоению берегов сибирских рек в поисках различных рудников. Герберштейн подробно описывал Югру, Печору, берега Оби. Про Сибирь агент империи писал: «Эта область лежит за Камою, граничит с Пермью и Вяткой, но имеет ли какие-нибудь крепости и города – не знаю. В ней берёт начало река Яик, которая впадает в Каспийское море. Говорят, что эта страна пустынна по причине близкого соседства с татарами».
Герберштейн в лучших традициях западных представлений показал Сибирь как изолированную, отдельную, беспризорную территорию. Население Сибири на страницах «Записок» предстаёт перед нами в сказочном обличии. Местные жители живут в Лукоморье на горах, за рекою Обью. Каждый год 27 ноября на праздник Георгия Победоносца они умирают на всю зиму. А весной 24 апреля «наподобие лягушек» снова рождаются. Когда приходит время умирать, торговцы Лукоморья складывают свои товары, а покупатели, некие серпоновцы (скорее всего, жители Серпухова), уносят их, оставив им взамен свой товар.