Одним из таких разведчиков, который посетил Москву и даже не скрывал своего интереса к Сибири, был агент эрцгерцога Сигизмунда и императора Священной Римской империи Максимилиана. В 1492 году в Любеке посольство от московского князя Ивана III в Любеке встретило человека, который должен был передать грамоты от Максимилиана и его дяди.

Невысокого роста, юркий, с острым суетливым взглядом, Михаил Снупс уже несколько лет был подручным Габсбургов. Вскоре с сопроводительными документами он выехал в Москву. В бумагах было сказано, что Михаил Снупс направляется в Россию для ознакомления с дальними землями, народами и изучения местных языков. Легенда звучала просто и наивно. Но в те времена в неё поверили.

Прибыв в Москву, Снупс попал в сети ближних бояр Ивана III. Князь приказал выведать у этот странного человека, с какой целью он прибыл. Снупса затаскали по различным застольям. Он периодически напивался и рассказывал совсем не о том, ради чего приехал. Сначала он просил отвезти его к реке Обь, потом интересовался полезными ископаемыми Западной Сибири, особенно железной рудой. Во время одного из застолий Снупс рассказал, что эрцгерцог Сигизмунд передал своему племяннику Максимилиану богатый рудниками Тироль во владение. Но, к сожалению, вскоре стало понятно, что тирольские серебряные рудники почти истощились, и Габсбурги активно искали новые месторождения руд металлов. Узнав, что русские в Сибири что-то нашли, Максимилиан и послал в Москву Снупса. Об этом догадались и русские.

Бояре доложили Ивану о том, что Снупс лукав и мутен, что интересуется не путешествием и языками, а рудами, квасцами и обскими рудниками. Московский князь принял решение отправить Снупса из России. Он пишет Максимилиану сопроводительное письмо: «Твоё величество прислал к нам Михаила Снупса, и мы для дружбы и братства с тобою приняли его ласково и держали в своём жалованье. Он просил нас, чтоб мы отпустили его в дальние земли нашего государства, которые лежат на востоке, на великой реке Оби; но мы его туда не отпустили по причине большого расстояния, дальнего пути: и наши люди, которые отправляются за данью, проходят туда с большим трудом». Так, в дипломатической форме, под предлогом заботы о драгоценном госте, на Запад был подан сигнал: чужакам в Сибирь путь заказан!