Маркиз замер, забыв даже дышать. То есть об этом он и в норме не помнил, тело справлялось само, но тут от потрясения даже базовые функции перезагрузились.

С ним никогда так не обращались. Он же Юдзу! Люди на Юдзу обычно и дышать-то боялись, он же стоит, как пентхаус! А Лаймов к нему не подпускали близко, разве что в его комнату – прибраться, грязную одежду заменить на чистую. Сам он к Лаймам тоже не приближался. Зачем? Команду отдал и пошёл дальше по своим делам. Лаймы вечно возятся в чём-то грязном, ещё испачкают белую офисную рубашку, придётся менять, хозяин отругает за задержку.

И вот такого, чтобы его! Юдзу! Какой-то грязный Лайм! Просто схватил!!! Да такого просто быть не могло! У Маркиза, кажется, что-то замкнуло в центральном артефакте от потрясения.

– Я спрашиваю, это понятно? – прошипел на ухо потрёпанный чужой Лайм, который по какой-то причине не воспринял переключение ауры ЧК на Маркиза.

– Понятно, – быстро ответил Маркиз, прикидывая. Ферди ещё спал в такую рань, тем более, что вчера поздно закончил с ремонтом. Не кричать Лайм не требовал, но что-то подсказывало Юдзу, что лучше его не провоцировать.

Так, хватит паниковать, пора соображать. Маркиз уже понял свою ошибку. Больше всего он боялся, что бывшие хозяева его найдут, схватят и уволокут обратно в Логрокант. Поэтому, когда он увидел откровенно плохо замаскированного под человека Лайма, первым делом решил, что это за ним. Наверняка самому Свити велели что-нибудь вроде «оденься неприметно» или там «притворись соседом» или ещё что-то столь же детальное, а Лаймы действуют топорно, им надо всё поэтапно расписывать.

Юдзу был морально готов к мысли, что за ним пришлют Свити. Может, Цитронов, а не Лаймов, но на Цитронов его компания могла и не раскошелиться. Поэтому Маркиз готовился. Ферди каждый день, как и договаривались, учил его артефакторике, и первым делом Маркиз выучился работать с аурой ЧК: отключать обратную связь, переводить на другого хозяина, сбрасывать настройки и так далее. Он был готов при появлении Свити на пороге тут же перехватить контроль.

Вот только… Это не сработало. И теперь этот медведь от мира Свити придавливал его коленом к гаражному полу, отчего новая мягкая кремовая кофта пропитывалась импульсовым маслом.

Но Маркиз только-только обрёл новый смысл жизни и вовсе не был готов так просто сдаться. Тем более, что Лайм схватил его совсем близко к Церебруму. Протянуть канал… Маркиз должен был с этим справиться. А пока что заговорить тупому котику зубы, чтобы не кусался.

– Как именно звучал твой приказ? – спросил он. Если хозяин сказал Лайму что-то вроде «захватить» или «вернуть», то это можно трактовать довольно широко. Маркиз пообещает быть паинькой, а сам потихоньку подключит Лайма к Церебруму, и тот не оставит в его пустой голове ни следа приказа.

– Мои приказы тебя не касаются, – откликнулся Лайм. – Где артефактор?

У Маркиза глаза на лоб полезли. Чтобы Лайм – и в открытую грубил Юдзу?! Да откуда он такой вылупился? В компании подобных наглых Лаймов точно не было и вряд ли бы прежние хозяева захотели иметь дело с непочтительным Лаймом!

Маркиз постарался вспомнить внешний вид пришельца. Такие мелочи, как цвет волос и глаз, не играли роли – Лаймы выпускались всех мастей в случайных сочетаниях, поскольку покупали их в основном компании оптом и никто их при этом не рассматривал. Так, в целом симпатичные, и всё. Для более придирчивых клиентов существовал сервис кастомизации за отдельные деньги.

Однако по внешним данным всё же можно было определить некоторые подробности. Например, этот Лайм был не так высок, как большинство тех, с кем Маркизу приходилось иметь дело. Он был скорее коренастым, широкоплечим и крепким, а не вытянутым, как современная лапша. И если это не кастомизация, то, значит, устаревшая модель. Люди последнее время не любили внешних напоминаний о силе Свити и предпочитали, чтобы те выглядели субтильно и инфантильно. А у этого и лицо было погрубее. А вот уши – поменьше, насколько Маркиз их разглядел на просвет сквозь шляпу.

Итак, он имел дело с довольно старым Лаймом. Может, у него уже ауры сбоят, потому он так себя и ведёт? И – он спрашивает про артефактора. Может ли так быть, что он пришёл вовсе не по душу Маркиза, а в ремонт? Конечно, Ферди не кричал на каждом углу, что может чинить Свити, но всё же какой-то артефактор лучше, чем никакого. А у хозяина этого Лайма с деньгами нелады, судя по тому, как Свити одет.

Допустим, хозяин отправил своего Лайма узнать насчёт ремонта. Что тогда у него в чемодане? Запчасти? Ещё один Лайм? Ладно, допустим. И вот он пришёл и увидел тут Юдзу. Казалось бы, что такого? Лайму должно быть всё равно. Правда, Юдзу попытался взять над ним контроль, но ведь не вышло. Может, Маркиз не нарочно усугубил поломку? Или этот Лайм в принципе на всех нападает, потому и был отправлен в ремонт? В таком случае подпускать его к Ферди никак нельзя!

– Это я артефактор! – заявил Маркиз.

Лайм у него на спине замер.

– Свити-артефактор? – медленно произнёс он. – Гонит, наверное? Я о таком никогда не слышал.

Маркиз удивился, почему Лайм как будто разговаривает не с ним, но тут услышал приглушённый женский голос где-то позади.

– Конечно, гонит. Кто позволит Свити такой доступ? Это слишком опасно.

– А ну не двигайся! – рявкнул Лайм, когда Маркиз попытался повернуть голову и посмотреть, кто говорит. Хозяйка Лайма?

– Я подключилась к эфиру дома, – послышалось сзади. – На втором этаже есть человек, он спит. Его внешность совпадает со снимком в пузыре этого импульсервиса. Думаю, артефактор – он.

– Откуда у захолустного импульсервиса Юдзу? – спросил Лайм, и Маркиз начал понимать, что сильно, ох как сильно недооценивал этих котиков.

Женщина несколько секунд молчала, а потом произнесла совершенно спокойно:

– Он объявлен в розыск корпорацией «Аэтерна».

– Ага, значит, я всё правильно понял, – хмыкнул Лайм, обдав воздухом ухо Маркиза. – Там у человека леденец или что-нибудь есть? Буди его и говори, либо он нам помогает, либо мы сдадим его игрушку настоящим хозяевам.

***

Ферди влетел в гараж прямо в пижаме, босой и с огромной монтировкой в руках. Маркиз, которого подняли с пола, только успел удивиться, что человек так разволновался по его поводу, и тут Лайм отправил Маркиза в полёт прямой наводкой в Ферди.

Тот поймал его одной рукой за плечо и тут же задвинул себе за спину.

– А ну вон пошёл из моего дома! – рыкнул Ферди, замахиваясь монтировкой. Маркиз осторожно выглянул из-за него.

Лайм стоял в расслабленной позе, сложив руки на груди. Сейчас было ясно видно, что рукава куртки ему коротки.

– А вы, веальд артефактор, не кипятитесь, – произнёс он неторопливо, как будто это он тут начальник отдела, а все остальные – провинившиеся подчинённые. И откуда Лайм набрался такой наглости?! – Во-первых, я вас намного сильнее, во-вторых, тормозов у меня нет, а в-третьих, если вы не будете делать, что мы просим, то ваш Юдзу поедет домой в свою родную компанию в Логроканте. Уж отправить сообщение туда я успею, даже если потом вы меня на детали разберёте.

Ферди попыхтел, но монтировку опустил.

– Что вам нужно?

Лайм совсем по-человечески пожал плечами:

– Ремонт.

– Ремонт чего?! – Ферди развёл руками. – Не вижу тут Импульса!

– Свити, – спокойно сказал Лайм. Посмотрел на Ферди как-то оценивающе, а потом отошёл к своему чемодану.

Чемодан стоял вертикально на колёсиках, которые слегка расползались из-под него под весом содержимого. Лайм отщёлкнул крышку – или дверцу, и взгляду Маркиза предстала очень странная картина.

Голова Свити торчала из прямоугольного монолита какой-то жёлто-серой пакости, из которой тут и там выступали бугорки металла и кожи. Живой кожи Свити.

– Я отработаю любым способом, каким смогу, – добавил Лайм, старательно отводя глаза от чемодана. Маркиза тоже подташнивало, чего уж там.

– Что… с ней? – выдавил Ферди, едва не уронивший монтировку.

– Очень много повреждений, – пояснил Лайм, – корпус раскурочен. Чтобы эктоплазма не вытекала, я замазал оконной замазкой. Но вы же сможете залатать? Я буду отрабатывать столько, сколько скажете, хоть всю жизнь.

Ферди долго выдыхал, а потом подошёл к верстаку и положил на него монтировку. Очевидно, чтобы освободить руки, которыми он потёр лицо и взъерошил и так стоящие ворсом волосы.

Маркиз его понимал. Он успел узнать достаточно, чтобы оценить сложность ремонта. По-хорошему, этому Свити следовало просто пересадить тело, но Цитрус никогда не продаст частнику тело. Разве что купить другого Свити и оторвать ему голову, а потом выковырять центральный артефакт… Но Маркиз был уверен, что Ферди так не поступит.

Однако на что рассчитывал хозяин этих Свити? Маркиз ещё раз окинул взглядом Лайма с его курткой, которая только что не разлезалась по швам, потом нечто в чемодане, залепленное замазкой. Если у человека были деньги на двух Свити, то странно, что он не мог позволить себе нормальную одежду. Купил на последние? Но хоть транспортный контейнер ему должны были выдать вместе с товаром, как его иначе везти? Да и почему Лайм обещает отработать самостоятельно, как будто это не хозяин его прислал, а…

Тут у Маркиза в голове оглушительно щёлкнуло. То есть щёлкнуло, конечно, в вычислительном артефакте, а в голову отдалось эхом. Что если этот Лайм, как и он сам, сбежал?!

Маркиз быстро просканировал эфир на предмет Лаймов в розыске, но ничего не обнаружил. Это его как раз не удивило: Лаймы не сбегали. У них на такое мозгов не хватало. Лайм вообще не представлял себе, как устроен мир, не мог планировать поездки и в целом плохо справлялся с ситуациями, с которыми сталкивался впервые. Большинство Лаймов никогда не видели ничего за пределами пары-тройки этажей небоскрёба своей компании, ну и потом, может, квартиру вторичного хозяина, если их продавали частникам по истечении гарантии.

Однако этот Лайм вёл себя совсем не так, как Маркиз привык. К тому же он был не один – теперь Маркиз понимал, кому принадлежал женский голос. По массе замазки и частей тела было не понять, что за Свити перед ним, но лицо показалось Маркизу знакомым, и он быстро нашёл его в каталоге. Это была Цитронка, старая лимитка, до сих пор популярная в качестве телохранителя для женщин. Конечно, с возможностями Цитрона, пусть и обездвиженного, Лайм мог достичь гораздо большего, чем сам по себе. Выходит, эти двое такие же беглецы, как и Маркиз?..

– Вы здесь без разрешения, – произнёс он, следя за выражениями лиц обоих Свити. У Цитронки оно не поменялось, ровное, как из коробки, а у Лайма получило оттенок раздражения. Ага. – И я тоже могу сообщить вашим хозяевам, что вы здесь.

Лайм фыркнул.

– Да? Ну попробуй, отыщи наших хозяев.

Маркиз прикусил язык. В розыск ни того, ни другого Свити не объявляли. Но не могли же их просто отпустить?

– Я всё ещё слежу за твоей аурой связи, – подала голос Цитронка. – Если ты отправишь сообщение, я тебя сдам.

Маркиз сжал зубы. Получалось, он подставлял Ферди! Если Маркиза здесь найдут, Ферди не поздоровится, а если слушаться этих чужих Свити, то Ферди придётся ой как попотеть. Как могло так случиться, что Лайм обставил Юдзу? Или Маркиз всё-таки растерял весь ум где-то по дороге?!

– Никто не будет никого сдавать, – отчётливо произнёс Ферди. – Ни вы Марка, ни Марк вас. – С этими словами он внимательно посмотрел в глаза Маркизу, а затем пришельцам. – Я помогу, чем смогу. Но при двух условиях: во-первых, вы ничем не навредите Марку, а во-вторых, как только сможете, вы уберётесь отсюда как можно дальше.

– Идёт, – быстро сказал Лайм и протянул Ферди грязную руку, как человек, для пожатия. – Я – Лир, это Брасса. Спасибо, что согласились помочь.

Маркиз смотрел на рукопожатие, и его трясло. Это его человек! Он его первым нашёл!!! Почему какой-то Лайм теперь получает от него помощь, да ещё так спокойно, будто так и надо?! Маркиз не соглашался терпеть на своей территории каких-то помоечных котиков в обносках и замазке! Он это так не оставит!

***

Первым делом Ферди решил вернуться наверх, вымыть ноги, одеться и позавтракать. Побудка у него сегодня вышла не из приятных – когда леденец сам собой включился и незнакомым женским голосом в ультимативной форме велел явиться в подвал, а не то!

Впрочем, когда Ферди увидел состояние Брассы, он ей всё простил. Свити и так жилось нелегко, вся эта практика была порочна насквозь, а уж как и где выживали беглые Свити… Ферди предпочитал об этом не думать. Ну, пока сам не стал пунктом передержки котиков.

Своего Свити у Ферди никогда не было, он бы не стал поддерживать Цитрус своей монетой, однако несколько лет назад Ферди приехал в Теас по приглашению на работу в крупную фирму, где требовались артефакторы, обслуживающие в том числе и разумные артефакты. Ферди проработал там три года, многому научился, но в итоге не вынес постоянных сделок с совестью: смотреть, в каких условиях держат этих несчастных, особенно Лаймов, он не мог. И участвовать в этом не хотел. Однако что сделает один человек против бизнес-практики, применяемой в нескольких богатых странах? Тут уж пока люди сами не увидят, что делают что-то не то, ничего не попишешь.

В итоге Ферди подвернулось удачное предложение купить эту мастерскую. У него как раз скопилась нужная сумма, а благодаря работе он имел выходы на хороших поставщиков, да и с клиентами ему кое-кто из бывших коллег помог. Конечно, он бы предпочёл вернуться на родину, в Вегрию, но и бросать теасский бизнес не хотелось. Потому Ферди и полез в эти дебри с открытием вегрийского филиала. А тут ещё так удачно к нему причалил Свити с нужными аурами…

Выйдя из душа, Ферди двинулся на кухню, чтобы по-быстрому соорудить себе бутерброд, но там внезапно оказалось людно. Точнее, свитино. Марк с потерянным и злым видом стоял у плиты и выкладывал в сковородку что-то жёлтое и полужидкое.

– Да ты всё неправильно делаешь! – выговаривал ему стоящий рядом Лайм по имени Лир, как он сам представился. Шляпы на нём уже не было, но к одному светлому уху пристала соломина. – Надо сначала сковородку разогреть, а потом уже гренки выкладывать, чтобы схватились, а так они растекутся все.

– Ты сам сказал, что у тебя кулинарная аура повреждена, вот и не лезь с советами, – огрызнулся Марк.

– Она у меня повреждена в том плане, что я вкус не могу определить! А как сковородку на плиту ставить, я не забыл! – вскинулся Лир. – И вообще, у меня она хоть повреждена, но у тебя-то её вовсе нету! Или теперь работу по дому включают в функции Юдзу?

Марк, который в этот момент пытался включить плиту, бросил своё занятие и повернулся к Лиру лицом.

– Много ты знаешь о том, что входит в функции Юдзу! Ты пришёл в чужой дом как проситель, и сразу свои порядки навязываешь! А не утереться ли тебе?

Лир пожал плечами.

– Этот дом для тебя такой же чужой, как для меня. А я просто выполняю свою функцию. Я же не лезу в твои обязанности. Ни за что не поверю, что ты до моего появления готовил хозяину завтраки.

Ферди показалось, что Марк сейчас задымится. Завтраки он и правда не готовил – Ферди бы в голову не пришло заставлять Юдзу этим заниматься, тем более, что он сам не ел.

– Так! – сказал он, и оба Свити подпрыгнули от неожиданности. – А ну-ка прекратили шипеть друг на друга. Марк, давай ты пойдёшь вниз и начнёшь готовить пациента к ремонту.

– Нет! – тут же выпалили оба Свити в необычайном согласии.

– Я сам её подготовлю, лишние руки ни к чему! – пояснил свою позицию Лир.

– Я не оставлю тебя один на один с неуправляемым бешеным Лаймом! – высказался Марк. – И – ты же не станешь есть то, что он приготовит?! Он может тебя отравить, у него аура неисправна!

Ферди тяжело вздохнул и потёр лицо руками.

– Так. Значит так. Лир. Как ты оцениваешь состояние своей ауры? Ты можешь готовить?

Лайм, до сих пор только что не скаливший зубы, внезапно смутился.

– Я, скорее всего, не смогу определить, когда будет готово. Могу спалить или не дожарить.

– Хорошо, тогда так. Лир, ты идёшь мыться. Я тебе дам во что переодеться. С тебя песок сыплется и, кажется, эктоплазма капает.

Белобрысый Лайм поджал губы, но послушно кивнул.

– Марк, ты идёшь всё-таки вниз и готовишь верстак. Там куча инструментов навалена, убери, удостоверься, что в накопителях достаточно энергии, смолу подогрей… Всё такое.

Свити переглянулись.

– А завтрак кто будет делать? – мрачно спросил Марк.

– А с завтраком я сам справлюсь, – фыркнул Ферди. – Как-то же я жил без единого Свити в доме. А теперь марш выполнять!

Обе пригнули головы и двинулись на выход, но на самом пороге Лир буркнул:

– Не смей трогать Брассу.

– Да кому нужно трогать твою Брассу?! – взвился Марк. – Только руки марать, я вообще ни разу в жизни другого Свити не трогал, я кто, по-твоему?! И что за имя такое тупое, кто его вообще придумал?

Лир повернулся всем корпусом, оскалил зубы и, внезапно оказавшись очень близко к Марку, прорычал:

– Я! Нам в отличие ото всяких зазнаек человеческие имена не полагаются!

Марк поднял плечи, но не отступил.

– Нам вообще-то тоже. Марк – это сокращение от Маркиз.

Лир хмыкнул и расслабился, даже отошёл на шаг.

– Отлично, идеальная кошачья кличка! Видать, не так-то вас в твоей компании и выделяли, котик.

И пошёл к ванной.

Ферди показалось, что у Марка волосы на голове зашевелились от злости.

– Мне хотя бы уши прятать не приходится, чтобы не дай Сечебука кто-нибудь за ними не почесал!!!

Лир развернулся, и по его лицу Ферди понял, что сейчас будет драка. Пришлось выскочить в коридор и встать между двумя Свити, растопырив руки.

– Брэк! Разошлись! Кто будет нарываться, того я не пущу смотреть на ремонт Брассы, это ясно?

Лир тихо зарычал, а Марк зашипел, но тут же оба развернулись и исчезли каждый за своей дверью.

День обещал быть тяжёлым.