Класть его на верстак Ферди почему-то не стал. Хотя тот был в мастерской – именно такой, каким представлялся Маркизу в его кошмарах: большим, тяжёлым, с исцарапанной и заляпанной маслом и краской столешницей и тисками на углу.

Рядом громоздился здоровенный Церебрум – сразу видно, что в несколько раз мощнее, чем даже Юдзу. Когда человек подключит Маркиза к этому монстру, тот сметёт его ауры, как бульдозер – пустые коробки. Ну, по крайней мере, об ауре ЧК после этого точно можно будет забыть… Если Ферди не решит вместо сноса перенастроить её под себя. В конце концов, ему будет удобнее иметь при себе Юдзу, который обязан подчиняться, а не такого, что может в любой момент сбежать.

Ферди подогнал с другого конца мастерской большое кресло. Похоже, что оно обычно стояло на улице, но пережидало дождь в гараже. Маркиз опустился в него, с трудом заставив работать дрожащие колени и не подать вида, как ему страшно. По телу поочерёдно разливались то холод, то жар, а из кожи начала неконтролируемо выделяться вода.

– Я сейчас протяну к тебе канал, – дружелюбно произнёс Ферди, пробуждая Церебрум, – а ты его прими и дай все разрешения.

Маркиз стиснул зубы, но ничего не мог поделать: аура ЧК понимала повелительное наклонение, как приказ. Поэтому когда он почувствовал, что его ауры связи касается канал, то никак бы не затормозил слияние. Впрочем, он же сам на это согласился, так что теперь брыкаться? Сейчас человек захватит все его управляющие узлы, потом проберётся к центральному артефакту и пошлёт его в гибернацию. А выйдет из неё уже кто-то другой, покорный и больше всего на свете мечтающий создать второй филиал Сечебукиного импульсервиса…

– Ах вот она как соединяется, – хмыкнул Ферди, уставившись в экран. – Мне там, в корпорации ауру контроля ковырять не позволяли. Значит, на отключение подачи энергии тут блок… Хм-м, а если только обратную связь обрезать?

Он что-то сделал. Маркиз ожидал, что будет больно, но ничего не почувствовал. Вообще ничего.

– Та-ак, – бормотал человек. На экране перед ним колыхались какие-то цветные пятна, или это у Маркиза перед глазами всё расплывалось. – Ну-ка, ну-ка.

Он повернулся к Маркизу.

– Подними руку.

Юдзу не сразу сориентировался, что к чему. Зачем руку? Которую? Как высоко поднять? Какое это имеет отношение к…

– Ага! – обрадовался человек. – А ну-ка, подними ногу!

– Зачем? – вслух спросил Маркиз и тут же сам всё понял. Человек проверял работу ауры ЧК! Юдзу тут же заметался – что делать? Таки поднять руку и ногу, чтобы человек думал, что всё работает, или честно сказать, что аура не работает? Но ведь его ещё даже не отключили, и когда же должна произойти подмена личности?

– Отлично! – обрадовался Ферди. – Всё получилось.

И отсоединил канал.

Маркиз зачем-то посмотрел на свои руки – растопыренные на подлокотниках кресла пальцы, почему-то грязные. Он поднёс их к глазам. Руки дрожали, в глазах всё расплывалось. Это что, эффект от отключения ауры? Может, он отложенный? Или спасительной гибернации не будет? Неужели придётся прочувствовать все изменения, оставаясь в сознании?

– Ну как ты? – спросил Ферди, отворачиваясь от экрана, где застыли прежде подвижные пятна.

– Н-не знаю, – просипел Маркиз и всё-таки не удержался от глупого вопроса: – А что, уже всё?

– Ну да, – широко улыбнулся человек. – Я питание ауры отключать не стал, там блок на это стоит, а я не знаю, как его снять. То есть придумал бы, конечно, но не с наскока, там ковыряться надо, изучать, прощупывать… – он пошевелил пальцами в воздухе, изображая то самое прощупывание, и Маркизу показалось, что Ферди бы с удовольствием этим занялся. Его передёрнуло. Человек, похоже, это заметил и встряхнул рукой. – Но я мучить тебя не хотел, поэтому не стал. В итоге просто обратную связь от ауры отключил, это просто. Она работает, но ничего не может с тобой сделать. Знаешь, как рыбка в аквариуме.

Маркиз видал аквариумы и неуверенно кивнул. Значит, та страшная вещь, что случается со Свити, когда они пытаются взломать свои ауры контроля, ему не грозит? Если человек пошёл другим путём… Выходит, он и свою волю навязывать не стал?

Свити снова оглядел себя и понял, что вся одежда на нём промокла, а теперь промокает и кресло.

– Тебе освежиться, наверное, надо? – заметил Ферди, оглядывая висящую на нём мокрятину. – Душ рядом с кухней. А я пойду всё-таки чаю нам сделаю.

С этими словами он широко зевнул и потёр глаза. Только сейчас Маркиз заметил, что человек говорит не очень чётко, а ведь это было верным признаком усталости. Не только усталости – но он понюхал воздух и не учуял других причин для заплетающегося языка. Почему он не считал усталость в языке тела раньше? Аура плохо работала? А теперь что, лучше?

Ферди встал, потянулся и неспешно побрёл обратно к лестнице. Маркиз, который был на полторы головы ниже ростом, посеменил следом. Иногда ему хотелось быть здоровенным лбом, как Лайм, чтобы смотреть на людей сверху вниз, а не вот это вот всё.

– Послушай, Ферди, – заговорил он, прежде чем они вышли на дождь, – я… я тебе искренне благодарен. Это значит для меня очень много. И твоя помощь, и то, что ты не воспользовался ситуацией.

Да, речевая аура явно получала теперь больше энергии и сразу стала выдавать красивые фразы.

Человек обернулся и недоумённо на него посмотрел.

– Ну что ж я, гад какой-то, пользоваться? Тебе и так паршиво пришлось. Эта вся логрокантская история вообще смердит, я не знаю, почему им лавочку не прикрыли до сих пор.

Маркиз пока не соображал, что всё это значит, но ему нужно было закончить свою мысль.

– Что я могу сделать для тебя взамен?

Ферди поскрёб огромной пятернёй свой белобрысый бобрик.

– Так это… Я ж говорю, хочу в Вегрии филиал открыть. Точнее, понимаешь, я сам из Вегрии, и мне бы вернуться туда, перенести туда главную мастерскую, а эту сделать филиалом. Но чтобы там открыться, они требуют аудит, и чтобы вегрийская фирма проводила. А мне ото всей этой бухгалтерии дурно делается, у меня там наверняка половины документов нету и вообще… Но я бы тебя нанял за деньги, это же до Сечебукина логова работы, ты же не будешь на меня пахать за спасибо и пять минут ковыряний в Церебруме.

Маркиз внезапно почувствовал, как его ауры начали разгоняться. Уж не в том ли дело, что когда он сбежал, аура человеческого контроля каким-то образом урезала приток энергии к другим артефактам? Потому ему и не хотелось ничего, и думалось с трудом. И как там Виконт, если вдали от законных хозяев Юдзу тупеют? Маркиз понадеялся, что ему тоже отключили контроль.

Но пока ему следовало принять самое насущное решение.

– Денег не надо, – твёрдо сказал он. – Здесь, в Теасе меня все узнают, как и ты. Предлагаю услугу за услугу: я тебе бухгалтерию, а ты меня вывезешь в Вегрию. И научишь артефакторике.

Ферди высоко поднял брови.

– Ты хочешь сам себя чинить?

Маркиз кивнул, но думал он не о себе. Помощь может понадобиться Виконту. Или ещё какому-нибудь беглому Юдзу. Или не Юдзу…

***

За бухгалтерию Маркиз засел с таким же рвением, с каким котики осваивают новую когтеточку. Только ниточки летели. Единственное, что портило ему праздник от наконец-то привычной и понятной работы, – это то, что заниматься ею приходилось в гараже. Ведь именно там у Ферди стоял Церебрум, поскольку через него шла тонкая настройка Импульсов. Второго у Ферди не было, да и ставить в скворечнике над гаражом его было некуда.

Поэтому Маркиз сидел в том самом садовом кресле, дышал запахом импульсового масла и кутался в притащенный сверху плед, недобро поглядывая на струи дождя снаружи.

Работая в крупной корпорации, Маркиз привык к гораздо большему размаху бизнеса: крупные суммы, тонны отчётности, в которой можно похоронить пару городов, – как в плане того, что просто закопать в бумаги, так и в том, какие деньги можно счесть погрешностью расчётов. У Ферди было всё не так: с одной стороны, он ни перед кем, кроме налоговой, не отчитывался, и потому тратил без разбора, чеков и смет, а с другой, к нему и требований предъявлялось на порядок меньше.

В малом бизнесе Маркиз пока не разбирался, а потому первый день потратил на то, чтобы найти в эфире все нужные руководства, применимые законы, формы, инстанции и тому подобное. А ещё надо было составить список вегрийских аудиторов и в несколько этапов выбрать того, кто наилучшим образом справится с задачей, да ещё и в пределах бюджета – довольно скромного, надо сказать.

– Ты тут не задубел ещё?

Маркиз вздрогнул и обернулся. Рядом с креслом стоял Ферди с кружкой, из которой поднимался пар.

– А… ну, есть немного, – ответил Маркиз, жамкая пальцами ног. Те подмёрзли и плохо гнулись.

Ферди вручил ему кружку – в ней оказалось какао.

– На, погрейся. С завтрашнего дня обещали потепление.

Маркиз уставился на кружку. Ферди и раньше пытался его кормить, но он как-то не понял, зачем это было. Идея согреваться едой казалась ему странной. Ладно ещё людям, – у них еда падает в живот и там лежит какое-то время, отдавая тепло. А у Свити всё сгорает прямо в глотке. С другой стороны, если набрать побольше какао в рот и подержать, то, может, уши не будут так мёрзнуть…

Он как раз решил поэкспериментировать, когда Ферди снова заговорил:

– Я уже нашёл аудиторскую фирму в Вегрии, которая мне сделает отчёты, но им там кучу всего прислать нужно, а я даже трети не смог собрать…

Маркиз чуть не поперхнулся и с трудом проглотил горячий напиток. Ну, ушам и правда стало получше.

– Как это ты уже нашёл? Ты по какому принципу выбирал? Ты уже с ними связывался?

– Да я так… – замялся Ферди. – Поискал в эфире… Там аудитор – девушка такая, ну, прям приятная. Мне кажется, она хорошо сделает. Я с ними договорился встретиться по эфиру завтра утром.

Маркиз поставил чашку и схватился за голову. Люди!!! Как можно выбрать исполнителя за то, что «девушка прям приятная»?! Он кинулся смотреть переписку с фирмой. И очень вовремя – потому что с той стороны как раз написали, что хотели бы перенести встречу на после обеда.

Закатав рукава, образованные складками пледа, Маркиз кинулся в эфир выяснять всё на свете про эту Эдну Халиг и её микроскопическую фирмульку. Наверняка однодневка какая-то, наберёт заказов, не выполнит обязательств и исчезнет!

– Ну, ты справишься, да? – с надеждой спросил Ферди и тихо смылся перебирать грузовой Импульс.

Маркиз даже не обратил внимание. Он впитывал отзывы, списки клиентов, участие в конференциях, аттестаты и всё, что только мог найти, а потом с остервенением это анализировал.

И… пришёл к выводу, что этот исполнитель им полностью подходит. Веальда Халиг не раз проводила аудит именно для предоставления в ту инстанцию, куда Ферди было надо. Клиенты о ней отзывались как о дотошном и мудром специалисте, который выполняет работу не механически, а творчески, точно под задачу, и доходчиво объясняет, какие у фирмы есть проблемы и как их решать. И плюс ко всему – довольно скромный ценник, скорее всего, из-за того, что девушке не хватало времени заняться имиджем компании и поднять ставки.

В результате Маркиз был очень рад подтвердить перенос времени, потому что нужные документы он так и не собрал, а значит, придётся сидеть всю ночь и полдня, и отсрочка встречи – только на пользу делу.

– Встречаться с ней будешь сам, – предупредил он Ферди. – Я боюсь лицо светить.

– Ну, ты сядь рядом и суфлируй мне, хорошо? – усмехнулся артефактор. – А не хочешь отдохнуть и заодно посмотреть, как устроена панель управления Импульса?

Маркиз не то чтобы очень хотел, но он решил учиться артефакторике, так что отказываться не стоило.

– А у Импульсов есть аура контроля? – спросил он, вставая.

– Не совсем, – хмыкнул Ферди. – Что-то похожее, но попроще. Показать? Мне как раз нужно её перенанести.

Маркиз тут же прибавил ходу и прикипел взглядом к рукам артефактора. Весь оставшийся вечер он изучал устройство разных штук в Импульсе и даже помогал кое-что починить. И это придавало ему уверенности.

Свити почти никогда не учились, как учатся люди. Они просыпались на фабрике уже с установленными аурами, в которых содержалась вся информация, нужная для работы. Даже адаптировать ауры под конкретную задачу поначалу не всегда выходило, особенно если параметры были сильно нестандартными. Для этого требовались годы опыта, и то не у всех Свити выходило. Например, Лаймы так до конца жизни и не осваивали нестандартные задачи.

Но Маркиз был Юдзу, а Юдзу должны справляться с такими вещами гораздо лучше. Так что он лелеял надежду, что обойдётся как-нибудь без ауры артефакторики. Ведь их не существовало в природе – кто же даст Свити способность переделывать Свити? И Маркиз собирался стать уникальным специалистом. Теперь, если его прежние хозяева за ним пришлют Цитронов, Маркиз не будет беспомощен!

***

Лир замер, в ужасе уставившись на рыжего парня, открывшего калитку. Может, он всё-таки ошибся, и это не Юдзу? Но такие яркие глаза, такая ровная чистая кожа… У людей так не бывает, обязательно или прыщ на лбу, или щетина на подбородке, родинка какая-нибудь, следы от очков, красное пятно от укуса мошки… Да и по телосложению это был типичный Юдзу – мелкий, тощий, поджарый. И взгляд… Цепкий, просчитывающий. У Юдзу всегда такой взгляд, словно ты – задача, в которой нужно оценить риск и доходность.

Но прежде, чем Лир успел что-то сказать, его аура связи заверещала благим матом:

Вторжение! Вторжение!

Лира словно ледяной водой окатило какой-то волной, от середины груди по всему телу разошлись круги, зрение на секунду поплыло, но тут же выровнялось, Лир даже не выпустил ручку кейса, только пошатнулся и переставил ногу.

– Молчи и иди за мной, – велел Юдзу и посторонился, пропуская Лира в калитку. Тот послушался – по привычке, а ещё потому, что не знал, что этот Юдзу с ним сделал. Стоило притвориться ветошью и выполнять приказы, пока не станет ясно, что тут к чему. И откуда у артефактора, держащего импульсервис в небольшом городке, Юдзу.

– Его могли прислать с базы, – предположила Брасса, которой Лир тут же передал всё, что произошло.

Юдзу тем временем высунул нос на улицу, повертел им туда-сюда и закрыл калитку на замок.

– Иди в гараж, – велел он Лиру. Тот послушно зашагал.

– С чего бы базе присылать за нами Юдзу? – спросил он на ходу у Брассы. – Без ауры ЧК он мне на один удар.

– Так они не знают, что у тебя аура поломана. А мне он может приказывать.

Лир хотел было ответить – что толку тебе приказывать, если ты самое большее сейчас голову повернуть можешь? Но вовремя спохватился, что Брассе будет досадно такое слышать. Кому понравится, когда напоминают о том, что ты не можешь выполнять свою функцию?

– Тогда сиди тихо, чтобы он тебя не заметил, – сказал вместо этого Лир. – Я осмотрюсь и пойму, как лучше сбежать.

Зайдя в гараж, Юдзу тоже закрыл дверь. Лиру это не понравилось: как бы не оказалось потом, что для отпирания нужен пароль. Впрочем, с другой стороны в стене светлела пара окон, так что в крайнем случае выбьет их.

– Кто тебя прислал? – быстро и мрачно спросил Юдзу.

Лир задумался над вопросом. Почему он спросил именно такое? Если этого Юдзу отправили с базы искать беглого Лайма, то вопрос не имел смысла. Но зачем вообще отправлять Юдзу ловить Лайма? Тут надо или Цитрона, или просто хозяина, чтобы приказал возвращаться.

Значит, этот Юдзу к базе отношения не имеет. И сам не знает, кто Лир такой. Но, конечно, сразу опознал в нём Свити. Юдзу шляпой не проведёшь, у него все параметры всех Свити в специальную ауру вшиты, он наверняка уже определил Лира с точностью до модели и года выпуска.

Допустим, этот Юдзу принадлежит импульсервису или какой-то его материнской организации, Лир слыхал, что в Теасе большие фирмы иногда заводили себе фирмульки поменьше. В таком случае, что он должен сделать с беглым Лаймом, не принадлежащим его фирме? Лир был уверен, что база, на которой он использовался, не имеет отношений ни с какими городскими компаниями.

Протоколов Юдзу он, конечно, не знал, но мог предположить по логике. Лайм мог быть водителем грузового Импульса или просто курьером, мог выступать в роли переговорного устройства, если хозяин не доехал поприсутствовать на встрече лично. В таком случае вопрос «кто тебя прислал» подразумевает – кто твой хозяин, чего он хочет.

Однако это странный вопрос для Юдзу. Если бы он решил, что Лир прибыл от клиента, он бы выразился покрасивее. Это же Юдзу, они умеют. Что-нибудь типа «чем мы можем быть полезны» или там «как мне к вам обращаться», вот это вот всё. И потом, если бы этот Юдзу решил, что Лир – хозяйский Свити, то что такое странное он сделал? Вот то холодное ощущение неприятное, это что было? Лира никогда таким не обрабатывали, а он работал на доставке, ездил между базой и городом один, без сопровождения.

Однако тут он припомнил, на что это было похоже… Когда менялись хозяева и ауру ЧК перезаряжали на нового командира. Эге, да никак этот Юдзу попытался взять его под контроль? Вот никогда Лир их породу не любил, а сейчас так прямо особенно!

Однако если Юдзу бы решил, что Лир – хозяйский Свити, то разве стал бы он пытаться его перехватить? Хозяином Лайма может быть кто угодно, но с большой вероятностью это крупная организация при деньгах. И, не дождавшись своего Лайма домой, она пришлёт кого-то посущественнее. Юдзу не мог этого не понимать.

Но Лир не выглядел, как хозяйский Лайм. Он был одет в слегка прополоснутую в реке куртку, снятую с пугала, и свои старые рабочие штаны с дырами, а ещё в самоплётную соломенную шляпу. Волосы, обычно заплетённые в косичку, растрепались и торчали в разные стороны, как та солома, да и наверняка грязь где-нибудь на лице прилипла, а руки все в замазке… М-да. Конечно, Юдзу должен был понять, что нормальный хозяин в таком виде Лайма из конторы не выпустит.

Но Юдзу не спросил «откуда ты сбежал» или даже «кто тебя бросил» – всякое же бывает. Он спросил «кто тебя прислал». То есть он предположил, что вот в таком виде Лайм явился к нему… в камуфляже? Лир не раз видал учения и обмундирование людей для работы в поле – вот это всё пятнистое, с налепленными на шлем веточками и сеткой в лоскутах. Юдзу решил, что Лайма к нему подослали под видом ветоши, чтобы… что?

– Смотри, как бы он не отправил кому-нибудь сообщение, – предупредила Брасса из кейса. – Я замечу, если он это сделает, но остановить или прочитать не смогу.

Ого какие у Цитронов есть способности!

Лир заново прокрутил в голове факты: пригородный импульсервис, домашняя одежда, вороватое оглядывание у калитки. Да этот Юдзу – сам беглый. Он скрывается от хозяев. И решил, что Лайма послали его искать. А спросил «кто» – потому что, наверное, сбежал при перепродаже и хочет знать, новый или старый хозяин его ищет. Небось разные возможности у них.

Пауза затянулась, и Лир по привычке решил отыграть тупого Лайма, пока Юдзу не заподозрил неладного.

– Хозяин, – уверенно ответил он.

Юдзу поджал губы совсем как недовольный человек.

– Кто твой хозяин?

А сам на кейс – зырк. Небось думает, что Лир сейчас его в этот самый кейс и упакует. Или наоборот, надеется засунуть туда Лира, чтобы потом продать его хозяевам, а на вырученные деньги свалить в голубую даль. Ну уж нет.

– Ты! – выпалил Лир.

Юдзу ожидаемо растерялся и забормотал что-то о настройках, но Лир уже воспользовался его замешательством: прыгнул вперёд, повалил Юдзу на пол, перевернул и прижал к магокамню пола, а потом обхватил руками его голову.

– Не вздумай ни с кем связываться, иначе я оторву тебе башку, – прошипел он в самое человеческое ухо Юдзу. – И заберу с собой в качестве компаса. Это ясно?