Все трое переглянулись Маркиз тут же закинул в общий пузырёк выкладку своих рассуждений:

Это работник транспортной компании, у неё есть ключи от всех номеров. Прятаться бесполезно. Пока она думает, что мы люди, – мы находимся тут незаконно.

Лир тут же уточнил:

А как Эдна собиралась объяснять наше присутствие?

Документами на собственность, – кисло ответил Маркиз.

Лир кивнул.

В таком случае мы должны признаться, кто мы. И уведомить… Джея, чтобы он сообщил Эдне о ситуации.

Маркиз прислал подтверждение, что берёт это на себя, а Лир повернулся к тётке.

– Мы не люди, – раздельно произнёс он. – Мы – Свити в собственности пассажира этого номера.

Женщина фыркнула:

– Да где вы Свити-то? Не пудрите мне мозги, Свити не сидят на мебели.

Маркиз послал в пузырь что-то паническое на тему того, как они спалились, но Лир был неколебим.

– Хозяйка приказала нам сесть, чтобы не упали при движении.

– Ну кане-ечно! – Тётка склонила голову набок. – Ладно уже заливать-то, Свити и в номерах не ездят. Что я, не вижу, что вы студентики безгрошовые? Давайте-ка в тамбур и ждите следующей остановки, там вас и высажу.

Брасса встала.

Лир едва не ухватил её за руку, но в последний момент сдержался и написал ей в пузырьке:

Ты что, правда в тамбур собралась? Ты не обязана её слушаться!

Брасса в ответ одарила его презрительным взглядом, к счастью, отвёрнутым от тётки. Затем Цитронка встала прямо перед ней и расставила ноги.

– Из этого номера никто не выйдет без разрешения хозяйки, – отчеканила она. В тусклом ночном освещении блеснули шокеры.

Но тётка была не робкого десятка.

– Поугрожай ещё мне! Вот встала же, а говоришь, велели сидеть.

Лир почувствовал в пузырьке Брассину растерянность, но внезапно она сменилась ликованием.

– Я имею разрешение двигаться по своему усмотрению в случае, если опасность грозит хозяйке или её собственности, – надменно заявила Брасса. В пузырьке она при этом радовалась, как маленькая девочка, впервые самостоятельно запустившая стиральный бак.

Лир осознал этот момент: Брасса, кажется, впервые согнула ожидания людей себе на пользу. До сих пор она следовала функции почти слепо, либо в растерянности плыла по течению. А сейчас наконец поняла, как быть свободным Свити. Лайм тут же завалил её похвалой, а тем временем сам заговорил:

– Разве вы не можете на вид отличить человека от Свити? – произнёс он с характерным искусственным удивлением, как выражают его совсем новенькие Лаймы.

– Да кто вас, Сечебукиных детей, разберёт, – пробормотала женщина. – Какие только не ездят…

Уверенности в ней поубавилось, но отступать она всё ещё не собиралась.

– А если вы Свити, – наконец уступила она, – то должны ехать в транспортных контейнерах в багаже.

На слове «должны» затихший было Маркиз повернул голову, как механическая игрушка.

– Разрешите уточнить, в согласии с каким законом и какой именно страны перевозка Свити в номере для людей не допускается?

Тётка нахмурилась.

– Такие правила на Змеегрызе!

Маркиз не собирался сдаваться.

– У меня есть доступ к своду правил о проезде и провозе багажа на международных поездах типа «Змеегрыз». Уточните, пожалуйста, в каком параграфе сказано что-либо о перевозке Свити.

– Что я тебе, параграфы помнить буду?! – рявкнула тётка. – Нельзя и всё! Как будто я правила не знаю!

– В данный момент ничто не указывает на то, что вы осведомлены о содержании правил, – ровно и с отсутствующим видом сообщил Маркиз. Лира начал разбирать смех.

Неизвестно, сколько бы ещё они припирались, но тут в коридоре зашуршали шаги тапочек по ковру, и в дверях показались завёрнутая в халат Эдна с Джеем. Судя по лицу Эдны, Маркиз уже передал им все подробности ситуации.

– Вызывайте начальника поезда, – отрезала Эдна, не дав тётке и слова вставить. – Никаких ограничений по провозу Свити на пассажирских местах нет, человеческий билет на них тоже не требуется, я выясняла этот вопрос два дня назад у вашего представителя на станции Концеречье. Если ваше мнение расходится с его, выясняйте это со своим начальством, а я буду разговаривать только с начальником поезда.

– А-а… билет?! – вспомнила наконец тётка, зачем приходила. – Ваш-то билет?

Эдна небрежно махнула в сторону Джея. Тот поднял ладонь.

– Позвольте ваш считыватель.

Тётка попереводила взгляд с Эдны на Джея и обратно, но наконец сообразила поднять висящий у неё на шее считывающий артефакт. Джей приложил к нему руку, и кристалл вспыхнул зелёным.

– Эдна Халиг, пятнадцатый номер, – произнёс искусственный голос.

На этом Эдна демонстративно поднялась по лестнице, сверкая не прикрытыми коротким халатом ногами, и убралась на кровать.

– Я за начальником поезда! – выплюнула тётка и со всей силы задвинула дверь. Однако та скользила неохотно, и грохнуть ею не получилось.

– Успехов, – донеслось сверху. – Всё, я спать.

Лир хотел было намекнуть новой хозяйке, что если придёт начальник поезда, неплохо бы с ним человеку говорить, а не чересчур самостоятельным Свити. В конце концов, у них нет никакого права голоса. Но кричать сквозь потолок или лезть к Эдне по лестнице было бы слишком нагло, а от этой человечки зависело, как они устроятся в Вегрии. Лир повернулся было к Джею, чтобы попросить его быть посредником в этом общении, но увидел, что тот тоже поднимается по лестнице. Наверху завозились, пошептались и затихли, а троица Свити так и осталась одна ждать явления начальника – Лир и Маркиз сидя, а Брасса – стоя перед дверью, готовая ко всему.

***

Начальник поезда всё не являлся. Змеегрыз мелко трясся и чуть слышно гудел, даже скорее шелестел, словно для движения ему приходилось перебирать по воде вёслами-чешуйками.

Примерно через час Джей спустился вниз, взъерошенный, в полурасстёгнутой рубашке. Лир понимал, что это значит. И для каких нужд хозяйка его использовала, тоже понимал. Вопрос оставался в том, собиралась ли она и других применять так же или, скажем, предлагать подругам.

– А ты чего стоишь? – спросил Джей у Брассы, хлопаясь на диван. Двигался он ещё развязнее, чем Лир, и это было странно с учётом его меньшего опыта.

– Охраняю на случай явления начальника поезда, – так же тихо откликнулась Брасса.

– А, да забудь, не придёт он, – отмахнулся Джей. – Нет такого правила, я же утром в Теас приехал. Если бы было, уже тогда бы проблемы начались. Теперь только таможня будет, но, наверное, часа через два.

– Ты разве не помнишь, сколько вы ехали утром от таможни до Ден-Таага?

– Помню, но дневные поезда быстрее, – пояснил Джей. – Ночью он нарочно медленно едет, чтобы люди поспали.

– А зачем тут окна? – не удержался от вопроса Лир. – Мы же под землёй, разве нет?

– Ага, – Джей улыбнулся. – Но будет одно место, где наружу вылезем, и там очень красиво. Не знаю, правда, как ночью будет.

Он как-то неуверенно оглядел остальных и спросил:

– А вы… не слышите змеепоезд?

Ответом ему были три озадаченных взгляда.

– Ну, – поспешил объяснить Джей, – он картинками сыплет. Вы не получаете этот поток?

Все трое переглянулись. Лир даже близко не представлял, о чём Джей может говорить.

– Это как то, что ты на меня переводил? – уточнил Маркиз. – Когда хозяйку твою искали?

Он особо выделил слово «твою», намекая, что она не общая. Наивный. У Лира чем дальше, тем меньше оставалось надежд на свободу.

– Да, точно! – обрадовался Джей. – Но там было очень много и всё изнутри, а так обычно он рассказывает про состояние туннелей, кристаллы там, подземные реки…

Все трое помотали головами, и Джей сник.

– Понятно. Значит, наверное, Льяло должен вас представить. Эх-х, а мы же приезжаем в Концеречье, а не на Излучный рынок, а в Концеречье Льяла на станции нет…

– Льяло – это кто? – уточнил Лир.

– Льяло – это река, – пояснил Джей, но легче никому не стало.

– Река должна… представить нас поезду? – повторил Маркиз, убеждаясь, что он всё верно понял.

Джей охотно кивнул.

Лир опасливо глянул наверх. Что эта человечка сделала со своим Лаймом, что у него настолько всё в голове помутилось? Как бы она и с ними такое не сделала…

– А вам не попадались умные реки?

Вероятно, он увидел ответ в их пустых взглядах, потому что пояснил:

– Ну, люди иногда закачивают в реку очень много магии. Вот, например, Змеегрыз же не по земле ползёт, а по воде, это подземная река, точнее, много рек. И они наполнены магией, чтобы он мог по ним двигаться. Но некоторые так переполнены или так долго живут с ней, что сами становятся… ну как бы… Ну не совсем прям как люди, но, может, как звери. С ними можно немножко разговаривать. Вот Льяло такой.

Лир спохватился, что на его лице уж очень вытаращились глаза. Обычно он лучше управлял своей мимикой, наоборот, её приходилось нарочно напрягать, но последнее время, похоже, она стала работать самостоятельно.

– А ещё что… разумное? – хрипло спросил Маркиз. Лир вспомнил, что Маркиз проходил по дну реки через границу Логроканта и Теаса. Как знать, что там была за река…

– Море, – охотно откликнулся Джей. – Ой, а вы же и про море ничего не знаете, да? И про Маньяров?

– Маньяр – это часть твоего имени, – припомнил Маркиз.

Джей закивал.

– Ага! И вам советую кошачьи имена взять, тогда в воде, напитанной магией, вы будете видеть вселенского кота. Вы вообще знаете, что мы все на самом деле люди?

После этого начался допрос с пристрастием. Впрочем, Джей не возражал и о своих приключениях рассказывал с удовольствием, припоминая самые мелкие подробности.

– Вот, значит, почему, – медленно произнесла Брасса, глядя на Лира, – ты так изменился после того, как назвался Мурмяу. Наверное, в тебе тоже проснулся этот… кот?

Лир открыл было рот, но тут змеегрыз замедлился и встал, а в дверь постучали.

– Начальник поезда?! – прошептал Маркиз. Брасса вскочила и встала в дверях.

– Таможня! – буркнули снаружи. Ого, а Лир даже не заметил, как время пролетело!

Эдна свесилась с кровати и открыла дверь. Угрюмый мужчина в форме оглядел толпу Свити и сонную человечку.

– Декларировать что будете?

– Этот из Вегрии, – Эдна ткнула пальцем в Джея. – Остальных декларирую. Документы все у первого, я леденец посеяла.

Мужчина быстро достал сканирующий артефакт, велел всем Свити выставить вперёд руки, прошёлся по каждому, потом цепким взглядом осмотрел номер и попрощался.

– И что теперь? – нервно спросил Маркиз.

– Ничего, – пробормотала сверху Эдна. – Его всё устроило, спим дальше.

И затихла.

Вскоре Змеегрыз тронулся.

Лир хотел было вернуться к прерванному разговору, но Джей зачем-то поднял плотную штору на окне. Снаружи было темно, только изредка мелькали светящиеся точки, но на скорости Лир не успевал рассмотреть, что это. Он уже собирался спросить, что Джей надеется увидеть, когда тоннель вдруг кончился.

Над Змеегрызом раскинулось звёздное небо со звёздами такими крупными, словно капли на стекле в дождь. Они так заворожили Лира, что он не сразу заметил: внизу вместо земли раскрывался огромный каньон, а по его дну тянулась дорога, подсвеченная яркими фонарями. Она уходила за горизонт, сверкая и отражаясь в небе. Лиру казалось, что он падает, но тут Змеегрыз чуть накренился, и всех впечатало в левую стенку. Брасса не устояла и оказалась у Лира на коленях. Небо оказалось сверху, а нижнюю часть окна застили подсвеченные алые бархатные крылья, словно от огромной бабочки. Змеегрыз летел через каньон.

***

Четверо Свити прилипли к окну. Лир показал остальным, как прикрыть лицо руками по бокам, чтобы свет из номера не мешал. А снаружи – яркие крылья переливались из красного в фиолетовый, в синий, потом в зелёный и наконец через жёлтый в красный. С их краёв срывались светлячки и улетали в небо, где словно бы встраивались в рисунок созвездий, дополняя его до полной картины.

Джей вгляделся в рисунок и широко улыбнулся.

– Смотрите, это же большой кот!

Все уставились на звёздный узор на небе. И правда, из-за горизонта, словно конец шарфа с помпоном наверху, колыхался огромный чёрный кот. Звёзды внутри него потускнели, словно светили сквозь дымку, а края изображения сияли, как архитектурная подсветка кровати, постепенно притухая и сливаясь с общим уровнем света. Вокруг ушастой головы сияла круглая корона, а золотые глаза словно бы смотрели прямо на четвёрку бывших Маньяров.

Змеегрыз перелетел за середину каньона и выровнялся, так что горизонт снова оказался посередине окна, а не где-то у нижнего края, неприятное ощущение падения почти прошло. С этого ракурса от кота стало видно только самый низ, и тёмная полоса посреди неба вскоре рассеялась, словно её и не было.

Зато внизу замелькали фонари – те, что вдоль трассы, и новые, невидимые сверху, по склонам гор, где гнездились городки и посёлки.

– Теперь верите? – спросил Джей, обернувшись к остальным.

Брасса внезапно осознала, что восторженно таращится в окно с открытым ртом, рот со стуком закрыла и заняла своё место у двери.

– А ты что со всем этим знанием делать собираешься? – спросил Маркиз.

Джей пожал плечами.

– Не знаю, а что с ним сделаешь?

Маркиз и Лир, судя по лицам, усердно думали.

– Если ты прав, – медленно заговорил Лир, – и Цитрус поместил наши души в камни, то, выходит, у них ограниченный запас материала для производства Свити.

Маркиз закивал.

– И они наверняка ищут способы засунуть в камни ещё каких-нибудь людей. А может, уже и нашли.

Джей похолодел, но то, что сказала Брасса, напугало его ещё больше:

– С высокой вероятностью они как-то собирают камни уже отслуживших свой срок Свити, – ровно произнесла она, словно её это вовсе не касалось. – Странно, что они не требуют с покупателей сдавать сломанных Свити по истечении гарантийного периода обратно.

– Возможно, – медленно произнёс Маркиз, – у них есть более простой способ вернуть камни.

Лир прижал уши так, словно собирался драться. Джей своих ушей не видел, но подозревал, что сделал так же.

– Думаешь, они в любой момент могут нас как-то… призвать?

***

До утра все молча нервничали в ожидании, что вот сейчас из ниоткуда высунется жадная рука, сграбастает ближайшего Свити и уволочёт, чтобы выдрать из него центральный артефакт, вырастить вокруг того новое тело и продать очередной корпорации. Но руки не высовывались, да и технологию такой рыбалки никто не смог представить даже приблизительно.

В итоге Лир сдался первым:

– Если придут за нами, будем драться. А пока не придут, будем жить, как живётся.

– Надо Эдне сказать, – заметил Джей, обнимавший упаковку полотенец, которые Эдне не пригодились.

– Чтобы ещё и она понервничала? – хмыкнул Лир. – Что она может сделать? Она даже не артефактор. Вот Ферди сказать имеет смысл, он хоть в вопросе разбирается, может что-то подсказать.

Джей вяло согласился. Нервировать Эдну и правда не стоило, ей бы оправиться после вчерашнего потрясения, режим дня восстановить. Да и вообще, из-за срыва планов теперь надо переносить все встречи, а Джей тут сидит-филонит.

Эдна спустилась сверху помятая, но выспавшаяся, и сразу заказала кучу еды. Лир даже бровь приподнял, выслушивая список, а Джей принялся приводить хозяйку в человеческий вид: расчёсывать, подсовывать ей под пальцы баночки с кремом, искать в сумке запасные носочки.

Еду принесла всё та же крупная тётка и, задрав нос, хлопнула подносом о стол, который Джей предусмотрительно вернул, сложив второй диван.

– На станции вас будет ждать сотрудник безопасности, – надменно произнесла тётка, бросив на Эдну колкий взгляд. Впрочем, та как раз зевала, да и смотрела на поднос, а не на тётку. – Будете с ним разбираться, как это вы тайком столько Свити тут провезли.

Брасса угрожающе вытянулась, а Джей попытался загородить Эдну собой. Лир и Маркиз сидели на диване между Эдной и стеной, так что присоединиться к демонстрации не могли. Но Маркиз внезапно влез в разговор:

– А как ваш сотрудник безопасности отнесётся к тому, что вы возите через границу недекларированный груз?

Тётка изумлённо на него уставилась.

– Или вы думаете, что никто не знает, что лежит в прикрученных к полу ящичках под столами? – добавил Юдзу и выразительно попинал ногой такой самый ящичек. На вид это было какое-то техническое хранилище или часть подъёмного механизма, жестяная коробка на винтах.

Однако проводница сбледнула с лица.

– Туда нельзя лазать пассажирам! Там артефакты! Это собственность транспортной компании!

Маркиз с улыбкой покивал.

– Я и не лазал, у меня есть видео того, как вы с одним техником прячете туда контрабанду. Такой чернявый мужичок с большим носом, вы его ещё зовёте Асмар.

– Да вы… ты… как вы… – тётка прожгла взглядом Эдну, но та только ухмыльнулась, раскладывая принесённые на подносе булочки и пирожки по столу в одном ей известном порядке. Перед собой она оставила пару сэндвичей, варёное яйцо и туесок с кашей.

– Призовите своих животных к порядку! – выпалила тётка.

– А иначе что? – спросила Эдна, мельком глянув через плечо. – Или вы думаете, сотрудник безопасности не примет свидетельство Юдзу за доказательство?

Тётка шумно задышала, а потом выскочила в коридор и закрыла дверь – снова не так громко, как хотела бы.

– Ты откуда узнал про контрабанду? – поинтересовался у Маркиза Лир.

– А у меня ночью всё-таки получилось к поезду подключиться, как Джей, – довольно приосанился Маркиз. – Только я у него не скопом всё взял, а повыбирал, проанализировал. Я теперь про пассажиров столько знаю, м-м, никто мне не страшен!

– Ты поосторожнее с шантажом, – заметила Эдна и пододвинула Маркизу булочку. – Поешь вот лучше, они тут отменные. И остальные тоже не стойте столбом, я на всех брала!