Путь на платформу Брасса проложила так, чтобы пришлось пройти только одну стойку охраны.

– Но как ты собираешься разговаривать со Змеегрызом? – в третий раз спросила она, пока вся группа двигалась к цели. После того, как Брасса проговорилась при Джее, она решила больше вообще вслух не разговаривать, только в эфире.

– Кто вообще такой Змеегрыз? – не удержался от вопроса Лир. – Я думал, это поезд, разве нет?

– Да, всё так, – подтвердил Джей, снова сверяясь с часами. – Но я буду долго объяснять, а он вот-вот придёт. И стоянка короткая. Вы поймёте на месте.

– А нас пустят на платформу без билета? – занервничал Марк. – Мы ведь так и не купили, неясно же, когда уедем, а деньги не бесконечные!

– У меня есть обратный, – заверил его Джей. – А вы пойдёте, как провожающие. Но вообще в Змеегрызе только внутри билеты проверяют, на платформу можно просто так зайти.

Тут они подошли к охранникам и смолкли на всякий случай, мало ли, что могут прочитать в эфире во время проверки. А стоило миновать стойку, как навстречу четверым Свити хлынула толпа – похоже, Змеегрыз уже пришёл и выпустил людей.

Джей ухватил Лира за руку и рванул вперёд. Тот всё понял и ухватил за руку Брассу, чтобы не потерять её в толпе. Брасса сначала ничего не поняла, но возмущённый окрик Маркиза заставил её обернуться.

– А я?!

Оценив ситуацию, Цитронка нашла в своих аурах протокол для перемещения по сети пещер большими группами и соотнесла верёвку со сцепленными руками. Да, это был хороший вариант. Она сцапала Маркиза за запястье и поволокла за собой на буксире.

Маркиз на своих новых ходулях хоть и научился ходить, но вот бегать не пробовал, к тому же у него была задействована человеческая походка – расслабленная, вразвалочку. Она тут же вошла в конфликт с бегом. Однако, когда тебя тащат два могучих Лайма и одна несгибаемая Цитронка, выбора у тебя нет, так что до платформы Маркиз доехал, как на водных лыжах. Хорошо хоть ботинки себе купил скользкие.

Когда все четверо наконец выскочили на платформу, Лир не сразу понял, где тут вообще поезд, а Джей внезапно затормозил у какой-то скруглённой стены. Лир поднял голову и понял, что вот это перед ним – это же… Это же оно…. И тут ему в спину врезался на полной скорости Маркиз.

– Ай! Вы чего встали? Куда дальше?

– Уже пришли, – шикнул на него Лир.

Брасса встала рядом с ним и отпустила его и Маркизову руку.

– Прости, – передала она через эфир по личному каналу в обход пузырька. Когда Лир это осознал, то чуть не растёкся тёплой лужицей. Брасса выделила ему личный канал! Но… Она извинялась? За что? – Я должна была принять удар на себя, но не сообразила заранее просчитать траекторию поворота.

Лир повернулся к ней и озадаченно поморгал.

– Какой удар?

Брасса нетерпеливо кивнула в сторону Маркиза, и тут до Лира наконец дошло. По его хмурому лицу медленно разлилась необычайно широкая улыбка.

– Ну, ты же помассируешь мне спину потом?

Такое предложение повергло Брассу в глубокий шок. Но отмазок Лир решил не принимать. Медицинская аура у Цитронов есть, а если в ней нет массажа, то Брассе придётся посмотреть видео в эфире.

Тем временем Джей глубоко вдохнул и приложил руку к блестящему боку Змеегрыза. Тут же в его разум хлынула череда образов таким сильным потоком, что чуть не смыла его самого. Но Джей смог удержаться на ногах – и реально и мысленно. И вместо того, чтобы просто пропускать через себя воспоминания гусеницы, попытался пропихнуть в обратном направлении образ Эдны. Сначала – как она сидела сегодня утром во чреве Змеегрыза, читая свои документы, а потом – из видео со станции, где двое с закрытыми лицами волокут её прочь.

Сначала ничего не происходило. Вероятно, при размерах подземного червя его ум находился где-то далеко от Джея, и картинки долго туда доходили. А может, Змеегрыз просто не очень быстро соображал. Джей пожалел, что тут нет Льяла. Вот кто бы сразу всё понял и отвёл куда нужно… По идее, под Змеегрызом была какая-то вода, но Джей не успел с ней познакомиться.

Но тут Джеевы отстранённые мысли разорвал мощнейший поток, который ворвался в его сознание, расшвыряв обрывки памяти и желания так, что Джей испугался, как бы не потерять их навсегда. Волна, захлестнувшая его, всё вливалась и вливалась. Она состояла из образов – таких же, какими Змеегрыз общался в прошлый раз. Если он вообще общался сам, а не просто нёс на себе отпечатки того, кем когда-то был.

– Ты чего? – раздался над ухом взволнованный голос. Джею потребовалось неимоверное усилие, чтобы вспомнить, кто он такой и зачем сюда пришёл. И что он был не один.

Образы застили глаза, так что Джей не видел говорящего. Продираясь сквозь толщу воды, он нащупал воспоминание и соотнёс голос со слышанными ранее. Марк. Это Марк. Юдзу. Он хочет помочь.

– Он дал мне образы, – выдавил Джей. – Но их слишком много…

Сквозь пелену потока, промоченный им насквозь, Джей почувствовал, как где-то далеко-далеко Юдзу протянул к нему канал. Это был не обычный канал, в который пролезали только сообщения и небольшие картинки или видео. Этот канал мог бы вместить Льяло в самом широком месте. И хотя фонтан, бивший из Змеегрыза, превосходил даже умную реку, Джей всё же поверил, что Юдзу с ним справится.

Расставив ноги пошире, чтобы крепче на них стоять, Джей обхватил всем своим существом поток образов и, напрягшись изо всех сил, своротил его с прямого пути – в канал к Марку.

Тут же перед глазами прояснилось. Джей воровато огляделся и встал попроще, чтобы не привлекать внимания. Лир и Брасса о чём-то шептались в эфире, ничего не заметив, а Марк… Марк стоял, как ни в чём не бывало, только со слегка расфокусированным взглядом. Как раз когда Джей собирался спросить, всё ли с ним хорошо, Марк криво усмехнулся.

– Тут компромата на половину населения Теаса… Этот поезд просто отдал тебе свою память обо всём, что происходило в нём и рядом. Ты вообще представляешь, сколько тут информации?

Джей приуныл.

– Про Эдну не сможем узнать?

Марк тяжело вздохнул, словно человек, которого заставляют бросить интересную книжку и пойти заниматься делом.

– Сможем. Я сейчас отсортирую. Вот она… Ага, ага… Есть! Я знаю, куда идти!

Он повернулся и пошёл. Джей рванулся было следом, но в последний момент затормозил и похлопал Змеегрыза по блестящей броне.

– Спасибо тебе, друг, – прошептал Джей, постаравшись передать эмоцию и напрямую тоже. Ему показалось, что там, откуда в него обрушился поток, что-то сверкнуло, но он даже не понимал, каким зрением это видит. И поспешил за Марком.

***

Эдна очнулась на мягком. Каком-то даже слишком мягком. Вставать отчаянно не хотелось, глаза не открывались и вообще всё тело ощущалось, как мешок с камнями. И по форме тоже – спину простреливало от любой попытки пошевелиться.

Что же она такое делала накануне? Вроде ж в Теас ездили… Презентация… У Эдны осталось твёрдое убеждение, что презентацию она провела и заказчик остался доволен, но вот как возвращались назад… Станция? Поезд? Никаких воспоминаний.

При мысли о станции в сознании возник образ Джея, любующегося водопадом. Эдна тогда не стала его прерывать – они не спешили, сама она этот водопад видала сотни раз, а для него всё в новинку, он же, бедняга, света белого не видал в жизни.

Почему-то Эдна не могла вспомнить, что Джей сказал, когда отошёл от фонтана. Да и отошёл ли? Или это она подошла… Или…

Двое в чёрном с повязками, закрывающими лица, хватают сзади за плечи, пригибают к столу и суют в лицо что-то вроде респиратора. Эдна мычит, вырывается, а потом забывает, зачем, и рассеянно идёт туда, куда её ведут, придерживая под локти. Куда-то по пожарной лестнице, а дальше… Остальной путь память уже не сохранила.

Похолодев, Эдна всё же распахнула глаза. В помещении было темно, но не так, чтобы вовсе ничего не увидеть. Тонкой полоской света выделялся контур двери. Сама Эдна лежала на узкой кровати с высоким металлическим изножьем. Пошевелившись, она поняла, что дно кровати представляет собой гамак, в который Эдну кто-то сложил абы как, и именно поэтому её спина воет на луну.

Она с трудом села в гамаке и вытащила ноги через металлическую раму, а потом перекатилась вперёд, больно прищемив кожу под коленками, но наконец оказалась на полу.

Стоило встать, как Эдну повело: чугунная голова не одобряла ту дрянь, которой Эдну вчера обработали. Вчера ли? Она привычным движением активировала леденец, но ничего не произошло: стильного аксессуара на руке не оказалось. Эдна в панике пошарила в кровати, но леденец не завалился в складку. Нет, конечно, его сняли, это же очевидно.

Из одежды на Эдне остались брюки и блузка – уже неплохо, но, увы, никакой обуви, так что на холодном магокаменном полу она стояла тонкими эластичными носочками.

Помимо кровати в комнатке угадывались очертания рукомойника, столика – то ли кухонного, то ли школьной парты, на котором тускло отражала свет из-под двери какая-то посуда. Всю дальнюю стену занимал… стеллаж? Наверное, это было стеллажом. В его полки кто-то как попало напихал большие матерчатые тюки, а между ними – одежду. В основном рабочие куртки, в том числе зимние, на вате.

Эдна порыскала по стеллажу, даже вывалила с полок пару тюков, но ничего полезного не нашла. Куртки, штаны, штаны, куртки. Пахло всё это какой-то производственной алхимией, дымом и затхлостью. Вероятно, здесь хранились вещи для каких-то работяг. А кровать, значит, принадлежала сторожу или каптёрщику. С некоторой брезгливостью Эдна изучила то, на чём очнулась, но ничего ужасного не нашла. Кровать была застелена чистыми неглажеными простынями, а цвет в таком освещении определить не удавалось.

Проверила Эдна и умывальник. Вода из крана в стене текла неохотно, закручиваясь смерчиком, но ничем не пахла и на вкус была просто водой. Эдна только сейчас поняла, что умирает от жажды, и как следует напилась.

А потом стала думать.

Судя по каптёрке, сильно вредить ей никто не собирался. Хотели бы – уже бы навредили. Например, привязали бы за запястья к кровати или к какой-нибудь трубе. но её уложили в гамак и даже заботливо укрыли простынёй. Водичку предоставили, тёплые вещи, посуду. Конечно, это всё могло быть случайностью – у преступников просто нашлось такое вот укромное место, и оно было удобнее, чем подвал с трубами. Но Эдна хотела верить в лучшее.

При этом встречаться со своими похитителями она вовсе не желала. Чего бы им ни было от неё нужно, вряд ли ей это понравится, иначе зачем было похищать? И – самое главное, что они сделали с Джеем?

От этой мысли её бросило в холод, а сердце словно поросло сосульками, капающими в живот. Джей! Что если они пришли за ним, а Эдну устранили просто, чтобы не мешала?!

Но нет, зачем это? В Теасе полно Свити, в том числе в частном владении, неужели ближе не нашлось? Или дело как раз в том, что она из Вегрии? Похитители решили, что её дольше не хватятся? Это было в чём-то правдой: контакт с семьёй Эдна почти не поддерживала, так что забеспокоятся о ней первыми подчинённые, но у них даже её адреса, кажется, нет…

М-да, не очень-то надёжно она выстроила свою новую жизнь. Но Джей! Что с ним сделали? Даже если его не сцапали похитители, что сталось с ним, когда он оказался один посреди незнакомой станции? Что сделали с ним местные служащие, поняв, что это Лайм без хозяина? А если он бросился за ней?

Эдна заставила себя дышать глубже, а потом ещё раз умылась. Паникой делу не поможешь. Что бы ни случилось с Джеем, пока она отсюда не выберется, она ему не поможет. Будем решать проблемы по мере предъявления.

Итак, задача первая: сбежать.

Эдна подошла к двери и осторожно подёргала её туда-сюда. Дверь была хлипкая, дощатая, на ржавых петлях, но заперта снаружи на что-то серьёзное. Судя по тому, как посерёдке прерывался свет из щели, на засов. Эдна подумала позвать на помощь, но вряд ли же её заперли там, где мимо могли ходить посторонние, а вот непосторонние могли и прийти на крики. Нет уж.

Окон в каптёрке не было, так что дверь оставалась единственным выходом. Эдне её не вышибить, это ясно как день. Она попыталась просунуть в щель ручку от ложки, но та была толстовата и застревала, а даже когда как-то просунулась, засов поддеть не удалось, он сидел плотно. Зачем вообще на каптёрке снаружи засов?

Ну да ладно, может, специально для неё приколотили. Эдна отошла и села на кровать, чтобы собраться с мыслями. Дверь не открыть. Окна нет. Стены… магокаменные, стук звучит глухо. Потолок. Она задрала голову.

Потолок маячил где-то очень высоко. Оглядевшись, Эдна зашла между стеллажом и изножьем кровати и полезла наверх. Потом слезла и подтащила столик с посудой. С него удалось поставить ногу на предпоследнюю полку, ухватиться за стойку, подтянуться…

И вышибить головой доску потолка, невидимую в темноте. Эдна даже не сразу поняла, что случилось, вроде как нырнула куда-то. Спустилась обратно и ощупала над собой. Доски легко поднимались, а над ними была чёрная пустота.

Что ж, даже если там тоже нет выхода, хотя бы похитители подольше её поищут, когда придут.

И Эдна залезла на потолок.

***

Над потолком оказалось так темно, что Эдне стало не по себе. Не из каких-то суеверных соображений, а просто потому, что в полной темноте она почувствовала себя беспомощной и словно запертой в коробке. Но она понимала, что это просто потому, что люди привыкли полагаться на зрение почти полностью, а тут вдруг этого надёжного средства нет.

Если же отбросить пустые страхи и сосредоточиться на реальности, то самое главное – не наткнуться на что-нибудь неприятное. Поэтому Эдна закрыла глаза, встала на четвереньки и медленно поползла вдоль стены, ощупывая всё перед собой вытянутыми руками.

Так она обползла три стены и уже думала, что деваться отсюда некуда: должно быть, фальшпотолок сделан в каптёрке отдельно от других помещений. Хотя это странное решение, особенно если учесть стеллаж до потолка. Эдне показалось, его создатель был бы не прочь продлить его и выше.

Но как раз когда она всё это подумала, ей показалось, что третья стена существенно длиннее первой. И чем дальше Эдна ползла, тем больше убеждалась, что пространство над фальшпотолком больше каптёрки. А потом её рука стукнулась костяшками о какую-то железку.

Эдна зашипела и сжала руку другой, радуясь, впрочем, что не головой вперёд влетела. Потом осторожно нащупала железку снова. Это была лестница – такая, как в бассейне, вертикальная вдоль стены, только сделанная из наскоро спаянных железных профилей, шершавая и оставляющая на руках пахнущую железом пыль. Должно быть, ржавая.

Эдна осторожно встала и попробовала наступить на ступеньку. Та под её весом никуда не делась, так что Эдна полезла вверх. Поднялась на пять ступенек, ощупывая всё вокруг, и упёрлась в потолок. И этот уже был настоящий, ровный, твёрдый и холодный.

– Что за лестница, которая никуда не ведёт? – пробормотала Эдна и почувствовала на лице что-то лишнее. Стёрла рукавом – похоже, паутина. Хороша же она будет, когда вылезет отсюда. Если вылезет.

Нет, лестница определённо должна была вести к чему-то. Может, там в потолке есть люк? Эдне случалось несколько раз бывать на заводах клиентов, и у неё сложилось впечатление, что всякие ходы-переходы там не подчиняются никакой логике, но она не теряла надежды.

Однако потолок был монолитным, и лестница упиралась в него. Правда, Эдна вроде бы не нашла последнюю ступеньку. Расстояние до потолка предполагало ещё одну, но её не было. Пошарив руками по стене, Эдна внезапно наткнулась на какую-то ручку. Та туго поворачивалась, так что Эдна на ней почти повисла, но наконец механизм с глухим дребезжанием провернулся, и Эдна чуть не выпала в открывшееся окно.

И тут же закрылась руками от слепящего белого света.

В полутьме каптёрки и в полной темноте надпотолочного пространства глаза Эдны настолько отвыкли от света, что понадобилось с полминуты, чтобы привыкнуть. Наконец, когда она смогла хоть что-то видеть, то различила металлические балки с зигзагообразными распорками, поддерживающие крышу из пыльного стекла. На уровне глаз из-под конька крыши свисали какие-то конструкции, назначение которых оставалось для Эдны загадкой. Но она рассмотрела логотип на нескольких ближайших.

– Группа компаний Химил? – пробормотала Эдна. Название было знакомым, но она не сразу вспомнила, откуда. Где-то она недавно видела этот Химил, ещё посмеялась над названием – на вегрийском оно звучало иронично, потому что компания производила вещи из безопасного магопластика и упирала на натуральность своей продукции. Где же она ей попадалась?

Внезапно Эдну осенило. Ну конечно, это же один из партнёров Десмондо. Причём новых, приведённых уже после покупки нынешним владельцем. Это что же получается, Десмондо сами её пригласили и сами похитили, спрятав у партнёров? Или эти Химил подсуетились?

В раздумьях Эдна опустила взгляд ниже, где стояли какие-то станки, и её взгляд засёк движение среди переплетений металла и магопластика. Что-то яркое маячило в проходе между станками. Эдна высунулась из окна подальше, чтобы ей не загораживала вид поперечная труба.

Снизу, из леса труб, станков и соединений, на Эдну смотрела рыжая Свити. Подвижные уши повёрнуты вперёд, в руке шланг от промышленного пылеуловителя – почему Эдна не слышала его шума? Грубые штаны на лямках безуспешно пытались скрыть выразительную фигуру девочки. Под лямками на ней была обтягивающая маечка, оставлявшая руки и плечи голыми, так что Эдна могла полюбоваться внушительной мускулатурой. И эта Свити, несомненно, видела Эдну.

И что если она сейчас поднимет тревогу? Или уже подняла? Или…

Эдна огляделась. На заводе стояла полная тишина, несмотря на разгар дня. Выходной? Сколько же Эдна провалялась без памяти? Презентация была назначена на вторник, так это что же, уже суббота? Однако даже в выходной тут были бы какие-то люди. И потом – какие именно инструкции у этой Свити? Она не похожа на охранника, скорее уж на уборщицу. А что если она никому и не собирается ничего докладывать?

– Привет! – позвала Эдна по-теасски негромко, но её голос отразился эхом от стекла и металла. Свити прижала рыжие ушки. Эдна подумала и спросила: – Какие у тебя приказы?