Читаю запись в ежедневнике: “На 12:00 кислотная смывка. Окрашивание”. С самого утра я неважно себя чувствую, какая-то слабость в теле, всё время хочется спать. Да ещё подташнивает немного. В общем, настроение совсем нерабочее. Обычно я не позволяю себе отменять записи клиентов, но тут прям очень нужно.

Всё-таки решив, что ничего страшного не произойдёт, если я перенесу окрашивание на другой день, пишу сообщение клиентке. И как-то быстро об этом забываю. Написала, да и написала. Переключаюсь на административные работы.

Закрывшись в кабинете, погружаюсь в изучении остатков расходных материалов. Нужно бы пополнить запасы и купить что-то новое. Сижу на сайтах поставщиков, делаю заказы. Время летит незаметно.

В дверь стучат, я только голову успеваю поднять, как в кабинет заглядывает Люба. Взволнованная такая.

– Ась, а ты чего сидишь? К тебе там клиентка пришла, – тараторит коллега, а я в недоумении.

– Какая клиентка, Люб? У меня сегодня никого нет.

– Ну как какая? Та, что на двенадцать была записана. У неё там вроде выход из чёрного.

Выражение моего лица в данный момент – рука-лицо. Неужели клиентка проигнорировала моё сообщение и всё-таки решила прийти? Если так, то почему она мне ничего не написала?

Обуреваемая эмоциями, заглядываю в свой мобильный. Удивительно, но клиентка до сих пор не прочитала моё сообщение. Отчего я уже злюсь на саму себя, потому что нужно было позвонить, а не писать.

Поняв, что иного выхода, как сделать запланированное, у меня нет, я всё же заставляю себя аккумулировать все силы. Ладно, как-нибудь переживу, в конце концов, сколько было в моей жизни этого окрашивания.

Выходя из кабинета и закрывая дверь на замок, я ещё не знаю, что совсем скоро у меня случится ступор. Проходит несколько секунд, я только успеваю войти в главный зал, где мы принимаем клиентов, как натыкаюсь взглядом на брюнетку с длинными волосами.

Её я узнаю практически сразу. Высокая, красивая и стройная. Про таких, как она, говорят: ноги от ушей растут. Вот прям да, тут не поспоришь. Этой девушке нужно на подиуме работать – настолько сильно она напоминает моделей, фото которых красуются на обложках глянцевых журналов.

Ещё в прошлый раз, когда мы встретились впервые, я успела возненавидеть эту девушку. А сейчас меня и подавно выворачивает всю наизнанку от собственного яда, которым напивается просто каждая живая клетка в организме.

Анечка стоит в нескольких метра от меня, улыбается. Странно всё это. Она улыбается мне! Серьёзно?

Делать вид, что мы не знакомы и переключиться на клиентку? Да, наверное, так будет правильно, а то вдруг я сейчас не сдержусь и скажу что-то лишнее.

Кстати, а где моя клиентка?

Обвожу взглядом зал, а Люба мне прям сигналит, мол, ну вот же она – брюнетка с длинными волосами.

Тяжкий вздох слетает с моих губ. Ну что за дурацкое совпадение? Анечка решила обратиться ко мне, чтоб я помогла стать ей ещё красивее? Знаю, звучит бредово, но другого в этот момент мой мозг отказывается генерировать.

– Ася Евгеньевна, – улыбаясь аля “во все тридцать два” эта “момдель” спешит навстречу. Вся такая радостная, будто мы близкие подруги, и давно не виделись. – Здравствуйте, Ася, а я к вам.

Остановившись напротив, Анечка скользит по мне внимательным взглядом вверх-вниз, будто выискивает что-то. Всё понятно, без году неделя как в прокуратуре, а уже нахваталась от Стельмаха этих профессиональных гляделок. И да, два раза повторять моё имя совсем необязательно, я же в курсе, как меня зовут.

– Добрый день, – отзываюсь холодно.

– А я к вам. На двенадцать записывалась, – щебечет Аня, а мои пальцы на руках уже побелели, потому что я их сжимаю в кулаках едва не до хруста.

– Я поняла, присаживайтесь в кресло.

Жду, пока эффектная брюнетка устроит свой зад в кресле. А в голове уже зреет мысль спалить нахрен её красивые волосы. Я чуть-чуть переборщу с пропорциями смеси, она ничего и не поймёт, пока через неделю волосы не начнут сыпаться как с пуделя во время линьки.

“Нет, Ася. Ну ты же не такая стерва. Да и это твоя клиентка, как бы. Помнишь же, что благодаря таким, как она, ты не влачишь жалкое состояние”, – упрямиться внутренний голос. А тут ещё и тошнить начинает с небывалой силой.

– Рассказывайте, Анна, что мы делаем, – нарочито деловым голосом обращаюсь.

Брюнетка смотрит на меня через зеркальное отражение.

– Я хочу выйти из чёрного цвета и покраситься во что-то более светлое. Молочный шоколад или тёмно-русый. Примерно как у вас. Ваш цвет волос мне очень нравится.

Ага, нравится мой цвет волос. Тебе и муж мой нравится! Такая молодая, а уже какая ушлая. Только устроилась на работу и сразу сообразила, что к чему. Действительно, зачем какие-то ровесники, можно же сразу “папика” себе найти. Он и по карьерной лестнице поможет продвинуться, и по курортам повозит, брюлики, рестораны и прочая лабуда, которую так любят такие хищницы, как Анечка.

– Хорошо, посмотрим, что можно будет сделать. Сейчас сделаем смывку один раз и тогда уже будет всё понятно. Возможно, выйти из чёрного за один раз не получится. Вы какой краской пользовались, Анна? Бытовой или профессиональной? – включаю мастера, ну чтоб не думала, что она сильно меня бесит.

– Бытовой, наверное. Меня дома сестра всегда красила. Я уже пять лет в чёрном хожу, надоело.

Прекрасно. Получается, таки Анечка в погоне именно за тем, что я и подумала. А Стельмах – лишь способ для достижения её цели. Ну и флаг им двоим в руки. Как говорится, совет да любовь, а я теперь точно даже не буду заикаться о муже, раз он меня променял на такую Анечку.

“Так… стоп! Стельмах ведь тебя не променял. С чего ты решила, что у него служебный роман с этой девушкой? Мало ли как он мог подписать в своём телефоне помощницу”, – внутренний голос – настоящий предатель, никак не хочет заткнуться.

***

Через четыре нелёгких часа заканчиваю работу. Поясница ломит от усталости, шея ноет, но постаралась я хорошо – Анечка довольно улыбается, разглядывая свой образ в зеркальном отражении.

Оставив на щедрых чаевых, помощница Стельмаха уходит. И я наконец-то облегчённо вздыхаю, усаживаясь в кресло, в котором только что сидела девушка.

– Ась, всё хорошо? – волнуется Люба, даже подходит ко мне ближе, чтоб разглядеть моё позеленевшее от тошноты лицо.

– Да не пойму пока. Тошнит что-то…

– Понятное дело, краской надышалась. Выйди на улицу подышать свежим воздухом.

Кивнув, решаю, что коллега права. Свежий воздух должен мне помочь, поэтому уже через пару минут я стою возле салона красоты и жадно глотаю кислород, но надышаться не могу.

Почувствовав позыв к рвоте, кое-как умудряюсь вбежать в салон и закрыться в уборной, чтоб уже через мгновение опорожнить желудок.

Стоя над раковиной, черпаю ладонями холодную воду, плескаю её в лицо. Немного отпускает.

Смотрю на себя в зеркало, взглядом цепляюсь за острые скулы. Я вроде не голодаю, а ощущение, что похудела. Щёки впали, линия подбородка стала ещё чётче.

“Не голодаешь? Серьёзно? А когда ты ела в последний раз?” – бьёт тревогу внутренний голос и я задумываюсь, пытаясь вспомнить. Вчера после работы мы вместе с дочкой ужинали пастой с морепродуктами, которую я приготовила. А потом меня вырвало – минут через тридцать после ужина… Так. Стоп! Вырвало вчера, вырвало сегодня. Я заболела, что ли? Гастрит, язва, панкреатит, что там ещё бывает?

Вздох огорчения слетает с моих губ тотчас, стоит только подумать о больнице. Ненавижу эти забеги по врачам, все нервы себе вытреплешь, пока узнаешь, что с тобой и как это лечить.

Но игнорировать сигналы, которые посылает организм – точно нельзя, иначе всё может закончиться плачевно. Поэтому уже через минуту раздумий я выхожу из уборной и звоню своему семейному врачу, записываюсь на приём.

Дождавшись, когда я закончу говорить по телефону, Люба как-то подозрительно прищуривается.

– Ась, а ты не беременная, случайно? – ошарашивая, спрашивает в лоб. Люба никогда не обладала тактичностью, сколько её знаю, пора бы привыкнуть, но у меня всё никак не получается.

– Да ну?.. С чего ты взяла? – едва не с возмущением. Ну и придумала же Люба. – Похоже, я подорвала поджелудочную.

– Интересно чем ты её могла подорвать? Я тебя сколько знаю, ты всегда на правильном питании. Даже алкоголь не употребляешь.

– Ты меня плохо знаешь, Люб. Я и фастфуд могу съесть, и даже немного выпить алкоголя.

– Угу, – соглашается коллега с ехидной улыбкой, – ты сказала ключевое слово “могу”. Ты же не каждый день ешь эту хрень. В общем, я бы на твоём месте сначала исключила беременность, а потом уже бежала бы искать болячки у гастроэнтеролога. Глядишь, а тебя не гастрит достаёт, а маленький Владимирович.

– Вот сейчас было вообще несмешно. Что значит “Владимирович”? Ты в своём уме, Люба?

– Ась, ты можешь шифроваться сколько угодно, но мы с девочками давно уже поняли, что вы с Вовой мутите.

– Перестаньте разводить сплетни. И придумывать то, что вас никаким боком не должно волновать, – звучит грозно, я впервые общаюсь таким тоном с коллегой. Возможно, после этого она посчитает меня сукой, но мне плевать. Я чётко обозначила границы, за которые никто не имеет права переступать.

Открыв рот от удивления, коллега не находит, чем парировать мне в ответ. Поэтому быстро кивает и спешит переключиться на работу, будто минуту назад не было этого дурацкого разговора.

Кое-как я тоже заставляю себя продолжить работу, хотя мысли, что я могу быть беременной, не дают мне покоя до конца рабочего дня. Странно, что я сама про это не догадалась. Хотя… почему странно? После неудачной беременности, когда на десятой неделе замер плод, я много лет не могла забеременеть. Было много попыток, но всё тщетно. Очень долго я ругала саму себя, что не смогла сохранить единственную беременность от Стельмаха, но Лев старался меня всячески поддерживать. И я всё-таки нашла в себе силы выйти из глубокой депрессии.

После окончания рабочего дня еду к маме забрать Соню. По дороге домой дочка, как обычно, болтает обо всём без умолку, а мои мысли то и дело, что крутятся вокруг одной и той же темы – беременности. Я считаю дни менструального цикла, вспоминаю, когда у нас со Львом был секс. Да ну нет… Мы же столько лет не могли забеременеть, пока были в браке. Навряд ли получилось сейчас, хотя Стельмах был со мной без презерватива, как обычно.

В супермаркете, что недалеко от нашего дома, мы с Соней затариваемся продуктами. А после заходим в аптеку, она совсем рядом с магазином.

– Мамочка, ты заболела? – волнуется дочка.

– Нет, Софушка, таблетки куплю – зуб разболелся, – поясняю дочке, зачем мы заглянули в аптеку, и прошу Соню посидеть на скамье, подальше от окошка, где уже ждёт фармацевт.

Не хочу, чтобы Соня знала, что я собираюсь купить тест на беременность. Дочка такая болтливая, точно расскажет обо всём бабушке, а это уже тяжёлая артиллерия.

Оглядываясь, я убеждаюсь, что Соня занята мобильный телефоном, и обращаюсь к фармацевту. Прошу его сразу дать мне несколько тестов на беременность разных фирм, чтоб в случае чего не бежать в аптеку повторно. Я очень сомневаюсь, что это действительно беременность, но перестраховаться всё же стоит.