Масштабное наступление Юстиниана не ограничилось завоеванием Италии. В 554 году экспедиционный корпус византийцев отправился в Испанию, где в состоянии анархии пребывало королевство вестготов. Вскоре в южной трети Иберийского полуострова было восстановлено правление империи.
Однако победы в заморских землях не могли обезопасить Балканы, из года в год подвергавшиеся набегам варваров. Юстиниан регулярно подкупал вождей, натравливая одно племя на другое или умиротворяя сразу всех. Иногда такая тактика оправдывала себя, иногда давала обратный эффект. Варвары начинали смотреть на империю как на источник легких денег: больше набегов – больше доходов.
На Дунае Юстиниан выстроил около восьмидесяти укрепленных пунктов, но и они не могли остановить жадные до разбоя и грабежей племена. Зачастую наступавшие просто обходили крепости, а настоящая беда грянула зимой 558/59 года. Зима выдалась необычайно холодная, и лед основательно сковал реку. Полчища варваров беспрепятственно перешли Дунай по льду; среди них были славяне и авары.
Во много раз превосходя пограничную стражу, они пробивались на юг. Так над Константинополем нависла самая страшная опасность с момента основания города Константином. Практически вся византийская армия оказалась разбросана по театрам военных действий – в Испании, Италии, Африке. Нельзя было полностью положиться и на крепостные стена города, которые серьезно пострадали два года назад во время сильного землетрясения.
Юстиниану не оставалась ничего другого, как в очередной раз обратиться за помощью к Велизарию. Забытый государем опальный полководец, которому было уже за пятьдесят, пришел на помощь и в этот раз. Поистине нужно обладать какими-то сверхчеловеческими качествами, чтобы раз за разом откликаться на призыв исполнить свой долг, несмотря на черную неблагодарность спасаемого им человека. Однако всему есть предел – оставалось совершить последний акт спасения и в последний раз покорно снести обиду.
Взяв за основу войска триста гвардейцев дворцовой стражи, Велизарий провел мобилизацию горожан Константинополя и сформировал ополчение. Лошадей собирали где только можно: в императорских конюшнях, конфисковывали у частных лиц и даже в цирке. Вокруг города выкопали ров, а за ним, чтобы создать у противника иллюзию присутствия многочисленной армии защитников, зажгли множество бивуачных костров. Теперь за крепостными стенами оставалось ждать дикой атаки варваров.
Велизарий знал, что в тактическом арсенале врага нет приемов, кроме мощной атаки в лоб, а потому оставил несколько сотен своих первоклассных бойцов впереди для отражения первого удара. Остальные силы были размещены на флангах для одновременного обходного маневра. В результате продуманных действий полководца противник был рассеян. Так опасность миновала, а Велизарий одержал свою последнюю победу.
В 561 году император почувствовал себя плохо, и по городу поползли слухи о его смерти (Юстиниану было семьдесят восемь лет). Когда же они не подтвердились, самые нетерпеливые начали готовить переворот. О замыслах недоброжелателей стало известно Юстиниану, и он со всей жестокостью начал «чистки». Под каток репрессий попало несколько человек из окружения Велизария, которые под пытками назвали его имя. Исполненный мужества и спокойствия, каким он оставался в любой, даже самой опасной ситуации, полководец предстал перед судом. А посему мы можем с полной уверенностью говорить о его невиновности.
Но сварливый император хотел верить, что Велизарий виновен, и поверил в это. Его не казнили, но конфисковали все имущество и посадили под домашний арест. Однако на этот раз пришлось отступить и императору. Во-первых, народ возмутился столь неуважительным отношением к знаменитому человеку, а во-вторых, было очевидно, что жить ему оставалось недолго. Летом 564 года Юстиниан устроил показательное представление своего великодушия – Велизарию вернули имущество и расположение монарха, а в марте 565 года полководец умер.
Впоследствии распространилась легенда, будто бы после обвинения в заговоре Велизарий был ослеплен и последние годы жизни провел, скитаясь и моля жителей столицы: «Подайте полководцу Велизарию на пропитание!» Заметим, что это – выдумка людей, которым отчего-то недостает чудес и злоключений в суровой правде бытия.
Юстиниан не надолго пережил Велизария – он умер 14 ноября 565 года в возрасте восьмидесяти двух лет. Это был во всех отношениях выдающийся человек. Он находился у власти тридцать восемь лет, а с учетом времени пребывания рядом с троном его дяди Юстина все сорок семь. Мало кому из римских и византийских императоров удавалось нечто подобное. Еще меньше тех, кто мог бы сравниться с ним по масштабности свершений.
Он в полной мере реализовал все задуманное, оправдала себя, по крайней мере внешне, и западная стратегия. Под ударами его армии прекратили существование государства германцев-ариан – вандалов и остготов. Лишь в Центральной Испании пока держалось заметно ослабевшее королевство вестготов.
Империя почти вернулась в границы времен Феодосия I: Северная Африка, Италия, все острова Средиземного моря и значительная часть Испании воссоединились с остальной частью государства. Активность империи не затронула лишь франков, которые захватили Галлию, прежнюю провинцию Римской империи, но они были католиками, а потому формально признавали свое подчиненное положение. (Оставался еще ранее принадлежавший римлянам остров Британия, за который бились кельты и саксы, но он не входил в зону интересов и влияния Византии.)
Восстанавливая территориальную целостность империи, Юстиниан не мог предотвратить нападений персов на восточные провинции и варваров на Балканах, но в целом граница на этих направлениях удерживалась и потери оказались не столь значительными.
Обстановку внутри страны в период правления Юстиниана можно охарактеризовать как череду триумфальных побед на фоне восстаний, эпидемии чумы и землетрясений, в результате которых Константинополь нередко становился ареной страшных событий. Кодификация Юстинианом римского гражданского права стала поистине царским подарком всей будущей Европе, а достижения в области архитектуры и градостроения превратили столицу в город-чудо.
Карта 4. Византийская империя в 560 г. при Юстиниане I
Необходимо отметить невероятную работоспособность императора. Он принадлежал к числу тех немногих монархов, что находили истинное удовольствие, вникая в мелочи управления государством, был неприхотлив в еде, равнодушен к винопитию и мало спал. Его так и называли – «император, который всегда на ногах».
Много внимания уделял Юстиниан моральным качествам и эффективности своего чиновничьего аппарата (надо сказать, император в основном не ошибался в людях). В какой-то степени это определялось его личными качествами, но и диктовалось условиями войны, на которую требовались огромные средства. Народом же Юстиниан управлял так, как позволяла в тот или иной момент ситуация.
Не обошлось, правда, и без серьезных ошибок. И самая главная – просто немыслимая цена, которую пришлось заплатить за реализацию внешнеполитической стратегии императора. Славные завоевания на Западе стоили слишком дорого. Кончилось тем, что Византийская империя, которая весьма внушительно выглядела на карте мира, оказалась на грани банкротства. Не способствовали территориальные приращения и экономическому росту – за два столетия варварского владычества бывшие провинции империи сами оказались в плачевном состоянии.
Значительная часть торговых связей Византии приходилась на страны Востока, и с экономической точки зрения Юстиниан был заинтересован в стабильных договоренностях с Персией. Это вынуждало оставить мечты об империи в границах периода правления Феодосия I.
Например, шелковые ткани и специи доставлялись в Византию с Дальнего Востока, проходя в Центральной Азии через руки многочисленных посредников. На каждом отрезке пути цена возрастала, и в Константинополе товар стоил уже в полном смысле слова на вес золота. Главные караванные пути контролировали персы. Получалось, что, диктуя цены, они направляли полученные от византийцев средства на продолжение войны все с теми же византийцами. Понимая абсурдность своего положения, Юстиниан старался перенаправить товаропоток на север Прикаспия, через земли варваров, или обеспечить доставку морем, вокруг Индии и Аравии, но не преуспел.
И все же одна победа была одержана и здесь. Специи давали растения, которые могли расти только на Дальнем Востоке, и с этим ничего поделать было нельзя. А вот выкрасть секрет производства шелка оказалось возможным. Шелковую нить получали из кокона одомашненного шелкопряда, питающегося листьями тутовника. Юстинианом были подкуплены два монаха, перса, которые жили в Китае. Во время очередного возвращения из Поднебесной они спрятали гусениц бабочки в полых бамбуковых посохах и благополучно доставили их в Константинополь. Около 550 года в Византии началось собственное производство шелковых тканей, а все последующие поколения шелкопряда в Европе – потомки тех «перебежчиков».
При несомненных плюсах, полученных Юстинианом от успешной реализации западной стратегии, не следует забывать о серьезных издержках, вызванных отказом воспринимать реалии, существовавшие на юге страны. Пока здравствовала Феодора, ее сочувствие монофизитам сглаживало острые углы и оставляло населению южных провинций империи некую надежду на возможность следовать собственным духовным путем. Иногда ей даже удавалось спасать еретиков от неминуемой кары центральной власти. С кончиной императрицы прекратилось и заступничество. Жителям Египта и Сирии оставалось наблюдать за торжеством ортодоксального католицизма, который навсегда отделил их от остальной части империи. С тех пор для монофизитов не существовало большего врага, чем Константинополь.
Правда, инакомыслящие мало что могли противопоставить диктату империи. Надежд на успех восстания почти не было, а бессильная злоба недовольных не затмевала реальные победы на Западе. Однако вскоре Константинополю придется жестоко поплатиться за то, что Юстиниан не внял чаяниям людей на юге страны.