Патриарх Московский и всея Руси

1530–1612 гг.

Аромат яблок и мёда парил над торговыми рядами, заглушая остальные запахи, обычно царящие над рыночной площадью. Оно и не дивно. Накануне последнего летнего праздника, Яблочного Спаса, как его называют в народе, главный товар – плоды нового урожая. Люди сновали между телегами и прилавками, выбирая нужное. Сделав покупки, спешили обменяться новостями с заезжими купцами. А известия были тревожные.

После смерти великой княгини Елены Глинской в 1538 году малолетний московский князь Иван IV находился под регентством бояр. Те плели интриги и заговоры, устраивали междоусобицы, стремясь добиться большего влияния и власти.

– Отчего купцы сетуют на порядки московские? Нам от них какой прок? Москва далеко, а мы здесь, – спросил мальчик отца, едва они отошли от компании знакомых торговцев.

Высокий мужчина с благородным чертами лица остановился, выбрал из горки яблок самое румяное, покрутил его в руке и протянул сыну.

– Плоду не вызреть без ветки. Наши ветки – законы, их блюдут и защищают князь и бояре. Ствол – земля наша.

– А корни? – спросил мальчик.

– Корни? – улыбнулся отец. – Вера наша православная. Без корней ни дереву не устоять, ни Руси.

– Князь Московский одних лет со мной будет, – задумчиво произнёс мальчик, – подрасту, служить к нему пойду.

– Служба разная бывает, – кивнул отец. – Слушай свою совесть, Ермолай, она подскажет.

Прошло 40 лет. Московский князь Иван IV Васильевич, известный впоследствии как Иван Грозный, стал первым русским царём-реформатором, вдвое расширил владения Москвы, присоединив в том числе земли Казанского и Астраханского ханства. Ермолай же выбрал стезю священнослужителя, став приходским священником в Казанской Николо-Гостинодворской церкви.

В июне 1579 года в городе произошёл сильный пожар. Деревянные строения вспыхивали как спички. Большую часть Казани, включая половину Кремля, поглотил огонь. У одного стрельца из царского войска сгорел дом, но его семья спаслась. А спустя некоторое время после пожара его девятилетней дочери Матроне во сне явилась Сама Божья Матерь с повелением отыскать её образ на одном из пепелищ. Девочка рассказала обо всём взрослым, и 8 июля 1579 года Ермолай, будучи пресвитером, стал одним из главных участников обретения иконы Казанской Божьей Матери. Он первым взял в руки чудотворный образ «из земли» и показал собравшемуся народу, а затем торжественно, с крестным ходом, перенёс в соседний Никольский храм.

Обретение чудотворной иконы стало важным духовным событием. Меньше тридцати лет прошло с тех пор, как Казань стала русским городом. Большая часть населения сохраняла мусульманскую веру, Ермолай, как служитель церкви, вёл миссионерскую и просветительскую работу.

Справедливый к простым людям и непримиримый к врагам Отечества, он снискал уважение и любовь мирян. Никто не выбирает век и страну, где родиться. Но как прожить свою жизнь, решает сам человек.

В 1587 году Ермолай принял постриг в монашество с именем Гермоген, спустя два года он был рукоположен в сан епископа. Вскоре патриарх Иов возвёл его в сан митрополита Казанского и Астраханского. Гермоген строил храмы, проповедовал, способствовал канонизации новых святых, связанных с Казанской землёй.

После смерти царя Фёдора Ивановича в 1598 году Земский собор избрал преемником Бориса Годунова. Западный сосед Руси, польский король Сигизмунд III, увидел удобный момент расширить свои владения и осуществить давние планы Ватикана – поработить русский народ, ввести в России католичество.

Судьба патриота неразрывно связана с жизнью Родины. Гермоген стойко встретил испытания, обрушившиеся на Русь. Заручившись поддержкой польской шляхты и части русского дворянства, в 1604 году появился самозванец. Он выдавал себя за чудом спасшегося царевича Дмитрия, сына Ивана Грозного.

Митрополит Гермоген, будучи уже семидесятилетним старцем, разглядел истинную сущность самозванца. И даже когда при пособничестве изменников-бояр, пекущихся о личных выгодах, Лжедмитрий взошёл на царский престол, Гермоген не побоялся противоречить ему. За принципиальность и отвагу его подвергли опале.

Торжество зла не может быть долгим. Лжедмитрия свергли. Василий Иванович, из рода князей Шуйских, воцарился на русском престоле. О честности и стойкости Гермогена стало широко известно, и 3 июля 1606 года Собором русских иерархов его избрали Патриархом Московским и всея Руси.

Правление царя Василия выдалось трудным: усмирение мятежников, противостояние армии нового самозванца Лжедмитрия II, вторжение польских войск, осадивших Смоленск. Патриарх Гермоген рассылал по всей русской земле грамоты и воззвания, укрепляя дух соотечественников, призывая православных на защиту Родины. Захватчики, зная, каким влиянием и любовью пользуется среди народа Гермоген, не раз посулами пытались склонить его на свою сторону. Обратились они к нему и с просьбой отговорить Нижегородское ополчение от похода на Москву.

«Да будут благословенны те, которые идут для очищения Московского государства, а вы, изменники, будьте прокляты».

За отказ подписать грамоту о признании польского королевича Владислава русским царём Патриарх Гермоген был заточён в каземате Чудова монастыря и уморен голодом. Он умер 17 февраля 1612. Спустя 300 лет, в 1913 году, патриарх был причислен к лику святых. А в Александровском саду у стен московского Кремля в честь столетия причисления Гермогена к лику святых был установлен памятник, созданный при участии скульптора Салавата Щербакова и архитектора Игоря Воскресенского.

«И глас его, яко глас апостольский, во всех градех и весях слышан бысть, и якоже от сна воставше людие, начаша ратовати и изгнати от земли своея поганых».