Первый Патриарх Московский и всея Руси

1525–1607 гг.

Занималась заря, окрашивая небо в розовато-голубые тона. Мерно поскрипывала подвода, покачиваясь на ухабистой дороге. Тверская губерния расстилалась бескрайним ковром, сотканным из лесов, лугов, перелесков, тихих речушек и озёр.

Крепкий мужик с обветренным лицом правил лошадью. Рядом с ним, на сене, сидел его сын Иоанн, мальчик лет десяти с большими пытливыми глазами. Бодрил прохладный воздух, пахнущий травами. Проснулись птицы и наполнили звонким пением раннее утро. Иоанн заворожённо смотрел на проплывающие мимо пейзажи. Он знал здесь каждую тропинку, каждый куст. Но сегодня его мысли были заняты другим. Впереди их ждал Старицкий Успенский монастырь: место, где ему предстояло провести долгие годы.

– Красиво тут, тятя, – высказал мальчик нахлынувшие чувства, любуясь берёзками.

Отец кивнул, не сводя глаз с дороги:

– Красиво, сынок. Земля наша богатая, щедрая. Но одной красотой сыт не будешь.

– А зачем мне в монастырь, тять? Я и дома могу помогать: скотину пасти, дрова рубить.

Отец вздохнул:

– Знаю, Иоанн. Руки у тебя крепкие, к работе ты привычный. Но сила не только в руках, сынок. Грамота – вот что нужно. Уметь читать и писать – это как ключ к дверям в новую жизнь, ты сможешь понимать то, что другим не ясно.

Иоанн нахмурился:

– И что я буду в монастыре делать? Молиться целыми днями?

– И молиться тоже, – подтвердил отец. – Учиться читать, писать, думать. Грамота – это как солнце, – отец поднял голову к небу и прищурился от яркого света. – Научишься грамоте, и путь твой будет посветлу, она поможет тебе стать мудрым и сильным человеком…

В тихих стенах Старицкого Успенского монастыря жизнь мальчика переменилась. Под мудрым руководством архимандрита Германа росла и крепла душа юного Иоанна. Он жадно впитывал знания, постигая церковные книги. Псалтырь, Апостол, Евангелие становились для него живым источником веры. Он читал, переписывал тексты, погружаясь в глубины духовной мудрости, научился бескорыстию, послушанию, сердечной молитве и строгому посту.

Когда Иоанн достиг совершеннолетия, отец призвал его домой:

– Сын мой, пришло твоё время создать семью.

– Не смею перечить тебе, отец, – смиренно склонил голову Иоанн.

В день венчания сердце юноши терзалось сомнениями. Он попросил родительского позволения побеседовать с монастырским духовником.

– Отче Герман, – взволнованно произнёс Иоанн, войдя в келью архимандрита, – брак – это благо, но душа моя, все помыслы устремлены на служение нашему Отцу Небесному.

– Вижу, дитя, твои искренность и глубину веры, – глаза архимандрита Германа наполнились слезами. – Готовься к постригу.

Так Иоанн оставил мирское имя и стал иноком Иовом.

Однажды в монастырь прибыл царь Иоанн Грозный. Иноку Иову довелось беседовать с государем. Благочестие и образованность инока восхитили царя, и вскоре Иова возвели в сан архимандрита.

Иов был настоятелем двух крупных московских монастырей: Симонова Успенского (1571–1572 гг.) и Новоспасского (1575–1580 гг.). В 1581 году он был рукоположён во епископа Коломенского и Каширского. В 1586 году он стал архиепископом Ростова Великого и чуть позже митрополитом Московским. А 26 января 1589 года при участии Константинопольского патриарха Иеремии прошла торжественная церемония: Иов стал первым патриархом Московским и всея Руси.

«После литургии, во время которой совершалось посвящение, Иеремия вручил новопоставленному патриарху посох, а царь возложил на него панагию и драгоценный клобук».

Первый патриарх Московский и всея Руси был просветителем, радел за укрепление веры и нравственности в русском обществе. Его Святейшество возобновил книгопечатание. Он активно расширял церковную структуру, создав четыре новые митрополии, строил храмы, в том числе знаменитые Донской, Зачатьевский и Ивановский монастыри в Москве; особенно много сил посвятил канонизации подвижников.

В 1598 году патриарх Иов венчал на царство Бориса Годунова. В страшные неурожайные годы с 1601 по 1603 патриарх Иов вместе с царской семьёй делал всё возможное для помощи народу. По его приказу монастыри раздали свои запасы зерна голодающим. Это был поступок милосердия и сострадания в самые тяжёлые времена.

В период Смутного времени Иов оказал стойкое сопротивление самозванцу Лжедмитрию I, которого пыталось посадить на трон польско-литовское правительство в 1605 году. Патриарх отказался признать обманщика Гришку Отрепьева законным царём и предал его анафеме, за что был подвергнут пыткам и сослан в Успенский монастырь в Старицы.

«…святитель Иов собственными руками снял с себя панагию и положил перед Владимирским образом Божией Матери – в знак того, что он уходит, но не принимает условий врага, не даёт благословения иноземной власти, незаконной и ложной… И не убоялся святитель Иов говорить о правде, хотя большинство бояр, вся сила русского общества были против него».

Не прошло и года, как Лжедмитрия I свергли. На трон взошёл Василий Шуйский. Патриарх Иов прибыл в Москву и совершил всенародное моление: он простил и благословил предавших его, проявив христианскую любовь и смирение.

Последние два года жизни Иов провёл в Старице, в монастыре, где принял постриг. Там же он и скончался 19 июня 1607 года. Патриарх Иов канонизирован в лике святителей Православной церковью в 1989 году.