Суббота, 3-е июня

Лагерь для кемпинга в Альбукерке по-прежнему тих, а Брук все еще спит, но мои планы и я вместе с ними живем и здравствуем этим ранним утром.

Мне нужно использовать это время не только для того, чтобы пройтись по переработанным главам «Счастливой Случайности», которые мне прислала Брук, но и для того, чтобы пообщаться с Мо, ведь благодаря моей блестящей идее удивить мою девушку вечеринкой в Нэшвилле в полностью посвященном Долли баре на крыше, наши с сестрой сообщения так и летают туда-сюда.

Думаю, моя сестра так рано уже сто лет не просыпалась. Поскольку она – владелица ресторана, то в ее стиле скорее быть ночной совой.

Я

Ее родные озвучили итоговое количество гостей?

Мо

Пусть и неохотно, но ее сестра Сэм говорит, что с ней приедут ее мама и папа. Я присмотрю за мальчиками, чтобы она могла прилететь и потусоваться сама по себе.

Вау. Это очень мило с твоей стороны, Мо. Я впечатлен.

Сэм нелегко пришлось. А мы с Винни не откажемся от шанса подурачиться с такими людьми, кто это по-настоящему ценит.

С детьми?

Именно.

Ну так что еще из задач осталось? Я могу попробовать сделать пару звонков и сам, но не знаю, сильно ли преуспею, учитывая, что мы оба будем заперты в автобусе на всем протяжении поездки длиною в день.

Теперь уже не стоит переживать о том, чтобы взять на себя часть обязанностей. Мы на финишной прямой, бро. У меня все под контролем. Это если, разумеется, рукопись скоро окажется у меня во входящих.

Я закатываю глаза, но, если честно, она это заслужила. Из-за того, что я нахожусь так близко к Брук, Мо взяла на себя все договоренности с отелем и баром, выбрала меню, организовала украшения, приглашения и билеты, а еще будет целую ночь присматривать за племянниками Брук, чтобы ее сестра могла веселиться, не переживая о своих материнских обязанностях. Мне немного стыдно из-за того, что сама Мо не сможет попасть на вечеринку, но я это ей компенсирую.

Если между мной и Брук все будет развиваться в том же духе, то, возможно, я даже смогу ее вознаградить аж целой невесткой.

Так, Чейз, теперь ты уже забегаешь вперед.

Я знаю, знаю. Мы лишь дважды переспали, так что все сейчас еще в новинку, а впереди много неизвестного… но она мне очень, очень нравится. Вот так направляясь с ней домой, я очень отчетливо осознаю, что весьма скоро уже не буду находиться с ней вместе целый день, каждый день. Весьма скоро она вернется к своим квартире и рутине, а я вернусь к своим.

Как будто нарочно Брук именно сейчас вприпрыжку выскакивает из спальни, и я тыкаю в экран своего телефона, чтобы его заблокировать. Волосы у нее распущены и спутаны ото сна, но ее глаза – ее глаза светятся и пляшут.

Она ерзает, трясется, слегка подпрыгивает, подскакивает и пританцовывает, пока не приземляется мне на колени. Стол обеденного уголка врезается ей в бок, и она громко воет, точно бигль.

– Святое пекло, Брук! Ты в порядке? – спрашиваю я, стараясь как уж могу унять боль в ее ушибленном боку пальцами.

– Да, да, – врет она со стоном и смехом, а я улыбаюсь и от того, и от другого. – Я в норме. Просто неуклюжая. – Затем она подается вперед и прижимает свои губы к моим самым нежным поцелуем. Когда она отстраняется, ее голос – сладкий шепот: – Вот. Теперь не болит.

Господи Боже. Возможно, я и впрямь в нее влюблен.

Довольная нашим приветствием, она снова поднимается с моих колен, хватает со столешницы поводок Бенджи, а потом открывает дверь, чтобы он мог вылететь наружу и пописать. Она подмигивает, прежде чем закрыть за собой дверь, и все во мне принимается скучать по ней в тот же миг, как она скрывается из глаз.

Я не могу не задаться вопросом. Если уж я так сильно по ней скучаю, когда она просто вышла на улицу, то как же сильно я буду по ней скучать, когда мы доберемся до дома?