Пока Чейз паркует автобус на первую за сегодня остановку – Альбукерке, Нью-Мексико, – я забираюсь на кровать в спальне и усаживаюсь в позу лотоса. Бенджи устраивается подле меня, ложась и со стоном закрывая глаза.

Я не могу его винить. День выдался длинный.

Одиннадцать часов пути и бесчисленные развлекательные номера, и вот мы с Бенджи уже полностью выжаты. Помирившись этим утром, мы с Бенджи скооперировались, чтобы устроить своеобразное шоу-варьете, пока Чейз крутил баранку.

Мы надевали костюмы, я наносила на лицо семь разных видов макияжа, а еще пропела целый альбом Шэнайи Твейн во всю мощь своих легких.

В финальном же номере я точно превзошла себя, превратившись в мою милую Долли в самом сверкучем наряде, с пышнючими волосами и самой приподнятой грудью, какую мне только удалось соорудить, надев три своих лифчика один поверх другого.

Я знаю, что Чейз тоже измотан, но, как сертифицированная затворница, я не привыкла использовать столько своего топлива для общения за раз.

Если я хоть как-то надеюсь впечатлить его сегодня ночью в спальне – а это, конечно же, моя первейшая цель, – то мне понадобится освежиться, причем сделать это очень быстро.

Когда замечаю на прикроватной тумбочке пакет с подарками со вчерашней вечеринки по случаю премьеры, я затаскиваю его на кровать и начинаю вынимать содержимое.

Здесь есть конфеты и мерч по сериалу, а еще дизайнерский кошелек для мелочи, но именно от лежащих на дне косметических средств у меня начинают блестеть глаза.

Я никогда сама на такое деньги не трачу, потому что обычно сижу дома одна, но даже одного взгляда на все эти средства в красивой упаковке достаточно, чтобы я получила такой заряд восторга, который вызывают лишь бесплатные косметические средства.

Внимательно изучив каждый предмет, я достаю самую крутую на вид штуку в пакете.

– Очиститель для лица «Vandalay Fusion», – читаю я вслух, после чего переворачиваю упаковку набок, чтобы узнать, что он делает.

– Трансзвуковые пульсации, отделяющие загрязнения, жир и омертвевшие клетки кожи, – читаю я, делая для себя на ходу краткую выжимку. – Укрепляющий массаж с силиконовыми насадками для гигиеничного ухода и продуманный дизайн, который не захочется менять на что-либо другое. Сделано в Финляндии.

– Идеально! – радостно визжу я. – Эти финки такие красивые. Уж явно они должны знать, что делают в индустрии красоты. – Учитывая тот факт, что я большую часть ночей в этой поездке спала, не смывая макияж, я готова поспорить, что мою кожу не помешает хорошенько оттереть. Особенно от макияжа Долли, от которого избавиться очень непросто.

Я зарываюсь в пакет и шарю там, пока не нахожу большую бутылку микро-пенки для очищения, чтобы использовать ее с этой чистящей штуковиной, и принимаюсь заводить этого мерзавца.

Он вибрирует у меня в руке, и мои брови мгновенно взметаются ввысь. А это точно очиститель для лица? Или же я читала надписи не на той коробке?..

Я проверяю ощущения на своей ладони.

Вот же черт, эта штука действительно двигается… и вибрирует. Ну типа, испускает такие хорошие, хорошие, хорошие-прехорошие вибрации, какими гордились бы The Beach Boys [64].

Я пытаюсь его выключить, но он вместо того начинает пульсировать еще пуще, этот звук разносится по тихому помещению, как сирена.

Когда приглушить его рукой не удается, я снова начинаю тыкать в кнопку питания, стараясь сделать так, чтобы он устал, или еще что.

Он же, однако, заводится еще сильнее, переходя на настройки настолько мощные, что, клянусь, он начнет сотрясать сам автодом, если я не смогу его выключить.

Со стуком открывается дверь, и Чейз влетает в комнату на манер Космо Крамера [65]. Я знаю, что лицо у меня сейчас виноватое – я это чувствую, – пусть даже здесь совершенно ничего не происходит, только очистка лица скрабом.

– Я ничего не делаю, клянусь, – неожиданно выпаливаю я, отчего мое лицо краснеет так сильно, что я ушами это чувствую.

– И с чем же именно ты ничего не делаешь? – спрашивает он, заметив массажер для лица, засунутый под мою ногу – и все еще работающий на полной скорости. Ухмылка у него проказливая, а глаза пляшут, когда он заползает на кровать рядом со мной и вытаскивает массажер.

– Это очиститель для лица! – заявляю я, спеша объясниться. – Я собиралась им воспользоваться, чтобы оттереть всю эту Долли, но я не могу заставить его делать то, что мне нужно! У него есть собственный разум!

Чейз улыбается и откидывается на подушки, держа массажер в руке. Он несколько раз нажимает на кнопку питания, перебирая разнообразные пульсации, пока тот наконец не вырубается. Он выглядит довольным, словно полностью освоился с его управлением за какие-то несколько секунд.

Он снова ухмыляется, кладя массажер себе на колени и протягивая руку, чтобы ухватить меня за бедра. Он пихает меня на подушки рядом с тем местом, где сам только что сидел, и встает на колени. Я с мучительным вниманием смотрю, как он тянет за пояс моих штанов, одним плавным движением спуская их и мое белье вниз по моим ногам.

– Чейз. Ты что делаешь? – спрашиваю я в тот самый миг, когда Бенджи начинает выходить из комнаты. Прочь по матрасу, вниз – и в мгновение ока его уже нет.

– Может, Долли стоит еще немного задержаться.

Я сощуриваю глаза, а он забирается мне между ног и берет с кровати ту машинку для очистки лица.

Он разводит мои бедра своими горячими ладонями, а затем, нажав на кнопку, снова заводит пульсирующую штуковину.

Очевидно, я не только раздета ниже пояса, но теперь еще и совершенно поглощена процессом.

– Ла-а-а-адно, это становится интересно…

Он мне подмигивает и нежно ведет вибрирующим устройством вверх по внутренней стороне моего бедра, затем останавливается как раз на линии бикини, держит его там одну долгую секунду, а потом приподнимает, отводя прочь, как раз когда я начинаю ерзать.

Уверенные пальцы поглаживают линию бикини с другой стороны, и кровь начинает стучать у меня в ушах.

Он вновь повторяет этот цикл. И еще раз. И еще. Пока я уже почти не лишаюсь возможности дышать и кончики призрачных пальцев не касаются чувствительного бутона в моем центре.

Мои глаза закатываются, а дыхание в горле перехватывает так мощно, что мне приходится резко ахнуть, чтобы втянуть в себя воздух.

Мои волосы падают мне на лицо и щекочут слишком чувствительную кожу, когда Чейз забирается на мое тело, находит линию моих ключиц и прокладывает дорожку из поцелуев.

Даже этого достаточно, чтобы я на полной, безрассудной скорости понеслась навстречу своему удовольствию.

С этого момента меня никто и никогда не разубедит в том, что все тело – это эрогенная зона, если использует его правильный человек. Пальцы на руках, на ногах, не важно, чего он коснется, – я всякий раз буду гордой владелицей нового фетиша.

Чейз вновь отодвигается к пространству между моих ног, снимает штаны и несколькими краткими движениями раскатывает презерватив. Я жадно смотрю и моргаю только тогда, когда мы соединяемся.

Он такой большой – это каждый раз вторжение, – но он умеет им управлять. Он медлит, давая мне время привыкнуть.

Если честно, на духовном уровне я, возможно, сейчас верю в божественные силы гораздо крепче, чем когда-либо. Потому что Божий замысел здесь был бы ой как понятен, учитывая, что у Чейза такой внушительный размер и все прочее. Лишь внимательный мужчина способен понять, как аккуратен должен быть с его силой и не использовать ее против тесных границ женщины. А Чейз – мужчина максимально заботливый.

Он вручает мне массажер для лица, пока я заново учусь дышать, и мои глаза округляются еще сильнее, чем прежде.

– Используй его, – просто инструктирует он. – Сделай себе хорошо.

Ничего не могу с собой поделать, но я должна это сказать:

– Ну, ты рядом со мной – это хорошее начало.

Чейз смеется, и от этого движения трепет пронизывает всю сотню процентов моего тела, это ощущение усиливается десятикратно в месте нашего соединения. Моя голова падает назад, а рука – на кровать, и Чейз протягивает собственную руку, чтобы перенаправить устройство на мой центр.

Отняв его на миг, чтобы настроить на хорошую частоту вибрации, он снова вкладывает его в мою ладонь, а затем повторяет:

– Сделай себе хорошо, Брук. Поймай свое удовольствие [66].

Может, мне и нужно повторять дважды, но в третий раз уж точно незачем. Делая так, как он предлагает, я подношу вибрирующее чудо к себе и чуть не вскрикиваю от мгновенного и мощного ощущения.

– Вот так, – мягко направляет он. – Ты моя умница.

Ну, ладно. Не будет ошибкой сказать, что мне очень нравится, когда меня хвалят.

Медленно, очень медленно он начинает двигаться, пока наши тела не соединяются полностью. Я никогда и не думала, что могу вместить слоновий хобот, но, наверное, с правильной смазкой возможно многое.

Я нажимаю на устройство, пульсирующее у меня в руке, усиливая давление на мою точку G.

Чейз горячо дышит в мою шею, и мне ничего так сильно не хочется, как почувствовать его дыхание на моем горле. Я тянусь вверх, чтобы чуть отодвинуть его подбородок, и он тут же мне поддается. Я кладу свои губы на его и целую.

Снова, и снова, и снова мы раскачиваемся в идеальном ритме, скрип кровати поет всем вокруг песнь.

Я хватаю его за волосы, когда меня накрывает пиком наслаждения, и он так яростно рычит мне в горло, что я чуть не забываю, как вообще должна функционировать.

Чейз Доусон и Брук Бейкер вместе.

Дайте-ка я вам кое-что скажу… это достойно книги и не только.