В последующие дни между нами сложились новые отношения, но мои мысли и чувства не могли полностью принять правду, которую он мне открыл. Несмотря на внутренний дискомфорт, я обрела новые силы, стремясь узнать больше. Тренировка по кикбоксингу прошла безупречно, и Лукас это отметил. Он словно видел перед собой улучшенную версию меня и лишь подталкивал к правильным решениям, используя свои необычные методы.

Мой внутренний компас, возможно, и был сбит с курса, но я не могла не признать его мастерство. Сомнения, словно кусочки мозаики, не складывались в единую картину. Может быть, эти сомнения были лишь отражением моей веры в людей и нежеланием изменить свое мнение о Лукасе? Или за этим скрывалось что-то большее? Интуиция подсказывала мне второе, хотя я не могла точно определить, что именно.

И все же между нами оставалось напряжение, вызванное нашей близостью. Переспав, мы не изменили ситуацию. Наоборот, я почувствовала себя отодвинутой на второй план.

Теперь наши беседы были редкими и лаконичными, словно мы ступали по тонкому льду, боясь нарушить хрупкое равновесие. Но когда это было необходимо, мы проводили время вместе. На двух мероприятиях мы были так поглощены друг другом, что окружающие, вероятно, решили, что мы влюбленные подростки, не замечающие ничего вокруг. В остальном наши встречи в основном проходили в офисе, где мы работали над важным проектом – заключением контракта с компанией, производящей экологически чистую упаковку. Этот контракт должен был стать ключевым для успеха «КОСГЕНа» в будущем году.

За окнами моего пентхауса темнело раньше обычного, и я сменила свой тренч от Dior на теплое зимнее пальто. В ноябре должен был состояться день рождения Мими, и я все чаще ловила себя на мысли, что с нетерпением жду этого события. Вчера вечером Лукас написал мне, что заедет за мной в два часа дня, так как мы не обсуждали праздник. Я провела утро, упаковывая подарок и готовя печенье из полбы с белым шоколадом по новому рецепту, который придумала сама. Меня охватило волнение при мысли о том, как Лукас отреагирует на это угощение, и я отправила ему сообщение, чтобы подстегнуть его интерес.

Элли: Что еще мне взять с собой?

Лукас: Не беспокойся об этом.

Он не стал продолжать переписку.

Как загадочно.

Наконец-то я навела порядок на кухне, вынесла вещи в коридор, переоделась и стала ждать звонка Лукаса, который позвонил почти точно по расписанию. В моем животе заурчало, и я решила, что это из-за слишком легкого обеда.

Открыв дверь, я увидела, как Лукас выходит из лифта. Его кожаная куртка сменилась уютным белым шерстяным свитером с трикотажным узором, поверх которого было надето пальто, а на голове красовалась бордовая шапочка, придававшая ему праздничный вид. Я подумала, что это забавно, хотя и не понимала почему.

Его образ мгновенно изменил атмосферу. Я крепче сжала контейнер и прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

– Что такое? – спросил он, приподняв брови, и я все-таки не смогла сдержать тихий смешок.

– Ничего, но у тебя такой… угрюмый вид Санта-Клауса.

– Санта… чего? – Лукас выглядел озадаченным. – Это хорошо или плохо?

– В твоем случае? – Я посмотрела на него сверху вниз. – Хорошо.

Мы молча вошли в лифт и начали спускаться, однако в этот раз тишина не была неприятной, как в последние дни. Выйдя из здания, мы отправились к набережной Осло-фьорда, которая в выходные была особенно многолюдной. На парковке у крытого катка Лукас указал мне на черный внедорожник BMW – гибридную модель, которая выглядела не старше двух лет.

– Ты пользуешься каршерингом? – с любопытством спросила я. Но, к моему удивлению, Лукас покачал головой.

– Я приобрел этот электромобиль у Фреи и Эрика, – объяснил он. – Пользуюсь им только тогда, когда это действительно необходимо.

Я кивнула и устроилась на сиденье, чувствуя, как меня обволакивает тепло салона. Было странно видеть Лукаса за рулем. Как будто я неожиданно оказалась в незнакомом месте, где встретились две части моей жизни, которые раньше не пересекались.

– О чем ты думаешь? – спросил он, заводя машину. Под нами мягко загудел электродвигатель.

– Никогда не думала, что увижу тебя за рулем. Это так… по-взрослому.

Он посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то необъяснимое.

– Ты уже сидела позади меня на мотоцикле.

– Это другое. А машина… это так «нормально». – Я нервно сцепила руки на коленях. – Разве раньше ты не представлял себе наше будущее? Когда мы были… ближе? Чаще всего мы встречались в парке или на скамейке. Но никогда… в машине.

– Ага, – пробормотал он и снова поднял защитные барьеры.

– Черт, ты снова это делаешь. – Я не удержалась от резкого тона.

– Что?

Его пальцы побелели – так крепко он сжал руль.

– Пытаешься лишить меня права на чувства. Я упоминаю о нашей дружбе, а ты закрываешься.

Лукас вздохнул, и в воздухе повисла пауза. Он погрузился в размышления.

– Ты права, – наконец сказал он. – Я не всегда знаю, как на это реагировать.

Я пожала плечами, пытаясь скрыть свое раздражение.

– Я все поняла. У нас есть сделка. Не более того. Осталось продержаться чуть меньше шести недель, и после этого ты будешь свободен. Через несколько дней мы поедем к Астре в оперу, Анника Миллер тоже будет там. Ты сможешь провести ее, она откроет тебе двери в высшее общество, и мы оба пойдем своими путями. Если ты этого хочешь.

Я слегка выпрямилась на сиденье, ощутив, как Лукас рядом со мной напрягся. Возможно, это было из-за того, что я говорила слишком прямо. Но настал момент, когда нужно было раскрыть карты.

Он глубоко вдохнул.

– Когда я говорил: «Не начинай игру, в которой не сможешь победить», – я был абсолютно серьезен.

– Да я и не играю, – ответила я. – Я просто хотела понять, что тогда произошло. Я ведь говорила тебе, что волноваться не о чем. Ты смог вывести меня из зоны комфорта, и я признательна тебе за это. И я не влюблюсь в тебя, если ты держишь дистанцию из-за этого, – вырвалось у меня, и сердце забилось быстрее. Оно всегда было не согласно с моими словами. Но, возможно, именно это и было самым важным.

Мы остановились на светофоре, и я почувствовала, как внутри разливается тепло. Лукас снова посмотрел на меня, на этот раз его взгляд стал более глубоким. Его глаза скользили по моей коже, словно исследуя ее, испытывая, изучая.

– Ты серьезно? – спросил он.

Я кивнула.

– Да.

– Я просто не хочу причинить тебе боль. Я не могу дать то, что тебе нужно, Элли, – признался Лукас.

Мое сердце сжалось. Он никогда не был так откровенен. Его защитная стена, казалось, дала трещину, и я почувствовала облегчение.

Хорошо. Лукас не хочет влюбляться. Возможно, это его проблема. И это была отправная точка. Я смогу с этим справиться. Потому что последнее, чего я хочу, – это отдать свое сердце человеку, который так легко может его разбить.

– Хочешь ты этого или нет, но я тебя знаю. Ты очень чувствительный человек, и я не хочу, чтобы ты в итоге разочаровалась.

– Веришь ты в это или нет, но теперь я могу позаботиться о себе немного лучше, – ответила я.

Лукас бросил на меня сомневающийся взгляд, и я тихо фыркнула.

– Я работаю над этим. И, как уже говорила: я в долгу перед тобой. Ты вселил в меня уверенность, которая помогла мне решиться на… Ну, ты знаешь. Это было чудесно, и мне очень понравилось. И напряжение между нами – это тоже нормально. Хотя то, что произошло, больше не должно повторяться.

«Кого ты пытаешься обмануть?» – спросил меня внутренний голос, но я не обратила на него внимания.

Губы Лукаса дрогнули, когда он полностью сконцентрировался на управлении автомобилем.

– Значит, тебе понравилось? – многозначительно произнес он, и воздух вокруг нас сразу стал вязким, как теплая карамель.

– Ты прекрасно это знаешь.

– Я не поверю, что ты можешь самостоятельно заботиться о себе, если ты не будешь называть вещи своими именами.

– Не у всех есть такой извращенный рот, как у тебя или Тирил, – ответила я, чувствуя, как румянец заливает мои щеки.

– Ты имеешь в виду, что я могу использовать такие слова, как «секс», «член» и «эрекция»?

– Лукас! – в ужасе воскликнула я. Но в ответ услышала глубокий смех, который звучал так искренне и красиво, что я повернула голову и завороженно наблюдала, как он смеется.

Он был так прекрасен, что на мгновение я забыла обо всех своих заботах! Мне нравилось наблюдать за Лукасом, когда он, не сдерживая своей радости, раскрывался в нашем забавном разговоре. При этом я игнорировала свое слишком сильное сердцебиение и покалывание в животе, которое явно никуда не делось.

– Есть ли что-то, на что мне стоит обратить внимание, когда мы будем у твоих друзей? – спросила я, поспешно сменив тему. К счастью, он не стал ничего комментировать.

Лукас ненадолго задумался.

– Нет. Они все равно полюбят тебя, как только ты войдешь в дверь.

* * *

– Дядя Лук! – Маленькая девочка с двумя косами, в самодельной короне с цифрой четыре и в насквозь промокшем комбинезоне стремительно, словно вихрь, бросилась к нам. Она упала в объятия Лукаса, и в этот миг его лицо озарилось такой счастливой улыбкой, что у меня перехватило дыхание.

Из-за ее спины возникла очаровательная молодая женщина с вьющимися волосами и курносым носом. Ее светло-карие глаза блестели как звезды от радости при виде нас. Она отошла на пару шагов, скрестив руки на груди, и погрузилась в созерцание разворачивающейся перед ней сцены. Воздух был наполнен восхитительным ароматом пунша и печеных яблок с корицей.

Шум и детский гомон сразу дали понять, что первые гости уже здесь. В прихожей висели разноцветные воздушные шарики, создавая атмосферу праздника.

– С днем рождения, крошка, – сказал Лукас, присев на корточки, и аккуратно усадив девочку себе на колени. – Твои друзья из детского сада уже пришли?

– Да, все! И я получила целых две тетради с наклейками. Мама испекла шоколадный торт. Сегодня утром я задула свечи и загадала желание!

– Это замечательно! Но не рассказывай никому о своем желании, иначе оно не сбудется.

Девочка решительно покачала головой, а затем с любопытством взглянула на меня, на пакет с подарками и на мою коробку с печеньем.

– Ты подруга дяди Люка? Та, у которой такое смешное имя?

– Точно. Меня зовут Эллинор, но все называют меня Элли.

Улыбаясь, я тоже присела перед ней. Общение с незнакомыми взрослыми всегда было для меня вызовом, но с детьми все было иначе – с ними я чувствовала себя как рыба в воде.

– И я слышала, что у тебя сегодня день рождения. Тебе уже четыре года, – сказала я, указывая на ее корону. – Поздравляю, Мими. Я тоже приготовила для тебя кое-что особенное.

Я протянула ей маленький пакет, наполненный игрушечными мотоциклами, которые сама упаковала на прошлой неделе. С еще одним подарком мне помогал Сандер, и я с нетерпением ждала, как она на него отреагирует.

Ее глаза мгновенно загорелись.

– О, спасибо! – воскликнула Мими, схватив пакет, и исчезла с ним.

Немного смущенная, я выпрямилась. В следующий миг Фрея обняла меня, словно мы были старыми друзьями, которые давно потеряли друг друга, но наконец встретились. То, что раньше казалось натянутым, теперь стало естественным. Это радушное приветствие стало для меня глотком свежего воздуха, который помог мне вырваться из привычных рамок.

– Я так рада, что ты здесь! Спасибо, что пришла. Чувствуй себя как дома, ладно? О, у тебя что-то есть для меня? Давай я отнесу это в комнату.

Фрея с улыбкой взяла у меня коробку с печеньем и исчезла, не дожидаясь моего ответа.

– Э-э…

– Я же говорил, она тебя полюбит, – сухо заметил Лукас, снимая пальто. Его рождественская шапка вновь вызвала у меня улыбку. Он ответил мне улыбкой, которая была нечастой и искренней.

Я тихо вздохнула.

– У тебя нет подарка для Мими?

– Я принес подарок вчера вечером, чтобы она смогла насладиться им сегодня утром, когда проснется. Мими обожает сказки о принце Миску, поэтому я купил для нее игровой набор с соответствующими персонажами.

Он всегда был внимателен к деталям, замечая то, что другие могли пропустить.

– Как мило, – сказала я, улыбаясь. – Значит, ты дядя Люк, да?

На его лице промелькнуло нечто вроде легкого замешательства.

– Не стоит придавать этому больше значения, чем есть.

Он небрежно махнул рукой и, схватив меня за локоть, повесил наши куртки на переполненную вешалку.

– Пошли. Прямиком в логово хищников.

Мы завернули за угол, где собрались несколько взрослых. Лукас собственнически обнял меня за плечо, когда к нам подошел привлекательный мужчина с мрачным выражением лица, представившийся как Дженсен.

– Она еще не знакома с остальными, так что давай начнем с твоего имени, – проворчал Лукас с угрюмым видом.

– Крис, – представился мужчина, на которого указал Лукас.

– А я Пер, – раздалось сбоку, и чья-то рука дружески сжала мою.

Не успела я опомниться, как передо мной возник молодой человек с пронзительно-голубыми глазами и самоуверенной улыбкой. Он был воплощением классической мужской красоты: точеные черты лица, безупречная кожа, за которую Тирил, наверное, заплатила бы целое состояние.

– Мы рады наконец-то познакомиться с тобой, – произнес он.

– Ну что, уже успели ее задушить в объятьях? – раздался голос позади, и в поле зрения появился крупный мужчина с густой бородой и лысиной, но с добрыми глазами, в которых плясали озорные искорки. Я мгновенно расслабилась. Это, должно быть, Эрик.

– Прости моих братьев, они такие же надоедливые, как и остальные, – сказал он, оттесняя их в сторону, а затем повернулся ко мне, будто Лукаса вовсе не было рядом.

– Я тоже рад тебя видеть, – сухо ответил Лукас.

По-прежнему не обращая на него внимания, Эрик спросил, не хочу ли я что-нибудь выпить. Я была в замешательстве, но все же кивнула, и он скрылся на кухне.

Это позволило мне оглядеться.

Гостиная-столовая была оформлена с большим вкусом. На стенах висели разноцветные воздушные шары, а зеленые гирлянды, тянущиеся по всей комнате, напоминали о джунглях. На мини-кухне стояли бокалы и аппетитные закуски, среди которых были колбаски и сырные хлебцы в форме львов и слонов. В углу стоял детский столик с раскрасками и карандашами, а на другом конце комнаты возвышался шоколадный торт, украшенный фигурками животных.

– О, ничего себе. – Я повернулась к Лукасу, улыбаясь. – Похоже, ты попал в точку. Мы прямо в «Логове хищников».

Лукас смотрел на меня с таинственным видом, но внезапно позади нас раздался строгий голос:

– Вы, ребята, явно что-то скрываете. Вы что, трахались? И ты, Лукас, ни словом не обмолвился об этом.

Я вздрогнула, но, к счастью, никто, кроме нас, не услышал слов Эрика. Он появился незаметно, с довольной ухмылкой на лице, словно маленький мальчик, который только что получил свои долгожданные подарки. Я невольно отшатнулась, но Эрик лишь пожал плечами.

– Что? Кто-то здесь танцевал дьявольское танго? – раздался голос Фреи с другого конца комнаты. Она будто обладала даром видеть то, что скрыто от остальных.

Я огляделась, пытаясь понять, что происходит, но, кажется, никто, кроме нас четверых, не обратил внимания на эту необычную сцену. Фрея с любопытством подошла ближе, но, осознав, что ситуация неловкая, она начала рассматривать разбросанные игрушки, словно это были сокровища, найденные на распродаже. Я смотрела на них в таком недоумении и страхе, что даже Лукас не смог сдержать смех.

– Я… то есть я…

Лукас крепче обнял меня, словно пытаясь защитить от всего этого хаоса, и в этот момент мне показалось, что между нами может быть что-то большее, чем просто дружба. И мое сердце забилось быстрее от этой мысли.

– Итак, что дальше? – спросила Фрея, ее глаза блестели от любопытства. – Я серьезно… – Она подняла руки и пожала плечами. – Если бы твоя повседневная жизнь на протяжении четырех лет тоже состояла только из заботы о малыше, ты бы был благодарен даже за самые нелепые слухи. Особенно когда речь идет о личной жизни других. Так что, пожалуйста, дайте маме то, что ей нужно… СПЛЕТНИ.

– Даже если бы мы переспали, это бы вас не касалось, – ответил Лукас, едва сдерживая улыбку. Его грудь приподнялась, как будто он ждал похвалы. Я буквально могла ощущать, как он хочет получить пятерку.

– Ты все проспойлерил, – надулась Фрея, но ее глаза блестели от удовольствия. Она явно наслаждалась происходящим.

Эта непринужденная атмосфера и характер его лучших друзей помогли мне почувствовать себя частью чего-то замечательного. Мне было радостно находиться в их компании, не испытывая чувства ограниченности из-за семейных уз и не ощущая иного отношения к себе. Почему-то мне казалось, что Лукас со своими друзьями постоянно проверял реальность на прочность. Они удерживали его на земле, как бы высоко он ни поднимался.

Время пролетело незаметно. Мы играли, пели серенады для Мими и просто разговаривали. Я общалась с братьями Эрика, которые были очень разными, но в то же время такими похожими. Они напомнили мне моих. Каждый из них уникален, но все они объединены общей чертой.

– Боже мой, какие они вкусные! – воскликнула Фрея, с удовольствием откусывая еще кусочек моего печенья. Она закрыла глаза, как будто хотела насладиться каждым мгновением. – Мне нужен рецепт! И желательно к Рождеству.

Довольная, я обменялась взглядами с Лукасом, чье лицо, как всегда, не выдавало его истинных эмоций. Однако, когда он сложил руки на груди и с ожиданием посмотрел на меня своими темными глазами, я заметила в них искру.

– Я же говорила: белый шоколад. Но сегодня я снова экспериментировала с рецептом. – Я решила подыграть его вызову. – Теперь это хрустящие кусочки с нежной сердцевиной. Они буквально тают на языке. Я также пересмотрела состав каждого ингредиента, и теперь печенье стало невероятно вкусным и…

– Мягким, – закончил Лукас, одобрительно глядя на меня. – Теперь, кусая его, ты не прилагаешь усилий. Печенье стало… – он задумался, подбирая слова, – более нежным.

– Прямо райское наслаждение, – торжествовала я, чувствуя, как внутри меня расцветает радость. – Небесным…

– Но в основном это американское печенье, – добавил Лукас, слегка раздраженно. – Если бы это было так просто, другие уже давно бы выпустили что-то подобное.

– Нет, потому что они этого не понимают, – возразила я, сжимая кулаки. – К тому же наше печенье сильно отличается от американского. Это только начало, – уверенно сказала я, чувствуя, что мы на верном пути. Я верила, что мы можем создать нечто большее, чем просто печенье прошлого поколения. Это было наше видение, новый путь. – К тому же старшее поколение точно оценит мягкое печенье. Ты же знаешь, обычно у них проблемы с зубами, – сказала я, стараясь быть тактичной. Я заметила, как его губы изогнулись в полумесяце, и его улыбка пронзила мое сердце.

– Давай обсудим это позже, когда успокоимся, – предложил Лукас, глядя на меня с загадочным выражением, которое я не могла понять. Была ли это гордость?

Не успев понять, что происходит, я обернулась к Фрее, которая с восторгом слушала наш разговор все это время.

– Возможно, я смогу поделиться с тобой рецептом в измененном виде, потому что это должно остаться между нами. Даже моя бабушка унесла свои секреты в могилу, хотя не все.

Фрея, смеясь, отмахнулась от моих слов.

– Уже хорошо. Поможешь мне с посудой?

– Конечно. – С этими словами я кивнула Лукасу и, следуя за Фреей, направилась на кухню, чтобы немного уединиться от остальных.

– Спасибо за приглашение, – искренне сказала я. – Я очень рада оказаться здесь, хотя на мгновение меня охватила тревога: не боитесь ли вы, что пригласили незнакомку?

Фрея, занятая мытьем посуды, внезапно подняла на меня серьезный взгляд.

– Ты же не думаешь, что я пригласила кого-то на день рождения своей дочери просто так?

Вдруг передо мной появилась мама-медведица. Конечно, Эрик был медведем, но в отличие от жены, в чьих глазах читалась решимость, он был словно плюшевая игрушка.

– Не волнуйся. Я хорошо знаю Лукаса, он никогда ничего не делает без причины, – продолжила она, убирая тарелки в посудомоечную машину. – Лукас – крепкий орешек, но ты для него многое значишь.

Эти слова застали меня врасплох, и я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее.

– Я… – начала я, пытаясь подобрать слова. – Я ничего не значу для Лукаса. Мы заключили своеобразную сделку: он помогает мне преодолеть застенчивость, чтобы я стала более уверенной в себе, а я, в свою очередь, содействую его продвижению в высшем обществе.

Фрея внимательно посмотрела на меня, ее лицо выражало смесь удивления и понимания.

– Ох, Элли, – сказала она, прикусив нижнюю губу. – Ты видела, как часто Лукас сегодня улыбался?

– Да, и что? – спросила я, чувствуя себя немного растерянной.

– Обычно он ворчливый и замкнутый, но сегодня… – Фрея усмехнулась. – Он не мог скрыть свою радость.

Ее слова заставили меня задуматься.

– Лукас не… он не… – Я запнулась, пытаясь сформулировать мысль, но Фрея снова перебила меня:

– Честно, Элли? Если бы ты знала, как вести себя, Лукас бы не сопротивлялся тебе.

Мое сознание словно взорвалось от потока новых мыслей. Может быть, Фрея права? Лукас действительно притворяется, что я ему не нравлюсь? Возможно, он просто играет свою роль, а на самом деле его чувства ко мне гораздо сложнее, чем я думала. Эти мысли вихрем кружились в моей голове, пока я продолжала помогать.

– Разве ты не должна быть на его стороне или что-то в этом роде? Зачем ты рассказываешь мне об этом? – спросила я, но Фрея просто подмигнула мне и закрыла посудомоечную машину.

– Поверь мне, Элли, я на твоей стороне, – произнесла она, оставляя меня стоять в замешательстве. В голове роились вопросы, а ситуация казалась еще более запутанной, чем раньше.

Следующим пунктом программы была распаковка подарков. Было чудесно наблюдать, как дети ползают по ковру и радостно смеются. И было приятно видеть Лукаса в этой обстановке. Хотя он хмурился, как в дождливую погоду, его черты лица светлели всякий раз, когда Мими смотрела на него снизу вверх. Затем моя грудь наполнилась чувством, которое мне лучше было бы не испытывать.

– Спасибо, – восторженно воскликнула Мими, развернув мой подарок с мотоциклами.

– Однако это еще не все, – произнесла я, и заметила, как Лукас слегка встрепенулся рядом со мной. Неужели он думал, что я не смогу приготовить что-то особенное?

Судя по его взгляду, он явно заподозрил, что за моим безобидным заявлением кроется нечто большее. И честно говоря, его беспокойство тоже было приятным. Хотя и не совсем оправданным. Потому что, несмотря на его попытки казаться невозмутимым и холодным, было много признаков, которые свидетельствовали о том, что в его сердце все еще живет тот же мальчик, в которого я влюбилась. Который был для меня гораздо больше чем лучшим другом. При этой мысли меня захлестнула волна нежности.

Чтобы больше не заставлять Мими ждать, я достала свой смартфон и присела перед ней на корточки. Она с любопытством смотрела, как я разблокирую экран.

– Я слышала, у тебя есть любимый гонщик в MotoGP. Кто это?

– Антонио Брамбилла. Но мне также нравятся Энцо ДеЛука и Штеффен Хирш. И Уильям Харрис. Но Антонио – мой любимый гонщик!

С улыбкой я коснулась экрана своего телефона, чтобы открыть галерею, а краем глаза заметила, как родители Мими наклонились ближе к нам, не в силах скрыть свое любопытство. Даже Лукас, словно ястреб, парящий в небе, тоже был полон интереса.

– Есть еще кое-кто, кто тоже хочет поздравить тебя с днем рождения, – произнесла я.

Одним движением я выбрала последнее видео, которое Сандер отправил мне несколько дней назад. На экране появилось лицо Антонио Брамбиллы. Он выглядел так же, как на фотографиях в интернете: загорелый, с густой бородой и взъерошенными волосами, в спортивной одежде.

– Привет, Мишель, Мими, – сказал он на итальянском, а затем перешел на ломаный, но понятный норвежский. – Желаю тебе всего самого лучшего в твой четвертый день рождения! Я слышал, ты любишь мотоциклы, это круто! Надеюсь, ты отлично проведешь этот день с семьей и друзьями… Tanti Auguri! С днем рождения!

Изображение застыло.

– Ну как? – спросила я, наблюдая, как родители Мими обмениваются удивленными взглядами, а Эрик приобнял Фрею за плечи. Сама же Мими, ошеломленная и с широко раскрытыми глазами, переводила взгляд с меня на экран, а затем разразилась громким визгом и начала прыгать вокруг. Сюрприз удался. Радость наполнила мое сердце.

– Еще раз! – воскликнула Мими, хлопая в ладоши. – Пожалуйста! Я хочу увидеть это снова!

Я улыбнулась и передала Фрее свой телефон.

– Если хочешь, можешь переслать видео и себе на номер. Я не знаю, умеет ли она смотреть видео самостоятельно и держать телефон, но ты тоже можешь ей это показать. Я не знаю ваших правил.

– Сегодня особенный день, – мягко сказала Фрея, передавая телефон Мими, чтобы та могла пересмотреть видео.

Внезапно я заметила, как Лукас смотрит на меня. Этот взгляд, полный тепла и нежности, заставил меня замереть. Прежде он никогда так на меня не смотрел. Или, может быть, это было очень давно. Вдруг я почувствовала, как напряжение покидает меня. Волны беспокойства, которые всегда сопровождали, утихли, словно одного взгляда Лукаса было достаточно, чтобы подарить мне ощущение защищенности, которое раньше казалось мне недостижимым.

Обычно я руководствовалась сомнениями и бесконечными вопросами, но сейчас, в этот момент, я ощутила, что наша связь стала глубже. Проклятье! Осознание этого вызвало у меня тревогу. Хотя, возможно, я осознала это с самого начала, когда мы вновь встретились. С первой же минуты ощутила, что наша история не завершена.

Но я не могу позволить ему воспользоваться этим. Он предупредил меня, что я не должна играть в игры, в которых не могу выиграть, и впервые за долгое время я ощутила страх. Страх, что он мог оказаться прав. Что на этот раз я рискую гораздо большим, чем просто разбитым сердцем.