– Мусин – это Моряк? – уточняю у Колчина.

– Получается, минус Мусин и еще двое – Богданов Женя и Олег Федосов. Их ищут, конечно, но трупа или трупов-то нет. Когда я приехал на то место, то говорю им: «Покажите». Это же быстро после события произошло. Мне даже на месте в лесополосе показалось, что где-то здесь смертью пахнет. Хотя, конечно, у меня тоже наверняка глюк был. Это под Брянском было. После шумихи в прессе Мусин запаниковал, крышу начисто снесло – всего боится, кругом озирается, на каждый шорох пугается. Его по «скорой» отправили на Кипр.

Кипр до этого нам был знаком – там работала наша туристическая компания, с которой мы получали, они этот Кипр и открыли нам. Туда мы и ездили. Нравилось.

Но Мусин долго на Кипре не выдержал. Неожиданно возвращается на панике. Люди редко вывозят такие стрессы. Жизнь бандитская – это для шизофреников, стреляют на опережение, спишь со стволом. Додумывают всё. Он прилетел и выдохнул Богданову и Федосову – всё расскажу про убийство! Они его повезли скрывать в Брянск, а по дороге на него опять накатило. Кричит: «Убейте меня или я первому менту всё расскажу! Только водки налейте!» Спровоцировал. А что им оставалось еще делать? Такого в сумасшедший дом-то опасно засовывать.

А Петрова-дурачка тогда еще у следствия не было, он еще с агентом-наркоманом в камере не пересекся, а стукач еще не начал выслуживаться – унюхал жирную тему и вышел на ФСБ. А Мусин сам же должен был прослушку устанавливать, но воткнул Петрова вместо себя. Везде человеческий фактор.

Петров, вообще, ребенок – он был больше любопытен. Приходит после убийства: «Это мы? – Да ты гонишь!»

Вот я живу, понимаю, кто я, с кем, кто в системе «тамбовских» – я не первый и не последний в организации. Я им решаю вопрос с жильем, транспортом, а они на шею сели и поехали. Тем более я их берегу – не пускаю «торпедами» на стрелки, где до одной ошибки – и ты в гробу. А вариантов много было. Вот почему так?

После ситуации с Моряком Богданов и Федосов – тот, кто с Акишиным стрелял в Галину, – побежали. Но вряд ли они такие талантливые, что выжили. Их просто нет. Сгорели на работе. Дай бог, если живы.

ЧК до 2020 года в Брянск системно приезжали их разнюхивать, а потом перестали.

Представь, Женя, что было бы со мной, если бы я, как Моряк, Кумарину или Глущенко выдохнул такое. Тут бы и лег.