В книгах все ответы.

– Да, нам надо ехать в библиотеку, чтобы закончить проект по истории! – буркнула я. Настроения после тяжелого сна не было совсем.

– Но мы завтра утром уезжаем! – бабушка расстроилась, но я же не могу сказать ей правду.

– Ба, мы быстро! – пообещала я.

– А говорят, в интернете есть все! А школьникам все равно приходится ходить в библиотеки!

Ох, жаль, но то, что мне надо, можно найти только в старых книгах. В тех, где еще не врали. Я уже сбилась с счета, сколько проверила сайтов и блогов, чтобы хоть на миллиметр приблизиться к разгадке тайны Эзры. И мое предчувствие говорило, что это последний шанс. Я хотела опустить руки и просто жить в комнате с говорящим зеркалом. С прекрасным говорящим зеркалом.

Мое настроение немного поднялось, когда я съела кусок черничного пирога, запив его большой кружкой кофе, и когда я вспомнила Эзру. Язык не поворачивался назвать его призраком. Он человек. Красивый, умный, добрый. Разговор с ним успокаивал душу. Все мои переживания, кажется, вчера улеглись. Может быть, не полностью, но я четко понимала, что осталась не одна со своими проблемами.

– Ты плохо спала, дорогая? – окликнул меня дедушка обеспокоенным голосом. – Ты не заболела? А то юбка, знаешь ли, вчера была не совсем осенняя.

– Все в порядке! – Мне пришлось улыбнуться и пропустить комментарий про юбку. – Немного переживаю из-за проекта. А вот и ребята!

На улице раздался автомобильный гудок, и я бросилась к выходу. Мам, прости, но и сегодня тебе придется развлекать родственников без меня.

– Всех целую! – Я схватила свой рюкзак, накинула на спортивный костюм бомбер, послала воздушный поцелуй и захлопнула дверь.

На терассе я на секунду остановилась, пораженная красотой. Деревья живые и волшебные. Как за ночь они могут так себя украсить? Вокруг меня стоял красивый лес из зеленых, красных, коричневых и оранжевых листьев. И этот туман над озером. Осень в Нью-Йорке тоже красивая, но только в Центральном парке или в сериале «Нетфликса». Тут же все наоборот – красота везде!

Я вздохнула. Воздух стал полностью осенний, свежий и ароматный. Все точно будет хорошо. И столбик моего настроения резко пополз вверх.

– И долго мы будем стоять? – Габи опустила стекло и выглянула из машины. – Сегодня решила не наряжаться?

– Бегу! А смысл?

Я быстрым шагом подошла к машине и села спереди.

– Понятно, шлюшки важнее подружки! – возмутилась подруга.

– Габи! – Я в шоке от шутки уставилась на Маттео, который залился смехом.

– Габи, если бы я раньше знал, что ты такая…

– И что? Подкатил бы? Ты не в моем вкусе!

– Не подкатил бы, но подружился бы точно!

– Я и не такое еще могу! – гордо заявила она.

– Кошмар! Вы ужасны! – Я засмеялась и ойкнула: – Мини!

Собака, спрыгнув с заднего сиденья, начала проситься ко мне.

– Она соскучилась, – тепло произнес Маттео.

– Все, заводи уже! – в нетерпении поторопила его Габи.

Маттео завел мотор, поспорил с Габи о музыке (опять Тейлор) и, обреченно выкрутив руль, съехал с дорожки.

А мне было все равно, кто будет петь нам в дороге. Мини, принюхавшись, уснула у меня на коленях.

Навигатор сообщил, что до Сайлентбрука ехать тридцать минут. А мне хочется еще дольше. Шоссе разрывало красивый лес, аккуратно занимая территорию для людей, не беспокоя всех жителей, которые там обитают. Но было ощущение, что в темноте, прячась за красивыми видами, в этом лесу существовала еще какая-то тайна. Другая жизнь, из легенд, которую лучше не беспокоить.

Габи с Маттео активно продолжали спорить, пытаясь понять, кто смотрится лучше без футболок – пловцы или баскетболисты. Для Маттео это игра, чтобы подразнить Габи, а для нее этот спор – чтобы доказать, что именно ее пловец самый сексуальный парень во всей школе.

А я молчу, с трепетом поглаживая Мини, чувствуя удары ее маленького сердечка, в котором скрывается целый океан любви. Почему маленькое существо может любить весь мир, отдавая себя полностью, без остатка, а человеку вечно что-то надо. Нужно заставлять себя любить мир. Однажды это войдет в привычку, тогда можно будет по-настоящему радоваться рассветам, ярким звездам, тишине или шумным водопадам.

И я решила начать с этого момента. Если не сейчас, то когда? С понедельника, который вечно переносится на неделю, месяц, год?

– Нет, самые красивые – это парни в клубе биологии! – без приветствия ворвалась я в спор.

– Может, мне надеть очки? – Маттео повернул ко мне голову и приподнял бровь.

– А я согласна, очки – очень сексуальный элемент. Они показывают, что у парня есть мозг, которым он может еще и правильно пользоваться! – закивала Габи, придвинувшись к нашим креслам.

– Тогда мне надо подумать. – Маттео взъерошил свои волосы. – Может, вместо библиотеки в оптику?

– Ты и так красивый, – сжалилась я.

– Ладно, этот спор может длиться вечность! Давайте согласимся, что самые красивые едут в этой машине? – предложила Габи.

– Особенно вот это лохматое чудо. – Я почесала Мини за ушами под одобрительный храп. – Которая едет в библиотеку. А нас с ней пустят?

– Да, – кивнул Маттео. – Моя мама – заведующая библиотекой.

Не помню, говорила мне Габи это или нет, тогда мне Маттео был не так интересен. Но знакомство с его мамой пугало.

Я попыталась отогнать от себя противные мысли. Он же везет меня не представлять маме как свою девушку. Маттео точно скажет, что нам нужна информация для доклада или его подкаста. А мы с Габи просто у него на подхвате. Что-то же он наплетет маме, не скажет же правду? Но мне так хочется ей понравиться…

Сайлентбрук был почти копией Фоггилейка, только без озера. Невысокие уютные дома, кофейни, лес и вместо школы – старинное здание библиотеки.

– Знаешь легенду, почему два похожих города разделены? – спросил Маттео.

– Откуда? – Я пожала плечами. – Но надеюсь, это что-то интересное, а не просто политика.

– Это связано с любовью и трагедией! – влезла Габи.

– Да. Говорят, первая семья основателей Фоггилейка потеряла свою дочь в лесу. И они безумно страдали и переживали за нее, поэтому, чтобы дать шанс ей на спасение, они переселили часть жителей города дальше, в надежде, что их дочь выйдет с той стороны леса. И именно поэтому школа есть только в Фоггилейке. Они верили, что если у их дочери будет новая семья, то ее обязательно привезут учиться. Вот так. И жители наших городов верны этой легенде: школьники Сайлентбрука уже много-много лет ездят учиться в Фоггилейк.

– Это очень грустная легенда… – вздохнула я.

– Думаю, Айрис, веселые легенды не передавались бы поколениями, – Маттео произнес это по-доброму, будто объясняя маленькому ребенку. – Приехали!

– Наконец-то! А то мое мягкое место уже стало на ощупь как грецкий орех! – Габи первой выскочила из машины.

– Думаю, Ноа с радостью тебе все размял бы! – подшутил Маттео.

– Еще одно такое предложение, и твой зад познакомится с моим коленом, – отшутилась Габи.

– Опасная штучка!

Смеясь, мы ввалились в библиотеку. Нас накрыло прохладой и тишиной. Даже Мини постаралась не издавать звуков, спрятав нос мне под бомбер.

Обожаю библиотеки, хоть и очень редко в них бываю. Эзра прав, именно из воспоминаний и состоит жизнь. Авторы, поэты, музыканты продолжают жить в своих произведениях, вдохновляя каждый день людей на творчество, открытия, признания в любви.

Запах книжной пыли успокаивал, мне захотелось сесть в каком-нибудь углу и, укутавшись в плед, почитать книгу. Да, я шестнадцатилетняя бабуля, которая вместо тусовки предпочтет вечер с книгой и горячий шоколад.

– Добрый день! – к нам вышла высокая темноволосая женщина с острыми чертами лица. Даже для работы в библиотеке на ней был слишком строгий костюм.

– Мам, познакомься, это мои подруги – Айрис и Габриэль.

– Добрый день, миссис Фирони. – От ее пугающего вида мне захотелось сделать реверанс, но я сдержалась.

– Мисс, – поправила она. – Пойдемте в мой кабинет. Маттео, учти, с твоей собакой я сидеть не буду. И если она мне что-нибудь попортит, то…

– То ты выгонишь нас из дома, можешь не повторять!

– Именно так, – ничуть не смутившись, согласилась мисс Фирони. – Заходите.

Ее кабинет олицетворял собой порядок. Все располагалось ровно и аккуратно – стол, стулья, книги. Ручка параллельно блокноту. Стакан на специальном круглом подстаканнике. Ничего лишнего, все только по работе. Даже нет фотографий близких.

Бедный, бедный Маттео. Теперь я понимаю, почему он с татуировками. Ему хочется внести в свою жизнь хоть небольшую каплю хаоса. Потому что полный порядок – это неестественно. Он не может быть в природе человека. Идеальность – это видимость счастья. Только за этим скрывается множество слез, проблем и разбитых сердец.

Думаю, отец Маттео однажды сломил его маму. И теперь от некогда красивой женщины осталась только острая боль, которую она пытается скрыть за своей идеальностью.

– Почему я должна пустить вас в архив? – холодным голосом спросила мисс Фирони. И могу поклясться, в кабинете стало холодно.

– Мам, нам надо для проекта.

– Ты знаешь, я не принимаю твой подкаст. – Она посмотрела на сына, совершенно не меняясь в лице. – Если это для него, то нам больше не о чем говорить. Так что вам нужно в архиве?

Маттео сделал глубокий вдох, чтобы справиться с нервами. Да, он очень бережно к ней относится, раз терпит такое общение.

– Хочешь правду? Окей!

И Маттео, не спросив меня, вывалил, как продавец в рыбной лавке, всю правду про меня и моего призрака в зеркале, словно это была большая рыба. С неприятным душком.

– Айрис, это правда? – Мисс Фирони прожгла меня своим взглядом насквозь.

– Да, это правда. – Нет смысла оправдываться и что-то выдумывать.

– Маттео, ты думаешь, что в старых записях своего деда ты сможешь что-то найти?

– Я хочу хотя бы попытаться!

– Хорошо!

Мисс Фиорин достала из ящика связку ключей и, громыхая ими на всю библиотеку, пошла в дальний архив. Мы последовали за ней.

– Деда? – шепотом спросила я Маттео. – Серьезно?

– Тс-с-с! – Маттео приложил палец к губам. – Потом расскажу.

Мисс Фирони открыла дверь и включила свет. В нос ударил затхлый запах. Ощущение, что уже много месяцев сюда не заглядывали.

– Если вы справитесь быстро, то можете открыть окно.

Оказывается, у нее есть сердце.

Я спустила Мини с рук, и та радостно подбежала к ней. Но хладнокровия у мисс Фирони было больше, чем доброты.

– Развлекайтесь, ребятки. Надеюсь, Айрис, тебе это поможет.

И, развернувшись на своих невысоких каблуках, мисс Фиори захлопнула дверь. Маттео открыл окно и посадил Мини в кресло, чтобы малышка ничего не испортила.

– Да-а-а, Маттео, мама у тебя… мощная! – Габи покрутилась перед зеркалом, которое висело на двери.

– Я бы подобрал другое слово, но все-таки она моя мама.

– Хватит сантиментов! – прервала я. – Архив твоего деда? Что вообще это значит?

– Мой дед был, не знаю как назвать, охотником за призраками. Исследователем. Он всю жизнь посвятил этому. Поэтому моя бабушка от него и ушла. Мама не может ему этого простить. Она всю жизнь росла окруженная разговорами о мистике, понимаете? Он бросил это занятие, только когда я родился. И когда я увлекся той же темой… Это был грандиозный скандал.

– Он был сумасшедший? – не очень аккуратно спросила Габи.

– А разве есть полностью нормальные люди? Мы все немного сумасшедшие, когда чем-то увлечены.

– Давайте уже начнем поиски. По каким критериям будем отбирать?

– Вот на этом стеллаже все дневники деда. Будем искать все, что связано с зеркалами.

Работы нам предстоит много. Коробок десять точно придется перебрать. Жаль, что искусственный интеллект плохо ладит с рукописными текстами.

Искали мы в тишине, поочередно проверяя каждую коробку, папку, дневник и вырезку из газеты. НИ-ЧЕ-ГО! Ни одного упоминания о призраках в зеркалах. Неужели это мне так повезло? И кому-то из интернета с историей про призрака девочки в зеркале. Два человека в мире. Я и еще кто-то из прошлого.

Дед Маттео был реально увлеченным человеком. В его блокнотах нашлось большое количество заметок и интервью с разными людьми, которые встречали призрака.

Мне понравилась одна пометка «мечта», которую он ставил около записей о призраках, которых точно не было, – где человек просто мечтал увидеть свою погибшую под колесами фургончика с мороженым кошку и говорил, что чувствует, как кошка приходит его будить. Или очень грустные истории, где родители видят призрака своего ребенка, но их речь такая несвязная, что становится понятно – убитый горем родитель готов «намечтать» себе призрака.

– Есть! – воскликнула Габи и подняла вверх блокнот в кожаной обложке. – Слушай, твой дед не из сериала «Сверхъестественное»?

– Не шути так, Габи! – Маттео улыбнулся. – Мы с ним пересмотрели все сезоны, которые успели выйти до его смерти. Знаешь, о такой жизни он и мечтал.

– Я бы, возможно, тоже не отказалась колесить по штатам с этими красавчиками!

Я покачала головой. Габи такая Габи. Легкая, воздушная, смелая. Она бы точно стала самой яркой охотницей. Только вот есть шанс, что вампиры бы переманили ее на свою сторону.

Мы склонились над блокнотом, пытаясь разобрать выцветшие чернильные строки. Я старалась не дышать, чтобы не спугнуть удачу.

«Зеркало смерти»

Июль, 1988 год.

Штат Колорадо.

Я приехал сюда, потому что в штате происходит большое количество убийств. Убийца не найден. В домах погибших нет никаких следов взлома.

Август.

Все убитые должны быть как-то связаны.

Убийства продолжаются. Мне никто не верит, что дело в каком-то мстительном призраке.

Август.

Полиция меня не хочет слушать. Продолжаю расследование. Все в панике. Кто будет следующим?

Сентябрь.

Я докопался до истины.

Зеркало, которое связано с серийным убийцей прошлых лет, было проклято им самим. И он снова вышел на охоту. При жизни у маньяка был особый ритуал – он убивал своих жертв перед зеркалом. Жажда мучений его преследовала и после электрического стула…

После смерти каждого нового владельца зеркало продавали. Так оно и попадало в новую семью.

Я разбил зеркало на много разных кусочков и раскидал по горам.

Дело закрыли и замяли, повесив на нового серийного убийцу, который бесследно пропал…

Приятно чувствовать себя победителем. Но когда люди начнут верить в призраков?

– Твой дед реально был охотником на призраков?! Теперь понятно, почему ты такой, эм, увлеченный, – сказала Габи, поежившись.

– Знаете, я хочу поехать домой, – призналась я и взяла Мини на руки. Хочется погреться об нее. Почувствовать живое тепло.

– Айрис, не бойся! – Маттео подошел ко мне почти вплотную.

– Снимите себе номер. – Габи невинно захлопала ресницами. – Но если честно, то мне тоже хочется поскорее убраться отсюда.

Кажется, мы не были готовы к такой реальности. Если бы Эзра хотел меня убить, то у него для этого было уже много шансов. Ведь так?

– Да, давайте я вас отвезу. Простите. Я думал, будет больше пользы.

– Куда уж больше! – Габи первой выскочила из архива. – До этого момента я верила, что у подруги просто помешательство. А теперь твой дед смог доказать, что призраки, еще и убийцы, существуют! Думаю, на сегодня хватит новостей.

Обратно мы поехали в тишине. Разговаривать не хотелось. Мы не нашли способ помочь Эзре. Вот только во мне зародилось зерно сомнения – а такой ли он хороший, как я думаю?

Первой мы высадили Габи, а потом Маттео повез меня домой.

– Может, мы правда просто разобьем к чертям это зеркало? – спросил он.

– Нет, я хочу узнать всю правду.

– Думаешь, за этим призраком что-то скрывается?

– Не знаю, – честно ответила я. – Но очень хочу узнать.

– Ты же помнишь, что я рядом? Если станет страшно, то только позвони.

– И ты прилетишь ко мне на своем пикапе спасателя?

– Эта ласточка летать не умеет, но домчит до тебя быстро!

– Спасибо! Правда!

Я разбудила Мини и передала ее Маттео. А потом, набравшись смелости, поцеловала его в щеку.

* * *

– Я думал, что ты сегодня ко мне не вернешься, – сказал Эзра, когда я села на полу перед зеркалом.

– Мне хотелось найти выход, но ничего не получилось. – Я расстроилась еще сильнее, чем на обратной дороге из библиотеки.

– Это не имеет значения! – возразил Эзра.

– А что имеет? – Я всхлипнула.

– Что ты рядом со мной. Мне больше ничего не надо. Только твое тепло.

Тепло. А что мне надо от Эзры?

Спасение от одиночества?