– В красном углу – Шона Шепот Тьмы, – объявил конферансье.

Толпа взревела, и Шона, обернувшись, помахала рукой. Артур заметил, что в другой руке она держит палочку около фута длиной с вымазанным красной краской концом. Должно быть, это и есть та метка, о которой говорил Горацио.

– В синем углу – Мастер Мороков!

Мужчину на другом конце арены было плохо видно из-за большого расстояния. Но когда толпа разразилась одобрительными криками, он снял цилиндр и поклонился.

– Сегодня бой пройдет по стандартным правилам для дуэлей необычного ранга: побеждает тот, кто первым поставит метку на коже противника. А теперь… начали!

На последнем слове конферансье опустил руку и на всякий случай поспешно ретировался к дальней стене – чтобы не мешать участникам.

Шона потянулась к левому предплечью. На ее коже виднелась темная прямоугольная отметина. Артур не смог разглядеть ее в деталях, но магическую карту Шона вытащила будто прямо из кожи.

Она выставила карту перед собой.

– Теневая завеса!

В ту же секунду половину арены заволокло облако тьмы, непроглядное и черное как смоль. На мгновение показалось, что накроет и публику, но облако с сердитым гудением осело и растеклось по земле.

– Ну, что я тебе говорил? – вздохнул Горацио. – Если и будет бой, мы ничего не увидим.

Мастер Мороков тоже не терял времени даром: запустил свободную руку под длинный, развевающийся фрак и вытащил собственную карту.

– Чертова дюжина!

В ту же секунду вокруг него появилась целая толпа двойников, и все они ринулись на темную половину арены. Артур не мог определить, кто из них настоящий, но в этом, скорее всего, и заключалась тактика.

Прежде чем первые двойники добежали до облака тьмы, Шона воскликнула:

– Щупальца темной силы!

Облако вскипело и выпустило длинные, похожие на хлысты щупальца, которые тут же рубанули по нападающим двойникам. Щупальца прошли насквозь: все двойники были иллюзиями.

Но щупальца не могли дотянуться до всех разом. Несколько двойников прорвались и исчезли внутри темного облака.

Артур привстал, чтобы ничего не упустить.

– Что происходит? Я не… – Он осекся, прежде чем выдал, что ничего не видит.

Горацио рассмеялся.

– Я же говорил.

Но волноваться было не о чем. Через мгновение темное облако поредело. Двойники Мастера Мороков держали в руках одинаковые карты, от которых исходил яркий свет.

Судя по всему, этот свет полностью развеял иллюзорную магию Шоны, и когда облако сжалось, она появилась на сцене собственной персоной. Мастер застал ее врасплох.

Шона потянулась к черной метке на руке и принялась слегка растерянно вытаскивать карты одну за другой.

– Либо она зазналась, либо что-то задумала, – сказал Горацио.

Трое двойников одновременно заметили противницу и помчались в ее сторону. Только у одного была палочка с синим концом. Скорее всего, это и был настоящий Мастер.

Он сделал выпад, будто держал в руке не палку, а саблю.

Шона рассыпалась на сотню осколков – оказалось, что она и сама лишь иллюзия.

– Иллюзия-ловушка! – воскликнул Горацио.

Толпа возликовала и разразилась аплодисментами.

Вдруг край тени рассеялся, и Шона Шепот Тьмы предстала не далее чем в шести футах от Мастера Мороков.

Она метнулась к Мастеру с красной палкой.

Несколько зрителей вскрикнули, пытаясь предупредить Мастера, но их заглушила ликующая толпа.

Должно быть, Мастер что-то почувствовал и начал поворачиваться. Но Шона успела чиркнуть красным концом палки по его шее.

…Вот только Мастер просто растаял, как дым.

Лицо Шоны исказила гримаса чистой ярости. Но толпа взорвалась восторгом.

Тем временем настоящий Мастер выступил из остатков темного облака и вытащил карту.

– Чертова дюжина! – снова крикнул он.

На этот раз появилось всего четыре двойника.

– У него заканчивается мана, – пояснил Горацио. – Необычные карты на редкость прожорливые.

– Тогда как ей удается вот это? – Артур указал на Шону.

Та призвала к себе последнее темное облачко и скрылась внутри. Облачко распалось на две части, и обе двинулись к Мастеру и его двойникам.

– У всех ее карт похожие способности. Держу пари, она владеет частью набора. Затраты маны обычно снижаются, если добавляешь к колоде козырь.

Так или иначе, дуэль близилась к концу.

Темные облачка неспешно, но зловеще надвигались на Мастера. В этот раз некоторые двойники заметно отличались от оригинала: цвета поблекли, а один напоминал ходячий портрет, плоский и совершенно неправдоподобный. Потом он и вовсе рассеялся, оставив Мастера в компании четырех двойников.

Двойники приблизились к надвигающимся темным облакам. Судя по хмурому выражению на одинаковых лицах, Артур понял: им нужно решить, в каком облаке прячется Шона.

Это напомнило ему игру с кубками. Будь иллюзии Мастера более реалистичными или материальными, то, пожалуй, они смогли бы проверить оба облака.

Наконец все пятеро ринулись к правому облаку.

Но у облаков вдруг выросли острые зубы. Темные пасти распахнулись в беззвучном реве, подняв такой сильный ветер, что четыре иллюзии лопнули на месте, а настоящего Мастера прижало к земле.

Шона неожиданно появилась из левого облака и, пошатываясь, неуклюже мазнула Мастера красной палкой по руке.

Через миг она осела на землю, и остатки облаков исчезли, но большего от нее и не требовалось.

– Победила Шона Шепот Тьмы! – объявил конферансье.

Артур ликовал и аплодировал вместе с остальными. Наконец, решив, что удастся перекричать толпу, он повернулся к Горацио:

– Все эти способности от карт? Думаешь, у нее их больше?

– Дело не в количестве карт. Отец говорил, что важна синергия.

– Синергия, – повторил Артур, запоминая слово.

Внизу Шона и Мастер поднялись с земли и, подгоняемые конферансье, поспешили освободить арену для следующей пары дуэлянтов. Артур заметил, как они прячут свои карты: Мастер Мороков – во фрак, а Шона – в отметину на руке.

Бывают колоды, которые можно спрятать не в сердце, а в руке?

Артур хотел спросить Горацио, но тот как раз подзывал продавца попкорна.

– Эй, попкорнщик!

Спустя минуту Артур уже расплачивался. Свою порцию Горацио оплатил сам, хотя без ворчания не обошлось и на этот раз.

– Как она вытащила карты из руки? – спросил Артур, пригоршнями уплетая попкорн. Кукурузу он пробовал и раньше, но понятия не имел, что ее можно приготовить таким способом.

Горацио закатил глаза.

– Как ты умудрился столько прожить и остаться таким неучем? В общем, это якорная метка. Что-то вроде фальшивой колоды, чтобы не пихать все карты в сердце. Модные дамочки носят сумочки с такой меткой, а ты можешь, например, сделать себе татуировку.

– Тогда почему не все ими пользуются? – удивился Артур.

Знал ли о них Второй? А если знал, то к чему все эти хлопоты с табаком?

Горацио зачерпнул еще одну пригоршню попкорна и с неприлично набитым ртом ответил:

– Потому что оттуда карты могут украсть. А отсюда – нет. – Он постучал по груди.

Что ж, логично. И карточный якорь – как раз то, что нужно: можно спрятать редкую карту-ловушку, чтобы она случайно не сработала.

Объявили следующую дуэль между мастерами, владеющими обычными картами земной стихии.

Горацио оживился.

– Дуэли стихийников всегда зрелищные, даже если у них карты обычного ранга.

– Получается, ты уже много дуэлей повидал? – спросил Артур, тщетно пытаясь скрыть зависть.

– О, да. Зимой особенно весело, когда на улице такой долбаный холод, что никто не летает… – Он замолчал и покачал головой. – Ладно, может, будет бой между владельцами редких карт. Обычно им хватает маны на всю арену…

Он трещал без умолку, пока не началась следующая дуэль.

На этот раз поединок превратился в настоящую мясорубку: один противник управлял земляным големом, другой, судя по всему, – камнями размером с голову. В следующей дуэли снова участвовал иллюзионист, только бился он не с другим иллюзионистом, а с противником, который умел жонглировать чем угодно, в том числе ножами.

Но как бы дуэли ни будоражили воображение, под конец Артур уже не мог сдержать зевоты. Ему предстояла долгая дорога до приюта, а потом уроки и работа в ресторане. Да и карабкаться по водосточной трубе – удовольствие сомнительное.

Даже Горацио не стал жаловаться на обратном пути.

На улицах вокруг арены царил все тот же праздничный дух. Не всех интересовали карточные дуэли. Несколько музыкальных групп – с картами и без – начали соревноваться друг с другом на перекрестках.

Артур оглядывался по сторонам, усталый, но все еще зачарованный происходящим.

Должно быть, поэтому он и не заметил дракона.

– Серебристый вышел на охоту, – как бы между делом заметил Горацио.

Артур понял его слова не сразу: он наблюдал за парнем, который играл на гитаре не пальцами, а силой ветра. Потом до него дошло, и он поднял глаза.

– Что?

Горацио указал подбородком вправо.

Серебристая драконица размером примерно с Тесс прыгала по улице, грозя сбить прохожих длинными нескладными крыльями. Судя по слишком крупным лапам и большим светящимся глазам, она была совсем молоденькой.

Девушке, которая бежала следом и практически умоляла драконицу остановиться, судя по всему, тоже не хватало опыта.

– Мартин, остановись! Ты кого-нибудь собьешь. Мартин… да послушай!

– Я их чую! – тоненьким голоском настаивала серебристая Мартин. – Здесь есть хорошие карты. Я точно знаю!

– Мартин!

Горацио фыркнул.

– Первый раз выбралась из улья и, похоже, учуяла карту какого-нибудь знатного молокососа. А это может быть забавно… эй!

– Нам пора. – Артур схватил его за локоть и потянул в сторону.

Мартин и ее наездница все еще находились в нескольких магазинах от них. Драконица обнюхивала все подряд, сбитая с толку обилием запахов, но Артур не сомневался, что учуяла она именно его.

Его окружали чужие люди. Если кто-то узнает, что у него есть легендарная карта…

– Вот он! – взвизгнула Мартин.

Серебристая драконица остановилась рядом с хорошо одетой семьей и с ног до головы обнюхала одного из детей. Семья не видела в этом ничего забавного. Наездница Мартин покраснела и была готова провалиться сквозь землю.

Горацио покачал головой.

– Этой драконице надо усвоить, что для вынюхивания хороших карт есть свое время и место. Ладно, иду. Хватит меня тянуть.

К счастью, Горацио сдвинулся с места, потому что Артур уже собирался его бросить.

Завернув за угол, он услышал, как Мартин жалуется своей наезднице:

– Но ведь я учуяла две хороших карты…

Артур пошел дальше, не обращая внимания на нытье Горацио, которому не хотелось торопиться без особой причины.

На его удачу юная драконица за ними не последовала.