Следующим утром мэдчен Саддэн не могла избавиться от ощущения глубокой неправильности происходящего: она сидела в Чайной гостиной, на столе исходил ароматным паром чай, а уменьшившийся Каприз сновал между приборами и выпрашивал драгоценные камни.

– Ты вчера не вернулась, – укоризненно произнесла Тамира.

Маргарет облегченно выдохнула – подруга с самого утра с ней не разговаривала. Даже на завтрак они шли хоть и вместе, но как будто порознь.

– Это было ужасно, – честно сказала Маргарет. – Мне вырастили новую кожу на горле.

– А со старой что? – удивилась Тамира.

– Мне к шее прижали кинжал, пришлось сотворить щит прямо под кожей. – Мэдчен Саддэн поежилась. – Ужасные ощущения.

– Я представляю. – Мэдчен Кодерс передернула плечами – Ты же, получается, сама с себя сняла кожу. А про пожар что-нибудь знаешь?

– Ты хочешь поговорить об этом здесь? – Маргарет выразительно обвела взглядом Чайную гостиную.

– Именно, – кивнула Тамира. – Две подруги болтают – что необычного? А вот уединение, куча щитов и сдавленный шепот – это подозрительно. Я с первого дня ставлю простейшие чары помех. Они пропускают сквозь барьер каждое третье слово.

Мэдчен Саддэн удивилась и восхитилась одновременно:

– Они очень сложные. У меня не получаются.

– А у тебя была насущная необходимость ими овладеть? – вкрадчиво спросила Тамира и кивнула. – То-то и оно. А у меня была. Так что с пожаром?

– Там оказалась огненная ловушка. Пытались сделать ее похожей на степную, но, – Маргарет покачала головой, – исполнял ее кальдораннский маг из кальдораннских артефактов. Степные ловушки деактивируются только смертью – человеческой или звериной. Вчера нашего короля пытались свергнуть.

– Безуспешно, надеюсь?

– Безуспешно, – кивнула Маргарет. – Ты же помнишь про трон Дарвийских? В претенденте не было ни капли их крови.

– И на что был расчет? – нахмурилась мэдчен Кодерс. – Глупость какая-то. Про этот артефактный трон не знает только глухой и неграмотный.

– Дознаватели разберутся, – пожала плечами Маргарет.

Она не стала говорить подруге про некроманта. Вдруг он скрывается? И будет крайне недоволен длинным языком Избранницы. А некроманты, если вспомнить историю, пиететом к власти не страдали. Равно как и не считали необходимым соблюдать законы. Мол, у Смерти всего один закон, и вам, дуракам, его не понять. Так-то неудивительно, что за ними охотились.

– А сколько пострадавших? В гостевом крыле много людей, – спохватилась Тамира.

– Половина была на балу, вторая половина резко решила побывать дома.

Это Маргарет услышала утром. Линнарт проснулся раньше и вовсю переговаривался с кем-то. Но из того разговора она запомнила только то, что кто-то предупредил гостей. Которые даже не подумали предупредить короля. Позднее ей стало жутко – неужели заговор настолько обширен? Это ведь на каторгу и на плаху может отправиться такое количество людей, что в историю король войдет как Линнарт Кровавый или Линнарт Безжалостный.

– Ты оценила свой подарок? – Тамира искоса посмотрела на подругу.

– Я не у себя ночевала, – покачала головой Маргарет. – Сарна принесла мне платье в спальню короля.

– Вы с ума сошли? – зашипела мэдчен Кодерс.

– Мы просто спали! – возмутилась Маргарет.

– Даже не знаю: восхититься стойкостью нашего короля или озаботиться его мужской силой? Будут ли у страны наследники, если ее глава игнорирует женщину в своей постели? – зафыркала Тамира и тут же добавила: – Я шучу, не делай такие глаза. Просто немного завидно, я таких сдержанных мужчин не встречала.

– Хм? Ты разве не девица?

– То, что я сохранила свое девство, говорит о моем злобном характере, сильных проклятиях и идеально поставленном ударе, – закатила глаза Тамира. – Нет, силой принудить меня не пытались. Но любовные зелья, назойливые объятия и откровенное вранье – все это было. И стоило сделать пару шагов в сторону уединенного алькова, как благородные дерры превращались в похотливых животных.

Маргарет развела руками:

– С этим ничего не поделаешь. До тех пор, пока некоторые мэдчен будут позволять деррам вольности, оные дерры будут всех девиц причислять к блудницам. И высчитывать, чем и как можно купить расположение красавицы.

– Мне предлагали сапфировое колье, – припомнила Тамира. – Это потрясающе. У меня была врагиня в академии, а потом я увидела ее в том самом колье. Миг моего абсолютного триумфа! Месть, поданная холодной, – ей до самого выпуска прямым текстом предлагали украшения в обмен на секс. Бедняжка здорово спала с лица.

– Ты жестока, – улыбнулась Маргарет.

– Про кого-нибудь другого я бы промолчала. А может быть, даже и предупредила бы, ведь, когда я начала свою кампанию по уничтожению соперницы, еще три девушки подтвердили мои слова. Но та мэдчен слишком много выпила у меня крови. Да ты не переживай, когда я начала прикладываться к фляге, она мне отомстила – это благодаря ей слухи вылились на газетный лист.

– Получается, что вы квиты.

– М-м-м, если подвернется возможность, я с большим удовольствием сделаю ответный ход.

Тамира подцепила ложечкой драгоценный камешек и скормила Капризу.

– А что получила ты?

Мэдчен Кодерс подняла взгляд на подругу и серьезно сказала:

– Путевку в будущее. Его величество преподнес мне комплект украшений, а под ним лежал вексель на крупную сумму. На предъявителя. Когда я выйду из семьи – обналичу. И смогу расплатиться с дерром Вальтером.

– Боюсь, что ты его очень этим обидишь, – Маргарет покачала головой.

Но подруга не слишком впечатлилась:

– Так ведь не деньгами же! Выпишу из Келестина что-нибудь редкое. Говорят, что у главы Совета белаторов жена пишет монографию по колдовским растениям. Пока она допишет, я уже стану свободной. Вот и выпишу. И подарю.

После завтрака подруги вышли на прогулку в парк. Посмотрели, как разбирают декорации с поляны, на которой еще ночью кружились в танце пары. И тут Маргарет вспомнила:

– А что произошло на балу?

Тамира поперхнулась смехом и, пытаясь успокоиться, выразительно произнесла:

– Ты там произошла!

Наконец, обретя самообладание, мэдчен Кодерс пояснила:

– Тебя искали Адд-Сантийские. А Хемснис и Стовер набиваются если не в подруги, то хоть в придворные моры.

– Так они мэдчен, – напомнила Маргарет.

– Я тебя умоляю, Гарри. Как только объявят Избранную, все мэдчен срочно выйдут замуж. И будут осаждать тебя: «Ах, располагайте мной в любое время» или «Всегда готова развлечь вас».

– Второе больше к придворным деррам, – буркнула Маргарет. – Так и что там с Хемснис и Стовер?

– А я им шепнула, что ты от родственников прячешься. И что если они хотят оказать тебе услугу, то…

– То?

– Просто «то». Я выдержала эффектную паузу, и они сами себе что-то придумали. В итоге загоняли почтенных стариков – тебя видели на разных концах зала. Естественно, они догадались и попытались устроить скандал. Такой, знаешь, благородный – вместо криков змеиное шипение. Но на беду девчонки показали мне твой составной артефакт, который ты дала им перед первым туром.

– Так он же не полный, – ахнула Маргарет. – Там могло получиться что угодно.

– Оно и получилось, – помрачнела Тамира. – Получилась замечательная смесь капкана и челюстей, которая вцепилась твоему деду в бедро. Еще немного, и стало бы совсем позорно. Что это вообще должно было быть?!

– Артефакт-подъемник, – покраснела мэдчен Саддэн. – «Кошку» мы бы закрепить не смогли – там уметь надо. Так что я взяла капкан, переработала его и внутрь вставила катушку, чтобы веревка сама нас поднимала на стену.

– Но зачем?!

– Ходили слухи, что мы будем проходить полосу препятствий. Нас, конечно, этому учили, но недостаточно.

– Ясно. Зато теперь понятно, почему она так подергивалась, будто жует бедро. Мы перепугались и не знали, что делать. Адд-Сантийский весь белый и молчит – это ж стыд какой! Такой анекдот еще год бы пересказывали. Нас Глорейн спас.

Мэдчен Кодерс чуть погрустнела, проводила взглядом очередного дерра, будто случайно прогуливающегося неподалеку, и невпопад добавила:

– Облака низкие. К дождю.

– Тами?

– Он мне комплиментов отсыпал. – Подруга упорно не поднимала глаз. – А мне так противно стало. Ты же намекнула, что он не в фаворе у короля. Неужели через меня Гилмор хотел добраться до тебя и через тебя – к королю…

Не сразу продравшись сквозь цепочку умозаключений Тамиры, Маргарет покачала головой:

– Нет, не думаю. Ты вчера выглядела как королева. Неудивительно, что он так отреагировал.

– На помощницу пусть реагирует.

– Думаешь, его помощница часто надевает такие платья? Или что ее приглашают на балы? Нет, на самом балу она наверняка была – подслушивала, подсматривала. Жизнь агента не сахар. И потом, почему ты так реагируешь? Радуйся, ты им переболела. А что он чувствует – разве тебе есть до этого дело?

Тамира кивнула и призналась:

– Знаешь, наверное, по привычке. Я ведь каждое его слово ловила, жест, взгляд. А тут такой пир – и глаза-то у меня глубокие и умные, и кружево на декольте изысканное, и руки изящные. И вообще я похожа на лесную фею.

– С последним не согласна, – хмыкнула Маргарет. – Может, прогуляемся до розария? Как-то здесь очень людно.

После Осеннего бала придворные уверились, что мэдчен Саддэн в ближайшем будущем станет морой Дарвийской. И теперь стремились помозолить ей глаза. Ведь всем известно, что новая королева всегда начинает с большой уборки.

Чтобы избежать встречи с группой молодых придворных, девушки сошли с тропинки и проскользнули между двух акаций.

– Дорф, – искренне сказала Тамира.

– Большой и толстый, – согласилась Маргарет.

Сразу стало ясно, что придворные, расположившиеся на тропинке, появились там не просто так. Молодые люди выполняли наказ старой паучихи Дивир.

На изумрудной траве сидела старшая придворная мора. И страдала. Да так, как не сможет ни одна мэдчен: красиво уложенная юбка, точно выверенный наклон головы и единственная сверкающая слезинка на старческой щеке. А еще тщательно отрепетированный подъем – охнуть, смахнуть слезу и одним слитным движением встать.

– Доброго дня, мэдчен Саддэн, мэдчен Кодерс, – подрагивающим голосом произнесла мора Дивир.

– Доброго, мора Дивир. Наслаждаетесь прогулкой? – Тамира не дала Маргарет ответить. – Мы тоже. Сегодня так легко дышится, не правда ли?

– Верно, – подхватила мэдчен Саддэн. – Говорят, на рассвете шел дождь. И посмотрите, какая вокруг красота и свежесть.

Мора Дивир неверяще посмотрела на подруг и, некрасиво скривившись, зарыдала:

– Гарри, девочка, я так виновата перед тобой! Я ведь хотела как лучше!

– Как лучше для вас, мора Дивир, безусловно, – кивнула Маргарет. – Если вы хотите поговорить, то я не против. Попрошу у Лина малый шар Истины и побеседуем. Но если вы продолжите лицедействовать, то играть начну и я.

Рыдания тут же прекратились.

– А во что играть будешь? – заинтересовалась Тамира.

– В слабую и обиженную мэдчен, которую предала подруга матери. Буду плакать на широкой груди короля, и кто знает, чем все это закончится.

Мора Дивир правильно оценила настрой Маргарет и совершенно иным тоном произнесла:

– Я всего лишь хочу уверить его величество в своей лояльности. Мне хорошо и привольно жилось при дворе. И менять такого щедрого и радушного покровителя я бы не захотела.

– Вы интриганка, – задумчиво произнесла Маргарет.

– Да, – не смутилась мора Дивир. – И я все оборачивала в свою выгоду. Но участвовать в заговоре? Пф-ф, нашли дуру. Я старая и умная, а такие устраивают свои заговоры, а не влезают в чужие. Поверь, Гарри, свержение власти выгодно малой кучке избранных, остальные получают туманные обещания из разряда «когда-нибудь потом».

Присмотревшись к море Дивир, Маргарет отметила круги под глазами и пересохшую кожу губ.

– Вы знали о том, что происходит во дворце? – сделала вывод Маргарет.

– Узнала в тот момент, когда началось, – уточнила мора Дивир. – Я щедро плачу своим маленьким крыскам. А еще я знаю, что сегодня допрашивают всех, кроме Избранниц. И берут клятву неразглашения.

– Последнее злит сильнее всего, – понимающе усмехнулась Маргарет. – Когда вас вызовут, постарайтесь не лгать. Понимаю, вам будет тяжело, но, если справитесь, Линнарт будет справедлив. Доброго дня, старшая придворная мора. Мы очень спешим в розарий.

Подруги прошли через маленькую полянку, проскользнули между другими кустами и вышли на тропинку.

– Как думаешь, она правду говорила? – спросила Тамира.

– Я в любом случае не буду вмешиваться, – серьезно ответила Маргарет. – Это дело высшей государственной важности, здесь не может быть личной заинтересованности.

Мэдчен Кодерс кивнула и вздохнула:

– Скорей бы что-нибудь объявили уже. Мне нужно как-то рассчитать будущее.

– Ты можешь попросить короля заключить помолвку между тобой и кем-нибудь еще, – предложила Маргарет. – Такую помолвку сможет расторгнуть только Линнарт. Так что доживешь до дня рождения – и все, вольна как ветер. Кстати, ты могла намекнуть дерру Вальтеру на свои особые обстоятельства.

Тамира вздохнула, отвела глаза и тихо сказала:

– Это будет очень больно.

А Маргарет только потаенно улыбнулась. Уж она-то видела, как ректор Вальтер смотрит на мэдчен Кодерс. Но помогать их отношениям – только портить. Уж больно ершистые и сложные люди подобрались. А ректор еще и проклятием отягощен, что явно не прибавляет ему доброты души и кротости характера.

Входом в розарий служила высокая кованая арка. Она вся была оплетена вьюнками, над цветами которых жужжали пчелы.

Резкий хлопок – и перед Тамирой оказалась ее химера. Маргарет поспешно сотворила сгусток огня и осмотрелась в поисках опасности.

– Гарри, убери огонь, – покраснев до корней волос, произнесла мэдчен Кодерс. – Я просто до истерики боюсь пчел. Меня маленькую пчела ужалила в веко. Меня вылечили, я вышла в сад и меня ужалили в кончик носа. Все лето меня жалили пчелы.

Тамира прижала к себе химеру и, криво и неестественно улыбнувшись, добавила:

– А потом выяснилось, что это моей старшей сестре надоело со мной возиться. Я ее очень любила и постоянно ходила за ней хвостом. Доставала. Вот и получила по заслугам.

Химера слетела с рук хозяйки и так грозно зашипела, что с арки улетели не только пчелы, но и несколько бабочек.

– Ты же понимаешь, что в розарии, скорее всего, очень много пчел? – Маргарет с сожалением принюхалась к сладкому, цветочному аромату. – Давай поищем в справочниках заклятья от пчел? Розарий никуда не убежит.

Распрямив плечи и гордо вскинув подбородок, Тамира процедила:

– Еще чего не хватало. Идем!

Маргарет едва успевала за целеустремленной подругой. В итоге прогулка превратилась в пробежку. Мэдчен Саддэн только краем глаза отметила дивный фонтан в окружении ярких, золотых роз.

– Что ж, – нервно оглядываясь, произнесла Тамира, – думаю, я победила детский страх. А теперь ты не могла бы телепортировать нас ко мне в гостиную?

Улыбнувшись, Маргарет подхватила подругу под локоть и послушно переместила их, куда сказано. После чего дипломатично заметила:

– А ты не думаешь, что эта прогулка была слишком насыщенной? И я, к слову, не заметила ни единой пчелки.

– Эти жуткие твари наверняка прятались в бутонах и ждали, алкали того момента, когда я попытаюсь понюхать цветок, – экспрессивно выдала Тамира.

И мэдчен осознала одну простую вещь – есть ситуации, в которых логика не имеет власти. И связку Тамира-пчелы стоит принять как данность и никогда не поднимать эту тему. Или осторожно намекнуть дерру Вальтеру, что заклятье, отпугивающее пчел, сделает мэдчен Кодерс счастливой.

Чай немного успокоил Тамиру и примирил с оскорбительной реальностью, в которой пчелы собирают нектар с роз.

– Вообще, можно было бы вывести такой сорт цветов, которые бесполезны для пчел, – произнесла Тамира.

– А он уже есть. Называется «искусственные цветы», – хмыкнула Маргарет. – Ты допила чай?

– Зато ты к своему даже не притронулась.

– Пойдем, мы давно не брались за учебники.

Девушки усердно занимались до самого обеда и после него. Маргарет старательно поясняла подруге непонятные места и выписывала из своих черновиков вопросы для наставника. И чутко прислушивалась: вдруг придет Линнарт? И расскажет, что дал допрос.

– Ты не знаешь, некромантию при свете дня можно использовать? – спросила Маргарет.

– В легендах говорится, что в момент творения смертной ворожбы солнечный свет ранит прислужника смерти, – рассеянно произнесла Тамира. – Из чего можно сделать два вывода: колдовать при свете дня некроманты могут, но им это не нравится. А что?

– Да так, подумалось, – улыбнулась мэдчен Саддэн.

Тамира заглянула в записи подруги и хмыкнула:

– Интересные у тебя ассоциации, высчитываешь пропорции артефакта сладкого сна и думаешь о некромантии. Это ж кому ты такие сны подарить хочешь?

– Был бы артефакт, а кому подарить – найдется, – фыркнула Маргарет.

Девушки не отрывались от книг до самого вечера. После чего заполошно собирались на ужин – вроде как там должны были объявить что-то очень важное.

– О Богиня, Сарна, я же не могу дышать! – простонала Маргарет.

– Зато сочетание кружевных оборок на груди и пышной юбки зрительно делает вашу талию очень тонкой, – улыбнулась служанка.

– Да я вроде не жаловалась! – возмутилась мэдчен Саддэн.

– У красоты нет предела, – строго сказала Сарна.

И Маргарет поняла, что служанка будет намертво отстаивать «очень тонкую талию». Ну и дорф с ней. Тем более что получилось и впрямь очень красиво. Золотистая блузка с пышным кружевом, темный тугой корсет и изумрудная пышная юбка. Волосы с изысканной небрежностью подколоты двумя заколками.

Чайная гостиная тоже претерпела некоторые изменения – стены были задрапированы серебряными полотнищами, а от запаха расставленных на столах и между столами цветов сладко кружилась голова.

В этот раз меню на столе не было. Слуги выносили блюда по одной им понятной логике, и когда Маргарет подали тарелку с мятной карамелью, она преизрядно удивилась.

– Смотри, там его величество, – зашипела Тамира.

А в Чайную гостиную и правда вошел король. Но увидеть его было тяжело – чары помех мешали рассмотреть и заставляли отвести взгляд.

– Наверное, будет говорить, – кивнула Маргарет.

И действительно, через несколько минут король неожиданно появился в центре гостиной.

– Рад видеть Избранниц, – властно произнес его величество. – Позвольте поздравить нас всех с окончанием Третьего Отбора. Бал в честь моей Избранной состоится через четырнадцать дней. На этом же балу мы сочетаемся браком, и на этом же балу Дарованный представит мою прекрасную Избранную Серой Богине.

Линнарт взял паузу, старательно и выдержанно вздохнул. Маргарет была готова поклясться, что любимый про себя отсчитывал секунды.

– К сожалению, не все из вас пришли на Отбор с чистыми помыслами. Во время Осеннего Бала была совершена попытка государственного переворота. Сейчас ведется расследование. Так что я хочу лично вас предупредить – с территории королевского дворца не выйдет никто. Все, кто хоть раз был приглашен вами во дворец, сейчас допрашиваются. Работы у Департамента Безопасности много, но наши доблестные агенты не жалуются. Вам запрещено собираться в группы более чем из трех мэдчен, и также вам запрещено общение с родственниками или друзьями. С сегодняшнего дня каждый ваш шаг отслеживается. Приятного вечера, мэдчен Избранницы.

Он эффектно исчез. А в Чайной гостиной долгую минуту царила мертвая тишина. После чего Избранницы заговорили, разом.

Тамира, подкармливающая химер драгоценными камнями, отложила ложечку и хмыкнула:

– А умеет его величество речь держать. И настроение портить.

– А нам-то что? – удивилась Маргарет. – Зато ты теперь знаешь, что впереди у тебя две недели свободы. Пойдем уже, а то вокруг такой гвалт, что уши закладывает.

Подруги вышли из гостиной. Каприз устроился на плече хозяйки, а химера Тамиры предпочла исчезнуть.

– Моя химера последнее время грустная, – пожаловалась мэдчен Кодерс.

– Может, ревнует? Ты Каприза гладишь чаще. Я не считала, просто случайно обратила внимание.

Перед комнатами девушки попрощались. И Маргарет, войдя к себе, подошла к шкатулке. Подарок короля. Она так и не смогла его открыть. Было как-то иррационально страшно.

– Я так и понял, что открывать ее ты не собираешься.

Маргарет вскрикнула и подскочила в кресле.

– Лин, ты едва не довел меня до остановки сердца, – выдохнула Маргарет. – Как расследование?

Король тяжело опустился в кресло, потер переносицу и вздохнул:

– Все очень и очень плохо. Сегодня ночью мы допросим почившую мору Дарвийскую, и в истории заговора можно будет поставить точку. Но уже сейчас видно, что смерть моего отца, Алая Ночь, исчезновение Богини и еще с пяток происшествий – все подвязано в одно.

– Адд-Сантийские? – тихо спросила Маргарет.

– Отметились, – кивнул король. – Я не смогу их пощадить, не проси.

– Мне бы и в голову не пришло. Расскажешь?

Криво улыбнувшись, Лин развел руками:

– Тебе на роду написано быть королевой. Адд-Сантийские пообещали тебя в жены тому дурачку, что уселся на мой трон. Сам дурачок отзывается только на дерра Дарвийского. Людвиг Восьмой Дарвийский. И что самое интересное – он сам в это верит. А еще верит в то, что это я обманул и сломал трон.

– А что взамен? Меня в жены, а им что?

– Не что, а кого – твою мать. У нее, по мнению моры Адд-Сантийской, идеальная родословная. И через нее восстанавливать численность рода куда благородней. Ты же наполовину эйта, а уж при мысли о Тарии их и вовсе перекашивает.

– А дерра Людвига не смущала моя родословная? – нахмурилась Маргарет.

– Мои люди пролистали газетные подшивки, – негромко произнес Линнарт. – Весть о чудо-ребенке разнеслась на весь Кальдоранн. Тебя сравнивали с Богиней, с ее духовицами, с феями. Даже печатали откровенно бредовые слухи о возрождении драконов.

– Зачем?!

– Затем, чтобы заговорщики сами вышли на Адд-Сантийских. И предложили все и еще чуть-чуть, если чудо-девочка станет невестой, а потом и женой самозванца. Поэтому твой отец погиб, а вы с матерью выжили.

Глубоко вдохнув, Маргарет на выдохе произнесла:

– Я должна признаться, моя мама жива. Фух. Я это сказала. Прости, Лин. Но тогда, когда ты меня спросил, мне было слишком страшно подставлять ее. Она ничего не знает об Алой Ночи.

– Может, она просто тебе не рассказывает? – подобрался Линнарт.

– Она потеряла память. Забыла все, что касалось Алой Ночи, и еще три дня после. – Маргарет сморгнула слезинку. – Даже в Башне белаторов ей не смогли помочь. Сейчас она вполне довольна жизнью, но боится возвращаться сюда.

Линнарт серьезно посмотрел на Маргарет:

– Я должен узнать что-нибудь еще?

– Ну, я знаю более тридцати каверзных проклятий, владею человеческим преобразованием – могу вырастить вместо носа клюв, и первые годы в КАМе очень зло и жестоко шутила над окружающими. Вроде все. Лин, а если этот Людвиг считает себя истинным королем, а тебя узурпатором, то где тот, кто его в этом убедил?

– Надеюсь, что мы узнаем это сегодня ночью.

– Ты приглашаешь меня на романтическое свидание? Ты, я, некромант и неупокоенный дух? – Маргарет радостно хлопнула в ладоши. – Спасибо! А то я не знала, как напроситься.

– Сдается мне, свет мой, что это сейчас была ничем не прикрытая манипуляция, – вздохнул Линнарт. – Хорошо, но в ритуал не влезать, некроманта не пугать, призрака не обижать.

– Как-то это неправильно прозвучало, – чуть обиделась Маргарет.

– Ты моя любимая, стойкая, ядовитая фиалка, – тепло произнес король. – Я горжусь тобой. Но и понимаю, что ты не такая, как другие мэдчен. Идем?

– Идем.

Поднявшись, Линнарт вытащил Маргарет из кресла и крепко поцеловал. Прижав ее к себе, он прошептал:

– Ты не обиделась? Я лишаю тебя праздников. Все в один день. Ты достойна блистать и купаться в лучах народной любви. Ты достойна двухнедельного празднества. Но моя воля на исходе. Мне снятся сны, и ты в них главная героиня.

– Я же здесь не ради балов, – отозвалась Маргарет и прикрыла глаза, наслаждаясь близостью любимого человека.

– Точно. Клянусь, сердце мое, у тебя будет лучшая лаборатория. И все новинки в первую очередь будут поступать именно в нее. Кстати, Вальтер уже интересовался, не будешь ли ты в будущем брать себе студентов. На практику.

Маргарет отстранилась и взглянула Линнарту в глаза:

– Когда вы все успеваете?

– Я мало сплю, – отшутился король и серьезно добавил: – Я не сразу понял, что ты та самая, моя. Наша первая встреча, и вторая, и все последующие – мне ведь было не до любви. Этот Отбор был способом выявить заговорщиков. А в итоге я получил сразу всё.

– Так, может, Богиня за нами присматривала? – лукаво улыбнулась Маргарет. – Она никуда не делась, Сарна успела поболтать с келестинцами. Так вот, у них все в порядке, камни полыхают золотым огнем, Богиня отвечает страждущим. Все в порядке. Значит, беда где-то у нас.

– А еще в народе ходят слухи, что есть несколько часовенок, где крохотные камни все так же светятся золотым светом, – кивнул Линнарт. – Я знаю. Но Департамент Безопасности по моему приказу делает все, чтобы эта информация была на уровне нелепых слухов. Мне не нужны лишние жертвы среди духовенства. Идем, иначе дерр Серый нас покусает.

– Серый?

– Он так представился.

– Откуда ты знаешь, что он некромант? Вдруг нет?

– Он сотрудничает с нашим родом вот уже четыре сотни лет, – улыбнулся Линнарт.

Ахнув, Маргарет стукнула кулачком по груди короля:

– Так что же ты после Алой Ночи к нему не обратился!

– Так я и обратился! Ты же не дослушала, – оскорбился его величество. – Способ связи один-единственный – отправить письмо. А дерр Серый, как он объяснил, был на другом континенте. И в итоге получил два письма – от отца и от меня.

– Какой-то он…

– Тш-ш, нет. Он очень хороший. Он помогает нам только потому, что четыре сотни лет назад его сестра прошла Отбор и стала королевой Кальдоранна. То есть я его очень отдаленный потомок. А его деятельная натура не может сидеть на одном месте. Для того, кто разменял шестую сотню лет, время летит незаметно. Идем.

Король открыл телепорт и утянул Маргарет за собой. Секундное перемещение – и каблучки Избранницы звонко цокнули о темный мрамор пола.

– Это самый нижний ярус дворца. Под ним только подземная река.

– Храни Боги магию, – вздохнула Маргарет. – Иначе дворец мог бы уплыть. Здесь красиво.

Она читала о направлении, популярном сто лет назад, – некромантская эстетика. Темный пол, еще более темные стены и черный потолок. Цвет переходит так мягко, что даже не получается обнаружить границу, где одно перетекает в другое. И поверх этого тонкими серебряными росчерками нанесены руны. В покоях некроманта они имеют исключительно практическое назначение. В домах обычных людей серебро было декоративным.

– Нам вперед, – негромко произнес король.

Факелы горели серебром. Они вспыхивали перед парой и гасли позади. Стук каблуков Маргарет и шаги Линнарта разносились далеко вперед.

– Здесь очень свежо, – прошептала мэдчен Саддэн.

– Дерр Серый с большой любовью обживался здесь. Он жил при дворе столько же, сколько царствовала его сестра. После ее смерти он ушел и не появлялся больше семидесяти лет. А когда пришел, то оставил зачарованный ящик. Именно через него и происходил обмен письмами.

– Почему его сестра умерла?

– Потому что мы не были родными по крови, – раздался уверенный, громкий голос.

Сгустившиеся тени будто выплюнули некроманта на темный мрамор. Тот покачнулся, поправил серебряную маску и поклонился:

– Счастлив приветствовать короля и королеву Кальдоранна.

– Я еще не…

– Я выше светских условностей. В династии Дарвийских хорошо только одно – истинные представители этого рода своего не отдают. Твой отец, Лин, был не лучшим представителем рода. За что ты сейчас и расплачиваешься. Да. По счетам платят дети. Или внуки. И только некромантия позволяет выбить долги с мертвецов.

Дерр Серый пафосно развернулся на каблуках и прошел вперед. Что интересно, он явно печатал шаг, но ни единого звука по широкому коридору не разносилось.

– Моя гордость – зал Смерти. Как ты думаешь, моя королева, какого бога я почитаю?

Подавив первый, самый простой ответ – Темного, Маргарет крепко поразмыслила и ответила:

– Я не знаю, кого почитаете вы. Но мне кажется логичным, если некроманты почитают всю божественную троицу. Ведь Смерть не признает различий.

– Верно, – хохотнул дерр некромант. – А я, к слову, перестал почитать богов. Слишком много они мне задолжали. Даю вам время осмотреться. Лин-то тут с малолетства шастал, я сразу почувствовал. А вот вы не видели.

Посмотреть было на что. У Маргарет создалось впечатление, что стены не из мрамора, а из тонкого стекла, за которым струится черно-серый дым. А на самом стекле выбиты рунные цепочки. Не написаны серебром, а именно вырезаны. Так, что их видно только под определенным углом.

– Посмотри на пол, – шепнул Линнарт.

А под ногами было звездное небо. Бескрайнее и бесконечное. И все те же рунные круги.

– Вам будет безопасно вот здесь.

Линнарт увлек Маргарет к показанному кругу и крепко прижал к себе.

– Если испугаешься – закрой глаза и прижмись ко мне, – прошептал король. – Не беги и не кричи.

Она коротко кивнула. Но страха не было. Только предвкушение самого дивного, самого интересного приключения в жизни.

По полу прошла рябь, и на поверхность вынырнул белоснежный алтарь. Маргарет вытянула шею и всмотрелась – вместо трупа на камне лежал расшитый рунами мешочек.

– Я вышел из того возраста, когда нравится эпатировать окружающих видом гниющих трупов. Так что мы будем общаться с душой погибшей напрямую.

– Я рад, – коротко отозвался Линнарт и честно добавил: – Хотя было бы, конечно, любопытно посмотреть.

По залу пронесся смешок. А через минуту Маргарет поняла, что некроманты, разменявшие шестое столетие, еще и долгие ритуалы не терпят. Мешочек полыхнул призрачным, серебряным пламенем, над ним взвился черный дым, из которого и соткалась призрачная фигура.

Первая жена отца Линнарта обладала невероятной красотой. И пусть в момент смерти она уже была в летах, следы былой привлекательности не позволяли усомниться – когда-то ее считали прекраснейшей из женщин. Тяжелые темные косы, белоснежная кожа, огромные синие глаза и пухлые губы. Аккуратный носик и ямочки на щеках – призрак стремительно молодел.

– Назовись, душа.

– Вирриона Дарвийская, в девичестве Дивир.

Маргарет прижала ладонь к губам. Она знала, что вмешиваться в допрос нельзя – из обычной колдуньи призрак высосет все силы и жизнь.

– Желала ли ты смерти Линнарту Дарвийскому и Далборну Дарвийскому?

Черты кукольно-красивого лица исказились:

– Желала! И один сдох, да и второму осталось недолго!

Дерр Серый спокойно стоял и ждал, пока призрака перестанет корежить. Смех Виррионы перешел в слезы, а затем она затихла.

«Неужели она нас не видит?» – подумала Маргарет. Посмотрела под ноги и увидела, что рунная цепочка светится. Абсолютная защита от призраков.

– Я ничего тебе не скажу, некромант. Я знаю, что ты столетиями оберегаешь этот род. О, кто бы только знал, сколько всего я знаю о Дарвийских!

– Твой сын еще жив, – коротко произнес некромант. – Промолчишь – и я заберу его себе.

– Забирай, – хмыкнула Вирриона. – Он был всего лишь орудием моей мести.

– Жаль.

– Жаль? А меня не жаль? Далборн выбрал меня! Меня! Одна ошибка, один крошечный проступок – и я оказалась в монастыре. – Призрак Виррионы налился красками. – Я не собиралась ему изменять. Но мне так хотелось, чтобы он посмотрел на меня со страстью. И я флиртовала, всего лишь флиртовала с другим. Я хотела, чтобы он ревновал. Но он смотрел на другую.

– Почему он не выбрал ту, которую любил?

Вирриона поправила прическу и едко хмыкнула:

– Потому что я родилась, чтобы стать королевой. И Лавире не стоило становиться на моем пути. Она выбыла после второго тура. Во время танца неуклюжая девка наступила себе на подол и показала всему двору свое исподнее.

– От флирта детей не бывает. – Некромант хмыкнул. – Думаю, ты врешь.

– Нет! – взвизгнула Вирриона. – Не вру! Просто однажды я выпила слишком много вина. А Далборн весь вечер не отходил от Лавиры. Я даже не поняла, как это все произошло. А после… я просто не знала, что делать. Мне было страшно, мерзко. Дня представления Богине я ждала, как казни. Я даже пыталась бежать, но не смогла.

Призрак вдруг подернулся рябью и замер.

– Сильна, бесовка. Душу пытать тяжело. А принудить того, кто при жизни обладал сильной волей, – невозможно. Она скорее развеется, чем подчинится. Все же надо было брать труп – пригрозил бы, что навсегда запру ее в гниющем теле. Эх, что-то я стал самонадеян.

– Так создайте иллюзию, – предложила Маргарет. – Где-нибудь на полу. И чтобы черви кишели.

– А там можно будет предложить ей перейти в тело, – продолжил король. – И, м-м-м, пригрозить, что обрядите труп в бальное платье и выведете на прием. Чтобы все увидели истинную заговорщицу.

– Вы такая милая пара, – восхитился некромант. – Я-то всего лишь хотел пригрозить ей тем, что выйдет статья о ее грехопадении и бастарде.

– Так и скажите, – улыбнулась Маргарет. – Что-то одно точно должно сработать. Но вообще, мне показалось, что вы ею управляете.

– Нет, я подкармливал ее силой. А для призраков это как крепленое вино для людей. Много крепленого вина на пустой желудок, – пояснил дерр Серый.

Некромант прищелкнул пальцами, и к призраку вернулась способность двигаться и говорить. Правда, свой насыщенный цвет Вирриона стремительно теряла – дерр Серый перекрыл канал подпитки. И через три минуты истеричная и капризная женщина исчезла. Вместо нее над алтарем висела жесткая, хладнокровная и уверенная в себе мора.

– Какое интересное ощущение, – процедила она. – Опьянеть после смерти – это дорогого стоит. Что за дрянь?

А на полу медленно проявлялось полуразложившееся женское тело. В обрывках савана.

– Это твое тело. Мне нужна информация, а ты отказываешься делиться знаниями. Я не могу тебя принудить, но потешиться – могу. Запру тебя в этом теле, наряжу в роскошное бальное платье и гарнитур с черными морионами и выведу в приемную залу. Покажу всем истинную заговорщицу. Люди твои схвачены, а мотив… Знаешь, и без него обойдемся. Главное, что опасность выжжена. Вот, к слову, заодно и статью в газету дадим – про бастарда твоего. Это ж надо, выйти замуж и отдать девство другому. Я ведь правильно понимаю, что имени своего случайного любовника ты не знаешь?

Вирриона дернулась, сжала кулаки и враз потеряла всю свою уверенность.

– Ты не сможешь.

В этот же момент Серый потер ладони друг о друга, что-то пафосно произнес на неизвестном языке, и призрака начало подтягивать в подергивающееся тело.

– Нет! Не-ет!

– Итак, ты предпочла спасительную исповедь? – ехидно спросил некромант.

– Ни я, ни ты не можем сейчас лгать, – выпалила Вирриона. – Клянись, что развеешь мою душу. Не хочу ни к богам, ни на перерождение. Хочу в небытие.

– Уверена? – нахмурился некромант.

– Да. И сейчас ты поймешь. – Она неприятно усмехнулась. – Видишь ли, я не дура. И даже в юности ею не была. Знай я, что наш слабак-король влюблен в Лавиру, – я бы не полезла. Корона стоит многого, но есть границы. И я даже сейчас не о святости любви, нет. Вынужденный брак с нелюбимой женщиной повергает мужчин в ярость. А вынужденный брак с нелюбимой женщиной тогда, когда уже есть возлюбленная… О, это практически подписанный смертный приговор. Знаешь, я бы не удивилась, если бы, родив наследника, вдруг скончалась от простуды. Или не пережила родов.

– Но?

– Но Далборн игрался. Он дарил всем одинаковые подарки, звал на свидания – меня и ее. Он будто стравливал нас. Я оказалась сильней. А он оказался дураком. Как я пыталась вызвать его ревность, так он пытался растормошить Лавиру. Он ведь не смог на ней жениться. Второй Отбор – и знак Богини на руке Лавиры не зажегся.

Призрак попытался вздохнуть, но не вышло. Хмыкнув, она проворчала:

– Не понимаю, как это работает. М-да. Так вот, Далборн страдал по Лавире, Лавира ждала, пока все это закончится и она сможет уехать, а я смертельно боялась будущего. Я пыталась напомнить королю о приличиях, в конце концов, в третий тур перешло одиннадцать девушек. Не хотел меня – выбрал бы другую. Итогом стала моя беременность незнамо от кого и ссылка в монастырь. Там были ужасные условия. Меня ненавидели и пытались сломать. Но клинок закаляется в огне. Знаешь, некромант, я бы пережила это все. Если бы он женился на Лавире. Тогда было бы не обидно. Но нет, он запустил второй Отбор, выбрал какую-то курицу, и она получила то, что хотела я, – корону и ровные, дружеские отношения с мужем!

– Ты решила мстить, – кивнул некромант.

Линнарт осторожно достал блокнот. На случай, если придется сделать пару заметок.

– Год ушел на то, чтобы войти в доверие к настоятельнице. Я рассказала ей душещипательную историю о том, как меня опоили зельем. И правда, какая идиотка побежит к любовнику, выиграв Отбор? Еще три года ушло на то, чтобы понять, как работают эти проклятые кристаллы Богини. Ну а дальше все по мелочи. Годы шли, мое влияние росло. Я собирала вокруг себя недовольных. И растила свое орудие. Вначале он хлебнул дерьмеца в сиротском приюте. Ему было восемь, когда я его забрала. – Призрак рассмеялся. – Такая трогательная встреча: рыдающая мать в роскошных одеждах и тощий, полудохлый босяк. Для него была приготовлена иная история – он истинный Дарвийский. Но нас разлучили, и долгие годы я, сходя с ума от страха, искала его.

– Как ты объяснила то, что Богиня не признала тебя? Будь твой ребенок от короля, тебя бы не отправили в монастырь. Никто не позволит плодить королевских бастардов.

– Очень просто – я сказала ему, что королева – это аватара Богини. И что нам нужно укрыть Кальдоранн от распоясавшейся Богини. Дальше было просто. Недовольных всегда очень много. И очень много тех, кому мало имеющегося. Алая Ночь – так поэтично бал назван триумф человеческой жадности! Одни хотели вернуть дочь в семью, да еще и на правах рабыни. Другим подавай земли и счета в банке. Причем последних было больше. Кто-то хотел мести – я старательно вникала в их мелкие страстишки. Ах, старший брат отхватил жену красивее и талантливее моей. Ну конечно, я помогу тебе. Убьем их обоих, и вот уже ты старший в семье. Но самое главное, что все эти смертники были преданы Далборну. Они были его хорошими знакомыми, кто-то с ним дружил. Это был удар именно по нему.

– Он уже был мертв к тому моменту, разве нет?

– Не-ет, он пытался выжить. Но людям, людям объявили о его смерти. Его дурной сынок разделил с ним Черную Порчу. Далборн отрекся от трона и закрылся в этом самом покое. Видать, тебя ждал, некромант. Но гибель стольких друзей подкосила его, и он сдался. Сдох.

Призраку не было нужды переводить дух. И она продолжала изливать тонны яда и желчи.

– Пришлось затаиться. Орудие медленно развивалось. Он туповат. И сильно. Я даже засомневалась, что это от моей плоти родилось. Через пару лет мы закрыли Кальдоранн от Богини, еще через пару лет наш человек стал Дарованным. А затем король задумался об Отборе. Точнее, его заставили объявить Отбор. Мол, а вдруг Богиня появится? На первом Отборе у нас ничего не вышло, на втором помешала сучка Кодерс. Вот уж кто оказался не там, где нужно. И сожрал не то, что нужно. О, кто, ну кто мог предположить, что какая-то Избранница осмелится взять соленые бобы, предназначенные для короля?!

– Цель была в уничтожении династии Дарвийских?

– И в унижении. На мужчин этот яд действует иначе. Он бы стал бесплодным и остаток Отбора провел в раздумьях о том, что на нем прервется род. И только после этого он должен был умереть.

– А потом умерла ты, и дело всей твоей жизни перешло к сыну. – Некромант усмехнулся и продолжил: – Знаешь, король сразу догадался, что в стане заговорщиков произошла рокировка. Твой мальчик допускал ошибку за ошибкой. Его не вычислили только из-за Алой Ночи. Слишком уж она была невыгодна. Кому-то одному. А оказалось, что это мелкая выгода для всех участников.

– Я повязала их кровью. И уже никто не мог соскочить. Если бы душка Линнарт узнал, кто принимал участие в Алой Ночи, – призрак закатил глаза, – он бы сам взялся за каленые щипцы. Одного не отнять, этот Дарвийский честнее и смелее отца. Отчего я умерла? Отравили?

– Простуда, – хохотнул некромант. – Ты постоянно молодилась, накладывала все новые и новые косметические заклинания. И когда простудилась, выпила зелье. Зелье вошло в реакцию с заклятьями – и ты в могиле. Позорная смерть для такой интриганки. Как ты закрыла Кальдоранн от Богини?

– Я не знаю, – широко улыбнулась Вирриона. – Я уничтожила все расчеты и черновики, а затем стерла сама себе память. Месть должны быть необратимой. Убить Богиню невозможно. А вот подтолкнуть мир к новой войне богов – запросто.

– И все из-за того, что в монастыре тебе пришлось несладко?

– Из-за того, что Далборн обманул! Он выделял нас обеих. – Она покачала головой. – Я была уверена, что идет сравнение лидерских качеств, ума и хитрости. Я была уверена, что он выбирает себе удобную королеву. А он пытался привлечь любимую. Дурацкий способ, на самом деле. Я больше ничего не могу сказать.

– Диктуй фамилии.

– В моей келье есть тайник. Там и список – каждый свое имя сам вписал, и расписки, и письма. Вам хватит. Развей меня, некромант. Я хочу покоя. Месть свершилась, но покоя нет.

Дерр Серый резко шевельнул рукой, и на алтарь осыпались серебристые звезды.

– Все зло от злобных и хитрых стерв, – вздохнул некромант.

Маргарет хотела сказать, что король Далборн тоже был хорош. Но не стала. Линнарт и так впечатлен исповедью первой жены отца. А некромант и сам все прекрасно понимает.

– Дивир. Твоя старшая придворная мора, – Маргарет погладила короля по плечу, – думаю, она расскажет много интересного.

Скупо кивнув, Линнарт произнес:

– Давай я тебя перемещу. Мне нужно многое сделать.

– Оставь королеву со мной, – сказал некромант. – Так будет правильно.

– Маргарет? – Линнарт вопросительно посмотрел на любимую.

– С превеликим удовольствием! – Она присела в реверансе. – А можно потрогать краешек вашей мантии?

– Можно. Если моя королева желает, то я могу даже лоскуток оторвать. Или позднее пришлю вам ее целиком.

– Второй вариант, – кивнула мэдчен Саддэн. – А ведь говорят, что некроманты еще и непревзойденные артефакторы!

Линнарт телепортировался с абсолютной уверенностью – дерр Серый еще пожалеет, что решил поболтать с Гарри Саддэн.

– Мне кажется, это нечестно, – задумчиво произнесла Маргарет, глядя, как некромант убирает следы ритуала.

– М?

– Она столько натворила – и в небытие.

Некромант хохотнул, повернулся и спросил:

– Скажи, маленькая королева, разве я похож на бога?

– Нет.

– Я не мог ее подчинить, а ты говоришь – в небытие. – Некромант, посмеиваясь, подошел ближе к Маргарет.

– Но как же тогда? Неужели вы солгали?

– Перед лицом смерти не лгут, – негромко произнес дерр Серый. – Призраки – потому что не могут. Некроманты – потому что придется очень дорого заплатить. И плату смерть взимает безжалостно. У кого-то отнимает дар, у кого-то жизнь, у кого-то – любовь.

– Отнимает самое дорогое, – кивнула Маргарет. – Чем же вы расплатились?

– Любовью и здоровьем, – рассмеялся некромант. – Скоро я предстану перед Ней.

Ахнув, Маргарет спросила:

– Неужели ничего нельзя сделать?

– Не стоит так переживать, я еще успею присмотреть за твоими внуками, маленькая королева.

– Я не о том спросила, – нахмурилась мэдчен Саддэн.

Некромант предложил собеседнице руку и, пожав плечами, сказал:

– Мне было обещано прощение. Но время идет, а я все ближе и ближе к немощи и смерти. Это неважно, моя маленькая королева. Идем, я хочу посмотреть на храм.

Телепорт в исполнении дерра Серого был немного иным, чем если бы Маргарет колдовала сама. В момент перемещения людей обдало ледяным ветром. И, выйдя перед ступенями храма, мэдчен Саддэн заметила на подоле своего платья тонкий морозный узор.

– На краткую секунду ты побывала в мире смерти.

– Что у вас под маской? – спросила Маргарет.

– Лицо. Ничем не обезображенное, если ты об этом. Просто на улице все еще светит солнце. А я недавно провел ритуал. Поверь, ожоги сами собой появляющиеся на лице собеседника, не то, что способствует приятному диалогу.

– Как и запах изо рта, – кивнула Маргарет. – Но закат почти отгорел.

– Закатные, как и рассветные, лучи обладают наибольшей силой. Идем.

В храме Серой Богини было пустынно. Убранство походило на ритуальный зал некроманта. Но если там были волны от темного до черного, то здесь – от светло-серого до насыщенно-серого.

– Человеческая религия отличается удивительным аскетизмом, – задумчиво произнес некромант. – У нас не так.

– У вас?

– Я не человек, – хмыкнул дерр Серый. – На моем материке почти нет людей. И поэтому там очень скучно. Нет, не скажу, кто я. Это лишнее.

Храм был велик. А вот статуя Серой Богини не превышала человеческого роста. Она, Богиня, сидела на полу, поджав под себя ноги. Гениальный скульптор выточил фигуру из цельного камня и смог придать ей волшебную легкость и невесомость. Тончайшая вуаль не скрадывала черт небожительницы, тонкие пальцы выглядели живыми и чуткими. А взгляд… Казалось, что она наблюдает за каждым.

Вокруг статуи стояло шесть серых камней.

– В них должны биться золотые искорки. Как маленькие сердца, – задумчиво произнес дерр Серый. – Но я не чувствую жизни. Оно мертво.

– Камни подлинные? – Маргарет прижала руки к одному из мертвых камней. – Ничего не чувствую.

– У меня кое-что есть.

Некромант вытащил из рукава небольшой куб и отбросил его от себя. Через несколько секунду куб стал огромным.

– Я предпочитаю путешествовать с комфортом, – хмыкнул дерр Серый. – Никогда не угадаешь, что тебе понадобится. Прошу.

Маргарет осторожно прикоснулась к стальному боку выросшего куба и с коротким вскриком оказалась втянута внутрь.

– Как вам? Это плод двухсотлетнего кропотливого труда, – гордо произнес некромант.

Мэдчен Саддэн осмотрелась и восхищенно вздохнула. Плод некромантского труда оказался гибридом кабинета и библиотеки. Вот только… В отделке использовалось белая и розовая древесина. Да и все предметы были как-то нарочито изящны. Начиная от маленького расписного глобуса и заканчивая цветочной люстрой.

– У вас очень ранимый внутренний мир? – предположила Маргарет. – Или очень утонченный. Этот кабинет восхитителен.

– Я жду свою возлюбленную, – просто ответил некромант. – Это – для нее. Я все еще продолжаю работать над кубом. Здесь еще должна появиться спальня и ванная комната. Но пока что не удается в полной мере стабилизировать заклинание. Начинайте вон с той полки. Мы ищем гравюру этого храма. В смысле того, который на территории королевского парка. Право слово, начали бы люди уже как-то различать их. А то – храм и храм, и поди разбери, про какой говорится.

– А как различать? Богиня-то одна.

– Да хоть по позам, в которых ее изобразили, – в сердцах выдохнул некромант. И пояснил: – Я просто однажды заблудился. Знаешь, маленькая королева, очень неприятно, когда тебе четыре столетия, а провожает тебя насмешливый деревенский парень семнадцати лет от роду. Омерзительное ощущение.

Пролистывая книги, Маргарет время от времени поднимала голову и смотрела на некроманта. Он так и не снял маску. Но напоминать ему об этом мэдчен Саддэн не стала. Вдруг он все же обезображен? Зачем бить по больному.

– А я могу вас кое о чем попросить?

– М?

– В Королевской Академии Магии один кабинет проклят. Говорят, проклятье некромантское. Вы могли бы его снять?

– Если по моей части, то да, сниму. Я думал, для себя чего-нибудь попросишь.

– А мне ничего не нужно. Боюсь сглазить, но сейчас все хорошо, – просто ответила Маргарет. – Нельзя бесконечно брать – Судьба может оскорбиться.

– И выставить счет, – кивнул некромант.

Через пару минут дерр Серый издал невнятный возглас и подскочил на ноги.

– Есть. Идемте, мэдчен. Будем сравнивать. Это единственная уцелевшая книга, повествующая об истории создания этого храма. Конкретно вот этого, в котором мы находимся. Здесь есть и чертежи, и гравюры с изображением внутреннего убранства. Хотя, на первый взгляд, все совпадает.

На второй взгляд все тоже совпадало. Уже без всякого энтузиазма Маргарет начала сверять руны на подставках под камнями. И руны тоже совпадали.

– Я не понимаю, – вздохнул некромант. – Невозможно накрыть куполом Кальдоранн. Как минимум сомкнулись бы приграничные щиты. Да и магия начала бы сбоить. Но что самое важное, необходимо крупное жертвоприношение.

– Сорок девять семей были убиты, – напомнила Маргарет.

– Нет, это среднее. Точно руны совпадают?

– Точно.

– Давай последний раз сверим, – некромант подошел к камню. – Сверяй с первым.

– Вы стоите у шестого, – осторожно произнесла Маргарет.

– Это первый, – заупрямился некромант.

– Посмотрите на руны, это шестой.

Дерр Серый присел на корточки, внимательно посмотрел на руны и затем поднялся и подошел к первому камню.

– Присядь, маленькая королева. Видишь эти щербинки? Я был влюблен в свою названую сестру. И когда она сказала своему человеческому возлюбленному «да», когда их сочетали обрядом, я стиснул кулак так, что когти поранили руку. Моя кровь оплавила камень. А стоял я именно у шестого камня. Потому что родственники жениха занимают места с первого по третий, а родственники невесты с четвертого по шестой.

Поднявшись, Маргарет совсем другими глазами посмотрела на мертвые камни.

– Тогда, если мы вернем все, как было… Богиня услышит нас? Но почему никто этого не заметил?

– Потому что все верно, никакого новодела. А главное, никто не заставлял людей изменить порядок расстановки во время брачного обряда.

– Руны отличаются.

– На каждой подставке сорок одна руна, и тридцать девять из них одинаковы. Отличаются лишь номера и эмоции: Любовь, Гнев, Страх, Боль, Счастье и Равнодушие. То, в чем люди похожи на Серую Богиню.

– Что ж, значит, у нас много работы. Не думаю, что камни можно просто переставить.

Некромант убрал куб и открыл телепорт:

– Тогда разберемся с твоим проклятьем и найдем толкового артефактора.

– Я вас познакомлю, наставник Тормен – превосходный специалист.

Дерр Серый сощурился:

– Надеюсь, он молод? Потому как того мальчишку, что провожал меня до ворот Сирриона, тоже звали Тормен. И он шел в Царлот, поступать в академию.

Пожав плечами, Маргарет протянула:

– Наставник стар, но вряд ли ему двести с хвостиком.

* * *

Дерр Серый развил бурную деятельность. Через полчаса в храме Серой Богини было не протолкнуться от магов и колдунов всех мастей. А верховодил ими наставник Тормен. Именно по его заказам и мотался некромант.

– Удивительная штука – жизнь, – сощурился наставник. – Ты знаешь, Гарри, что много-много лет назад я вывел этого активного некроманта из топи? Он совершенно не ориентировался на местности. Совершенно. Наши пути разошлись, но мне еще несколько лет было беспокойно – добрался ли он, куда хотел, или нет.

– Добрался, – буркнул вышедший из телепорта некромант. – Моя королева, ваше приказание исполнено.

Маргарет изумленно посмотрела на мужчину, и тот пояснил:

– Убрал я проклятье. Да и не проклятье это было, а дух. Кто-то пошалил и заключил душу сокурсника в люстру. Времени прошло порядочно, и дух озлобился.

Вытащив из рукава небольшую хрустальную подвеску, некромант подбросил ее на ладони:

– Сделаю что-нибудь интересное.

– А отпустить нельзя?

– Так душа-то отправилась на перерождение, остался только ее озлобленный слепок. Могу и отпустить, тогда у КАМа появится собственный полтергейст. И шалить он будет по всей территории академии.

– Не надо нам такого счастья, – всполошился наставник. – Гарри, детка, ты-то уйдешь, а мы останемся!

– Простите. Я просто спросила.

– Ничего, маленькая королева. Ты спросила, а я ответил. – Некромант спрятал подвеску.

– Идем, Гарри. Тебе так работать еще рано, а вот посмотреть будет полезно.

И посмотреть действительно было на что. Слаженная работа шестерых мастеров-артефакторов поражала воображение. В считаные минуты камни были извлечены и отложены в сторону. После чего каждый мастер выбрал себе по подставке и принялся распутывать чужие чары. Все это время некромант творил свои заклятья. После чего уверенно произнес:

– Все в порядке. Никаких проклятий, никаких лишних заклинаний.

– А они и не нужны. – Наставник Тормен первым разобрался. – Вот, обратите внимание на камни: по ним идет рунная цепочка. Такая же, как на подставках. И все руны должны совпадать.

– А когда камни поменяли местами, – прошептала Маргарет, – совпадать перестало. Но почему никто не заметил?

Огладив бороду, наставник степенно заметил:

– А кому замечать-то? Оно же как преподнесено было? Богиня гневается. Всех мало-мальски порядочных жрецов сослали в глушь. А те, кто остался… Лучше б никаких не было, чем такие служители.

Маргарет вспомнила о словах короля. О том, что где-то в глуши Богиня по-прежнему говорила со своей паствой. Но почему тогда Линнарт не вызнал все?

– Потому что убирать надо было причину, а не следствие, – прошептал некромант. – Да, иногда я читаю мысли.

«А еще вы так и не сказали, можно ли справиться с вашим проклятьем».

– Потому что не захотел. Это очень тяжело – каждый раз разочаровываться. Нет. Я решил – пусть идет, как идет. Мне было обещано прощение, и я больше не буду пытаться что-то изменить. Может, в этом и есть смысл?

– Принятие как способ искупления? – Маргарет пожала плечами. – Звучит не очень. Но не мне судить.

Пять мастеров выстроились полукругом, а дерр Тормен встал в центре, но чуть впереди. Коллеги делились с ним силой, а он выплетал сложнейшие заклятья. Они обретали жизнь в виде замысловатых геометрических фигур. Одна за одной фигуры проходили сквозь подставки.

– Достаточно, – наконец произнес наставник. – Кальдоранн разорится на новой реконструкции храмов. Рунная дорожка безнадежно испорчена. Невосстановимо.

– Почему? – осторожно спросила Маргарет.

Наставник поманил ученицу к себе:

– Подойди, потрогай пальцами.

Внутри, там, где рунная цепочка подставки должны была совпадать с цепочкой камня, были оплавленные участки.

– Энергия шла привычным путем, но не вливалась в камни, – со вздохом произнес Тормен. – На самом деле, еще пару лет – и тут рвануло бы. Были бы жертвы, да.

Маргарет продолжала касаться оплавленной поверхности. В задумчивости она поглаживала пострадавший камень и одновременно пыталась припомнить, как же ей удалось размягчить металл. Ведь если размягчить камень, то можно выдавить руны заново.

– Нельзя. Такие вещи создаются под заказ. – Некромант вновь подслушал мысли мэдчен Саддэн. – Зато королю будет проще. Одно дело, когда казнят за заговор, – всегда есть недовольные политическим режимом. А тут он будет карать за покушение на религию. Учитывая, что Серая Богиня с большой охотой участвует в жизни обычных людей, – его поддержат. И будет он Линнарт Справедливый. А может, даже и Лучезарный. Ведь он вернет людям Серую Богиню.

– То есть главное – правильно подать, – кивнула Маргарет. – Уверена, он и сам догадается. Но на всякий случай я подскажу.

К некроманту и Маргарет подошел наставник Тормен. Старик снял с шеи какой-то незамысловатый кулон.

– Дерр Некромант, а я ведь для вас подарочек припас. Уже лет эдак сто пятьдесят он вас ждет.

Вздохнув, дерр Серый вытянул перед собой руки:

– Это поисковик?

– Это указатель. Активируете, появится глобус, выбираете место назначения, – наставник Тормен показывал, как и что делать, – и следуете за ним. А если хотите нанести на карту новое место, то вот так его поворачиваете и закапываете в землю на сутки. Затем вытаскиваете и вот так поворачиваете и наговариваете название местности.

Маргарет смотрела за тем, как ловко наставник управляется с собственным артефактом, как просто и понятно объясняет, и понимала – она ни на что не променяет свою профессию. И будет во что бы то ни стало стремиться к совершенству. И обязательно создаст что-нибудь потрясающее.

На этой мысли она с трудом удержала зевок. Сколько же сейчас времени?

– Уже первые звезды высыпали на небосклон, – хмыкнул некромант. – Тебе так не дает покоя мое проклятье?

– Вы пришли, дерр, и помогаете. Вы помогали династии столько поколений. – Маргарет убрала за ухо выбившийся локон. – Было бы правильно помочь вам.

– Меня спасет любовь. Взаимная. И я не смогу слышать мысли своей возлюбленной. – Некромант пожал плечами. – Тебе стало легче, маленькая королева?

– А ваша любимая? Вы что-нибудь знаете о ней?

– Нет.

– Вообще-то, в Кальдоранне только недавно закончился Отбор невест. Вы не думали о том, чтобы…

– И по какому же признаку выбирать девиц? А как их заинтересовать? Тут-то хоть король. А я некромант под маской. Если посулить им большую выгоду… не уверен, что хочу связать свою жизнь с корыстной женщиной.

Маргарет согласно кивнула. И решила больше не приставать к некроманту. Ему явно было тяжело. А еще мэдчен Саддэн теперь точно знала, о чем будет молиться во время представления Богине. Но вслух не сказала. Побоялась сглазить.