Я стоял среди камней, сжимая в руке пистолет, и вслушивался в ночь. Тишина. Только ветер гулял по ущелью, гоняя сухую пыль. Ни выстрелов, ни криков, ни звуков борьбы. Савельев же словно исчез. Будто бы его и не было.

Я еще раз оглядел склон, на который меня выбросило. Парашюта напарника в пределах видимости не было, ни в небе, ни где-либо на земле.

Замер прислушиваясь снова. Ничего.

— Леха! — громким шепотом позвал я. — Савельев, твою мать!

Тишина. Только ветер шумел.

Я выругался про себя. Карта ведь осталась у него, местности я не знал вообще. Рации нет. Компас — вот он, на запястье, светится фосфором. Но какой толк в компасе без карты? Я примерно представлял, где крепость — там, внизу, куда меня несло до того, как ветер рванул в сторону. Но это не точно.

Поднявшись выше по склону, цепляясь за выступы, я отыскал более менее открытый участок. Камни осыпались под ногами, и я замирал каждый раз, когда они начинали грохотать вниз. В горах тишина — твой союзник. И твой главный враг, если ты ее нарушаешь.

Там я остановился, перевел дух. Осмотрелся. Внизу, метрах в трехстах, угадывались очертания крепости. Старая, достаточно большая, сложенная из темного камня, с зубчатыми стенами и частично обвалившимися башнями по углам. Внутри горели костры, двигались тени. У ворот — два факела, освещающие проход. Я насчитал четверых у ворот, еще двоих на стенах. Это только те, кого я видел. Учитывая время суток — почти три ночи, очевидно, что они сильно не напрягались. Однако, как-то мало охраны. Сколько ее там внутри?

Я прикинул варианты.

Ждать рассвета, а потом искать Савельева. Идиотизм. С первыми лучами солнца меня обнаружат, и я буду сидеть на склоне, как мишень в тире. Затеряться между другими боевиками можно, но очень рискованно. Бен Ладен собрал вокруг себя не какое-нибудь отребье, а более-менее проверенных бойцов. Конечно, они не ждут в своих рядах чужого, но тем не менее. К тому же, у него наверняка должен быть толковый начальник охраны, который всех бойцов знает если не по именам, то в лицо точно. Если в темноте еще можно пробовать продвигаться по внутренней территории, то при свете дня нет. Этот вариант отпадает.

Спускаться обратно к месту высадки и ждать там? Тоже так себе. Савельев мог приземлиться где угодно. А что если он тяжело ранен? Если вообще погиб? Вдруг порывом ветра его бросило на скалу и переломало кости? Быть может, ждать мне уже некого. А время идет.

Все бросить и уносить ноги? Хм, ну нет. Разведчики так не поступают. Да и куда идти без карты? По этим горам можно неделями бродить. Можно упасть, разбиться, получить травму, сдохнуть от голода и жажды.

Наиболее верное, идти в крепость одному. Прямо сейчас. Искать Бен Ладена. Или хотя бы понять, что происходит внутри. Риск безусловно безумный, но у меня всегда так! А ведь как ни крути, выбора, по сути, у меня и не было. Мы здесь не для того сюда прилетели, чтобы сидеть жевать сопли и ждать чуда. Террорист сам себя не ликвидирует.

Я проверил пистолет. ПБ-1С с глушителем, семь патронов в магазине, еще два запасных. Нож на поясе. Две гранаты — Ф-1, но без них никак. Дымовые шашки — в рюкзаке, но рюкзак я оставил там же, где и парашют. Лишний груз сейчас не нужен.

Оставалось только одно — лезть вниз, к крепости. Но не в лоб, а обходными путями. Благо, она была старой, частично разрушенной, а значит и проходы внутрь тоже должны быть. Какая-бы толковая охрана там ни была, а все предусмотреть невозможно. К тому же, в это время еще нет ни сигнализаций, ни видеокамер, ни датчиков движения… Окажись я в такой же ситуации в своем 2024-м, мне было бы куда сложнее.

Спуск оказался немного сложнее, чем я думал. Каждое неосторожное движение способствовало появлению каменной осыпи и мне приходилось замирать, прижимаясь к скале, пока шум не стихал. Сначала я двигался быстро, потом понял, что так меня услышат те, кто сидят по периметру на наблюдательных постах. К тому же, осыпающиеся камни поднимут пыль, а это еще один демаскирующий фактор.

Перешел на шаг. Потом воообще пополз.

Добрался до дна ущелья относительно быстро, минут за двадцть.

Внизу, у подножия склона, тянулась каменная стена. Метров пять в высоту, сложенная из рваного камня. Верх — плоский, без зубцов, но с завалом из битого камня и следами цемента. Судя по всему, ее надстраивали несколько раз, и каждый раз — наспех. Ведь как ни крути, а восстановить такую громадину очень непросто, учитывая, что мы глубоко в горах.

Я прижался к прохладной стене, прислушался. С той стороны раздавлись невнятные голоса. Двое, может, трое. Говорили на пушту, спокойно, негромко. Часовые. Скорее всего, я видел далеко не всех.

Я двинулся вдоль стены, ища место, где можно было бы перелезть или наоборот, протиснуться в какую-нибудь щель. Западная башня казалась ближе, но там горело несколько факелов, и я видел тень боевика, двигавшегося по кругу. Судя по всему, он никуда уходить и не намерен. Придется лезть там, где стена темная и безлюдная.

Двинулся дальше. В углу, у северо-восточной стены, я нашел небольшой пролом. Старый, заросший колючкой, но — достаточно широкий, чтобы протиснуться. Видимо, когда-то здесь был тайный ход или просто место, где стена рухнула и ее не стали восстанавливать.

Я просунул голову внутрь, осмотрелся. Двор — пустой. Справа — навес, под ним пара грузовиков и мотоцикл. Слева — низкие строения, похожие на казармы. В центре — колодец. И ни души. Хотел было лезть внутрь, но вовремя заметил ловушку — тонкая проволока, ведущая куда-то во тьму. Скорее всего, примитивная сигнализация — где-то на том конце висит простейшее устройство, которое непременно подаст сигнал, если я потревожу проволоку. Обычное дело. Значит среди боевиков есть те, кто понимает, как это работает. Понимает, что хоть они и глубоко в горах, но безопасность не гарантирована.

Я перелез через пролом, стараясь не задеть проволоку. Это было несложно.

Главное здание крепости находилось в глубине двора. Двухэтажное, с плоской крышей и узкими окнами-бойницами. На втором этаже горел свет. Возможно, здесь есть электричество. Какой-нибудь бензогенератор, но я не слышал характерного для этого шума. На первом же — только тусклые отблески факелов.

У входа стояли двое. С автоматами Калашникова, но без напряжения. Один что-то рассказывал, опершись о стену, второй сидел на ящике и чистил ногти ножом.

Я замер за углом. Пистолет с глушителем снимет обоих, но выстрелы — даже бесшумные может услышать тот, кто находится неподалеку, кого я еще не заметил. Куда девать тела? Если у них есть обход? Заметят пропажу. Поднимут тревогу.

Я ждал. Минуту, две, пять. Один из часовых зевнул, что-то произнес и махнул рукой в сторону казарм. Второй кивнул, встал, поправил автомат. Они обменялись парой фраз, и первый ушел в сторону казарм. Второй остался, но теперь он был один. Так, это уже проще. Но все равно, его напарник может вернуться в любой момент и что он увидит? Труп?

Ликвидировать не вариант.

Я выждал еще минуту, потом бесшумно двинулся к нему. Он стоял ко мне спиной, смотрел в сторону ворот. Шесть шагов. Пять. Четыре.

Он двинулся вперед, пиная ногами камешки.

Дверь в здание была приоткрыта. Я проскользнул внутрь.

Внутри пахло керосином, пылью, застарелыми тряпками. Неровный коридор, покрытый трещинами и с обсупившейся штукатуркой, уходил влево и вправо. Слева — голоса, смех, лязг посуды. Там была кухня или столовая. Справа — темнота и тишина.

Я повернул направо. Коридор петлял, уводя в глубь здания. Стены — из грубо отесанного камня, пол — глинобитный, с выбоинами. Где-то вверху ходили люди — выдавал невнятный шум.

Добрался до лестницы, ведущей на второй этаж. Оттуда доносился приглушенный говор, какой-то шум, шорох. Лязганье металла. Я начал подниматься. Ступени были каменными, но старыми, покрытые пылью и песком.

Наверху коридор освещался керосиновой лампой. Три двери. Одна в конце, две по бокам. Из правой как раз и доносились голоса. Я подошел к ней, прижался ухом. Говорили по-арабски, быстро, взволнованно. Я разбирал отдельные слова, но смысл ускользал. Кажется, спорили о чем-то. Потом голоса стихли, кто-то встал, прошелся по комнате. раздался скрип.

Дверь резко открылась. Я отшатнулся, прижался к стене, оказавшись в полумраке. В коридор вышел человек — высокий, бородатый, в военном камуфляже, на ходу накидывая местную одежду. Он что-то сказал тем, кто остался в комнате, и двинулся к лестнице. Я замер, еще больше вжавшись в тень и крепко сжав рукоять пистолета.

Он прошел мимо, даже не взглянув в мою сторону.

Я перевел дух. Черт, это было очень близко.

В комнате снова заговорили. Я решил не рисковать. Если Бен Ладен на втором этаже, его охраняют не двое часовых у входа, а куда больше. Я был наслышан о его личной охране — Савельев вскользь упоминал, что у него в охране есть бывшие члены подразделения Сайаф. Те самые Черные Аисты, спецназ. В совесткой армии бытовало мнение, что это самый опасный противник, который вообще может встретиться в бою. Может то, что сказал Савелеьв было правдой, а может и нет. Моя подготовка явно серьезнее и качественнее, но любом случае, сталкиваться с таким противником мне не хотелось. А здесь, судя по голосам, человек пять-шесть. Врываться туда одному — самоубийство.

Я двинулся дальше по коридору, к третьей двери. Она была закрыта, но не заперта. Я толкнул ее, вошел.

Внутри — полумрак, запах пыли и старого дерева. Комната была пуста, если не считать сваленных в углу ящиков и старого топчана. Я уже собирался выйти, когда услышал звук. Тихий, приглушенный, похожий на сдавленный кашель.

Я замер, выхватил пистолет.

— Тьфу бля! Гром… — облегченно донеслось из-за ящиков. — Свои!

Вспыхнул тусклый, сильно приглушенный свет. Я шагнул вперед, заглянул за ящик.

За ним, привалившись к стене, сидел Савельев. Он зажег фонарик, направив его через ткань в сторону. Лицо бледное, в поту, левая рука прижата к груди, пальцы неестественно сжаты.

— Леха! — я опустился рядом, сунул пистолет в кобуру. — Ты как тут оказался?

— Ветром сдуло! Не ожидал подобного. Кажется, плечо вывихнул… Два пальца сломал, сам вправить не могу. Поможешь?

— Не вопрос. Куда тебя вообще унесло, я же сразу за тобой прыгал?

— Да хрен там разберешь… — Он мотнул головой. — Ветер, блин… Я жестко приземлился в дальнюю глухую часть стены, свалился прямо в ров. Хорошо, воды тут давно нет, а то бы пришлось искупаться. Кое-как выбрался, затолкал парашут под камни, прошел через какой-то пролом в стене…

— Ну, я так же. Только у меня посадка поприятнее была.

— Тут, в этом здании, было тихо. На территории еще три подобных строения, но я не выбирал. Я думал, может, здесь склад какой-нибудь. А там, — он кивнул в сторону двери, — на втором этаже, типа совещания. Человек восемь, не меньше. Толком ничего не видел.

— Где? Бен Ладен?

— Не знаю. Но кто-то важный здесь точно есть. Говорят громко, спорят. Я слышал, как они обсуждают что-то про месть Советскому Союзу. Значит, в курсе. Но здесь он сам или нет, нужно попробовать выяснить. Тот генерал не мог врать, он говорил под пентоталом натрия.

— Сыворотка правды? Ясно. Сколько охраны ты видел?

— Внизу двое, наверху еще четверо. Плюс те, кто на стенах. Если начнется шум, сбегутся все. Я хотел подлатать себя, а потом искать тебя. Ты шустрее оказался.

Я прикинул. Восемь человек наверху, четверо внизу, плюс часовые на стенах и у ворот. Нас двое, один с вывихнутой рукой и парой сломанных пальцев. Шансов нет.

— Нужно уходить, — сказал я. — Но прежде…

Я аккуратно вправил ему пальцы, зафиксировал руку на перевязи, сделанной из какой-то тряпки. На время сойдет.

— Нет. — Савельев мотнул головой. — Нельзя уходить! Не для того мы сюда прыгали. Должно же здесь быть место, где держат этого Шейха. Ему не нужны хоромы или золото с шелками. Он вполне может жить и в пещере, хоть и не долго. Пока он реализовывает свой план по уничтожению Волжской ГЭС, он уязвим.

В целом, он был прав. Когда все случится, он сразу же сменит место дислокации. Возможно, вернется в Оман или Саудовскую Аравию. Но пока шла подготовка, ему не было смысла скакать по всему Пакистану.

— Допустим! И что мы сделаем? Ты сейчас только половина бойца, а я с одним только пистолетом и ножом? Как только поднимут тревогу, нас просто раздавят.

— Не раздавят, если подумать. — Он посмотрел на меня, и в глазах его мелькнул знакомый холодный расчет. — У них есть склад. Там, внизу, в подвале. Я видел, когда шел. Ящики с патронами, гранаты, взрывчатка. Если рвануть, часть форта взлетит на воздух. Как в Пешаваре не получится, но отвлекающий маневр гарантирован.

— А мы?

— Мы будем далеко. Ну, как повезет.

— Ты предлагаешь взорвать их?

План был безумным. Но в нем был смысл. Тем более, совсем недавно я, Шут и Лейла уже проделывали нечто подобное.

— И где этот склад?

— В подвале. Вход с восточной стороны, там же, где пролом. Если рвануть, огонь пойдет вверх. Здесь полно дерева, перекрытия сухие и старые. Должно загореться.

— А Бен Ладен?

— Если он там, на втором этаже, то непременно выбежит. Охрана будет рядом, но вряд ли сумеет все просчитать. А мы его перехватим. Вернее, наши пули. Только сначала нужно придумать, как все это взорвать. У вас же там в ГРУ такому учат.

Я фыркнул. У нас в ГРУ. А в КГБ?

— А ты? — вместо этого, спросил я.

— Я пойду с тобой. Одной рукой гранату кинуть смогу. Стрелять тоже могу.

— Ладно, — сказал я. — Идем.

Мы выскользнули из комнаты. Коридор был пуст. Сверху все так же доносились голоса. Мы двинулись вниз, к выходу.

Внизу, у входа, я выглянул. Часовой, которого я обошел, так и бродил туда сюда, пиная камешки. Второй видимо еще не вернулся. Мы прошли к восточной стене, где Савельев показывал вход в подвал.

Люк был прикрыт ржавым листом железа. Я отодвинул его, полез вниз. Ступеньки каменные, крутые, внизу пахло сыростью, плесенью и ржавым металлом.

Я включил фонарик. Подвал был небольшим, но в нем стояло несколько оружейных ящиков. Патроны, цинки, гранаты в деревянных ящиках. В углу — пара бочек с горючим. Рядом — ящики с тротилом. Хранить все это в одном месте было преступной халатностью. Но для боевиков это нормальное явление. Впрочем, большого «БАБАХ» тут не получится. Но внимание привлечет, тут без вариантов.

— Давай быстро. Как подрываем?

— Использую противовес. Прижму спусковой рычаг, сверху камень. Жаль огнепроводного шнура нет, так бы все получилось идеально. Но придется импровизировать. Времени много не будет.

— Знаю!

Я обвязал камень веревкой, что была на мне. Подвесил. Гранату положил под плоский камень, вытянул предохранительное кольцо, прижал рычаг камнем. Веревку натянул над факелом. Как только она перегорит, веревка лопнет, камень упадет, сработает взрыватель. А потом бабах. Навскидку, это секунд сорок!

— Нормально, пойдет! — Леха наблюдал за моими приготовлениями, держа вход на склад под контролем.

— Все, уходим!

Мы рванули к выходу, по пути наскочили на часового. Метким выстрелом я выстрелил ему точно в горло. Он сполз по стене, но под конец все-таки умудрился выжать спусковой крючок. Раздалась длинная очередь. Пули засвистели над головой, зацокали по камням. Савельев споткнулся, едва не упал.

— Зараза! Слишком рано!

Мы выскочили наружу, двумя выстрелами я снял зазевавшегося охранника. Леха еще одного.

Пробежав часть пути до стены, мы едва успели нырнуть за укрытие, когда по нам ударили из пулемета. Нас заметили. Но в этот момент, в здании, что мы покинули ранее, что-то оглушительно бабахнуло. Затем еще раз, уже мощнее. Земля под нашими ногами вздрогнула. Вспыхнуло пламя, повалил дым. Где-то внутри еще рвались боеприпасы, сыпались искры. Горела часть башни.

Мы нырнули в проем в стене, зацепили ипотащили за собой проволоку. Сзади раздался еще один оглушительный взрыв, но стена все скрыла собой.

Мы побежали вверх по склону, туда, откуда я спускался. Там можно было занять позицию, правда, если покажется Бен Ладен, попасть по нему из ПБ-1С на таком расстоянии будет непросто. Очень непросто.

На середине склона я обернулся. Часть здания и стоящая радом башня были объяты дымом и пламенем. Суетились люди. Видимо потеряли нас. Но разобрать, кто из них террорист было почти невозможно. Нюанс. Промашка. Ну, всего предусмотреть тоже нельзя.

— Ушли, — выдохнул Савельев, опускаясь на камень.

Я сел рядом, глядя на пылающие развалины. Бен Ладен был там. Или не был?

— Гром, похоже промашка… — Савельев тронул меня за плечо здоровой рукой. — Его там не было. Или мы не видели. В крепости еще три здания. Он может быть где угодно. Черт, этого только не хватало! Гляди!

Я посмотрел вниз. Справа и слева от здания, где мы были, сквозь дым и пламя пробивался свет. Не огонь — а свет. Электрический, почти белый, режущий глаза.

Прожектор. И не один. Два. Три, четыре. Они шарили по склону, выхватывая из темноты камни, кусты. Пыль, поднятую нами при передвижении. Еще немного и заметят.

— Уходим, — сказал я. — Вверх, к гребню. Там темно, там нас не достанут.

Он поднялся, опираясь на меня. Мы двинулись вверх, стараясь не шуметь.

Прожекторы хаотично шарили по склону, выхватывая то камни, то кусты. Один луч прошелся в десяти метрах от нас, скользнул по камням выше, затем ушел в сторону.

Я замер, прижавшись к скале. Савельев рядом, тяжело дышит.

Прожектор вернулся. Тот или другой, неважно. Он медленно, методично прочесывал склон. Луч приближался, выхватывая из темноты камни, кусты, следы. Я смотрел, как он ползет вверх, к тому месту, где мы остановились. Еще минута — и он накроет нас.

Вдруг, внутри снова что-то взорвалось. Но не там, где ранее был склад, а метрах в тридцати справа. Вспышка пламени осветила вертолет, который мы ранее не заметили. Вот как сюда прибыл террорист — на собственном вертолете.

Что-то изменилось. Теперь прожекторы шарили по земле — не по склону, а по развалинам крепости. Отлично, это нам на руку.

— Это наш шанс, — сказал я. — Идем!

Мы двинулись вверх. Камни осыпались, я цеплялся за выступы, тащил Савельева. Руки дрожали от напряжения, но останавливаться было нельзя.

Вдруг, чуйка заставила меня остановиться. Я взял бинокль, поднес к глазам. Посмотрел на вход в соседнее здание. Оттуда как раз выбегали люди в уже знакомом мне пятнистом камуфляже, в разгрузках. Среди них я узнал одного. Черт возьми, да это же Паркер!

— Американец? — выдохнул Савельев, опускаясь на землю.

— Да, сталкивался с ним ранее. Его увели неизвестные, вероятно, люди Бен Ладена. И еще он был ранен, приечем не единожды. Но, раз он с ними, значит… Вот сукин сын, а мне заливал… Просто пытался сохранить себе жизнь, но при этом наверное и сам не знал, как лучше всего это сделать. Тоже импровизировал.

— И что теперь?

— Ничего хорошего. Американцы здесь тоже есть. Он с ними, выходит. Пляшет под дудку террориста. Денег-то у него хоть одним местом ешь. Тот так же хочет. В общем, опять переобулся. И он наверняка уже понял, что сами по себе боеприпасы не взрываются. они будут нас искать. Гром. Нужно валить.

— Но главную цель мы так и не обнаружили! Вот хрень!

— Гром! — вдруг воскликнул Савельев. — Есть идея! Смотри!