Однако свою идею он даже озвучить не успел, поскольку обстановка вокруг резко изменилась.

Там, сразу за вторым строением крепости была видна часть фюзеляжа вертолета. Судя по всему, это был аналогичный это «Черный Ястреб» в темной, возможно даже черной расцветке. Мы его не сразу заметили, а сейчас, когдаподнялись повыше, стало видно, что у него работает хвостовой винт.

Несколько секунд и вертолет взлетел. Сразу стало видно, что на нем имеется вооружение.

Винтокрылая машина сделала небольшой круг над крепостью и прилегающей территории, затем пошла на второй. Экипаж зажег прожектор, луч света пополз по склону.

— Черт! — проворчал я. — Будут осматривать с воздуха!

— А вот это хреново! — нахмурился Савельев. — Я-то думал, что это личный вертолет Бен Ладена, что подтвердило бы его наличие в крепости. Что будем делать?

— Выжидать. Как только подвернется удачный момент, двигаемся к той гряде. Вдоль нее много крупных валунов, там можно попробовать залечь.

— Добро! — кивнул старлей. — Но нужно выбрать подходящий момент!

Я стоял на коленях за камнем и смотрел, как черный силуэт кружит в полукилометре от нас, то слегка увеличивая высоту, то возвращаясь обратно. Прожектор шарил по склону, выхватывая из темноты камни, кусты, осыпи. Винты гнали воздух, шум нарастал, потом стихал, затем снова нарастал.

— Кажется, уходит, — выдохнул Савельев. — Слушай, а вдруг Бен Ладен там?

— Не знаю. Вряд ли. Зачем лишний раз рисковать? Давно бы уже свалил! Такие за свою шкуру пекутся!

Вертолет сделал очередной круг над крепостью. Прожектор прошелся по стенам, по двору, по развалинам. Завис на секунду, словно рассматривая что-то у ближайшей к нам полуразрушенной башне, затем снова двинулся дальше. Луч скользнул по склону, по камням, по колючим кустам. Направился в нашу сторону.

Мы замерли, буквально вжавшись в скалу.

— Не заметит, — прошептал я.

— Может быть и заметит, — ответил Савельев.

Луч прошел всего в пяти метрах от нас, скользнул по огромному камню, ушел в сторону. Вертолет продолжал кружить, каждый следующий круг становился все меньше и меньше. Примерно на шестом, машина развернулась и пошла на снижение.

— Садится, — не поверил я. — Почему?

— Внутри его точно нет. Наверное, это всего лишь патрульный вертолет. Знаешь, мне кажется, что вертолет тут не просто так стоит, а как приманка. На всякий случай. Либо он на самом деле здесь, но перпугался и забился в какую-нибудь дыру. Крепость старая, в ней наверняка есть какие-нибудь катакомбы!

— Возможно так, а может и нет. В любом случае, наша задумка не удалась. Лезть обратно нет смысла, нужно поскорее уносить отсюда ноги! Пока не рассвело и у нас еще есть такая возможность. Кажется, там на карте была пара кишлаков? Если доберемся, там можно разжиться каким-нибудь транспортом.

— Гром, ты считаешь это правильно?

— Да. Эффект неожиданности утерян, ты ранен — по сути, только половина бойца. А один я не справлюсь. Лезть туда — самоубийство. Любого подозрительного тут же остановят, а мы на боевиков не похожи.

— Хреново, что задумка не сработала!

— Все ошибаются, даже такие как мы. Слишком много факторов нужно было учесть.

— Пожалуй, ты прав! — мрачно отозвался тот, соглашаясь со мной. — Тогда, уходим. Еще настанет наше время!

Вертолет тем временем коснулся земли, скорость вращения лопастей постепенно начала замедляться.

Минута и воцарилась относительная тишина. Тишина. Только ветер в ущелье и далекие голоса.

— Все, уходим, — сказал я. — Пока они не очухались. К ближайшему кишлаку.

Савельев стиснул зубы, но кивнул. Левая рука висела плетью, лицо бледное, в поту, но он держался.

Прежде чем бежать, нужно было исключить отвлекающие факторы, один из которых — боль. Я быстро достал из аптечки и вколол ему обезболивающее, которое подействовало почти сразу.

Мы двинулись вверх по склону, постепенно смещаясь вправо и тем самым огибая крепость с восточной стороны. Шли медленно, осторожно, используя каждую складку местности. Внизу все еще горели костры, бегали люди, но нас на таком расстоянии они видеть уже не могли. Разве что только случайно.

Мы прошли километра полтора, когда я резко услышал голоса. Справа, за гребнем. Говорили по-пуштунски, резко, отрывисто. Смеялись. Боевики на наблюдательном посту.

— Четверо, может, пятеро, — шепнул я, прижимаясь к скале. — Сидят, с оружием. Вроде бы уже расслабились, но оружие при них.

— Обходим?

Я выглянул из-за камня. Метров двадцать впереди, на небольшом уступе, горел костер. Четверо. Один сидел ко мне спиной, двое — слева, один — справа. Видна пулеметная точка, видна кладка из камней. Внутри деревянный ящик с боеприпасами. На нем лежала пара гранатометов РПГ-7. Хорошо хоть ПЗРК не было.

Честно говоря, я переживал, что на подлете к точке десантирования шум от нашего АН-2 будет воспринят боевиками Бен Ладена как угроза, что неминуемо приведет к тревоге. К счастью, этого не случилось. Все потому, что во-первых время мы выбрали такое, когда у большинства людей глубокая фаза сна и они в значительно меньшей степени реагируют на шум, а во-вторых, над Пакистаном летали самолеты и скорее всего, в этих местах это не редкость.

— Гром⁈

— Нет, нельзя. Они сразу справа от тропы. Единственная возможность пройти — тут, а обойти не получится. Справа скала, слева обрыв. Либо нам опять спускаться и тратить кучу времени, либо…

Видимо у них была какая-то радиосвязь с крепостью, и наверняка они получили отбой тревоги. Не могли они вести себя беспечно, если бы внизу, у крепости шел бой. Впрочем, здесь, в стороне от крепости, на высоте, они чувствовали себя в безопасности. Возможно и наблюдатели были высталены бестолковые. Сложно сказать. Но все увиденное мной было нам на руку.

Я посмотрел на небо — близился рассвет. Плохо дело.

— Убираем, — негромко, но уверенно сказал я. — Быстро и тихо. Стрелять сможешь?

— Вообще-то, у меня еще и вторая рука есть! — оскорбился тот, доставая ПБ-1С.

— Тогда прикрывай! Все, работаем!

Я двинулся вперед, бесшумно, как тень. Каждый шаг выверен, каждое движение — просчитано. Двадцать метров. Пятнадцать. Десять.

Первый сидел ко мне спиной. Я подошел вплотную, рука зажала рот, нож вошел под ребра, разворачиваясь внутри. Тело обмякло, я опустил его на землю, привалил к камню.

Второй что-то сказал, обернулся. Увидел меня, открыл рот. Пуля из пистолета Савельева вошла ему в висок. Третий дернулся, потянулся за автоматом. Я выстрелил — в грудь, потом контрольный в голову. Четвертый вскочил, попытался вскрикнуть, но я оказался быстрее. Все бы наверное закончилось бы нашей победой и мы бы прошли дальше, если бы не показался пятый противник.

Боевик выскочил откуда-то из темноты, с автоматом в руках. Я выстрелил дважды — первая пуля попала в плечо, а вторая в грудь, прикрытую бронежилетом. Леха тоже не остался в стороне — третья пуля попала в грудь, чуть повыше защиты. Противник выронил автомат, не сделав ни единого выстрела и даже не вскрикнув.

Мы отработали. Без шума.

— Чисто, — облегченно выдохнул я, убедившись, что больше противников нет.

Но вдруг, рядом с тем местом, где мы ликвидировали последнего противника раздался гулкий взрыв. Во все стороны полетела пыль, мелкие камни, осколки. Один из них чиркнул меня по щеке, оставив царапину.

Твою мать, он умудрился выхватить и применить гранату. Кинуть уже не смог, но тревогу это поднимет гарантированно!

— Зараза! — процедил я, глядя вниз. Люди в крепости слышали взрыв, сейчас сюда ринется враг. И хотя быстро в гору не подняться, не пройдет и пятнадцати минут, как боевики будут здесь!

Ни о какой скрытности больше не было и речи. Теперь нужно было надеяться только на удачу, поскольку соревноваться в скорости с боевиками, всю жизнь проживших в горной местности — глупо.

— Все. Уходим.

Мы торопливо двинулись дальше, но перед этим я прихватил все гранаты, какие нашел и один автомат Калашникова с прицелом ПСО-1. Пригодится. Если нам сядут на хвост, с одними ПБ-1С особо не повоюешь.

Я вел, Савельев за мной, прижимаясь к скале. Тела они найдут быстро, а значит это позволит определить и примерное направление. Значит, нужно сбить их со следа до того, как они его возьмут.

— Быстрее, — шепнул я, подхватывая Савельева под здоровую руку. — Уходим на восток, хрен с этой тропой!

— Принял… Только там же обрыв! Сорваться — раз плюнуть!

— А мы осторожно!

Мы побежали. уже не скрываясь, не таясь. Сначала прямо, потом, к восточной части плато, за которым и в самом деле был обрыв. В целом, он не был крутым и по нему даже можно было попробовать спуститься. Провести противника будет сложно, особенно если у них есть собаки. И хотя к собакам жители Афганистана и Пакистана относятся негативно, сторожевые и поисковые навыки этих животных оспорить сложно.

— Сколько их там может быть? — крикнул Савельев, едва ли не спотыкаясь.

— Не знаю. Но рискну предположить, что не меньше десятка, а то и двух.

И верно, мы так и не определили примерное число людей Бен Ладена в крепости. И даже после тревоги их число осталось неопределенным.

— Гром, налево! В ту широкую трещину!

— Принял!

Мы свернули влево, нырнули в расщелину. Узкий проход, стены то сходятся, то расходятся. Проход петлял, уходил куда-то вниз, толком не разглядеть.

— Вперед! Я догоню, только оставлю им сюрприз! — произнес я, готовясь оставить растяжку- идеальнее места просто не придумать. А уж что-что, устраивать ловушки как раз в таких местах, я умел. Никаких проволок или лесок не нужно, достаточно смекалки. камня и самой гранаты. Ну и все делать аккуратно, а то можно и самому на сюрпризе подорваться.

Савельев кивнул, бросился вперед. Мне же понадобилась минута, затем я бросился за ним. Метров через тридцать поставил вторую. У меня оставалось еще пять гранат.

Я бросился за ним вниз, петляя по расщелине. Догнал напарника через две минуты. Примерно метров через сто расщелина вывела нас к реке. На выходе поставил третью растяжку, прикрыв ее кустарником.

Едва я закончил, как где-то позади гулко грохнуло. Ага, первая растяжка сработала, почти гарантированно накрыв сразу несколько врагов.

— Оп! — хмыкнул я. — Одна есть!

— Сколько ты поставил?

— Три! За мной!

Перед нами была горная речка, не широкая, но достаточно быстрая. Лезть вплавь не имело смысла.

Я направился вверх по течению. Стало почти светло — рассчитывать на то, что нас могут не заметить, было глупо. Мы шли по камням, кеды скользили по мокрым гладким камням. Изредка мы едва не падали. Савельев держался, однако надолго обезболивающего не хватит — из-за постоянного движения и лютой дозы адреналина в крови, действие препарата быстро прогорало.

Снова грохнуло. Это сработала вторая растяжка, замедлив противника. Теперь-то он поймет, что одной гранатой мы не ограничились — наша скорость должна сравняться. Или же, они выберут другой маршрут… Вот только для этого нужно либо дойти до конца расщелины, либо повернуть назад.

— Вторая есть! Леха, быстрее!

Через двести метров мы нашли широкий брод. Там было мелко, примерно по колено.

— Давай, лучшего места не будет!

Мы перешли реку. Холодная вода бодрила, хотя этого и не требовалось — усталость даже не чувствовалась.

— Передохни, — сказал я, готовя к боя Калашников с оптикой. — Они вот-вот появятся из того прохода!

Река в этом районе делала пологий крюк, берег сильно вытягивался. Именно тут, за камнями я и занял контрольную точку. Переключил режим ведения огня на одиночный. У меня был только один полный магазин, больше я взять не успел.

Боевики показались неожиджанно. Раньше, чем я рассчитывал.

Один, второй. Пятый.

Черт возьми, а это кто такие?

Показалось еще трое боевиков в черной экипировке, что натолкнуло меня на мысль — это Черные Аисты. Спецназ Пакистана. ИСИ. Но какого черта они тут делают? Бен Ладен что, и их уже купил?

Я прицелился, мыгко нажал на спуск. Затем снова. Еще раз. Еще.

Двоих я срезал сразу, остальные успели рассредоточиться между камней. Странно, но третья ловушка почему-то не сработала. Это хреново.

Боевики потеряли троих, если не убитыми, то ранеными точно. Часть из них открыла хаотичный огонь, другая же выжидала и анализировала. Вероятно, если это и впрямь те самые Аисты, то они в лоб не попрут. Попытаются переиграть.

Ну, ну… Это мы еще поглядим, кто и кого переиграет.

Я сделал еще несколько выстрелов, ранив еше одного. Затем у меня закончились патроны и отбросил бесполезный ствол в сторону. Да, Калашников автомат универсальный, но вряд ли тут везде бесхозные, да еще и снаряженные магазины валяются. Ствол больше был не нужен — лишний вес.

Я бросил перед собой дымовую гранату, а сам рванул обратно к Савельеву.

Мы двинулись дальше. Вверх по склону, к перевалу. Резко сменили направление, здесь я установил еще одну хитроумную ловушку. Сзади, через реку, уже слышались голоса. Они вышли к броду.

— Быстрее! Быстрее! Они догоняют!

Мы ускорились.

Времени мало! Контролировать дыхание в таком темпе было сложно — Савельев сдулся первым. Ну, не мудрено — он сложнейших обучений в специальных центрах ГРУ не проходил. Да, боец и тактик он не плохой, но у него изначально специальность другая была. Это я спецназ, а он подполковник РХБЗ.

Мы довольно быстро поднялись выше. Едва видимая тропа петляла, уходила в скалы. Я выбирал места, где можно заложить ловушку, где можно задержать их. Камни, осыпи, узкие проходы.

Рвануло. Как раз там, где я поставил последнюю ловушку. Возможно, это еще минус один. Если их там было около десяти, то сейчас там не больше пятерых осталось.

Мы вышли на открытое место. Впереди — перевал, а за ним дорога, ведущая прямиком к кишлаку. До него, согласно карте, примерно километров пять. Я-то добегу, а вот Леха вряд ли. Бросать его я не собирался.

— Гром, погоди! Притормози! Я секунду… — устало произнес он.

Мы остановились, он сбросил рюкзак. Выудил из него небольшую аптечку в чехле. Открыл ее. Извлек шприц-тюбик с желтой жидкостью.

— Это еще что за хрень⁈ — спросил я, проверяя магазин ПБ-1С.

— Стимулятор. Экспериментальный.

— Ты где его взял?

— А ты думаешь в этом времени такого еще нет? — хмыкнул Савелеьв. — У КГБ есть свои ученые.

— Хорошо, что есть. Только пусть не спят! Поможет?

— Не знаю, это экспериментальная разработка. Но меня убеждали, что работает.

Он быстро вколол себе средство, после этого тщательно уничтожил сплющенный тюбик. Стимуляторы могли помочь, но это сильно зависело от состава и от конкретного организма.

Мы поднялись, побежали. Сзади — пока что тишина. Слишком тихо.

Но не долго. Не прошло и сорока секунд.

Сзади послышалась стрельба, пули засвистели по камням. Пришлось залечь на землю. Развернулись, открыли ответный огонь. Но быстро прекратили это бестолковое дело — расстояние слишком велико.

Я толкнул Савельева за камни. Пуля чиркнула по скале рядом. Еще одна, еще.

Трое. Быстро приближались, шли уверенно. Все в черном камуфляже, с винтовками «М-16».

Оказавшись совсем рядом, перешли на шаг. Шли медленно, осторожно, используя укрытия. Профессионалы. Первый — с автоматом, второй — с пулеметом, третий, вроде бы, тоже с автоматом.

— Черные Аисты, — выдохнул Савельев. — Последние.

— Да какая разница⁈

Мы открыли огонь. Они залегли, ответили. Пули свистели, цокали по камням. Мы прижались к скале.

— Патроны есть? — спросил Савельев.

— Пять. Кажется. У тебя?

— Семь.

— Мало.

Первый пошел в обход. Второй прикрывал огнем. Третий, командир, остался на месте, корректировал действия.

— Я беру первого, ты второго, — сказал я.

— Принял.

Я выждал, пока первый отвлечется на стрельбу, и рванул в сторону. Пуля чиркнула по камню рядом. Я выстрелил — в грудь трижды — попала только одна пуля, зато точно в горло. Он упал. Второй противник перенес огонь на меня, принявшись бить одиночными, не давая даже высунуться. Савельев ухитрился снять его контрольным.

Их командир бросил гранату. Я поймал ее взглядом, просчитал траекторию, рванул в сторону. Взрыв швырнул меня на землю, заложило уши. Я поднялся, выстрелил — в плечо. Он дернулся, выронил автомат, но не упал. Я выстрелил снова — на этот раз в бедро, чуть выше колена. Он рухнул, словно подкошенный, выронив оружие.

— Живым! — крикнул Савельев. — Этого нужно живым взять! Он многое может сказать.

Я подошел, приставил разряженный пистолет к голове противника. Бородатый командир смотрел на меня с лютой ненавистью, но при этом почти не двигался. Его автомат валялся в стороне, пулемет — у мертвого второго. Патроны кончились, и он это знал.

— Говори, — сказал я по-русски, хотя знал, что он не поймет. — Где Бен Ладен?

Он молчал. Савельев подошел, тяжело дыша, перевел на пушту.

— Ты слышал. Где шейх?

Командир усмехнулся, сплюнул кровью.

— Его здесь нет. Он ушел еще три часа назад! Вы опоздали! Генерал, — выдохнул боевик, глядя на лезвие. — Омар аль-Фарук. Он жив. Он предупредил шейха заранее. Вы думали, что убили его, но он выжил. Он сказал, что вы идете. Шейх ушел, а вертолет остался у крепости как приманка.

— Куда⁈ — я схватил его за грудки, приподнял. — Куда он ушел?

Он улыбнулся, глядя мне в глаза. В улыбке было торжество побежденного, который знает, что враг проиграл.

— В долину Сват. В крепость, которую вы никогда не найдете. Там он будет ждать, пока не завершит начатое. А потом — удар. По вашей Волжской ГЭС. И вы ничего не сможете сделать. Нечего на меня так смотреть!

Я отпустил его. Он упал на землю, застонал, схватился за простреленную ногу.

— Что будем с ним делать? — спросил Савельев.

— Пусть живет. Он нам больше не нужен. Бен Ладен знает, что мы его ищем. Он сменил позицию, теперь будет начеку.

— Долина Сват. Это далеко. Мы туда не успеем.

— Успеем. Если все сделаем быстро! Гляди, кажется у них тут есть точка, с мотоциклом! — он указал на сарай, из которого была видна узнаваемая задняя часть «Явы».