Норидж, Англия, 16 сентября 1942 года

Из темноты выступила чья-то фигура.

– Элли Мэй?

– Томас.

Он заключил ее в объятия, она вся отдалась поцелую. Открыв глаза, провела пальцем по его лицу, очерченному нетвердым лунным светом.

– Не могу поверить, Томас, что ты завтра уезжаешь.

– Знаю, девонька моя. – Он разглядывал Элли Мэй, пытаясь уловить и зафиксировать в памяти ее лицо до мельчайшей детали. Чуть вздернутый кончик носа, сияющие глаза, светлые брови, решительный подбородок. О, Элли Мэй, какой же я счастливчик, что у меня есть ты!

– Я не могу задерживаться, Томас. Дотти испекла торт к моему дню рождения.

– Иисусе правый, а я и забыл, что у тебя день рождения, и позвал на свидание.

– Не волнуйся. – Элли покачала головой. – Мне вообще не до праздника. Дотти… она пригласила Джорджа.

– Пригласила Джорджа? Вот негодница!

– Но он мой друг.

– Ты можешь думать так сколько угодно, девонька. Он согласился прийти?

– Конечно, согласился. Хотя я его не видела с тех самых танцев в «Самсоне» на День святого Патрика.

Томас сунул руку в карман и вынул оттуда маленький бархатный футляр.

– У меня тоже есть для тебя кое-что, Элли Мэй. Не знаю, сочтешь ли ты это подарком на свой день рождения, но я просто хочу, чтобы ты меня не забывала.

– Томас, я всегда помню о тебе.

Разомкнув объятия, он опустился на одно колено, открыл темно-синий футляр и протянул ей кольцо. Большой квадратный камень, поймав лунный свет, сверкнул в полумраке средневековой башни.

– Я же обещал тебе, что найду самое красивое кольцо в Англии? А обещания я всегда сдерживаю.

Элли расплылась в улыбке.

– Да, я помню, ты обещал.

– Элли Мэй Берджесс, окажи честь, стань моей женой и сделай меня самым счастливым человеком на свете!

– О, Томас, да! Да!

Он взял ее левую руку и надел на безымянный палец кольцо.

– Точно в пору. Оно как будто сделано для тебя, Элли Мэй. – Томас посмотрел ей в лицо, освещенное мягким серебряным светом луны, и вдруг заморгал часто-часто, прижав пальцы к глазам.

– Томас Парсонс, ты что, плачешь?

Он улыбнулся.

– И совершенно не стыжусь этого. – А потом Томас поцеловал ее ладонь. – Как же мне несказанно повезло! Ты просто ангел, девонька моя, просто ангел.